История одного похищения

Репетиция прошла блестяще. Свои роли все знали назубок, церемонные поклоны длились ровно три с половиной секунды и не больше, а чашу с вином юный паж сумел донести, не расплескав ни капли. Церемониймейстер остался необычайно доволен, и даже принял историческое решение отказаться от второй репетиции. С другой стороны, нельзя утверждать, что мрачный взгляд кронпринца и опустошенный вид короля не сыграли в этом решении какую-то роль. Скинув с плеч парадный плащ, Каллистан быстро спустился с тронного возвышения и пошел к выходу. Куда конкретно идти, он не знал сам. До стычки в комнате маршала он, безусловно, пошел бы к Аиду – но теперь одна мысль об этом вызывала у него гнев. Гнев вызывала так же и неопределенность, в которой зависло положение Катринца. Действительно ли расторжение договора и роспуск тюрьмы послужит спасением его брата? А если маршал Тарквадор и вправду был похитителем, то как покойник узнает об удовлетворении своих требований? Какая-то комичность наблюдалась в этой ситуации, и Каллистан едва не расхохотался. Впрочем, он тут же одернулся, поняв, что скорее близок к слезам, чем к смеху. Необходимо было успокоиться. Он остановился у раскрытого окна в коридоре и принялся делать глубокие вдохи, как учили когда-то в армии. Один… два… три… На десятом его окликнули. - Родчард? – в голосе Каллистана было что-то, похожее на облегчение. Несмотря на патологическую нелюбовь к служителям секретных служб, этого шпиона он уважал. - Я хотел бы попросить минуту вашего времени, - сказал Родчард. – Не желаете пройтись? - Не откажусь. Шпион указал вглубь коридора, и Каллистан, пристроившись к небольшому шагу новоявленного собеседника, пошел за ним. - Я нашел вот это у себя в комнате, - не мешкая особо, сообщил Родчард и протянул кронпринцу сложенную вчетверо бумажку. Подозрение узлом скрутило внутренности Каллистана еще до того, как он развернул ее. Чуть скосив взгляд, он посмотрел на Родчарда. Тот, как обычно, пребывал в полной безмятежности… или делал вид, что пребывает в ней. - Это наброски плана по похищению моего брата. «Фаза взятия, лже-информатор»… Зачем вы даете мне это, Родчард? - Я нашел это у себя в комнате, кронпринц. - Или вы хотите, чтобы я так думал. Родчард позволил себе чуть-чуть приподнять уголки рта: - Это было бы слишком хитроумно даже для меня. - Я высокого мнения о ваших умственных способностях. - Весьма польщен. И все же мне было бы куда более лестно, если бы вы поверили моим словам, кронпринц. Я нашел эту бумажку у себя в комнате. В ящике моего письменного стола. Каллистан погладил пальцами шероховатую бумагу: - Предположим, Родчард, я вам верю… Как она там оказалась? Кто вхож в вашу комнату? - Никто, кроме меня, - пожал плечами шпион. – Даже прислуга обходит ее стороной. Но на дверях – ни следа взлома, и все оконные замки целы. - Еще одно свидетельство против вас. - Бесспорно, так это и выглядело бы в глазах нашего идиота-прокурора. Но вы – иное дело, кронпринц, - Родчард развернулся, сверкая темными глазами. – Вы поверите мне, ведь, как и я, знаете истину – маршал Тарквадор был невиновен. «Или вы были соучастниками», - хотел было заметить Каллистан, но отчего-то передумал. Интуиция подсказала, наверное. - Почему вы пришли ко мне? – спросил он вместо этого. – Логичнее с такими загадками было идти к Аиду, уж он-то не упустил бы случая блеснуть своими умственными способностями… Чертов пижон. - Я не имею чести быть близко знакомым с вашим высокоблагородным кузеном, кронпринц. Однако я знаю вас. - Но я бессилен вам помочь. - Кто сказал, что мне нужна помощь? – мягко осведомился шпион. – Наоборот, я хочу предложить ее вам. Брови Каллистана взметнулись вверх: - Интересный поворот, Родчард. Я весь во внимании. - Тот, кто подкинул мне в стол эту интересную бумажку, подкинул ее и маршалу Тарквадору. И всё бы ничего, но с маршалом он совершил фатальную ошибку… - Какую? – замерев, спросил Каллистан. - Поторопился, - улыбнулся шпион. – Спешка всегда губит людей. - Поторопился? По-моему, он всё прекрасно успел. Родчард уклончиво повел головой: - Вы ведь видели те бумаги, не так ли, кронпринц? Но, кроме того, что вы видели, вы ведь наверняка еще и дышали? - Родчард, не смешно, - холодно сказал Каллистан. - И что же вы унюхали? – не обратив внимания, продолжал шпион. – Конечно, вы пришли позднее, но запах там всё равно оставался. Такой сладкий… абсолютно нетипичный для маршала… Запах… - Свежих садовых роз и пирожных, - насторожившись, закончил его мысль Каллистан. – Это удивило меня, но что в этом такого? Сотни слуг с подносами ходят мимо каждый час. - Бросьте. Такой сильный, крепкий аромат, каким он был в момент моего прихода, мог появиться, только если бы маршал заказал сто пирожных с заварным кремом. А вы не хуже меня знаете нелюбовь Тарквадора к выпечке. К тому же окна его комнаты выходят не в сад, а во внутренний двор. - Он мог… - Тот же запах витал в моей комнате четыре недели назад. Тогда я не обратил особого внимания, но сегодня, зайдя в комнату маршала, понял, что это куда больше, чем просто совпадение. Это запах похитителя, ставшего убийцей. - Будь это запахом убийцы, мы вычислили бы его за версту. Но это что-то из разряда мистики и волшебства, - развел руками Каллистан. – Таинственный запах… Улыбка на губах Родчарда показалась Каллистану какой-то нереальной: - Восхитительно, принц. Так и скажите вашему кузену: запах, магия, волшебство и… пятнадцатые лунные сутки. Каллистан так и замер посреди коридора: - Магия… что? А лунные сутки-то здесь при чем?! Но Родчард только покачал головой, приподнял воротник и быстро спустился на пролет ниже по боковой лестнице. Забирать бумажку он был явно не заинтересован, да и для Каллистана она порядком подрастеряла свою важность ввиду недавней беседы. - Запах, - задумчиво пробормотал принц и потер ладонью высокий лоб. – Магия… У него вновь появилась надежда – тоненькая, как лучик заходящего солнца за окном. Правда, к ней примешивалась изрядная доля раздражения – придется мириться с Аидом. И, скорее всего, даже просить прощения. *** Дверь в комнату маршала была плотно прикрыта, и из-за нее доносились странные звуки, но Каллистан вошел, не мешкая. Интересная картина представилась ему: Аид, взгромоздившийся на живот маршала, самозабвенно вычерчивал ножиком на лбу покойника какие-то руны. В одной руке маршал почему-то держал стакан скотча, а рядом с его правым ухом виднелся поднос с пряниками. В отдалении стоял бар. Судя по всему, сказывалась привычка Аида ни в чем себе не отказывать. На вошедшего он даже не взглянул, что свидетельствовало о том, что он прекрасно осведомлен о том, кто решил его навестить. - Запах, магия, волшебство и пятнадцатые лунные сутки, - сходу сказал Каллистан. Рука Аида на секунду замерла надо лбом покойного. Затем он передернул узкими плечами и продолжил свое увлекательное занятие. - Если это было извинение, то я не просек юмора, - фыркнул он. - Это было то, что меня попросил передать тебе Родчард. Он служитель секретной службы. - Мне безразлично. Не видишь? Я занимаюсь магической ерундой в то время, как твой брат страдает. Почему бы тебе сейчас не пойти и не покрушить мой бар, ревя во всю глотку? Иначе мы оба выбьемся из образа. Каллистан закатил глаза, принес короткую молитву во славу бога и попробовал наступить на горло своей гордости: - Извини. Когда Аид выпрямился, на его губах играла улыбка: - Да я не обидчивый, ты ведь знаешь. Просто вспыльчивый. Так что и ты меня прости, кронпринц. Польза от тебя имеется, и ты не такой идиот, каким ты думаешь, я тебя считаю. - Утешает, - хмыкнул Каллистан и подошел к кровати. На маршала было жалко смотреть. Умелые руки Аида превращали его в жертву разъяренных сатанистов. По всему лицу, шее и груди тянулась цепочка красно-коричневых рун. Крови не было, но руны, судя по всему, темнели сами. – Зачем это? - Хочу узнать, что он видел перед смертью. Обычно это возможно только в течение одной минуты после остановки сердца, но сегодня пятнадцатые лунные сутки, как напомнил тебе твой скользкий друг. Полнолуние. Магия цветет и пахнет. - Пахнет? – Каллистана аж прострелило от озарения. – Аид, ты помнишь запах в этой комнате? Когда мы только вошли… Запах роз и выпечки? Маг медленно распрямился: - Помню, - глядя в стенку напротив, прошептал он. – Помню… Он живо соскочил с живота маршала и бросился к окну. Не добежав, развернулся и помчался к двери, где, упав на колени, осмотрел каждый сантиметр петель. Он даже понюхал их, и Каллистан готов был поклясться, что в тот момент нос у Аида превратился в черную кнопочку носа овчарки. Пока он тер глаза, Аид уже успел снова умчаться к телу маршала. На этот раз он, правда, не стал на него вскарабкиваться – вместо этого достал из внутреннего кармана жилета пузырек с песком и принялся посыпать им лицо покойника. Последний макияж, так сказать… - Полагаю, это не богохульство, а очередной магический ритуал? – поинтересовался Каллистан. – Ты догадался о чем-то? - Ритуал все тот же, но теперь с иным умыслом! Запах – именно то, что нужно! Поразительно, как Родчард догадался? – восклицал Аид, щедро посыпая рану маршала. – Каллистан, все начинает становиться на свои места! - Только для тебя, мой даровитый кузен. - Сегодня пятнадцатые лунные сутки, Каллистан. В полнолуние магия особенно сильна, она обретает форму, вкус… даже запах! Аромат роз и булочек – ни что иное, как магический след, оставленный убийцей! Как только на небо взойдет Луна, мы всё поймём. - Но запах уже выветрился. - Это пустяк, - отмахнулся Аид и закупорил пузырек, крайне довольный результатом. Маршал его стараниями теперь походил не только на жертву разъяренных сатанистов, но еще и на страстного любителя игры закопай-меня-в-песочек. – Он просто рассеялся. Так просто от магии не избавиться. Каллистан прошел к бару и принялся самообслуживаться – налил себе в бокал красного вина: - Значит, нам нужно дождаться луны? - Что, - рассмеялся Аид, - миссия невыполнима? - Представлю, что я в засаде, - на полном серьезе заявил Каллистан. Летний вечер затянулся. Время мучительно долго наматывало часы под аккомпанемент затихающей дворцовой жизни. Все реже слышались суетливые шаги прислуги, отдалились и замолкли негромкие разговоры. В одиннадцать вечера прозвучал прощальный удар колокола, но даже после него небо всё еще оставалось лазорево-бледным, и лишь пара тусклых звездочек появилась на его далеком куполе. - А если будут облака? После пары часов молчания голос Каллистана звучал хрипловато. Аид, смаковавший третий стакан скотча – наверное, магия даровала ему иммунитет к алкоголю – пожал плечами: - Придется разогнать. И еще около двух часов они не произносили ни слова. Наконец, когда Каллистан уже начал клевать носом, луна смилостивилась над горемычными братьями. Покрывая землю и шпили дворца серебряным светом, она выкатилась из-за Королевской башни и замерла, круглая и величественная. Комната мгновенно озарилась. - Всё, последний гость прибыл, - довольно хлопнул в ладоши Аид и растолкал кузена. – Вставай, Каллистан, начинается самое интересное! Кронпринц немедля вскочил, как подброшенный пружиной. Манипуляции Аида со сна показались ему по меньшей мере забавными – ухватив маршала за нос, он резко дернул его на себя, словно стремился оторвать. Однако этого не произошло, хотя силы, с которой Аид это делал, вполне хватило бы еще и на то, чтобы снять с покойного скальп. - Что за святотатство… - начал было возмущаться кронпринц, но от увиденного слова у него прилипли к гортани. От маршала отделилось какое-то полупрозрачное полотно. Один уголок удерживал в высоко поднятой руке Аид, а остальные три трепыхались и извивались, хотя ветра в комнате не было. Сквозь полотно легко просвечивалось окно и предметы интерьера, но и само оно пустым не было – какие-то фигуры, туманные образы скользили по нему. - Это… - отступив на пару шагов, пробормотал Каллистан. – это… - Воспоминания маршала Тарквадора, последняя минута его жизни, - пояснил Аид, сильно встряхнул полотно и разжал руку. С негромким хлопком оно распрямилось и «приклеилось» уголками к потолку и полу, развернувшись на подобии экрана. Наконец-то фигуры и тени обрели на полотне ясность. Кузены узрели лестничный пролет, затем сменившийся листками бумаг – судя по всему, маршал Тарквадор читал донесения на ходу. Мелькнули расплывчатые силуэты служанок, лицо какого-то министра – маршал раскланялся с ним, затем коридор повернул в сторону, и появилась дверь в его личную комнату. Тут сердце у Каллистана забилось часто-часто, и даже Аид был непривычно напряжен. Бумаги мелькнули и исчезли – судя по всему, маршал предпочел убрать их в карман. Отперев дверь ключом, он толкнул ее – и был ослеплен яркой вспышкой. Даже кузены, смотревшие на разворачивающиеся события с «экрана», вынуждены были прикрыть глаза. Свет был ужасно ярок и напоминал беззвучный взрыв. После вспышки воспоминания маршала начались сначала. - Проклятье! Его ослепили, – протирая глаза, перед которыми кругами вращались белые пятна, пробормотал Каллистан. – Словно знали, что мы будем смотреть. - Безусловно знали, - кивнул Аид. – Возможно, только потому, что мы начали подозревать маршала, его и убрали. - Что? Ах, да… ведь сначала подставить пытались Родчарда. Он сказал, что запах в его комнате был еще недели три назад. Ухватив полотно, Аид сорвал его и смотал в клубок, как самую обыкновенную простыню. - Вещественное доказательство, - улыбнулся он и запихал полотно, уменьшившееся до размеров спичечного коробка, во внутренний карман жилета. Судя по всему, у него там была целая пещера сокровищ. – Теперь переходим к десерту. Луна уже сделала свое дело. Смотри. Жестом прожжённого фокусника он указал на кровать. Было на что подивиться: песок на теле маршала светился нежно-розовым, а вырезанные на теле руны перетекали одна в другую, как струйки свежей крови. - Я не стану в этом исповедоваться, - ошеломленно прошептал Каллистан. Аид рассмеялся, и смех его зазвенел, как стеклянный: - Обожаю полнолуния, - признался он, - сегодня у меня нет пределов. Подбежав к маршалу, он провел над его телом рукой. Песок, повинуясь этому жесту, взмыл в воздух, свернулся в спираль, а затем рванул в сторону двери. Каллистан едва успел отскочить, а затем, придя в себя, распахнул дверь. Песчаная дорожка мчалась вперед, по лестнице и вниз, распространяя вокруг нежное свечение и едва уловимый аромат роз. - Бежим,- скомандовал Аид, - песок приведет нас к убийце. Пусть и погрузившийся в ночь, дворец всё же не спал. Сбегая вниз по ступеням и выныривая из коридоров, кузены дважды наталкивались на ошеломленных караульных. Глаза у них были размером с тарелку, и попыток задержать бегущих братьев они не делали, за что оба были им премного благодарны. - Ты знаешь, где мы? – спросил Аид, в очередной раз резко тормозя перед крутым поворотом. Песочная змейка вилась в воздухе, как лента, каждая крупинка сияла и нежно переливалась. - Северная ветвь восточного крыла, - кивнул Каллистан. – Не шуми. Еще две минуты головокружительного восхождения по винтовой лестнице, и братья выбежали в просторный коридор, оканчивающийся полукруглой прихожей с тремя дверьми в личные комнаты придворных. Песочная дорожка вела в крайнюю комнату, исчезая под дверной щелью. Окон тут не было, и розоватого света явно не хватало для того, чтобы прочесть надписи с именами, однако Каллистан и без этого вспомнил имя владельца. Гнев, душащий и стремительный, захватил всё его существо. - Локли! – прохрипел он, выбивая дверной замок ногой. *** Небольшая, но изысканно обставленная комнатка консула особого назначения Локли была пуста. Но быть пустой ей и полагалось, ведь консул Локли еще день назад отбыл встречать посла королевства Итара – крайне важная миссия в свете развернувшихся событий. - Не верю, не верю! – вскричал Каллистан, уставившись на вращающуюся посреди комнату песчаную воронку. – Локли… ему-то это зачем?! В поисках ответа он взглянул на Аида. Лицо у мага было таким же растерянным, как и у него самого. Судя по всему, подобный поворот шокировал и его. - Локли? – пробормотал он. – Я подозревал первого советника, но он… Присев на ближайший стул, Аид достал бумаги из-за пазухи и принялся в них копаться: - Ни копий, ни рудников, ни промышленности… ему-то что с этого? – бормотал он, старательно выискивая что-то в списках. – Абсурд… зачем ему политзаключенные? Такая орава… Каллистан, я… Разведенные в сторону руки яснее любых слов давали понять о том, что маг думает об этой ситуации. У консула Локли не было ни одного резона желать расторжения договора с королевством Итара, особенно если учитывать, сколько усилий он приложил для его заключения. - Плевать, - решил Каллистан. – Потом поймем, зачем он это делает. Что это за воронка? Аид снова поднялся на ноги: - Телепортационная, надо полагать, - ответил он, запуская вовнутрь руку. Песок мгновенно закружился в веселом вальсе. – После убийства он телепортировался отсюда обратно. Видишь лиловатый слой внизу, на полу? Он делал это неоднократно. - Мы можем пройти за ним? С минуту Аид размышлял. Он прикинул размеры воронки, обошел ее кругом и даже написал что-то на внутренней стороне ладони. Каллистан сумел разглядеть пару производных и квадратный корень. - Нет, не сможем. Мы пойдем в обход, - вынес свой вердикт Аид. - Всё, что угодно, - твердо сказал Каллистан. Прикрыв глаза, Аид сложил руки на груди в молитвенном жесте и что-то забормотал себе под нос. Это явно был какой-то старый, скорее всего, мертвый язык, и все слова для кронпринца звучали, как шепот прибоя. С минуту не происходило ничего, а затем окно тихонько задребезжало. Каллистан замер, не зная, что предпринять, но магия Аида не дала ему долго думать – окно заходило ходуном так, что не оставалось никакого иного выбора, кроме как распахнуть его. В комнату ворвался порыв прохладного ветра, а следом… Брови Каллистана в который раз за последний сутки поползли наверх. Подобного за двадцать два года своей жизни он еще не видел. По небу стелилась дорога, сотканная из лунного света. Даже не дорога, как понял кронпринц, прищурившись, а лунный мост с арками, уходящими в недостижимые высоты. Начинался он во внутреннем дворе, а исчезал уже за пределами видимости, за башенными шпилями и далекими восточными холмами. От него веяло холодом и величием, и ни одно чудо света не сумело бы выдержать сравнения с ним. - Готово, - раздался голос кузена у него за спиной. Каллистан обернулся, желая выразить восторг, но вид Аида мгновенно лишил его всякого желания восторгаться. Маг выглядел так, словно только что одолел марафон. С него текло, и он едва переводил дыхание. Каллистан был готов поклясться, что, когда он подходил к окну, тот выглядел как обычно. - Спокойствие… - Аид поднял руку и криво улыбнулся. Его шатало. – Побочный эффект. Поторопился я про «нет пределов»… Не дорос еще до такого колдовства. Если бы не полнолуние… Он вынужден был опереться о плечо кузена, чтобы устоять. - Давай-ка за лошадками, Каллистан. За время пути я приду в себя, лишь бы только мы за ночь успели… Ведь тут луна всему ключ… Спуститься вниз оказалось тяжелее, чем Каллистан себе воображал, но в конюшне дело пошло на лад. Отыскав Аиду лошадь, он помог ему взобраться в седло, и там тот, как казалось, почувствовал себя увереннее. - Дурное дело, эти лунные заклинания, - негромко пояснял он, пока Каллистан возился с подпругами своего седла. – Растают, когда скроется луна, а слабеть начнут, едва первый луч солнца покажется. - Лошади не испугаются? Мы же по воздуху, можно сказать, поскачем… - Нет, - Аид с нежностью похлопал свою вороную кобылу по холке. – Я им глаза тенью занавешу. - Ну что ж, - Каллистан уже сидел в седле, прямой и воинственный. – Тогда не теряем времени. И, пришпорив лошадей, оба кузена выехали во двор, где начинался сверкающий лунный мост. Свет его, яркий и хрустальный, освещал все вокруг волшебным серебром, и мысль о том, чтобы скакать по такой сказочной красоте, казалось почти невозможной. Но копыто лошади коснулось лунной поверхности моста, не провалившись сквозь него, и после уже никто не думал об эстетической стороне сего дела. Вцепившись в поводья, братья погнали лошадей безумным галопом, возносясь над дворцом, городом, страной. Ночь была в своем расцвете, круглая луна переливалась в высшей точке, и дорога вела вперед и вперед…