Оно и нас услышало...

На стене тикали часы, а я все смотрел в окно, подперев щеку рукой. – Цок-цок, цок-цок... –мой голос пытался подражать этому непонятному и слегка раздражающему звуку. Я совсем не понимал, как мама постоянно может проводить время на кухне, когда эти часы каждую секунду издают какой-то «тик». Так и с ума сойти можно. – Эх, вот бы ночь побыстрее. А там уже и до утра не далеко. А в обед всех в гости позову... А может сейчас позвонить? –я снова посмотрел на часы. Девять часов вечера. – Да не, как-то уже поздновато для звонков на стационарный. Вдруг, кто спит? Закрыл глаза. Почему-то, в голову лезли мысли о Димке. О его порядочности и образцовости. – А может все-таки позвонить? –одним глазком я глянул на телефон, стоящий на небольшой тумбочке в прихожей. Он так и манил, будто сам зазывал взять трубку и набрать заветный номер. Димкин я наизусть знал. Специально выучивал, чтобы в книжку записную постоянно не лазить. – Была не была. Позвоню. –я неуверенно потянулся к белой трубке, и медленно набрал нужные цифры. Раздались гудки и какое-то тихое шипение, а затем чей-то женский голос. На моём лице сразу просияла улыбка. – Алло? –вопросительно произнесла женщина на другом конце провода. – Здравствуйте, тётя Алла. Это Валера Маслов вам звонит. Можно, пожалуйста, Диму к телефону? Я хотел его завтра в гости позвать. –на последних словах у меня немного дрогнул голос, но я тут же кашлянул, прочищая горло. Минуту в трубку молчали, а затем тётя Алла продолжила, но уже более громко и сердито. Правда, злилась она точно не на меня. Просто хотела, видимо, чтобы кто-то другой её услышал. – Нельзя! Он наказан! – Что? Почему? –не поверил я своим ушам. Такой воспитанный и культурный человек, как Димка, и наказан? Да не может этого быть. – А вот... Стыдно говорить даже такое. Представляешь, Валерий, я у него в куртке сигареты нашла! –возмущалась тётя Алла, а я на этих словах застыл, как статуя Ленина у нас на площади. Дальше Димкину маму я уже не слушал. В моей голове вертелось только одно – «Признайся же!». И только я собирался что-то ответить, как услышал знакомый мужской голос. – Мам, это Валерий звонил?.. На этом разговор и оборвался. А я продолжал держать трубку в руках, будто все ещё надеясь, что Димка скажет что-то ещё, и одновременно с этим обдумывал все, что сейчас услышал. – Это что-же, Димка не придёт? И в этом я виноват? «Ну все, теперь точно не усну». Интересные темы для размышления – на ночь, самое то, чтобы выспаться...А ведь Димка всего этажом ниже живёт. Может, самому к нему прийти? Дзынь! Дзынь! Я вздрогнул, от неожиданности чуть-ли не вскочив со стула. Звонил телефон. – Алло? –мои руки снова задрожали от нервов, как в прошлый раз, на балконе. – Валерий, это я. –раздался мужской голос на другой стороне. – Димка! –воскликнул я, а затем кашлянул, делая голос серьёзным. – Я приду завтра. Не переживай только. Там и поговорим. И, пожалуйста, не вини себя в этой небольшой неурядице. –кажется, Востриков улыбался. Я чувствовал это даже через телефонный провод. Его голос был теплее, чем обычно. – Спасибо, Дим... Я почему звонил то...Послушай, ты же знаешь, что у меня мама уехала, да? Так вот, завтра, думаю, всеми на ночёвку собраться надо, как раз. Тебя я уже позвал, осталось остальных, что думаешь? –я не стал акцентировать внимание на случае с сигаретами прямо сейчас. Мало-ли, может рядом стояла и подслушивала его мама, да и раз Димка сказал, что завтра поговорим, значит так и будет. – О... –Димка остановился, будто замявшись, но тут же поспешил продолжить, когда понял, что пауза затянулась: – Да, ты прав. Будет весело... –может, мне показалось, но особого энтузиазма в голосе товарища, я не услышал. – Ну, что ты? Совсем раскис? Я всю правду могу рассказать, ты только... –я попытался закончить фразу, но Димка меня перебил. – Нет-нет, все хорошо, Валерий. Моя мама понимающая. Я же не из отцовского портсигара украл, так что ругать меня особо никто не стал. Я услышал смешок и немного призадумался. Димка был прав. Мне бы крепко влетело, признайся он, что сигареты принадлежат мне. – Спасибо. И спокойной ночи. –прошептал я, надеясь, что Димка услышит. Снова послышались гудки. Кажется, Востриковы отправились спать. – Так не хочется всех завтра обзванивать... –вздохнул я, потянувшись. Сон напал и на меня. Я последний раз взглянул на вечерний дворик, и, к своему удивлению, заметил Ваську, стоящего прямо под моим балконом. – Валерка! –парень помахал мне рукой, улыбаясь своей широкой улыбкой во все тридцать два зуба. – Привет, Вась. –устало пробормотал я, а затем демонстративно зевнул. – Спал что-ли? Так ведь даже не темно ещё. Айда ко мне, вместе из рогатки стрелять будем. –хулиган ухмыльнулся, как-то с особым интересом смотря в сторону школы. – Директору окно разобьём. –Васька с гордостью закинул голову наверх, и потер свою запотевшую шею ладонью. – Да не, мне тут, понимаешь, за квартирой следить надо. Некогда мне, Василий. –мой голос звучал как можно важнее, как-будто это я сказал маме уехать в город, а квартира – это так, помещение для встреч нашей компании. – Улёт. –с завистью в глазах, но с огромным уважением, кивнул Васька, взглянув на меня по-новому. – Приходи завтра на ночёвку, если хочешь. Остальных тоже зови. Даже Алису свою пригласить можешь. Но, сам понимаешь, это только ради тебя, кого попало звать не могу – частная территория. –я попытался сделать голос, как у юного мафиози – чуть хитрым и загадочным. – Есть, сэр. –улыбнулся Васька, став по стойке «смирно». – Завтра, э-э... Часам к семи. Тайное собрание. –на этом мой силуэт исчез с балкона. Я снова зевнул. Глаза уже не слушались, а ноги еле-еле доковыляли до кровати. Я плюхнулся на неё, весь выжатый, как лимон, и закрыл глаза. Дальше ничего не помню. Утро выдалось странным. Разбудил меня протяжный звонок в дверь. Я, кое-как открыв глаза, бегло взглянул на часы. Неужели уже семь часов?.. Да, семь часов. Правда... Семь часов утра! Кого это нелёгкая принесла так рано? Я поднялся на ноги и поплëлся к двери. Руки, будто на автомате, сами открыли дверь. – Тимур?.. –я мгновенно проснулся, уставившись на соседа с первого этажа. – Привет, Валера. Наталья Николаевна дома? –Тимур попытался заглянуть мне за спину, в попытках разглядеть где-то силуэт моей мамы. – Нет. Она уехала. –я насторожился. Моя семья никогда тесно не общалась ни с кем из Ковалëвых. – А что? –добавил я, когда Тимур замолчал после моего ответа. – У меня маме плохо стало. Я думал, может у вас таблетки от головы есть? –Тимур улыбнулся, сложив руки за спиной. – Не знаю. –почему-то, от вида Ковалёва мне стало немного жутковато. Почему он улыбается? Не так должен выглядеть подросток, который волнуется за свою мать. Я немного прикрыл дверь, надеясь, что Тимур этого не заметит. Мне хотелось побыстрее закончить этот диалог. – Ладно, я пойду тогда? –Ковалёв склонил голову вбок. Только тогда я заметил у него в руке небольшой складной ножичек, который выглянул из-за его спины. Мои глаза быстро дёрнулись в сторону лестницы. Я не хотел показывать, Тимуру, что заметил предмет в его руке. – Да. –я захлопнул дверь, быстро защелкнув замок. «Почему у него в руке был нож? Зачем он его спрятал? Что ему надо было?» Я простоял у двери пару секунд, а затем заглянул в глазок. «Зря вообще ему открыл. Спросонья не додумался сразу сюда посмотреть». Перед моей дверью уже никого не было. Ушёл, наверное. Я выдохнул. Сердце, что минуту назад быстро билось, наконец успокоилось. «Странный этот Тимур. Ну, ладно... Но перепугался я зря, наверное». Дальше день проходил не очень уж насыщенно. Я снова отправился в кровать. Странно, но в этот день я спал дольше обычного. До пяти вечера, хотя обычно к часу дня просыпался по выходным. Благо, сейчас лето было, и в школу не надо. В семь раздался стук в дверь. Я знал, кто пришёл. Из всех моих друзей, только Димка, почему-то, не в звонок звонил, а стучал. – Привет, Дим. –я открыл дверь, улыбнувшись своему товарищу. – Здравствуй, Валерий. Могу зайти? –кивнул Востриков, снова поправляя свой галстук. – Да, конечно. –я отступил, сделав шаг назад, и впустил Димку в прихожую. Я уже знал, где мы будем сидеть. Квартира у нас большая – отец постарался, уважаемый человек все-таки... Военный. Вот и выделили ему ему квартиру трёхкомнатную. Одна комната моя, другая родительская, да и зал достаточно просторный был. Отличное место для того, чтобы посидеть вместе с друзьями. – Дим, я тут про сигареты спросить хотел... –было начал говорить я, но Востриков замотал головой. – Извиняться даже не думай. Как получилось, так получилось. Это же я их у тебя забрал. Да и сам про них забыл. Так что не волнуйся, правда. Мама не ругалась особо. Просто удивилась больше. Да я бы сам себе удивился, если бы решил курить. –рассмеялся Димка, похлопав меня по плечу. Я кивнул. Димка – правда настоящий друг. Я бы даже сказал – лучший. В дверь снова позвонили. Я уже даже открыть не успел, как дверь сама распахнулась, и на пороге появился запыхавшийся Васька, а за его спиной стояла растрепанная Алиска Авдеева. –Ребят, вы чего?.. –попытался сказать я, как меня остановил Васька, попытавшись после своей одышки вставить хоть одно внятное слово. – Умерла... Фух...Вчера... –Васька запнулся снова, а Алиса протянула ему бутылку воды. – Мама у Тимура умерла вчера ночью. А мы целый день не знали... Все так тихо было. Даже Тимур никому ничего не рассказывал. Да и не видел его никто. –продолжила вместо Васьки Алиска, пока он жадно пил воду из стеклянной бутылки. – Как? –открыл рот я, вспоминая утренний приход Тимура к себе. – Да быть того не может. –снова захотел я обратиться к своим друзьям, как Васька продолжил: – Может. Я на похоронах сейчас был. Тимура видел. Ты думаешь, почему мы такие потные? Еле успели к семи. И-то на десять минут опоздали. –как-то вымученно ухмыльнулся Печорин, и ввалился в мою квартиру, затем усевшись на диван в зале. – Проходи, Алис... –пробормотал я с отвисшей челюстью. От таких новостей у кого угодно испарина бы на лбу выступила. Жутко. Когда все уселись в зале, я все ещё стоял у двери. В голове крутились нехорошие мысли. Родителей дома нет, Тимур с ножом, смерть его матери, имя которой я даже не знаю... Вот ведь чертовщина. Я снова покосился на дверной замок. Утром он, чаще всего, был не закрыт. А зачем? Кому и что в нашей квартире могло понадобиться? Только я успел об этом подумать, как дверь снова открылась. Моё сердце в пятки ушло, настолько резко это было. На пороге возник Коля. Слава богу. Я уж думал, опять Тимур пришёл. – Здравствуй. –улыбнулся Горбунов, сжимая в руках свой школьный портфель. – Привет, учился допоздна? Проходи, проходи. –я пропустил друга в зал, и, недолго думая, закрыл дверь на защёлку, опасливо перед этим проверив подъезд. Горбунов кивнул, и уселся на пол, прямо рядом с Васькой. Мы расположились в небольшой полукруг. Васька сидел ближе всех к выходу, рядом с ним Коля, потом Алиса, затем, чуть подальше, и Димка. Я сел с ним. Лучший друг, все-таки. – Кхм, кхм. Я думал просто посидеть собрались, но раз новости такие, то давайте вы что-нибудь рассказывайте. –я повернул голову к Авдеевой и Печорину, ожидая каких-то подробностей. – Да что рассказывать? Сами только узнали. И то от бабушек из моего двора. –заговорщеским шёпотом проговорила Алиса, а затем окинула взглядом всю нашу компанию. – Так вот, говорят, что от инфаркта умерла. Ещё позавчера. Это мне баба Фрося рассказала. У неё муж на кладбище работает. Ну я и сообщила Ваське...Похороны очень быстро организовали, мы, правда, только к концу успели. Просто посмотреть. У вас же деревня небольшая, пешком добежали. –тараторила Авдеева, пока теребила свои белокурые косы. Девушка все ещё не могла привыкнуть, что теперь тоже живёт в деревне, а не в столице. – Ты не все рассказала. Самое интересное пропустила. –поругался Васька, и уже продолжил сам, махнув на Алису рукой. – Короче, мы Тимура видели. Он не заметил, вроде. Лицо у него грустное было. Ну, как у любого человека нормального. А я, значит, решил посмотреть за ним. Не так часто видимся же. Я думал, соболезнования выразить подойду. Но он меня не заметил, и к могиле ближе подошёл, когда все разошлись. Я только тогда у него в руках какую-то тетрадку увидал. Тимур её кинул, лопату схватил, которой гроб закапывали, ну и тоже земли сверху насыпал...Прям сильно так насыпал, но быстро. –дальше Васька сделал паузу, и вытащил из под футболки грязную зелёную тетрадь. – Ты что?! –возмутился Коля, легонько стукнув себе рукой по колену. – Ты тетрадь откопал?.. –удивился Востриков, а затем покачал головой. Он своего мнения по этому поводу не решился выразить, хотя я видел, как у него глаза недовольно поблескивали. – Алиса, ну ты же девушка умная, почему его не остановила? –ругался Коля, возмущённый таким поведением. Его очень волновала церковная тематика. Его родители, вроде, в бога верили, и коммунистами не были. Запрещено это у нас, конечно, но родители мои к этому более благосклонно относились, чем к ведьмовсту от семьи Тимура. Да и Коля – мальчик умный, учится постоянно, зубрит даже. – А что я?! Я отошла на минутку. Смерти я боюсь... Покойников всяких, ну и осталась у ворот кладбища постоять. Тем более, оно у вас страшное какое-то. Разрушенное наполовину, везде ветки валяются, кресты сломанные где-то лежат. Я такое только в фильмах видела. Не пошла за Васькой. Тимура только на выходе увидела, поздоровалась, соболезнования выразила. А как Васька пришёл, так рассказал мне все. Ну а что я скажу? Не посылать же его обратно закапывать? Ладно, если другие бы Тимура увидели за таким занятием, но не нас же. Представьте, как бы выглядело со стороны. –всплеснула руками Авдеева и надула щеки, явно не считая себя виноватой. – Дело говоришь. –закивал Васька, за что получил рукой по голове от Алисы. – А ты молчи вообще. Зачем ты туда полез? Любопытная твоя голова. –запричитала девушка, скрестив руки на груди. – Да ладно вам ссориться уже... Что в тетрадке то? Вы смотрели хоть? Что-то важное? –подал голос Димка, разнимая двух влюблённых. – Смотрели! –опомнился Печорин, и открыл тетрадь на первой странице. Там были какие-то записи, написанные аккуратным почерком чёрной ручкой. – И что это? –выглянул через Васькино плечо Коля, тоже пытаясь что-то прочитать через свои очки. – Тут ритуалы какие-то... Помните, какие слухи о них ходили? О Ковалёвых. Мол, мать ведьма, а сын по её стопам пошёл – колдун. –зашептала Авдеева, которая обычно эти слухи и разносила. Васька начал читать. – Тут существ каких-то призвать можно. Бу! –вскрикнул Васька, а затем рассмеялся. Никто из нас, кроме Алисы, наверное, страшилок не боялся. – А давай. –Колькин настрой мигом поменялся. Он только бога боялся, а не бабаек всяких, но нервишки себе пощекотать хотел. Тем более, когда ещё такая возможность появится, когда дома никого нет? Димка нахмурился, но возражать не стал. – Детские шалости какие-то. –прошептал он себе под нос, но я услышал, так как рядом сидел. Алиса минутку ещё подумала, но согласилась, поддавшись Васькиным уговорам. – Тут, вот, ритуал какой-то есть... Как раз пять человек надо. Да и сидим мы уже очень удобно. –улыбнулся Печорин, и окинул нас взглядом. И в этот момент я понял его план. «Решил нас всех напугать, Васëк?» Я усмехнулся. – Ну давай. Я в деле. –мои глаза уловили удивлённый взгляд Димки, но я старался не обращать на него внимания. Очень уж мне хотелось самого Ваську напугать. Печорин начал читать вслух. – Нам надо за руки взяться всем... Как раз ритуал ночью проводить надо. Уже часов восемь, наверное, небо все в тучах, темно. Так, читаю дальше... Мелок нужен. Коль, дай мел, я знаю, у тебя в портфеле есть, ты его в школе всегда с собой носишь. –улыбнулся Васька, выставив ладонь. – Бери. –без особых возражений Горбунов протянул Печорину мелок, а затем продолжил смотреть. Все взялись за руки, и ждали только Ваську. Он медленно начертил вокруг нас какой-то круг, а я мысленно про себя выругался, что мне же это потом и оттирать. Вася сел обратно, между Алисой и Колей. Свет везде был выключен, атмосферка была, что надо. Авдеева уже выглядела, как приведение. Боялась уже, наверное... Я бы тоже боялся, если бы Димку за руку не держал. Он казался мне взрослым и сильным. Защитит, если надо будет. И я его тоже. – Эуфас...Мета хим, фругативи эт апеллави...–прочитал Васька, с трудом выговаривая какие-то фрагменты текста. – Дай сюда. –Коля схватил тетрадку, тоже начав читать заветные строки. – Да это ж буквы английские. Я учил. –усмехнулся он, а затем тоже начал читать, снова взявшись с нами за руки. – Euphas Meta him, frugativi et apellavi. Appare, Domine, et ostende mihi quomodo vita post mortem melior sit vita aeterna. sanguinem meum et carnem meam do vobis. Fiat, fiat, amen. –дочитал с горем пополам Горбунов, а затем замолчал, увидев в конце страницы тетради перевёрнутый христианский крест. Каждый из нас ничего не говорил, ожидая какого-то чуда. Но его все не было, и не было. Тогда Васька решил первым нарушить тишину, и от разочарования стукнул ладонью по полу. – Ау! Мы все повернулись к нему. Из руки Печорина капала кровь. Я перевёл взгляд на пол. Из-под него торчал гвоздь. Кажется, Васька нечаянно по нему и ударил, все-таки. – Ну, ё-моё... –вздохнул Печорин, вытерев кровь об свою рубашку. – Дурак. –забеспокоилась Алиса, увидев царапину на ладони Васьки. А тот лишь отмахнулся. – Да забей. Царапина же. –на Авдееву эти слова немного подействовали, и она снова замолчала. – Ладно, призывы призывами, а мне домой пора. Вы можете с ночёвкой остаться, а мне домой надо. –фыркнула Алиса, посмотрев в окно. Было уже темно. А ей ещё в соседний двор идти, как-никак. – Я провожу. –кивнул Васька, и улыбнулся ей. Тетрадку они оставили нам. Сказали, выкинуть, если не нужна, а сами ушли. В комнате остались только трое. Я, Димка, и Коля. – Что делать будем? –зевнул Востриков, привыкший ложиться спать по расписанию. – Спать и будем. Где кто хочет? У меня диван свободный, кровать родительская, и моя. –усмехнулся я. – Я на диване полежу, хорошо? –не дожидаясь моего ответа, Коля запрыгнул на старый диван, и улёгся, подложив под голову небольшую серую подушку. – Да, пожалуйста. Тогда... Дим, ты у меня поспи, а я в комнате родителей, идёт? –я закончил распределять, кому какие места достанутся, и направился в родительскую комнату. Она находилась прямо напротив кухни, а моя рядом с залом. – Спокойной ночи. –улыбнулся Димка, и помахал мне рукой, уже закрывая дверь моей комнаты. Я заснул не сразу, обдумывая сегодняшний приход Тимура. После того, как пришли Алиса и Вася, я даже забыл рассказать. «Неужели это я с ума сошёл? Не может же такого быть. И зачем Тимур нож с собой взял? Ограбить хотел? Да не, он же... Ребёнок почти, как и я. Ему семнадцать, вроде. Он же говорил, что у его матери голова болела... А она умерла позавчера». По моей спине пробежали мурашки. Я уже лежал в одной пижаме, накрывшись сверху одеялом. Мне не было холодно, просто... Страшно. Дверь в комнату на ночь я закрывал. Привычка осталась с тех пор, как у нас кошка была. Забегала всегда в комнату, и начинала мяукать с утра пораньше. Вот я и стал дверь закрывать, чтобы спать не мешала. Кошка умерла, а привычка осталась. В квартире царила тишина. На часах было уже два часа ночи, а я все никак не мог уснуть. Обеденный сон давал о себе знать. Но тут я насторожился, услышав какой-то шорох за дверью. Кажется, он доносился откуда-то из зала. «Коля не спит что-ли?» Сначала я хотел пойти проверить, но потом улёгся обратно. Очень уж было лень. Да и была вероятность, что этим я Димку разбужу. Затем по дому послышались шаги. Пол у нас скрипел в некоторых местах, поэтому иногда я понимал, где и кто находится. Скрип. Это где-то в зале. Скрип. Это где-то в другой комнате. Скрип. Это где-то на кухне. «Неужели Коля решил ночью по дому погулять?» Скрип... Это уже около моей двери. Кто-то дёрнул за ручку, и, поняв, кажется, что дверь закрыта, попытался открыть ещё раз. – Коль? –прошептал я, приподнявшись на локтях. Попытки дёргать ручку медленно прекратились. – Коль? Это ты? –уже чуть громче повторил я. Но тот, кто стоял за дверью, снова дёрнул за ручку, но ещё сильнее, как-будто запаниковал. Эти движения становились все быстрее и сильнее, при чем становясь все настойчивей. – Коля! Что ты делаешь?! –закричал я, подбегая к двери. Я уже хотел открыть, и дать подзатыльник товарищу, но... Из зала послышался сонный голос Горбунова. – Ммм?.. Валер, ты чего кричишь? Я остолбенел. Я был уверен, что Димка не стал бы меня будить, поэтому и подумал, что это Коля решил пошуметь. Но раз это не он, то... Кто? Тот, кто стоял за дверью, тоже замер. Я чувствовал, как он медленно отпускает ручку двери, а затем... Скрип. Скрип. Скрип. Кажется, он снова был на кухне. Я задрожал. Если это был Димка, то уже не смешно. Голос Коли я снова не слышал, он уже, наверное, обратно заснул, не получив от меня никакого ответа. Я забрался под одеяло. Стационарный в прихожей был. Я даже позвонить никому не мог, пока кто-то другой там ходит. Будить друзей ещё раз было страшно. А вдруг этот «кто-то» решит напасть на них, когда увидит, что я всех поднял на уши? Скрипы прекратились. Я весь превратился в слух. К моему полному ужасу, после минутной тишины, раздался щелчок входной двери. Скрип. Бам! Этот кто-то захлопнул за собой дверь, и, кажется, вышел в подъезд. По моему лицу уже текли слëзы, но я понимал, что действовать нужно сейчас же. Вскочив на ноги, я быстро открыл замок на своей двери, а затем бросился к выходу из квартиры. Щелчок. Я закрыл дверь, а затем услышал быстрые шлепки по плитке, как будто кто-то быстро спускался с этажа выше. Снова тишина. Резко дернулась ручка входной двери. Но замок не поддался. Кажется, кому-то, кто стоял за дверью, не очень понравился тот факт, что она была закрыта. Он начал тарабанить в неё кулаками, одновременно с этим дергая за ручку. Я упал назад, по большей части, от страха, и начал отползать в сторону зала, чтобы разбудить Колю. – Коля... Вставай. –прошептал я как можно тише, но... Кто-то за дверью, как только я повторил свои слова, перестал дёргать ручку, и медленно отпустил её. Я снова услышал шлепки, словно что-то массивное и липкое поднималось по плитке, прямо на верхний этаж. Коля не просыпался. Я отполз от него в свою комнату, прямо к Димке. Так и лёг рядом с ним, прижавшись как можно ближе. Меня сковал страх. Я вспоминал, как в детстве так же прижимался к маме, когда мне снился кошмар. Слезы продолжали течь из моих глаз. Излишне говорить, что в ту ночь я не смог уснуть. А на утро меня разбудил крик из подъезда. Я открыл дверь, с опаской оглядываясь. На пороге стояла мама Печорина и тихо всхлипывала. – Валера, Вася...он пропал.