Ещё посмотрим, кто кого

Едва успела Марта скрыться с горизонта, как Борис, наблюдавший украдкой за ней из окна, быстро подскочил с кровати. Если он ещё минуту останется в комнате, то свихнется окончательно! Хозяюшка — дама весьма настырная: увидев несколько дней назад плачевное состояние своего жильца, она мигом окружила его заботой… Местами даже излишней! Ну и что, что на дворе четвертый день, а рана даже корочкой не покрылась! Плохая в этой жизни свертываемость крови значит у Тесемкина. Несмотря на свой недуг, Боря все же остро нуждался в прогулке… И, чего таить, в небольшом труде. Так сказать, отблагодарить Марту надо за её доброту! Только малолетку бы эту застать на месте, имя которой Гай. Благо, повезло Борису: Гая оставили за ним присмотреть, так что бегать по Гальтаре вдоль и поперек не пришлось. Борис столкнулся с ним посреди главной дороги. Юноша вел за собой тройку лошадей. Лошадки красивые были, серенькие, в яблочко, с льняными длинными гривами. — О, вы! А я как раз хотел отвести вашу красавицу на поле! — воскликнул Гай. — Да-да, и тебе доброе утро! — торопливо покивал Борис. — С твоей стороны очень мило, что помнишь про Сону. Гай, дело такое есть, у тебя пилы, молотка и гвоздей не найдется? — Борис понизил тон, точно его могли услышать не те уши. — Отчего же! И рубанок есть, — хитро прищурился Гай. Через десять минут у Бориса в руках был самый настоящий ящик с сокровищами: каких только инструментов не лежало. У Тесемкина даже сердце чаще забилось. Все детство мечтал о таком! И вот, в аренду получил! Ладно, не время ностальгировать, сейчас бы вспомнить, как в юности табуретки строгали! Пока Борис работал над своим замыслом, к нему пришла весьма грустная мысль, гласившая, что без Ракана ему врата не открыть. Признавать поражение было трудно, обидно, но необходимо. Предел возможностей Боря ощущал едва ли не вещественно. — И как же монсеньору это преподнести? — спросил сам у себя молодой человек. — Монсеньор, у меня тут договоренности, а у вас возможности, — Борис криво улыбнулся. — М-да, если я так начну, света белого больше не увижу! К вечеру Марта возвращалась с поля в обществе милых женщин. Этих дам Боря до ныне не видел в деревне с богатым историческим прошлым. В одном из моментов их бурного разговора одна из женщин резко остановилась и уронила руки на грудь. Её лицо вытянулось от восторга. Заметившие изменение её настроения подруги поспешили развернуться к тому, что так поразило женщину. И тоже замерли: жилец Марты, то бишь Борис, навешивал на ровненький, свежевыкрашенный столб череп давным-давно почившего быка. А Гай, выкинув руку вперед и выставив большой палец, как бы примерялся, правильно ли выполнена расцентровка черепа. — Лайе Астрапе! — воскликнула Марта, подбегая к Борису. — Борис, почему вы на ногах? И… И где мой забор? — Сударыня, — Боря довольно растянул рот в улыбке. — Неделю уже лежу, сил нет. Да и неудобно мне перед вами, вот решил немного отблагодарить за вашу доброту и за ваше гостеприимство. — Ой, — Марта поспешно провела рукой по свежему дереву. — Что вы, не стоило! Это же… Тем более в вашем состоянии! — Руки мне не оторвало, ноги носят, ничего сложного! — поторопился успокоить её Борис. Хозяюшка пребывала на седьмом небе от счастья, и по такому поводу на следующий день испекла пирог и созвала соседок. Борис, к сожалению, на обмыв забора не попал, так как ещё на рассвете поспешил убраться. Ему ещё до Алвы добраться надо, и желательно по пути не столкнуться ещё разок с Вайлет. Не нужен молодому человеку этот экстрим. Уж лучше со скалы прыгнет с куском ткани. Страха меньше будет. «Ничего, дорога длинная, правильные слова для Алвы подберём!» *** В Олларии стояла солнечная теплая погода. С уверенностью можно сказать, что лето одной ногой уже заступило в этот город. После Гальтары столица Талига казалась ничем иным, как мегаполисом и островом цивилизации. Ещё бы куда деть этих моралистов, по типу кузена и Штанцлера! На въезде в Олларию Сону повело в сторону, и Борис едва не упал на землю. То-то же смеха страже местной было бы. — Ты чего? — возмутился Борис. — Третий час только на ногах! Лошадь только фыркнула, мол, тебе не понять, двуногий! Боря на всякий случай спешился и тут же заметил на дороге подкову. — Казенное имущество не бережем, значит-ся! — цокнул на Сону Боря, поднимая подкову. — Ладно, отведем тебя в кузню. Обновим тебе обувку! Сона только вздохнула. Сбагрив её Пако, ведь в подковах и кузнецах Тесемкин понимал не больше, чем в фехтовании, он со спокойной душой отправился к себе. Да не тут-то было! В прихожей он столкнулся с Алвой. Монсеньора Боря застал в дорожном наряде, да ещё и с сумкой. — О, юноша, вы весьма вовремя! — вместо приветствий кинул Рокэ. — Ещё полчаса, и остались бы вы в столице. — А в чем, собственно, дело? — Борис напрягся. Он только приехал и тут же понадобился Рокэ. — Да, собственно, в том, что я еду в Варасту в роли Проэмперадора этих земель. А вы, если вы ещё не забыли, мой оруженосец, которому надлежит меня сопровождать. Суть улавливаете? — А! — покивал Борис, не без сожаления прощаясь с планами проспать сутки. — Понял! Если вы не против, я только одежду сменю… И заступлю на пост. — Хорошо, — Алва удовлетворенно кивнул и только и успел отойти от Бориса на пару шагов, как тот закончил свою мысль: — Никто вас, монсеньор, в той Варасте, не украдет! Уж я-то не позволю. Рокэ громко черкнул по полу ногой. Чего этот Окделл себе возомнил?