История одного похищения

- Прекрасная луна, - прошептал консул Локли с придыханием. Вид с парадного балкона его замка на раскинувшуюся долину в самом деле был изумителен. Полнолуние преобразило ее сочную зелень в светлейшее серебро, заставило холмы играть бликами и щедро посыпало облака у горизонта блестками. Далекие Восточные горы рассеивали мрак сияющими снежными вершинами. Картина ночной природы завораживала и, без сомнений, консул Локли не отказал бы себе в удовольствии наслаждаться ею еще какое-то время, если бы не срочные дела. Их у него было по горло, причем все первостепенной важности. С тяжким вздохом сожаления он отстранился от перил и направился обратно в замок. В парадном зале, с коим граничил балкон, было вавилонское столпотворение – разве что центром его являлась не башня, а всего лишь недостроенная клетка, рассчитанная, судя по размерам, на человека. Да и люди, составлявшие это столпотворение, были явно не каменщиками или архитекторами. Одежда на них была замусоленная и дырявая, да ещё и неподходящих размеров, словно они впопыхах одевались из общего ящика. У каждого на поясе висело по меньшей мере по одному кинжалу, да и странным образом оттопыривающиеся жилетки и сапоги не сулили ничего хорошего. Что касается внешности, то рожи у них были одна свирепее другой, а интеллект, судя по всему, там даже не гостил. Думается, не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что за компания гостила в прекрасном замке консула Локли. Оставалось только дивиться, по какому такому случаю этот тонкий интеллектуал и богемист собрал их. Любящим взглядом окинув всех присутствующих и убедившись в том, что его заметили, консул Локли хлопнул в ладоши и произнес так сладко, что у некоторых свело челюсти: - Друзья мои! Долгое ожидание закончено. Всего пара часов осталась до того, как все мы будем достойно награждены! Однако убедительно прошу вас в эти ближайшие часы работать так усердно и внимательно, как вы ещё ни разу в жизни не работали! Судьба всего королевства зависит от вас и слаженности ваших действий, и я ничуть не преувеличиваю значимость сих слов. Благодарю за внимание. На этом всё, продолжайте трудиться. Ах, да, капитан Чернорыло, будьте добры уделить мне минутку вашего времени… Чрезвычайно довольный речью, консул Локли снабдил ее окончание ещё одной сахарной улыбкой – абсолютно искренней – и отошел к колоннаде, ведущей вглубь замка. Разбойники тоже вышли из оцепенения – до этого лица у них были такие, словно их заставили пройти полный курс метафизики за час, - и продолжили заниматься своими делами. От общей группы отделился чернявый бородатый мужчина лет так за сорок и развалистой походочкой прошествовал к Локли. Нос у него, к слову, был сломан в трех местах, но на рыло не походил, скорее, на плод турнепса. - Ну чёсь? – уперевшись руками в обширные бока, спросил он. Уважения к столь высокопоставленной персоне он не испытывал никакого, но, похоже, консула это не волновало. Его улыбка осталась такой же дружелюбной. - Как продвигаются дела с приготовлениями, друг мой? Вижу, клетка до сих пор не собрана до конца, и где моток полулатунной нити? Спешу заметить – это главный компонент всей операции. Чернорыло фыркнул: - Твой паж, Ловкий, уронил в погреб моток этой драгоценной нити. Мой парень полез за ним, оступился, и теперь валяется на заднем дворе со сломанной шеей. Свернулась, как у куренка. Прикажи своими толстозадым идиотам не путаться у нас под ногами, и тогда всё будет делаться вовремя. Консул Локли почти виновато пожал плечами: - Прости, Чернорыло, но мы ещё вначале это обсудили. Они нужны мне почти так же, как и вы. Да и вам без них было бы трудновато отыскивать дорогу в моем замке. - Тогда придётся тебе раскошелиться за моего парня. - Это не станет проблемой, я лишь хочу быть уверен в том, что… - Не боись, Ловкий, - Чернорыло пренебрежительно хлопнул его по субтильному плечу. – Всё будет в шоколаде… Даже будучи подкрепленным хлопком, подобное заверение не до конца убедило консула: - А дача покойной жены покойного маршала Тарквадора? Там всё готово? - Ага. Четверть часа назад беседовал с тамошним моим парнем. Они уже закончили с обделкой, теперь завозят орудия пыток и поливают пол свинячьей кровью. - У них хватит ума не наследить? Чернорыло взлохматил бороду: - А почём мне знать? Они такомо не дураки, но всякое бывает, сам знаешь… Да и почто тебе ведьма тогда? Пусть вот и заметает следы, небось, от косоглазой такой и толку-то, как от козла – молока. Это явно было лишним, Чернорыло заболтался. Голубые глаза консула угрожающе сощурились, и мягкий голос заледенел: - А вот это, милый, тебя не касается. Прочь! Закончи клетку и телепортационный круг, большего от тебя не требуется! Прочь, прочь, прочь! Он раздраженно замахал руками, и Чернорыло ретировался. Он не понаслышке знал, что, несмотря на внешнюю мягкость, консул Локли мог быть необычайно жесток. Сердить его следовало крайне осторожно, ведь закипал он медленно, но кипел очень, очень долго. Любым вольностям есть предел. В конце концов, именно консулу Локли Чернорыло был обязан третьим переломом своего многострадального носа – не далее, как пять дней назад. Холодным взглядом проводив капитана своего разбойничьего отряда, консул Локли всё же сумел подавить злобу. Что взять с необразованной швали? Он раздал пару ценных указаний касаемо устанавливаемого вокруг клетки телепортационного круга – на вид тот походил на гигантский обруч с шипами внутри, - а так же приказал передвинуть саму клетку ближе к центру зала. После этого ему страшно захотелось чашку горячего шоколада – координировать действия безмозглой шайки разбойников было чрезвычайно утомительно. Необходима была подпитка организма. Он уже раскрыл было рот, чтобы отдать соответствующий приказ, как внезапно вспомнил, что большую часть своих слуг отослал по домам, а меньшую отправил на помощь разбойникам в подземелья. Подобное открытие подействовало на консула удручающе. Не Чернорыло же посылать за шоколадом, да и не самому же за ним идти! С уст консула сорвался тяжкий вздох – на какие только жертвы не пойдешь ради власти! Пригладив золотые кудри, он принял самый высокоблагородный вид, на который только был способен (никто не должен догадаться о его страданиях) и пошёл к выходу – как внезапно совершенно явственно ощутил аромат горячего шоколада. Аромат был восхитителен и вне всяких сомнений реален. Консул сумел даже разглядеть дорожку пара, она вела прочь из зала и сворачивала влево, игриво извиваясь и выбрасывая кольца. Не последовать за ней мог только самый бездушный человек на земле, а им консул точно не являлся. Стараясь не упустить ни грамма этого бесценного аромата, консул Локли, точно охотничья собака, двинулся в указанном направлении. И, едва нога его преступила порог парадного зала, нашлось объяснение чудному запаху. В соседней комнате, на небольшом балкончике, увитом девичьим виноградом, стояла высокая женщина с чашкой горячего шоколада в руках. - Домэна! – просиял консул Локли и едва ли не мгновенно оказался рядом. Дочь заместителя прокурора улыбнулась и подала ему чашку. - Ты непревзойденна, - с искренним восхищением сказал консул Локли. Что вложено в эту фразу – восхищение ее способностью угадывать человеческие желания, или же вполне понятное благоговение перед ее красотой, - консул и сам не знал. Домэна всегда привлекала мужские взгляды, ее даже небольшое косоглазие не портило. Но в эту ночь ее красота воссияла по-особенному: длинные волосы источали легкое сияние благородного серебра, кожа казалась выточенной из мрамора, а в голубых глазах покачивалось отражение луны. Что касается горячего шоколада, то вкуснее консул за все свои тридцать два года не пробовал. - Ты – мое сокровище, - благодарно глядя Домэне в глаза, прошептал он. Комплимент вызвал мимолётную улыбку на тонких губах девушки, но всё же она осталась серьёзной: - Друг мой, - положив прохладную ладонь ему на руку, сказала она, - я беспокоюсь. Удивление консула Локли было самым что ни на есть искренним: - На счет чего, ангел мой? Домэна обратила расфокусированный взор на огромный лунный шар над долиной. Он медленно приближался к своему зениту. - Сегодня пятнадцатые лунные сутки. Магия… перестает быть узнаваемой. Скажи, ты можешь отложить операцию? Мелодично звякнула пустая чашечка, когда консул поставил ее на перила: - Нет, Домэна, не могу. Пока всё идёт по плану, не стоит ничего менять. - А всё ли идет по плану? – усомнилась Домэна. – Эти бумаги в комнате маршала – стоило ли перекладывать их из стола в жилет? И не поспешил ли ты? Кто-то мог видеть тебя, мог видеть, как ты идешь… Консул Локли очаровательно рассмеялся: - И что же с того, ангел мой? Я был под заколдованной тобой личиной, всякий, кто смотрел на меня, вынужден был отводить взор. Домэну это не успокоило ни на каплю: - Стоило ли вообще убивать маршала Тарквадора? Почему в последнюю минуту ты предпочел его Родчарду? - Родчард слишком сер. Народ охотнее поверит, что принца похитил и пытал здоровенный бугай, жаждущий денег и отмщения, чем никому не известный чиновник с рыбьими глазками. К тому же он начал что-то подозревать и стал еще осторожнее, чем обычно. С маршалом проще, милая, он только ахнул, когда я всадил кинжал ему в грудь. Родчард, готов поклясться, визжал бы как свинья. И даже не от боли – просто, чтобы привлечь внимание. - Теперь всё стало сложнее – Родчард наверняка обнаружит нашу записку. - Что с того? Это свалят на маршала. - А его смерть… Вновь рассмеявшись, консул привлек к себе девушку и приподнял пальцем ее узкий подбородок. В его глазах читалось искреннее обожание: - Его смерть – дело рук его гадкого подсобника, начальника городской полиции. Не забудь, они спланировали похищение вместе, и вместе его осуществляли. Я позаботился о том, чтобы окровавленный кинжал лежал в его портфеле, - проворковал он нежно-нежно. – Так что прекрати беспокоиться и наколдуй себе чашку шоколада… Он восхитителен. Домэна только мотнула головой и вывернулась из объятий любовника. Она была сильно встревожена, сильнее, чем хотела показать. - Колдовство, волшебство, магия… - она нервно вцепилась тонкими пальчиками в перила. – Весь наш план держится на этих трех словах. А сегодня полнолуние, Локли, и я давно не видела такой сочной и яркой луны. Это может сулить победу… но может и поражение. На лице консула Локли промелькнуло раздражение, но высказать вслух он его не успел – Домэна стремительно повернулась к нему, и волосы ее взметнулись, как серебряная сеть. - Отчего ты не сказал мне, что приехал кронпринц Аид? - А это так важно? – консул пожал плечами. – Приехал, уехал… Он просто кузен этих надутых индюков Депультияков и кронпринц проимперского королевства. - Он – маг. - Полагаю, тут и заканчиваются все его заслуги. - Ах, если бы это было так… Локли, поверь мне – кронпринц Аид страшнее и могущественнее, чем тебе кажется. Страшные слухи ходят про него в нашем узком кругу, и неспроста, говорят, он носит имя бога. - Бога, который умер давным-давно. - Боги живы, пока в них верят, но знаем ли мы, во что верит Аид? Локли, не смейся. Я весь вечер сама не своя. Мне чудится угроза – тонкая, как стрела, и быстрая, как луч света. Прикажи перенести операцию. Прикажи обождать. - Милая, это смешно. Ты просто перевозбуждена из-за полнолуния. Даже я чувствую прилив сил, но чтобы начинать впадать в панику… Говорю тебе, всё идеально. Оба кронпринца могут хоть на голове плясать, им ко мне не подкопаться. - Аид знает больше, чем знаю я, а в полнолуние сила магов возрастает и… - Значит, возросла и твоя сила, - консул поймал руку Домэны и несильно сжал. – Она нужна нам, чтобы завершить задуманное. Клетку для принца почти собрали, так же, как и телепортационный круг. Какое-то время – очень короткое – Домэна молчала. Затем ей удалось пересилить себя, и она улыбнулась, заглядывая консулу в лицо: - Это замечательная новость. Не забудь, что все разбойники должны будут собраться в зале, когда я произнесу заклинание. И помни, где твое место. Консул расхохотался, словно услышал особо забавный анекдот: - Этого мне никак не забыть, милая, разве я похож на самоубийцу? - Ты даже на убийцу не похож. После поцелуя консул взял Домэну под руку и повел обратно в парадный зал. Увидев, что все приготовления завершены, он пришел в полный восторг, и даже колдунья заулыбалась. В центре зала стояла собранная клетка. Прутья ее, как лозы винограда, обвивала полулатунная нить – наилучший проводник магии во всем королевстве. Концы нити тянулись к установленному на подпорках телепортационному кругу, этому масштабному подобию строгого ошейника. Обычно для телепортация маги пользовались воронками – круги служили исключительно для массовых перемещений и были весьма прихотливы в эксплуатации. Одна установка такого круга стоила порядка тысячи золотых ввиду обилия деталей и мелких частиц. - Восхитительно! – сказал консул, кладя на руку на холодный металл. – А что скажешь ты, дорогая? Домэна пустила маленькую искорку из пальца. С тихим шипением она упала на один из модулей круга, и в тот же миг тот вспыхнул и загудел. - Все хорошо, - кивнула Домэна и провела рукой по воздуху, снимая сияние. – Работает. Торжество консула Локли близилось к апогею: - Эй, Чернорыло! – крикнул он своему разбойничьему капитану, и голос его звенел от счастья. – Приводи нашего благородного гостя! Фингал, собирай всех ребят! Всех до единого, никого не упусти! Мне нужны все люди в этом зале уже через двадцать минут, все! Убирай караульных, снимай стражу, веди их сюда! Затем он развернулся к Домэне и, смеясь во все горло, закружил ее вдоль телепортационного круга. В тот момент никто не нашел бы человека счастливее него. - Ну разве есть что-то, чего я не учел? – хохотал он, кружась в вальсе. – Разве есть что-то?!