Три дара

      Над горами провинции Юньнань два ярких пятна метались в бурной схватке. Звуки ударов длинных тел друг о друга раскатами грома распространялись вокруг. Умиротворённый белый дракон цепким, но одновременно томным взглядом, наблюдал за действием в небе, сидя на одной из вершин гор. Но вскоре ему это надоело, и он решил вмешаться. — Да успокойтесь вы, дракой дело не решить. Чжулун, ты бы лучше подумал, что можно сделать в этой ситуации, а не размахивал своими лапами. Алый, как кровь, и яркий, как огонь, дракон прекратил драться и обернулся к белому: — Послушай, Байлун-гэ*, тебе легко говорить, а этот чёрный гадёныш только масло в огонь подливать и умеет. Он насмехается над количеством прихожан в моих храмах! *-гэ — уважительное обращение к старшему брату       Иссиня-чёрный дракон злобно зыркнул на своего недавнего оппонента в драке и уже открыл пасть для ехидного ответа, но Байлун не дал ему сказать и слова. — Прекратите немедленно. Вы младше остальных наших братцев всего на несколько сот лет, а не тысяч. Что за детское поведение? — белый дракон устало выдохнул горячий пар. — Сюаньлун-эр*, а ты бы лучше помог ему. Насмехаться над кем-то — удел смертных, не опускайся до их уровня. *-эр — ласковое, нежное обращение, уменьшительно-ласкательное — Да как я смогу ему помочь? — нервно вымолвил чёрный дракон, плавно опускаясь рядом с белым. — Это Чжулун рассорился с братом Цинлуном в прошлом году и до сих пор не смог помириться, а не я. Я бы рад помочь, но не могу же вместо него пойти извиняться. — Ишь ты какой благородный, — прошипел сквозь зубы Чжулун, с шумом приземлившись напротив них. Его чешуя на свету, словно языки пламени, завораживающе переливались, предавая дракону ещё более божественный вид. Но вот думы у этого прекрасного существа были совсем не возвышенные. — Не ты ли был первым рад, что мы с дагэ* поссорились? *дагэ — самый старший брат Алый и чёрный драконы вновь чуть не сцепились, яростно шипя друг на друга, но Байлун в корне пресёк любые их действия. — Сяо* Сюаньлун, ты поможешь Чжулун-эру. В твоих мистических водных владениях должны найтись Эршиси Динхай Шэньчжу. *сяо — обращение старших к более младшим — Двадцать четыре успокаивающих жемчужины океана? — Чжулун с недоверием уставился на второго по старшинству брата и горько усмехнулся. — Ты что, с их помощью собрался усмирить меня навечно? Байлун улыбнулся, но в его глазах сверкал отстранённый холод. Белый дракон наклонил голову чуть вбок, внимательно смотря на Чжулуна, как бы говоря — «подумай-ка ещё». — Подожди, ах! Ты предлагаешь их подарить старшему брату в знак примирения? — изумился Сюаньлун и тут же стал возмущаться. — Но почему от его имени, жемчужины-то мои?! — Прекратите шуметь. Разве вы не хотите прежних добрых отношений между нами — пятью названными братьями? — взгляд Байлуна стал острым, как лезвие клинка. — Дарами у нас лишь будет возможность показать брату Цинлуну свою искренность. — Но разве тогда хватит этих жемчужин? Они, конечно, ценны, но мы не общались целый год и вряд ли этого хватит, чтобы уладить все недоразумения между нами. — Чжулун стал заметно спокойней и даже более грустным. — Дагэ беспощаден в своём гневе, я и не рассчитываю на столь быстрое прощение. — А это уже твои заботы. — отмахнулся Байлун и неспеша направился к только что подошедшему зверю. — Ух ты… Брат Байлун действительно сильный покровитель запада, даже хуань приходит сопровождать его. — тихо произнёс Сюаньлун.       На черного и красного драконов смотрело существо похожее на крупную кошку, но с одним глазом и тремя хвостами. В народе ходили слухи, что хуань* может запросто растерзать любого животного и даже конкурировать с сильными мифическими зверями за звание сильнейшего. *хуань — мифическое существо, упоминается в древнекитайском трактате «Каталог гор и морей» — Подумайте хорошенько у кого и что именно можно взять для дара брату Цинлуну. — издалека изрёк Байлун и плавно взмыл в небо. — Эх, на запад полетел. Сегодня же Юаньсяоцзе*, Цингун-гэ уже принимает гостей, наверняка в Шанхае сейчас также красиво, как и в прошлом году. — вслух раздумывал Сюаньлун. * Юаньсяоцзе — праздник фонарей, празднующийся в 15-й день 1-го месяца по лунному календарю. Знаменует собой окончание праздника Весны (традиционного китайского Нового года).       Чжулун вспомнил, как год назад на праздник фонарей он сначала оскорбил, а потом и вовсе смертельно поссорился со старшим братом Цинлуном абсолютно по какой-то незначительной глупости, в первую очередь из-за своего скверного характера. И видимо просто из-за упрямства ни один из названных братьев не сделал шаг навстречу примирения, хотя оба жаждали этого. Об этом было думать крайне неприятно: — Хватит тут ностальгировать. Иди достань мне эти Эршиси Динхай Шэньчжу, а я… — Сюаньлун выжидающе посмотрел на алого названного брата в предвкушении узнать его дальнейшие планы. — обращусь за помощью к брату Хуанлуну. Может быть, у него будут какие-нибудь мысли. — Ха-ха, вечно занятый средний брат Хуанлун… Не думаю, что он найдёт даже минуту, чтобы помочь тебе. У него слишком много прихожан, которые молятся о прощении грехов каждый день по несколько сотен раз. — усмехнулся чёрный дракон, хитро поглядывая на обладателя «полтора» прихожанина. — Ты можешь хоть иногда не говорить гадости? — вновь вскипел сяоди*, но второго дракона уже и след простыл. *сяоди — самый младший из братьев