Фонарь, блуждающий в ночи

Золотой свет солнца из высоких окон падал на книжные полки. В библиотеке дворца было очень светло и тихо. Бай Усянь, изучив очередной свиток, разочарованно положил его на место. Бесполезно. Небожитель вновь не нашел ничего. Все возможные ритуалы очищения зла уже были испробованы. И ни один не сработал. Пустым взглядом он окинул высокие книжные полки. За двести лет ни он, ни его друзья не смогли найти новых способов очистить гору Тунлу. Почти двести лет с тех пор как Ци Жун исчез, а Небесный Владыка будто обратился в тень себя прежнего. Он был так же силен, вера людей в него не угасала, другие небожители всё так же уважали его и не смели ослушаться. На все вопросы о том, что случилось, Цзюнь У отмалчивался. Постепенно небожители оставили свои попытки. Бай Усянь загружал себя работой как мог, благо дела как среди людей, так и среди небожителей не имели ни конца ни края. Это помогало ему не думать о Ци Жуне. Он чувствовал вину за то, что его душа исчезла. Этого не должно было произойти. Из мыслей Владыку вырвали неожиданный грохот и распахнувшиеся двери личной библиотеки. Чужой меч был приставлен к его горлу. Бай Усянь безразлично взглянул на пышущего злостью Се Ляня. Сегодня Небесный Владыка не планировал ни с кем встречаться, поэтому он не потрудился собрать свои длинные волосы хотя бы в хвост, а на домашнем белом ханьфу было несколько маленьких пятен от чернил. Вид, совершенно не соответствующий сильнейшему небожителю. Точно, сегодня же день его освобождения. — Ничего не хотите мне сказать, Владыка? — Се Лянь свысока смотрел на Бай Усяня, будучи в полном боевом облачении. Не учел он только одного — Небесный Владыка не собирался сражаться. — Нет, не хочу. — Усянь как ни в чем не бывало взял с письменного стола книгу и поставил на полку, отмахнувшись от чужого клинка как от назойливой мухи. — Я всё знаю! И после всего, что произошло, ты смеешь счастливо жить? Это твоя вина, что душа Ци Жуна исчезла! С чего он взял, что я живу счастливо? Да что он вообще знает? Гнев, усталость и раздражение смешались внутри, и Бай Усянь не сдержался. Он ударил кулаком по книжному стеллажу, и он с грохотом разрушился, книги и свитки разлетелись в разные стороны. — Мне и без тебя известно, в чем я виновен. Но и ты тоже не безгрешен, Сяньлэ.  – Ярко вспыхнувший гнев также быстро угас, не в силах заполнить пустоту в душе Владыки. Руки Се Ляня дрожали от ярости. Он ведь готовился к битве, надел доспехи и взял меч, но его противник словно не хотел замечать этого. Се Ляню казалось, что Небесный Владыка пренебрегает его силой, не считает, что он может дать ему отпор, и это злило. Се Лянь кинулся на Усяня и повалил его на каменный пол. Владыка не сопротивлялся. И даже когда меч вновь оказался у его горла, он лишь устало смотрел на Се Ляня. Зачем вообще я цепляюсь за жизнь? — Я убью тебя и так отомщу за Ци Жуна! — Что ж... Хорошо. — Такой ответ абсолютно не устроил Се Ляня. Небесный Владыка должен умереть в муках и молить о пощаде, а не принимать смерть как желанный дар. — Только не забудь потом объяснить моим друзьям на горе Тунлу, почему я не смогу очистить гору и освободить их. Ах да, и остальным небожителям, почему рухнула Небесная столица. И тебе лучше заранее придумать объяснение для людей, чтобы избежать паники и нашествия нечисти. А потом нужно будет... Пока Усянь рассуждал вслух, уверенность Се Ляня крошилась с каждым его словом. Смерть Владыки обернется большими проблемами и для людей, и для небожителей. Пострадавших будет слишком много. И вина за всё непременно ляжет на Се Ляня, как и обязанность разобраться со всем хаосом или же понести наказание. Се Лянь до боли в пальцах сжал рукоять меча и с яростью отбросил его в сторону. Небожитель поднялся и вышел из библиотеки, громко хлопнув дверью. Ещё несколько книг и свитков свалились на пол с высоких полок. Усянь поднялся на локтях и растерянно посмотрел ему вслед. — Куда ты? Я ведь почти закончил! — Усянь всего лишь хотел дать несколько поручений, чтобы после его смерти было меньше хаоса, и он почти закончил объяснения, но Се Лянь просто взял и ушел. Бай Усянь разочарованно окинул взглядом воцарившийся беспорядок. — Ну и зачем он тогда вообще приходил?

***

Годы шли один за другим, Се Лянь редко появлялся в Небесной столице, предпочитая проводить время на земле, оберегая своих последователей и уничтожая нечисть. Постепенно роскошные наряды сменились скромным облачением странствующего монаха, прямо как в прошлой жизни. Ярость, что копилась в нем на протяжении почти двух сотен лет, так и не нашла выхода в тот день, когда он вернулся в Небесные чертоги, поэтому Се Лянь направил её на истребление демонов и делал это безжалостно. Время шло, и гнев постепенно стих. И однажды, когда Се Лянь решил навестить Мэй Нянцина, тот вскользь упомянул, что на горе Тунлу Ци Жун был не один, а в сопровождении двух демониц. Небожитель поставил себе цель найти их. Се Лянь по пути в одно из поселений, где его верующие жаловались на проказы призрака, заплатил старику с повозкой, и тот с радостью согласился его подвести. Небожитель прислонился к мягкой копне сена. Осень уже раскрасила листья в лесу в яркие цвета, но солнце было ещё по-летнему теплым. Се Лянь удобно расположился и любовался листопадом. Покоя ему не давал свиток, который он купил в городе, он рассказывал о блуждающих огнях, и Се Лянь хотел верить, что эта история будет иметь отношение к Ци Жуну и даст хоть какую-то подсказку о том, где он бывал. — Интересуетесь мистическими историями? — Голос раздался совсем близко. На повозке сидел ещё один юноша в красивых дорогих одеждах, явно не крестьянин. Как только Се Лянь не заметил его? — Да. Истории о демонах и небожителях столь увлекательны, что нет сил оторваться. — Вежливо улыбнулся Се Лянь. Он прекрасно знал о сущности юноши в красных одеждах, но решил не подавать вида. — Вы не похожи на местного жителя, приехали издалека? — Ушел из дома, — хмыкнул юноша, размахивая руками, — меня там совсем замучили. А вы, уважаемый даос, куда направляетесь? — Укрощать злых духов. — Се Ляню и в самом деле было любопытно, насколько далеко может зайти этот разговор, в котором князь демонов ему лжет. — Как интересно! Могу ли я пойти с вами? Все равно у меня нет конечного пункта назначения. — Юноша с мольбой посмотрел на него, а глаза были честные-честные. Небожителя эта ситуация забавляла. — Что ж, хорошо. В таком случае как я могу обращаться к вам? Глаза юноши хитро блеснули. — Достопочтенному даосу не нужно обращаться ко мне уважительно, можете звать меня просто Сань Лан.

***

— Ну и как долго ты собирался водить меня за нос? — С усмешкой спросил небожитель, глядя на привязанного к стулу Сань Лана. В этом заброшенном домике в глубине леса завелся дух зеркального лабиринта, сильный, но не очень опасный, он заманивал неосторожных уставших путников, а потом не выпускал и забирал часть их жизненных сил. Только в разгар битвы с этим духом Се Лянь понял, что тот был всего лишь приманкой. Князь демонов явил свою истинную сущность и напал на него. Небожитель, не ожидавший такого, едва не распрощался с жизнью, но быстро взял себя в руки, горько усмехаясь в душе: «Верно, это не тот Сань Лан, которого я встретил в прошлой жизни». — Достопочтенный даос и впрямь невероятно силен. — Побежденный князь демонов не выглядел расстроенным, наоборот, довольно щурился и улыбался словно хитрая лисица. — Сразимся ещё раз? Се Лянь покачал головой, сейчас Хуа Чэн ещё слишком молод, его жажда сражений и побед над сильными противниками всё ещё сильна. Он больше похож на задиристого мальчугана, чем на грозного и устрашающего князя демонов. — Не хочу. — Сказал как отрезал Се Лянь. И на немой вопрос в глазах демона ответил. — Ты слишком слаб. Кажется, эти слова задели гордость Хуа Чэна, он едва не разразился пламенной речью, как Се Лянь бросил в него талисман, который ограничивал силы демона. Небожитель снисходительно улыбнулся. — Может быть, мы сразимся, когда станешь сильнее. — Се Лянь открыл дверь наружу и напоследок помахал демону рукой. — Не скучай.

***

Новая встреча произошла намного раньше, чем Се Лянь мог подумать. Прошло всего несколько месяцев, наступила весна, и все вокруг начало пробуждаться после зимы. Стояла ясная и приятная погода. Небожитель пришел в очередной шумный город. Вокруг были толпы людей, и дети с задорным смехом сновали между ними. Невольно Се Лянь задумался, что люди становятся немного счастливее, просто потому что наступила весна. И тут он заметил Хуа Чэна. Демон сидел за столиком на открытом воздухе в одном из заведений и наслаждался чаем. Кажется, сам хозяин раболепно прислуживал ему, а рядом крутился худощавый мальчик лет восьми. Се Лянь почуял неладное, когда князь демонов подозрительно долго смотрел на ребёнка. Небожитель примкнул поближе к толпе и завернул за угол другого здания, чтобы понаблюдать. По всей видимости Хуа Чэн его пока что не заметил, а, может быть, и сделал вид. Се Лянь решил немного проследить за ним. До него доходили слухи, что несколько небожителей пострадали от рук Хуа Чэна, так он увеличивал своё влияние в мире демонов. Сейчас это не вызывало беспокойства в Небесной столице, но Се Лянь знал, что в ближайшие несколько столетий Хуа Чэн станет настоящей головной болью для небожителей. День близился к концу, на город опускались сумерки. Хуа Чэн уже давно ушел, но оставил после себя тонкий шлейф темной ци. Се Лянь оставался неподалеку, от упорного наблюдения он даже задремал. Людей на улице становилось всё меньше и меньше, город погружался в сон, и сам небожитель был не против прилечь где-нибудь, но ему не давал покоя след, оставленный князем демонов. В лучшем случае Се Лянь просто очистит чайную лавку от темной ци, в противном случае Хуа Чэн что-то задумал, и им придется сражаться. Се Лянь испытывал смешанные чувства по отношению к Хуа Чэну. Не было ненависти и пренебрежения к демону, как у большинства небожителей. Но и любви тоже не было. Лишь воспоминания о прошлой жизни отзывались тоской в сердце. Возможно, Се Лянь совсем немного скучал и хотел увидеть именно «того» Хуа Чэна. Нынешний Хуа Чэн ему мало знаком. Силуэт, мелькнувший в темноте, привлек внимание небожителя, и он насторожился. Словно тень демон проник в чайную лавку и через несколько мгновений покинул её через окно, держа что-то в руках. Се Лянь бросился за ним вслед. Он украл ребёнка? На руках демона без сознания был тот самый мальчик. Небожитель сжал зубы. Это и правда не тот Хуа Чэн, которого он знал в прошлой жизни. Очень быстро демон оказался за пределами города, небожитель следовал за ним. Уже на лесной дороге в несколько прыжков Се Лянь обогнал князя демонов, направляя на него свой клинок. — Отпусти ребёнка. — Грозно сказал небожитель. На душе скребли кошки, но он должен делать то, что положено. — Немедленно! Се Лянь взмахнул мечом, намереваясь ранить демона. Глаза последнего сверкнули алым, а губы изогнулись в улыбке, не успел клинок достичь демона, как его образ вместе с ребёнком обратился в рой серебряных бабочек, что сразу же устремился ввысь. — Достопочтенный даос так жесток, — насмешливый голос раздался за спиной Се Ляня. Хуа Чэн по-прежнему держал на руках спящего мальчика. — Ты украл его. Зачем? — Что бы сейчас не выкинул демон, небожитель не мог его просто так отпустить. — Украл? — Мимолетное удивление на лице Хуа Чэна сменилось лукавой улыбкой. — Нет. Я лишь забрал то, что принадлежит мне. — С каких пор этот ребёнок стал твоим? — Недовольно цыкнул небожитель. — Отец этого мальчика пришел в мой город, чтобы исполнить свои желания. — Рядом с Хуа Чэном появилось несколько сияющих бабочек, они угрожающе приближались к Се Ляню, который не понаслышке знал, насколько опасными могут быть эти хрупкие на вид существа. — Он потратил все свои деньги, но так и не получил желаемого. И тогда он решил поставить на кон душу собственного сына. И проиграл. Се Ляню было нечего ответить на это. Он с сожалением посмотрел на мальчика в руках Хуа Чэна. Князь демонов поудобнее перехватил ребенка одной рукой, а в другой появился небольшой сверток бумаги. Демон уверенно развернул его. Се Лянь увидел договор, и кровавый отпечаток пальца, большинство крестьян не умели писать даже собственное имя, да и необходимости подписывать что-либо обычно не было. Однако немного крови и отпечатка пальца было достаточно для демона, чтобы договор был заключен. Душа мальчика на самом деле теперь принадлежала Хуа Чэну, и даже Се Лянь ничего не мог с этим поделать. — Взрослые порой такие отвратительные. — С горечью сказал демон. Се Лянь со злостью выдохнул от бессилия. — Не надо делать такое страшное лицо. Этот ребёнок теперь мой, а я хорошо забочусь о том, что моё. Несколько долгих мгновений они просто смотрели друг на друга. Глаза Хуа Чэна сияли алым светом. Он был готов к сражению с небожителем, и Се Лянь это понял. Непонятные чувства неприятно ворочались внутри, Се Ляня подташнивало. — Если достопочтенный даос пожелает, он может стать гостем в моём городе. — Хуа Чэн глубоко вздохнул, успокаиваясь. Глаза вновь стали темно-карими. Се Лянь кивнул. Он и не думал, что когда-нибудь попадет в Призрачный город вот так.

***

Красные фонарики украшали улицы пока ещё маленького Призрачного города. Се Ляню всё казалось знакомым и в то же время каким-то новым и чужим. Демоны радостно приветствовали своего Градоначальника и с настороженностью поглядывали на небожителя. — Надеюсь, достопочтенный даос будет вести себя сдержанно. Я не потерплю бесчинств в своем городе. — Строго сказал Хуа Чэн. Рядом стоящие демоны закивали, это правило касалось и жителей и гостей, все должны были неукоснительно ему следовать, а нарушителей сразу же выгоняли прочь. — Разумеется. — Согласился Се Лянь. Если не лезть в драку, то и проблем не будет. — Давайте поприветствуем нашего гостя. — Демоны расступились, впереди виднелся Дворец наслаждений. Убранство дворца было скромнее, чем в воспоминаниях Се Ляня, но это было не удивительно, ведь Призрачный город был ещё совсем молод. Однако уже сейчас от Дворца наслаждений веяло роскошью. Се Ляня усадили в одном из залов, вокруг лежало множество подушек из красного шелка, на стенах висели картины и зеркала, некоторые из них были накрыты полупрозрачной красной тканью. Повсюду горели свечи и их блики отражались в изысканных золотых узорах на стенах, посуде и прочей утвари. Несколько демониц принесли вино и закуски на низкий столик, а потом две из них начали играть ненавязчивую мелодию, в то время как остальные кружились в изящном танце. Се Лянь чувствовал себя неуютно. — Прошу, достопочтенный даос, наслаждайтесь, — Хуа Чэн вальяжно сидел напротив, он лишь бросил взгляд на одну из демониц, как та сразу же подошла и начала разливать вино Градоначальнику и его гостю. — Куда ты дел ребенка? — Сейчас Се Ляня это волновало больше всего, ведь при входе во дворец демон отдал мальчика одному из слуг. — Он будет жить вместе с остальными детьми. — Здесь есть ещё дети?! — Удивился Се Лянь, в прошлой жизни Хуа Чэн никогда не занимался подобным, другие люди его вообще мало интересовали. — Разумеется. Кажется, достопочтенный даос слишком высокого мнения о людях. Многие из них гнилые, как переспевшие фрукты. — Ухмыльнулся демон. — Но ты ведь тоже был человеком. И служил во дворце в столице Сяньлэ. — Спокойно ответил небожитель. Се Лянь и сам знал, что люди могут быть намного хуже, чем кажутся на первый взгляд, но что в предыдущей, что в этой жизни ему хотелось верить в светлое начало, верить, что в каждом человеке есть что-то хорошее. — Удивлен, что Его Величество меня помнит, я ведь был обычным слугой. — В глазах князя демонов промелькнула печаль. — Как ты стал демоном? — Се Ляню на самом деле было интересно, события сложились иначе, а результат мало изменился: Хуа Чэн стал князем демонов. — После пожара во дворце и вознесения Его Высочества в народе начались волнения. В ту ночь Сяньлэ потеряла и императора, и князя Сяоцзина. Прямых наследников не осталось. Тогда появились самозванцы и те, кто хотел поживиться, пока царил беспорядок. Начались грабежи и разбой. Во время пожара я был ранен, но остался жив. А погиб, когда две группы разбойников не поделили награбленное. — Мне жаль, — Се Лянь и тогда, и сейчас чувствовал вину за воцарившиеся в Сяньлэ беспорядки. Пусть мир и порядок были восстановлены, были те, кто серьезно пострадал. Одним из них оказался Хуа Чэн. — М? Вы ни в чем не виноваты, — тихо сказал Хуа Чэн, — никто не знает, когда умрет или вознесется на Небеса. После этих слов наступило неловкое молчание. Тогда князь демонов встал на ноги и сказал Се Ляню следовать за ним. Пройдя по длинным коридорам, поворотам и лестницам, они оказались в просторном зале. Несколько мальчиков и девочек резво бегали, увлеченные игрой. Они были одеты в практически одинаковые бело-красные одежды. Дети выглядели здоровыми и вполне счастливыми. — Они все принадлежат мне. Родители проиграли их в моём Игорном доме. Хватило же совести поставить на кон чужую жизнь. — Последние слова Хуа Чэн почти выплюнул, презрительно сморщившись. — И что же ты собираешься делать с ними? Разве не опасно для детей находиться в Призрачном городе? — Не опасно. Они будут служить мне наравне с демонами. Князь демонов говорил уверенно, и Се Лянь немного успокоился. Если бы демоны им хотели навредить, то уже что-нибудь сделали бы. Дальше князь демонов повел Се Ляня в ещё одно место. Небожитель затаил дыхание. В прошлой жизни это было одним из самых удивительных мест во дворце. Оружейный арсенал. Когда Хуа Чэн приблизился, тяжелые металлические двери отворились. В арсенале не было и восьмой части собранных в прошлой жизни орудий, а те что были, определенно принадлежали небожителям или являлись легендарными орудиями. — Как вам моя коллекция, достопочтенный даос? — Хуа Чэн выглядел самодовольным и гордым. — Впечатляет. — Се Лянь старался не выдавать своего волнения, но голос, кажется, его подвел. На одной из стен было освобождено большое пространство, специально оставленное для особого оружия. — Однажды я заберу и ваш клинок, Ваше Высочество, — заявил князь демонов и внимательно следил за реакцией Се Ляня. Император Сяньлэ, не ожидавший такой наглости, едва не схватился за меч, но вовремя остановился. Нападать на Хуа Чэна в Призрачном городе — весьма безумное занятие. Князь демонов силен, и все его подчиненные встанут на защиту своего господина, а даже если Се Ляню удастся всех их одолеть, эта битва может стоить ему слишком дорого. — И что же, повесишь мой меч на эту стену? — Раздраженным взглядом Се Лянь указал на пустое пространство на стене. — Нет. — Голос князя демонов стал мягким, а взгляд мечтательным. — Это место займет Чжусинь. Однажды я получу меч Небесного Владыки. Это откровение стало как гром среди ясного неба. Цзюнь У и князь демонов в прошлом воплощении долгое время придерживались нейтралитета в отношении друг друга, а теперь Небесный владыка стал целью Хуа Чэна. Небожитель не знал, как к этому относиться. Воспоминания о прошлом воплощении и нынешние эмоции совершенно не соответствовали друг другу. В конце концов у Се Ляня разболелась голова. Се Лянь покинул Дворец наслаждений и решил пройтись по Призрачному городу. Хуа Чэн с ним не пошел, а приставил своего слугу, дабы не возникло стычек между демонами и небожителем. Слуга Градоначальника был известен всем в городе, он следовал за Се Лянем по пятам словно тень. Гуляя по улицам, Се Лянь вспоминал, как к Хуа Чэну подошел один из его подчиненных с призывом вернуться к работе, так как в кабинете скопилось много бумаг, требующих внимания и подписи Градоначальника. Тогда Се Лянь, не подумав, воскликнул: «Ты умеешь писать?» На что получил обиженный взгляд и: «Вообще-то да». Небеса, какой стыд. С тех самых пор Се Лянь изредка наведывался в Призрачный город. Среди прохожих он всё чаще замечал людей, а иногда даже небесных чиновников. Большинство гостей города стремилось не осматривать достопримечательности, а в Игорный дом, где по велению капризной судьбы можно было обрести великое счастье или же лишиться не только последней рубахи, но и души. Хуа Чэн как гостеприимный хозяин приглашал его испить вина и насладиться играми. Чаще всего Се Лянь от алкоголя отказывался, предпочитая наблюдать за играми, иногда даже сам принимал участие, но совсем немного. Князь демонов тем временем подначивал Се Ляня сделать в качестве ставки свой меч и всячески подшучивал над небожителем. В ответ тот отшучивался, и в один из дней Хуа Чэн едва не проиграл Эмин, после чего Се Лянь стал пользоваться исключительным уважением среди жителей города. В конце июля в Призрачном городе стало особенно оживленно. Жители готовились к празднику. Фестиваль голодных духов неумолимо приближался. Демоны вовсю готовили свой товар. Несколько групп призраков уже прибыли в город, и улицы наполнились шумом куда сильнее обычного. Се Лянь с Хуа Чэном медленно прогуливались. Уже никого не удивляло присутствие небожителя, только новоприбывшие призраки в ужасе вскрикивали и уносились прочь. На Небесах Се Ляню никто ничего не говорил по поводу его посещений владений князя демонов, даже Цзюнь У, который наверняка знал об этом, пустил всё на самотек. За все время что Хуа Чэн и Се Лянь провели вместе, они стали кем-то на подобии хороших приятелей, они друг над другом подшучивали и в то же время не очень-то сильно доверяли. Хуа Чэн беспокоился, что Се Лянь приведет небожителей, чтобы уничтожить город, а Се Лянь опасался, что его бдительность усыпляют, чтобы заманить в ловушку и убить. Они шли по улице, как вдруг Хуа Чэн вздрогнул и бросился к толпе призраков. — Что случилось? — Се Лянь последовал за ним, но у впереди стоящей толпы все было хорошо, никаких стычек и драк. Хуа Чэн судорожно дышал, всматриваясь в даль, будто выискивал кого-то глазами. — В чем дело? — Мне кажется, я видел его. — Кого? — Изумился Се Лянь и по затравленному взгляду Хуа Чэна догадался, чьё имя он сейчас назовет. – Князя Сяоцзина.

***

Словно в тумане Хуа Чэн вернулся во Дворец наслаждений. Се Лянь тоже заметно поник. Вдвоем они часто вспоминали о своей родине Сяньлэ и близких людях, однако Ци Жун был единственным человеком, о котором они оба старались не говорить. Князь демонов сидел в окружении шелковых красных подушек, о чем-то глубоко задумавшись. Се Лянь тяжело опустился неподалеку. В этой жизни он впервые видел Хуа Чэна таким. — Князь Сяоцзин, — голос демона немного хрипел, — это я убил его тогда... В Медной печи. Тяжелыми камнями это знание обрушилось на Се Ляня. Хуа Чэн сидел к нему полубоком, почти спиной, и даже так можно было заметить мокрые дорожки на его щеках. В этой жизни Хуа Чэн никогда не показывал Се Ляню свой истинный облик, оставаясь в образе юноши. — Я видел его последние секунды, я помню его взгляд, — демона била дрожь, — иногда я вижу это во сне. Господин столько сделал для меня, а я... Пока Хуа Чэн мучился угрызениями совести, Се Лянь неожиданно подумал, что в том, что Ци Жуна больше нет, есть и его вина. Небожитель и демон некоторое время сидели в тишине. Из окон доносился шум города. — Две сотни лет я был заточен на Тайцаншань. Однажды Ци Жун пришел туда, чтобы забрать свой прах. — Начал рассказ небожитель, Хуа Чэн развернулся к нему, прислушиваясь. — Я совершил ошибку, мне не следовало забирать прах из его рук. Он испугался и убежал. И сейчас я думаю, возможно, он бы не ушел, если бы я просто нормально поговорил с ним. — Что вы сказали? — Князь демонов уставился на Се Ляня, мокрые дорожки на его щеках моментально высохли. — Ци Жун приходил на Тайцаншань... — Растерянно сказал Се Лянь, но его сразу же перебили. — Нет. Не это. — Хуа Чэн начал закипать. — Вы что, пытались отнять его прах силой? По округлившимся глазам Се Ляня князь демонов понял, что попал прямо в точку, иначе зачем князю Сяоцзину бежать с горы? — Просто немыслимо. — Низким голосом прошипел демон. Хуа Чэн был в ярости. Он молча встал и вышел из зала, оставляя Се Ляня в одиночестве.

***

Густой туман окутывал ночной лес. Где-то неподалеку раздался птичий крик и хлопот крыльев, они отдавались гулом в ушах. Ци Жун резко распахнул глаза. Вокруг лишь лес и никого рядом. Князь Сяоцзин тяжело поднялся на локтях и сел на земле. Тело ломило и потряхивало. Ци Жун в шоке смотрел на свои руки. Его тело жадно впитывало светлую ци из воздуха и земли. Как я здесь оказался? Демон был одет в самое простое белоснежное ханьфу, а длинные волосы были распущены. Последнее, что он помнил — это свист клинка, кровь в горле и то, как немели конечности. И ещё чей-то голос, расплывчатый образ и жуткий холод. У князя Сяоцзина побежали мурашки по спине. Разве я не умер в Медной печи? Где я? Ци Жун подполз к ближайшему дереву, опираясь на него. Сил встать на ноги не было. Всё должно находится в балансе, и даже демоны имеют в себе хотя бы немного светлой энергии. И сейчас Ци Жуну её катастрофически не хватало. Вот так, обессиленный он погрузился в сон.

***

— Девочки, смотрите какой красавчик! — Милашка! — А ресницы какие длинные! И волосы шелковистые! Настоящий красавец! Ци Жуна разбудил шум, он медленно открыл глаза, чувствовал он себя уже намного лучше. Призраки девушек отпрянули и смущенно зашушукались между собой. — Кто вы? Одна из девушек подошла ближе к Ци Жуну, видимо, она была главной среди них. — Мы из провинции Гуанду. Направляемся в Призрачный город на фестиваль, хотите пойти с нами? Ци Жун кивнул. Девушки радостно защебетали. Князь Сяоцзин встал, ему на плечи сразу же набросили такой же плащ, как у остальных. Юные призраки со всех сторон облепили его. Их глаза радостно горели. Князь Сяоцзин с сожалением подумал, что они, должно быть, погибли слишком рано. — Прошу простите их, — неловко улыбнулась та девушка, что пригласила его идти с ними, — многие из них предпочли умереть, чтобы избежать брака. И теперь не могут успокоиться при виде красивого мужчины. Демон глубоко выдохнул, сдаваясь. — Ладно уж. Расскажите тогда, что интересного происходит в мире. Девушки наперебой начали болтать обо всем на свете, а Ци Жун не мог сдержать улыбки. Давно ему не было так легко на душе. Спустя дни на горизонте показался Призрачный город. Когда они пришли, девушки, наконец, отпустили Ци Жуна и разбрелись в поисках диковинок и товаров для себя. Князь осторожно осматривался. Сейчас этот город был небольшим. Демоны зазывали к себе, расхваливая свои товары направо и налево. Никогда не думал, что буду вот так ходить здесь. Ци Жун задумчиво брёл по улице. В прошлой жизни Хуа Чэн взашей гнал его, стоило Ци Жуну появиться поблизости. А теперь... Демоны неожиданно начали расступаться. Ци Жун подошел поближе к группе призраков. По дороге медленно шли Хуа Чэн с Се Лянем. Градоначальник со скучающим взглядом осматривался вокруг. В этой жизни они снова вместе. Ну, впрочем, ничего удивительного. Надо уходить отсюда. Едва Ци Жун успел об этом подумать, как Хуа Чэн, проходя мимо, повернул голову. На мгновенье их взгляды встретились. В глазах Градоначальника мелькнуло осознание. Ци Жун сразу же пригнулся, благо перед ним стояли другие призраки, и бросился наутек. И только когда врата Призрачного города остались далеко позади, демон остановился, чтобы отдышаться. Встретить этих двоих было опасно. Не надо было ему приходить в Призрачный город. К тому же, Ци Жуну есть куда вернуться. Где-то вдалеке он, наконец, смог почувствовать свой огонь, значит Сюань Цзи и Шао Мэй живы. Как хорошо. На душе стало спокойно, и Ци Жун отправился в путь. Домой.