Сестра Темного Лорда

Том Реддл. Влияния Тома Реддла росло среди чистокровных родов. Самопровозглашенный Лорд не без удовольствия видел, как зерно недовольства нынешними порядками зреет во многих волшебниках. Он умело манипулировал людьми, смог собрать вокруг себя разношёрстную компанию: слабых, нуждающихся в сильном покровителе, амбициозных, ищущих славы, и агрессивных, требующих лидера, который направил бы их силы в нужное русло. Тому даже нравилось это. Читать людей, дергать за нужные ему ниточки. Добиваться определенного поведения от них. Чувствовать себя кукловодом. Том был доволен. Очередная встреча прошла успешно. Во всяком случае официальная её часть. Новые её участники, кто ещё не добился нужного уровня доверия и не показал свою полезность, успели разойтись. В доме Эйвери, где состоялся сегодняшний сбор, остались лишь самые близкие и преданные «друзья». Том видел, что остальным не терпится уже перестать заниматься делами и развлечься. Том позволял удавке на шее его «друзей» немного расслабиться. Закрывал глаза на то, как заканчивались их собрания. Ровно до тех пор, пока это не покидает стен мэноров или других заведений, приспособленных под их нужды. Ничего не должно было бросать тень на него и на его окружение. Все знали, что влекло за собой нарушение правил, и не спешили выписывать себе сеансы шоковой терапии в обществе Реддла. Сам Том обычно предпочитал не участвовать в их «развлечениях». Секс, сигареты и алкоголь в больших количествах мало его интересовали. — А теперь я хотел бы обсудить ещё одну вещь, — начал Том, расстегнув верхнюю пуговицу на рубашке и закатывая рукава. — Мою сестру… Том на мгновение задумался, как лучше приподнести его планы на неё. Аккуратно, чтобы не выдать лишнего, и дать достаточно информации, чтобы его поняли. Этой паузой воспользовался Эйвери. — Кхм, — прочистив горло, произнес он. — Александр отправил утром письмо. Девчонка попала на Когтевран. Заверил, что он уже поговорил с Эриком. Парни будут помогать ей по мере возможностей, как вы и просили… — Чушь, — на выдохе тихо произнес Том, но его услышали. — Я просил твоего брата, чтобы он помог ей составить первое впечатление о Хогвартсе. Волшебное впечатление. Том откинулся на спинку стула и подкурил сигарету от волшебной палочки. Это была одна из немногих магловских вещей, которая не вызывала отвращение. — Мой Лорд? — растерянно произнес Эйвери. — Прошу прощения, но разве… — Довольно, — приказал Том. — Ты уже дважды сбил меня с мысли. И к тому же считаешь себя, похоже, умнее всех. И я сам в курсе, на каком факультете кузина. Том не любил, когда его перебивают. Это сбивает определенный настрой мыслей. Подавив раздражение, он продолжил: — Александру было приказано следить за Аграт в поезде и первые дни в Хогвартсе. Дальше она будет сама учиться жить в этом жестоком мире. Для этого все готово? Вопрос был адресован не Эйвери, то Лорд не сводил с него недовольного взгляда. — Да, мой Лорд, — отозвался Мальсибер. — На Слизерине пойдут слухи, как вы и просили. Останется дело за малым. Девчонка либо ещё больше настроит их против себя, либо… — Нет, — оборвал Том. — Другого варианта не может быть. Не в её характере идти на их поводке. На все провокации она будет реагировать. И реагировать бурно. — Значит, так и будет, — заверил Эйвери. — Так же несколько человек с Когтеврана будут настроены против неё. Опять же, сейчас все завязано на ее происхождении. Дальше лишь смотреть на ответную реакцию. Но одно могу сказать точно, это усложнит ей жизнь… Голова Тома дернулась в сторону, и он перевел взгляд на Мальсибера. — Мне показалось, или я услышал в твоём голосе недовольство моими методами? Глаза Мальсибера забегали по лицам остальных, словно моля о поддержке. — Нет, я лишь не понимаю зачем, милорд. Столько действий, чтобы усложнить жизнь ребенку… Простите, если сболтнул лишнего. Он опустил голову, проклиная свой длинный язык. Но, к удивлению многих, Том не разозлился. Напротив, казался слишком погруженным в свои мысли. — Ваше любопытство мне весьма понятно, — медленно произнес Реддл и глубоко затянулся. — Я хочу видеть рядом с собой сильного мага. Во всех смыслах. Она будет моей правой рукой, но сейчас это лишь тепличный цветок, выросший в Лестрейндж-мэноре. Олдин Лестрейндж нервно поерзал на стуле. — И этому цветку нужно не только отрастить колючки, но и научиться выпускать яд.

***

К профессору Флитвику я вышла из гостиной ровно за полтора часа до ужина. Меня к нему предложил проводить Эрик, чему я была рада. Я опасалась, что могу заблудиться в этих коридорах, поэтому приняла его помощь. Одно дело самой навязываться и простить помощи и совсем другое, если её предлагают добровольно. Ну, или почти добровольно… — Не переживай, — подбадривал меня Эрик. — Ты поставила на место того мальчишку. За испорченное перо можешь не переживать. К тому же Флитвик не будет сильно тебя ругать, это не в его правилах. Лишь поболтаете за чашечкой чая. Это он любит. Я вежливо улыбнулась, благодарная за поддержку. Такое явно покровительство нашего старосты надо мной было видно невооружённым глазом и немного смущало меня. Я, возможно, догадывалась о причинах, но хотелось бы знать наверняка. — Почему ты это делаешь? — решила всё-таки спросить я. — Возишься со мной больше остальных. Улыбка медленно сползла с губ Крайтона и он замедлил шаг, оглянувшись по сторонам. — Так заметно, да? — спокойно спросил он, отходя к подоконнику и запрыгнув на него. — Я просто не люблю, когда чего-то не понимаю, — пожала плечами я, взяв протянутую руку Эрика, чтобы он помог мне сесть рядом. — Понимаю, — хмыкнул он. — Мы с Алексом друзья, несмотря на мое происхождение. Эрик неопределенно повел рукой в воздухе и тяжело вздохнул. — Моя мать — чистокровная волшебница, — пояснил он, наткнувшись на мой вопросительный взгляд. — Отец был полукровкой. Её вычеркнули из семьи, когда она с ним сбежала и вышла за него. Родители Алекса временами были недовольны нашей дружбой, но смирились. Мы с ним дружны с самого первого курса. — Значит, Эйвери, который разговаривал с Томом, передал тебе их разговор? — сделала выводы я. — Я и сам разговаривал с твоим братом, — пожал плечами Эрик. — Алексу нравятся его идеи. Я тоже отчасти их разделяю. — Какие идеи? — недоуменно похлопала я глазами. — Я одна о них никогда не слышала? Эрик нервно усмехнулся и взъерошил волосы. — Я тебе ничего не говорил, — отшутился он. — Придет время, и твой брат сам поделиться всем с тобой. Скажу только, что он говорит правильные вещи. И почаще слушайся его. Он щёлкнул меня по носу и взъерошил волосы, а увидев мое недовольное лицо ещё и рассмеялся. — Так что будь хорошей девочкой и не серди брата, — дал напуствие Эрик и спрыгнул с подоконника. По коридору раздались шаги, и к нам подошла старшекурсница с Гриффиндора. — Эрик, вот ты где, — улыбнулась она и, подойдя к Эрику, поцеловала его в щеку. — Я тебя везде ищу, а ты тут в обществе юной дамы, оказывается. Мне уже стоит ревновать? Я смущённо опустила взгляд, не желая становиться невольным свидетелем. — Прошу прощения, — ровно отозвалась я. — Не хотела отвлекать Эрика больше необходимого. — Не переживай, я пошутила, — улыбнулась блондинка. — Меня зовут Джулия. Как тебе Хогвартс? — Просто замечательно, — улыбнулась я. — Так вошла во вкус, что после первого дня умудрилась быть приглашенной в кабинет декана. Потрясающее везение… Ребята рассмеялись. Немного разговоров ни о чем, после чего я попрощалась и направилась в кабинет декана, решив, что прийти на пятнадцать минут раньше не слишком плохой тон. После стука я дождалась позволения войти и толкнула дверь. Невысокий профессор хлопотал возле стола, возясь с небольшим чайничком и кружками. — А-а-а, мисс Гонт, приходите, присаживайтесь! — писклявым голосом произнес Флитвик, радушно улыбаясь. Я повесила сумку на спинку стула, а сама опустилась на него, скромно опустив глаза на ладони, перебирающие складки юбки. — Прошу прощения, сэр, я пришла немного раньше положенного. Флитвик взмахом палочки отлеветировал на стол корзинку с выпечкой и две чашки, а чайник их наполнил. Сам же профессор залез в на высокое кресло. Ступеньками для него были две створки книг. — Ничего страшного, — отмахнулся профессор. — Скажу сразу, я не собираюсь ругать тебя. Давай поговорим как старые добрые знакомые, Аграт. Вам не стоит опасаться меня. Я не спешила прикасаться к чашке чая. Не раз слышала от Тома, что не стоит ничего пить и есть в незнакомых местах. — И о чем же мы будем говорить, профессор? Флитвик откинулся на спинку кресла, сцепив руки в замок на животе. — Я постараюсь стать вам другом за эти семь лет, что вы проведёте на моем факультете, — добродушно сказал Флитвик. — Я всегда рад выслушать своих учеников и, если нужно, чем-то помочь. Пусть даже незначительным советом. — Благодарю вас, я это учту, — вежливо улыбнулась я. — Чаю? — спросил Флитвик, придвигая свою чашку к себе. — Можете не опасаться. Я не опаиваю студентов зельями. Скажу по секрету, так делают лишь любители лимонных долек. Флитвик заговорщицки подмигнул мне и сделал глоток, мне лишь оставалось недоуменно хлопать глазами, не понимая, что он имел в виду, но уточнять я не стала. — Так о чем вы хотели поговорить, сэр? — спросила я, пододвинув к себе чай. Профессор расслабленно попивал чай, словно не он вызвал студента для выговора. — Прошу меня простить за мое любопытство, — начал он. — Но что все же случилось у вас с мистером Селвином сегодня? Можете не опасаться, все наши разговоры не покинут этих стен. Брат учил меня, что стоит внимательно относиться не к тому, какой смысл слов у твоего собеседника, а к тому, как построена фраза, и уметь читать между строк. — Но у любых стен есть уши, профессор, — улыбнулась я и поднесла чашку чая, притворившись, что сделала глоток. — Здесь лишь две пары ушей, — хо-хохотнул профессор. — Но если хотите, можем наколдовать себе по ещё одной паре. Я невольно рассмеялась. — Пожалуй, это будет лишним, — представив это зрелище, заверила я. — Что же… Мистер Селвин спросил меня относительно чистоты моей крови. Я на этот вопрос не хотела отвечать, считая личным и неприличным. Флитвик внимательно меня слушал, не скрывая эмоций на лице. С последними моими словами он явно был согласен. — С его стороны это действительно было нелюбезно, — кивнул он. — Но, простите меня, Аграт, я не вижу в этом причины столь бурной реакции с угрозами… Я несколько мгновений пожевала губу, размышляя, стоит ли довериться. Том несколько раз обмолвился о профессоре Чар, отзываясь о нем крайне положительно. — Я так отреагировала, потому что… Потому… В общем, Селвин сказал, что в моей семье приняты близкородственные связи и ничего другого от моих родителей не стоило ожидать. Мой голос слегла повысился, а щеки горели и злости и смущения. Профессор всплеснул руками. — Надо же! Какой наглец! — покачал головой он. — Как декан я не одобряю вашего поведения… А как воспитанный волшебник, коим себя считаю, понимаю ваш юношеский порыв. На душе стало немного легче от этих слов. — Мой вам совет — постарайтесь не вестись впредь на эти провокации. Этим вы облегчите жизнь прежде всего самой себе. Совет на первый взгляд был прост, но следовать ему было трудно. Я абсолютно не знала, как вести себя со своими сверстниками… — Спасибо, сэр, — ответила я. — Я попробую следовать вашему совету. Флитвик улыбнулся, явно довольный моей сговорчивостью. Ещё немного поговорив о разных вещах, в частности, Флитвик аккуратно расспрашивал меня о моем детстве, не задевая тему опекунства Лестрейнджей надо мной и семьи в целом. В основном он спрашивал о моих учителях, занятиях до Хогвартса. Я охотно рассказывала, умалчивая лишь о некоторых вещах — вроде брата и наших с ним занятиях. И едва не опаздывав на ужин, я вошла в Большой Зал в приподнятом настроении.