Легенда Алой Луны 🌕

Привыкнуть к отсутствию в доме брата оказалось непросто. Не имея возможности уснуть из-за бесконечного круговорота навязчивых мыслей в голове, ночами Тэхён неизменно отправлялся вглубь леса. Только там, воплощаясь в свою истинную сущность, он ощущал себя по-настоящему свободным. Деревья не заставляют примерять на себя сложные жизненные ситуации и принимать решения, не перешёптываются за спиной и не строят заговоры. Деревья — это просто деревья, и такая компания омегу более чем устраивала. Прохладным пасмурным утром юноша возвращался в поселение с очередной вылазки и почувствовав на себе пристальный взгляд со стороны, резко повернул голову. Северный советник, стоя поодаль, в открытую за ним наблюдал. Тэхён сменил траекторию, направляясь прямиком к мужчине: ему показалось, что его ждали. — Давно стережёшь меня? — Совсем нет. — ответил Намджун, — Меня предупредили, в какое время ты обычно возвращаешься, ты чрезвычайно пунктуален. — Надо будет сказать местным, чтобы поменьше трепались в присутствии чужака, — безэмоционально заметил младший. Альфа усмехнулся. — Знаю, что я не понравился тебе в нашу первую встречу… — Ни в первую, ни во все последующие. — согласился Тэхён, — Но ты на западе не за тем, чтобы добиваться моей симпатии. Что тебе нужно? Суровый прямой взгляд серых глаз прожигал насквозь, от таких невозможно спрятаться, таким нереально солгать. На крошечную долю секунды северянину вдруг почудилось, будто перед ним сам Ледяной вожак. — Видишь ли, мы с тобой имеем одинаковые цели относительно того, что касается наших стай… — вкрадчиво начал Намджун. — Да неужели? — омега сложил руки на груди. — Конечно, — терпеливый альфа не обращал внимания на чужой скептицизм, — каждый советник желает счастья и процветания для своего народа и делает всё возможное, чтобы направить действия вожака в нужное русло. — Значит, все эти годы именно ты побуждал Чонгука бессмысленно проливать кровь? Нападать, грабить, убивать и похищать младенцев?.. Ты так сильно хотел быть рядом со своим истинным, что позволил разрушить его жизнь? Намджун, побледнев, сузил глаза. Отчего-то стало трудно дышать. — Откуда ты… — зашипел он, дёрнувшись вперёд, но юноша мгновенно показал нож, предупредительно поводив им перед северянином. — У меня свои информаторы. — спокойно ответил Тэхён на неозвученный вопрос. — Так, говоришь, это ты надоумил своего вожака поступить столь гнусно? — Вожак далеко не всегда прислушивается к мнению советника. — едва сдерживаясь, чтобы не зарычать, произнёс альфа в своё оправдание. — А может, это советник делает далеко не всё возможное, чтобы направить действия вожака в нужное русло? Тэхён не моргал, глядя испытующе, но не так, словно ждал ответ, а словно изучал чужие эмоции вдоль и поперёк, все до единой. Намджун тяжело вздохнул, не в силах вынести этого, и прикрыл глаза. Маленький омега как будто специально бил по больному. То, что Чонгук опускался до детоубийства, известно всем. То, что среди пленённых им детей находился предназначенный Намджуна, знали лишь единицы. — Послушай… — сдался северянин, пытаясь изобразить примирительную улыбку, — я хочу сказать лишь, что и ты, и я желаем лучшей судьбы для наших людей… Война неминуема, и она рано или поздно придёт и на запад, вопрос лишь в том, с кем вам придётся схлестнуться. Даже если Чонгук откажется от идеи мстить за то, что его зов был проигнорирован, есть ведь и другие. Горцы давно борются за право называться Великими, но этому не бывать вовек, ибо поистине Великих стай всего четыре, как и сторон света. Со времён первых поселенцев Великого леса север, юг, восток и запад делят между собой его территории. Горная стая прибилась к этим землям много позже, и с тех пор мечтала заполучить хотя бы долю нашего могущества. Теперь, когда им удалось хитростью вырвать у нас север, думаешь, они остановятся? Как бы не так. Беда всегда является, откуда не ждёшь, так что будь уверен, твоя община доживает последние мирные деньки. — Хочешь, чтобы я уговорил Роина сплотиться с северянами? — Вот именно, сплотиться! Выйти против врага плечом к плечу. Если всё равно придётся дать бой горцам, не разумнее ли будет опередить их, когда они меньше всего ожидают? — Излюбленная тактика трусов — заставать врасплох. — прокомментировал Тэхён. — Так вы поступили с югом, так же поступали и с востоком… — Можешь ненавидеть меня, но я просто пытаюсь решить проблему ценой наименьших потерь. — почти в отчаянии заявил Намджун. — Это, в конце концов, священный долг каждого советника! — Ты прав, — ответил юноша равнодушным согласием, — вот и выполняй свой священный долг. Убереги Чонгука от необдуманных поступков, может быть, в этот раз тебе удастся преуспеть. Он развернулся и пошёл дальше по ранее намеченному пути. — Стой! — растерянно воскликнул альфа. — А ты… — А я не советник, — не оборачиваясь, известил сероглазый, — у меня ни перед кем долгов нет.

***

— Тэхён! — обрадовался юноша, заметивший темноволосую макушку ещё из окна, — Ты так долго не заходил! Омега плотно прикрыл за собой дверь и подойдя вплотную, строго глянул на молодого альфу. — Не верещи так, будто мы с тобой друзья. Тебя могут услышать. — Мы и так друзья, — обиделся Кхан. Тэхён со вздохом отстранился и боком присел на подоконник, незаметно наблюдая за движением на улице. — Об этом никому не нужно знать, Кхан, — сказал он, — иначе наша дружба плохо закончится. Не веди себя так беспечно, это моё тебе последнее предупреждение. — Знаю-знаю. — альфа нетерпеливо замахал руками и опустился на сбившиеся в кучу одеяла. — Прости. Мне запрещено покидать этот дом, я со скуки уже подвывать начал. Кроме тебя и Отшельника меня тут никто не навещает. — последние слова прозвучали особенно грустно. Тэхён нахмурил брови. — Забудь и думать о подобном, — произнёс он негромко, но крайне убедительным тоном, — Сыльги никогда здесь не появится. Даже если захочет, даже если у него будет возможность… Не придёт. Мне жаль тебя точно так же, как и его, и именно поэтому я просил и попрошу снова, не губи моего брата. Не подставляй вас обоих. Он второй вожак — и больше никто. Если действительно желаешь добра, если он тебе дорог, отпусти. Любить и на расстоянии можно… Кхан печально усмехнулся. — Любить на расстоянии? — переспросил он. — Ты сейчас сам того не зная, напомнил мне моего отца. Тот считает так же: любить на расстоянии можно, нужно, это совсем не трудно и не больно… Разлучив Намджуна с его половиной, отец не моргнул и глазом. Скажи мне только одно, Тэхён. Ты сам-то хоть когда-нибудь любил? — Я не разлучал тебя и Сыльги, — напомнил омега вместо прямого ответа на вопрос, — вас развели обстоятельства. Каждому из людей встречаются в жизни трудности, препятствия, которые им предстоит преодолеть, чтобы вырасти, окрепнуть духовно… Альфа разочарованно увёл взгляд и опустил уголки губ вниз. — Что тебе-то известно о жизненных трудностях, — пробормотал он, укладываясь на постели спиной к своему гостю. Тэхён медленно покачал головой. Невероятно, как сильно Кхан был похож на своего истинного по характеру и даже манерой дуться из-за пустяка. Именно пустяка, ибо тому, чего он никоим образом не мог изменить, Тэхён предпочитал не придавать значения. Зачем тратить силы и время зря, если назавтра Сыльги всё равно проснётся в постели своего супруга, коим является не этот прекрасный, слегка наивный юноша с севера? Причина, по которой Кхан несколько дней не мог покинуть избушку, заключалась в неожиданном визите Намджуна на запад. Ещё в первый вечер Роин распорядился увести юного волка с глаз долой, чтобы северный советник даже не заподозрил о наличии у него такого важного козыря. Поразмыслив, омега направился к старому другу. У Отшельника всегда были припрятаны какие-нибудь занимательные вещицы наподобие фигурных глиняных свистулек или картинок, раскрашенных цветными чернилами. Разбитое сердце Кхана таким не склеить, но это хотя бы немного повеселит его в его заточении и отвлечёт от тяжёлых дум. — И ты здесь, Тэхён! — кивнул встретившийся ему по дороге вожак, — Ты к Отшельнику? Пойдём вместе. Надо посоветоваться. — Насчёт предложения северян? — Верно. Я долго думал и кажется, нашёл способ избежать войны и при этом не нажить врага в лице Чонгука Бессердечного.

***

Подслеповатыми глазками куколка глупо таращилась на человека. Какое счастье, что они были не синими, эти жемчужины, иначе наверняка выели бы всю душу. — Ты тоже однажды оставишь меня, предатель? — обратился Чонгук к вещице и легонько потряс ею в воздухе. Его оставили все. Родители, наставник Аран, Ингук — его омега, единственный сын… даже истинный, будь он проклят — и тот ушёл на тот свет, не успев родиться. Чонгук, как лидер и военачальник, хорошо знал цену одиночества и как полезно бывает подумать в тишине о разных вещах, сосредоточиться на наиболее значимых. Однако порой одиночество превращалось для альфы в настоящую пытку, становясь его карой, бременем, крестом. Едва ли он хоть раз искренне раскаивался и сожалел о содеянном — Ледяной волк слишком доверял сам себе и не доверял остальным, чтобы сомневаться в собственных решениях. Только оборотень — не зверь; сколько бы звериного ни было в Чонгуке и что бы о нём ни говорили, время от времени ему всё же не хватало банального человеческого тепла, даже если сам альфа отказывался в это верить и всячески отрицал. Тени прошлого, на мгновение проявившиеся в его зрачках, рассеялись, и взгляд вожака снова стал пустым и холодным. Швырнув безмолвного собеседника в стену, альфа поднялся и сгорбился над картой, над которой проводил теперь почти всё своё время, просчитывая стратегии наступления и возможные пути отхода с поля боя. Если запад откажется заключать союз, Чонгуку придётся совсем туго, это понимали все. Но упрямый и гордый альфа отказывался сдаваться. Ради великой цели даже такая крайность, как привлечение в ряды своих воинов наёмников-дикарей не казалась безумием. Да, он не был рождён на севере, но север — его всё, его дом, его заросшее льдом холодное сердце. Чонгук вернёт его любой ценой и жестоко поквитается с врагами. — Великий вожак… — в комнату вошёл молодой воин, неловко опуская взгляд. Чонгук развернулся, взмахнув длинным широким плащом, и взглянув на пришедшего, брезгливо потянул уголок губ. — Смотри в глаза, когда говоришь со мной. Ты же воин, а не раб. — бросил он с презрением. Альфа поспешил исправиться, но от прямого зрительного контакта с суровым вождём ему стало ещё сильнее не по себе. Юноша заметно побледнел. — Наши постовые заметили движение на юго-западе, — слегка запинаясь, отчитался он, — белый северный волк направляется прямо в поселение. Предположительно, это советник Намджун. — Один? — Чонгук свёл брови. — Д-да, один, — заколебавшись от волнения, ответил воин. — В таком случае, лучше бы он издох в пути, — жёстко отрезал альфа и жестом руки прогнал его из комнаты. Глаза привычно налились кроваво-красным, как было каждый раз, когда Чонгука что-то выводило из себя. Намджун не привёл с собой зеленоглазую армию, вместо этого с позором вернулся сам. На редкость никчёмный советник. Если не случай в прошлом, связавший вожака и его советника раз и навсегда, Чонгук давно убил бы этого альфу и больше о нём не вспомнил. Но долг чести, как ни крути, выплачивать придётся, даже если выплата затянется на долгие-долгие годы. Как бы то ни было, на радушие со стороны Чонгука Намджун может и не рассчитывать. Хлопнув дверью, вожак вышел из помещения, перед этим подобрав с пола сувенир Джина и укрыв его в полах плаща. — Я не заметил вооружённых западных волков за твоей спиной. — ядовитым взглядом Чонгук впился в обнажённого мужчину, едва успевшего обернуться из волка человеком. — Ты так спешил, что обогнал их? Они прибудут с минуты на минуту? — Роин не будет биться вместе с нами, — тяжело дыша после скорого бега, Намджун покачал головой, — и не даст нам людей. — Вот как? — злобно хмыкнул вожак. — Тогда тебе не было никакого смысла возвращаться. — Смысл был. — советник взял протянутые кем-то из воинов тряпки и торопливо оделся, возвращая Чонгуку спокойный взгляд голубых глаз. — Роин не хочет воевать, но хочет помочь нам. С этой целью он созывает Совет Четырёх.