В пару строчек

Томми привык заботиться об Уилбуре. Это давно вошло в привычку и подобие нормы, для них двоих уж так точно. Раньше Томми просто докучал Сута звонками, используя их как способ достучаться до своего друга, заставить контактировать с ним, чтобы прервать порочный круг из самобичевания и самоограничений. А потом переезд. Томми однозначно получил больше власти для своего навязчивого желания заботиться об Уилбуре. Теперь он смог приходить к нему домой, так, что тому просто некуда было деться. Забота Томми — что-то привычное, самособой разумнющееся. Уилбур к этому привык и искринне был благодарен, хотя из-за своего состояния он не всегда мог сказать об этом или проявить в действиях. Хотя всегда создавалась бивалентная атмосфера. Уилбур не чувствовал потребности в проявлении благодарности, как будто Томми знает это и так, а с другой стороны Томми это и не было нужно. Он действовал из чистого интузиазма, благодетель чёртов. Может, он просто любил настолько сильно. Человек, который не любит, наверное, не способен настолько тщательно заботиться, не забывать напоминать о еде и воде, переодически спрашивать о состоянии и сразу прибегать, почуяв неладное. Уилбур был благодарен. Искринне сильно благодарен. Уилбур был благодарен. За всё. Честно. Томми никогда не отворачивается от него, всегда был рядом и помогал всем, чем только мог. Уилбур был благодарен. Уилбур был благодарен, но ему нужен был глоток свежего воздуха. Свободы. Он не предупреждал о своих планах из-за того, что в разговорах о гипотетически вероятности, Томми заявлял, что /точно/ поедет с ним. Между ними так и повисло это "а вдруг с тобой что-то случиться без меня". Уилбур любил Томми и /был ему благодарен за всё/, но он не хоткл чувствать себя маленьким ребёнком в горячке, которого бояться оставить одного. Он мог позаботиться о себе, как бы глупо это не звучало, учитывая его склонность впадать в депрессию. Ему не хотелось расстраивать своего больше чем друга, не зотклось говорить на прямую такое ранящее "я её хочу, чтобы ты ехал со мной". Только от представлений как это будет внутри Уилбура всё скукоживалось и неприятно ныло. После всего, что Томми сдклял для него, он не мог его расстроить так. Не сразу, хотя бы. Даты были обговорены. До анонса считанные минуты. И Томми решил постримить. Уилбур с ужасом и клокочушими нервами ожидал, когда чат начнёт орать о турне, уже зная как Томми моментально погрустнеет. Так и было. Вплоть до конца стрима Иннит просидел какой-то вялый, привычная хаотичная энергия исчезла и на её место пришло выражение "почему он не сказал, /почему/". Когда Уилбуру пришло первое сообщение, о чём телефон любезно провибрировал, он уже знал что там. Так же как знал, что нет смысла отвечать, ведь Томми в любом случае приедет к нему, не смотря на поздний вечер. Его ничего не могло остановить, когда он волновался за него. Уилбур это хорошо знал, много раз чувствуя. Именно поэтому досматривала строим он уже не дома.