Один

      Красный камень оборвался. Теперь вперёд вилась лишь узенькая обыкновенная тропинка.       Лиана сглотнула и подняла взгляд. Сквозь тьму едва видны ряды деревьев по бокам тропы. Девушка лишь вдохнула — как вдруг мягкий зелёный свет заполонил собой всё. Маленькие светящиеся жучки-точки летали между деревьев, освещая собой всё. Можно было даже разглядеть прожилки на маленьких круглых листочках, каждого, в деталях. Жучки садились то на лоб Лиане, то на её волосы, отчего их приходилось отгонять рукой. Так, отмахиваясь, девушка медленно пошла вперёд. Неужели тот сад? Неужели она добралась?..       От воспоминания об Адене неприятно засосало в животе. Конечно, как она уже успела убедиться, несчастные влюблённые воссоединятся, но кровь это не ототрёт, хоть с кожей сдирай — лишь ещё больше будет…       Девушка остановилась. Впервые не хотелось ни идти, ни бежать, ни лететь — ни в какую сторону. Идти назад… Куда ей идти? Адена не видно. Никого не видно, кроме мельтешащих светлячков. Она одна… Она привыкла быть одной. Эта привычка сидела в ней ещё с рождения, на самом дне её глазниц, пряталась в «истинной сути». Ей предначертано было стать одинокой, быть ею всегда — как монстру, как хамелеону, как… Как той единственной, имеющей рассудок в мире без рассудка. Приспособилась за несколько столетий. Слилась с окружающей обстановкой, став такой же одинокой в мире одиноких.       Но теперь, оглядываясь назад, она хотела упасть без сил.       Теперь, в этом саду, её настигла простая, самая что ни на есть обыкновенная пустота. Разум полнился приказами, шёпотом, страхом, гневом и ненавистью. Всё лишь ради того, чтобы не быть одной. Вызволить Софью из лап смерти, спасти, вытянуть из ужасного мира в ещё более ужасный?       Однако теперь напарника нет. Может быть.       — Ладно! Я сделаю это. Я могу и разрушать, и созидать…       Лиана сделала шаг по тропке. Несколько шагов, ещё больше. Выстроенные деревья, светлячки, дорога — всё направляло к одному месту.       Большая круглая поляна с одним-единственным деревом посередине. Его голые ветки без единого листка, в отличие от предыдущих деревьев, были изогнуты ещё более сильным и неестественным образом, а на ветках висело множество чёрных, круглых, как яблоко, плодов с золотыми точками в хаотичном порядке.       — Мы дошли, — да, это Аден на другом конце. На торс больно смотреть, не говоря уж об измученном поблёскивающем лице. Из кармана торчит крысиный хвост…       — Какой-то неправильный сад из одного дерева… — проговорил Аден, когда оба подошли к тому самому «одному дереву». Однако, как только девушка и парень одновременно подняли глаза, плоды исчезли вмиг.       — Здравствуйте, — к ним двоим подползло чудище. Нижняя его белая светящаяся часть была похожа на голую улитку без дома, а верхняя складывалась в полноватого бога без ног. Чем-то он был похож на Диониса — только взгляд тяжёлый и грустный, да и волос не имеется. Аден с Лианой нерешительно замерли, готовые удирать в любую секунду.       — Раз вы дошли сюда, значит, в вас есть и созидательная, и разрушительная сила, — от этого спокойного, низкого голоса незнакомца Лиана вся сжалась. Болезненное воспоминание событий вчерашнего (или ещё сегодняшнего?) дня резануло. — Вы сможете вкусить плоды, но прежде докажите, что достойны этого.       Монстр, то ли нарочно, то ли нет, говорил медленно и с большими паузами, внимательно оглядывая присутствующих. Аден смотрел дерзко и уверенно, пока девушка посупилась, опустив взгляд в пол (а сама следила периферийным зрением). Сердца обоих стучали в едином бешеном ритме.       Что? Что им теперь надо сделать, когда они сделали уже почти всё? Перешагали добрую половину бескрайнего городка, вернулись живыми даже из лап монстра, который подчиняет разум. Что ещё?!       — Каждый из вас должен отдать кусочек своей плоти длиною хотя бы с, скажем, мизинец. Для этого я дам вам кинжалы. Вы вольны отказаться, однако и плодов тогда не получите.       Едва лишь это было сказано, как две руки — справа и слева — протянули по кинжалу Лиане и Адену. Ручка каждого клинка была перемотана зелёным плотным бинтом. Острота блестела на свету. На поверхности угадывалось отражение, будто у зеркала.       Две пары глаз на два кинжала. Решительные и испуганные, на полпути к смерти и на полпути от неё. Аден перехватил оружие поудобнее, взглянув на собственную грудную клетку. Та из последних сил опускалась и поднималась.       — А камень подойдёт? Мне всё равно не жить, — спросил парень отчуждённо, сглотнув слюну. Огромный монстр на это лишь кивнул. Силы покидали Адена. Будет ещё несколько минут, чтобы вкусить яблоко. Раз уж ему суждено отправиться на тот свет, пусть кто-нибудь выйдет оттуда.       Лиана со страхом смотрела на лезвие.       «Вылитый хлопок». Изуродованные Софья, Аден… Их телам не позавидуешь.       «Слёзки выжигают глаза?»       Слёзы выплавляли дыру в глазах, попадали в нос, отчего становилось трудно дышать.       Она не могла это сделать. Она не могла, помня ту боль, с которой её толкнули в живот, резать себя. Она не могла, помня, с какой беспощадной силой кожу рвала смола, отрезать кусок себя — ещё раз шагать в эту пучину боли. Она не могла и вырастить на себе другую часть тела, вроде веточки дерева, отрезать её без боли, ведь это наверняка будет заметно. Сейчас инстинкт мешал ей: ей бы стоило перебороть себя ради Софьи — не жертвовать даже собой, просто надрез, просто кожа… Но крик монстра внутри неё громче, громче, громче, и…       — Я не могу. Я не буду, — сказал голос инстинкта, бросил нож. Словно ей не принадлежали ни голосовые связки, ни кисти рук, ни отпрянувшее тело… Кровь вскипела.       Мир замер. Кинжал Адена полетел на землю из разжавшихся юношеских пальцев.       Полуулитка-полубог забрал оружие и молча ушёл.       Аден прожигал взглядом Лиану. В нём бурлила ненависть.       — Да ты… Да ты… Ничтожное создание! Из-за твоей трусости, из-за твоей глупости мы чуть не погибли уже неизвестно сколько раз! Я едва смог прийти сюда, я уже умираю, посмотри, ты же видишь! Я вот-вот погибну, а ты… Жалко струсила, поджав хвост, в самый последний момент! Никчёмная, жалкая мышь, которая даже просто срезать кожу боится!       На глаза Лианы проступили слёзы.       Настоящие.       Он был таким же, как Тейлор. Оказался таким же…       Она так хорошо притворилась серой мышью, что Аден в этом же её и упрекнул. Настолько хорошо скрылась, что её перестало быть видно.       Инстинкты сработали прекрасно. Но…       — Да как ТЫ смеешь МНЕ такое говорить?!       Миг замутнённого взгляда, показывающего «истинную суть». Шок на лице парня. Два шага вплотную к Адену. Страх раскрытия шёпотом в каждой клетке тела говорил лишь одно, что Лиана не успела разобрать.       Ведь, эхом отскакивая от стен в голове, зазвучит чёткий приказ, созвучный её природной глубокой потребности: убить, но не дать раскрыть себя.       «Устройте мне кровавый ужин».       Аден схватил карту.       Лиана перехватила её.       Взгляд, глаза в глаза. Попытка Адена толкнуть Лиану и отобрать, но…       — Разруби Адена!       Карта с мечом исчезла. Верхняя половина парня медленно отъехала вниз от нижней. Траву залил фонтан из крови. Задело и платье девушки.       «Теперь точно на твоих руках кровь».       Внезапно к Лиане подскочил монстр из ледяных игл. Дыхание её замерло, однако монстр не ей интересовался: он направился к мёртвому телу.       Туман рассеялся. Тошнота подступила к горлу. Не появилось разумности, но появилась краткая вспышка осознания. Стало невозможно находиться тут. Тем более, что тут перед ней монстр, пришедший поесть на «кровавый ужин».       Оставалось только схватить последнюю выпавшую карту и убежать, пока через пару шагов ноги не наткнутся на знакомые золотые ворота от края до края и большой замок, ключ от которого Лиана помнила, как родного.       Кубик под действием лёгкого дуновения ветра перевернулся на красную грань.       «Закон».