Чёрные, Зелёные и Красные

Новая жизнь – Глава 144 "Клянусь, этот активнее, чем были все остальные, вместе взятые", - простонала я, ерзая на стуле. Лейнор сосредоточился на вине, мудро решив не напоминать лишний раз о себе. Я улыбнулась, заметив, как покраснели его уши. "Скоро у тебя появится еще один малыш, которого можно будет баловать." "Да", - ответил он, улыбаясь. "И я буду вечно благодарен судьбе и за тебя, и за моих детей." "Хороший ответ", - сказала Лейна откуда-то из-за локтя Лейнора. "Берёшь пример с Джоффри?" "Скорее Джоффри подражает мне", - ответил он оскорбленно, заставив свою сестру восторженно захохотать. Я вспомнила то, что из этих двух мужчин именно Лейнор тайно писал стихи о своем возлюбленном. Интересно, рассказывал ли Джоффри когда-нибудь эту небольшую пикантную историю своей жене. Скорее всего, нет, она бы ни за что не удержалась от упоминания в разговоре, если бы знала. "Ну, кто-то же должен быть романтиком", - высказала я свое мнение, наливая себе немного сока и улыбаясь этой мысли. "И я придерживаюсь мнения, что я не создана для такой роли". "Я знаю", - поддразнил Лейнор. "Я всё мечтаю о том дне, когда ты собьешь меня с ног и унесешь в закат, но он всё не наступает". Мысленно представив это, я чуть не втянула в нос изрядное количество апельсинового сока, отчего Лейнор усмехнулся. "Задница ты", - раздражённо пробормотала я, тщетно пытаясь вытереться. "Возможно, я отправлюсь потанцевать с кем-нибудь из моих лордов, Лейнор, и оставлю тебя здесь, наедине с отцом". "Это ужасно несправедливо с твоей стороны", - сказал он с улыбкой, опуская руку на мой живот. "Лишить меня своей компании и оставить меня совсем одного и беззащитного". "Итак, теперь ты оценил всю степень моей романтичности! Не хочется думать об этом, когда меня не будет рядом, чтобы сыграть роль рыцаря в сияющих доспехах, спасая тебя от внимания короля, не так ли?" Он покраснел, как раз когда Лейна снова наклонилась к нему. "Она бывает в сияющих доспехах только тогда, когда мама снова уговаривает ее надеть их", - сказала она брату. Признаю, это бывает мучительно. Мой энтузиазм по поводу ношения доспехов сильно поубавился примерно в то же время, когда я поняла, как плохо от них пахнет. Это не так ужасно, если ты пробыла в них максимум несколько часов, но целый день? Или даже полдня на драконе? Я тогда была уверена, что и в своих кошмарных снах буду чувствовать запах металла и пота. "Неужели я обречена терпеть такую клевету? Со стороны собственных мужа и доброй сестры?" - Спросила я вслух, вызвав этим еще больше смешков у брата и сестры. Что-то во мне улеглось, когда я увидела, что они вернулись к своей прежней манере общения друг с другом. "Возможно, я и правда пойду потанцую." "Рейнира, твой отец направляется сюда". Я удивленно моргнула, услышав предупреждение Лейнора, и развернулась посмотреть, как отец почти что тащит за собой мою младшую сестру, на его лице появилось то мечтательное выражение, которое обычно предвещает попытки заставить нас сблизится и прочие плохие идеи, порожденные благими намерениями. Я вздохнула и допила свой сок, внезапно пожалев, что это не вино. "Привет, отец!" Я поприветствовала его голосом, полным ложной радости. "Привет, Визерра. Наслаждаешься праздником?" "О, действительно! Я по-прежнему считаю, что твой тридцатый день рождения должен был быть ознаменован более грандиозным праздником, но подчиняюсь твоему решению, дочь", - радостно сказал он мне. "А что же случилось с Визеррой? У меня сложилось впечатление, что ты собиралась провести некоторое время с Эммой и Рейной?" Хелейна могла бы быть тем человеком, который провел бы с ней время на этом празднике, но ни ее, ни Эйгона здесь нет, оба все еще заняты своим новорожденным сыном, которому едва исполнился месяц. "Я хотела", - ответила она, прежде чем с беспокойством взглянуть на нашего отца. "Отец сказал, что я должна провести некоторое время с тобой". "В самом деле. В конце концов, ты так редко ее видишь!" Он усмехнулся. Я же теперь боролась с желанием поморщиться. Это правда. Я часто обещала сама себе, что буду чаще видеться со своими младшими братьями и сестрами, а потом что-то неизменно происходило, и это мое обещание отходило на второй план. В ближайшие годы ситуация не изменится. Я буду отсутствовать при дворе, лишь время от времени прилетая сюда на Сиракс. Я знаю, что Эйгон и Хелейна вряд ли прекратят свои попытки вывести наших самых младших брата и сестру из под влияния Алисенты, но это не расположит их ко мне. Эйгон по-прежнему хочет попытаться созвать Великий Совет. Он сможет сделать это, только имея за спиной достаточно сил для того, чтоб шантажировать меня угрозой тяжёлой войны. У него есть половина Простора, большая часть Запада и, вероятно, некоторые речники тоже. Чего недостаточно самого по себе, но если он сможет выставить достаточно драконов, это напугает Голубей, и мои попытки не допустить такого Совета окажутся затруднены, поскольку те мои сторонники, на которых легче всего повлиять, потребуют мирного решения. Им же не получится объяснить то, что Эйгон то вряд ли поднимет вооружённый мятеж, даже если не сможет созвать этот свой Совет. "Это правда", - признала я, и стыд был не совсем притворным. "Пойдем, посиди с нами немного, Визерра". Визерра, выглядевшая скорее смущенной, чем расстроенной, забралась на стул рядом со мной и одарила всех нас вежливой улыбкой. Отец засиял, глядя на всех нас, а затем поцеловал меня в щеку. "Наслаждайся праздником, дочь. Не каждый день исполняется тридцать лет!" Его улыбка заразительна, хотя мне и не хочется это признавать. "В самом деле, отец", - ответила я. "Не волнуйся, я буду наслаждаться каждым мгновением. Я даже собираюсь немного потанцевать, если малыш пойдёт навстречу!" Взгляд отца смягчился, когда он положил руку мне на живот. Роды должны произойти уже достаточно скоро, и я этого боюсь. Я оказалась теперь заперта наедине с Эйемоном и Эммой, и чаще всего мне невыносимо скучно, а когда мне не скучно, я беспокоюсь о Лейне. Мысль о том, что я снова окажусь в том зале, вызывает у меня тошноту, когда я думаю об этом. Но на этот раз со мной будет Лейна, она поклялась в этом. Я подождала, пока отец не торопясь уйдет, прежде чем поймать взгляд моей младшей сестры. "Давай", - мягко сказала я. "Разве ты не хочешь потрогать малыша?" Она снова одарила меня той вежливой улыбкой и послушно протянула ко мне руку. У меня есть ощущение, что Визерра сейчас в том самом возрасте, когда некоторые думают, что у них ни за что не будет детей. Вероятно, она считает их громкими и раздражающими, столь сильно не соответствующими её любви к тишине. "Твой новый племянник", - сказала я, когда посредством своей маленькой ручки она почувствовала, как малыш двигается. "Я молюсь, чтобы он был здоров", - сказала она, и из-за этой столь стандартной фразы у меня зачесались зубы. "Спасибо тебе, сестра", - тепло сказала я. "Теперь поговорим о более интересных вещах, скажи мне, какие книги ты читала в последнее время?" При этих словах ее глаза загорелись, хотя я подозреваю, что она заметила мою попытку использовать ее интересы, чтобы уж хотя бы таким образом завести с ней разговор. - «Историю домов Простора» архимейстера Далина, - ответила она - Это очень увлекательно, ты когда-нибудь читала эту книгу? "Думаю, я, возможно, пролистала её как то раз", - ответила я, почесывая подбородок и пытаясь вспомнить, попадалось ли мне когда нибудь это ничем не примечательное название. "Это то произведение, которое посвящено детям Гарта Зелёной Руки?" "Нет, я думаю, ты имеешь в виду произведение мейстера Мерина", - ответила она, я скрыла улыбку, даже слегка удивлённая скоростью её ответа. "Архмейстер Далин фокусируется лишь на подтверждённых исторических фактах". "Понятно", - сказала я. "Возможно, я его всё же не читала. Признаюсь, я предпочитаю мифы и легенды Вестероса ". Она слабо улыбнулась, ещё слишком юная, чтобы уметь надёжно скрывать свои мысли. Кажется, эта моя младшая сестра приверженец строго научной литературы. Какой контраст с Хелейной , которая ненавидит сухую историографию и предпочитает различные рассказы о приключениях. "Она ужасно зациклена на этом", - сказала Лейна, появляясь рядом со мной, словно вызванная к жизни разговорами о книгах. "Я допускаю, что за некоторыми из этих легенд могут стоять исторические факты, но я клянусь, она верит, что все это правда, до последнего слова, даже попытки всяких мелких домов прославить себя таким образом." "Расскажи ка мне еще раз о Плавниковом Троне, дорогая Лейна", - поддразнила я. "Что такое Плавниковый Трон?" - спросила Визерра, опережая едкий ответ Лейны. Моя возлюбленная сделала паузу, прежде чем откинуться на спинку стула с улыбкой. "Он был подарен Дому Веларион Подводным Королём как символ нашего древнего договора с ним", - воскликнула она. "Это прекрасная вещь, принцесса. Ты должна как нибудь его увидеть! Он огромен, и вырезан явно не человеческой рукой ..." "Похоже, что кто-то из первых представителей рода Веларионов нашел в море цельное дерево и решил вырезать из него себе стул", - сухо сказала я, заставив Визерру улыбнуться, а Лейну возмущенно вскинуться. Конечно, это притворство, трон был одной из первых вещей, которые она внимательно осмотрела, и с грустью заявила, что в нем отсутствует какая-либо магия. "Я оскорблена", - сказала она, наконец. "Принцесса, можешь ли ты поверить в такую дерзость..." "Что это был за договор?" - с любопытством спросила Визерра. "Якобы, - сказала я, бросив еще один дразнящий взгляд на Лейну, - в древности Веларионы были избраны Подводным Королём, чтобы присматривать за берегами Узкого Моря, в обмен на различные дары моря". "Что-то в этом роде, да", - пробормотала Веларион, сдаваясь. Она могла бы рассказать больше об этом, а Визерра, возможно, и спросила бы больше, но нас прервал грохот. Моя голова повернулась в ту сторону так быстро, что я могла бы поклясться, что растянула мышцу, поморщившись, когда увидела, какой на многих нижних столах воцарился хаос, причину его я не могу отсюда понять. "Что, во имя Семерых, там происходит?" Пробормотала Лейна. Я заметила, как она придвинулась немного ближе и как ее глаза сканировали зал с настороженностью человека, прошедшего войну. Повернувшись влево, я не преминула отметить, что Лейнор тоже стоит на ногах, мрачно оценивая происходящее. Однако драка продолжалась недолго. Охранники в одеждах цветов Таргариенов и прикрывающие их люди Веларионов ворвались внутрь и растащили дерущихся. Мое сердце упало куда то вниз, когда я поняла, что разбушевавшийся Эймонд был среди них, и потребовалось аж двое мужчин, чтобы успокоить его. У него окровавлена губа, но никаких других отметин на его теле, как я вижу, нет. Я поднялась на ноги. "Составь компанию Визерре, Лейна", - сказала я ей, уже больше думая о своем брате. Шок, охвативший меня, был настолько силён, что даже отодвинул на второй план гнев. Затеять драку в разгар пира ... не говоря уже о том, что это пир, устроенный в мою честь. Отец опередил меня, его лицо было багровым от ярости. И все же даже этого оказалось недостаточно, чтобы заставить Эймонда угомонится, потому что он все еще извивался в руках наших гвардейцев, все еще выкрикивал оскорбления в адрес того человека, которого охранники оттащили как можно дальше. По мере того, как я подходила ближе, крики становились все отчетливее. "Скажи это еще раз! Давай, ублюдок! Скажи это! Я тебя прикончу! Я убью тебя!" "Эймонд", - рявкнул отец. "Ты сейчас же успокоишься, или я продержу тебя в камере до восхода солнца". Услышав эту угрозу, Эймонд побледнел, его гнев немного утих, когда он оглядел затаивший дыхание зал. Его глаза встретились с моими, и, казалось, он умоляет меня… "Отец, возможно, ты мог бы позволить моему брату объясниться?" Если на то не будет крайне веской причины, я не сомневаюсь, что отец осуществит свою угрозу. Черт возьми, если бы Эйгон был здесь, он мог бы предотвратить это.… "Эймонд", - сказал Визерис, наконец, и я заметила, что его руки трясутся от ярости. "Я жду объяснений". "Он оскорбил нашу семью", - прорычал Эймонд, его глаза снова загорелись гневно. "Он сказал..." "Мне плевать, что он сказал!" - внезапно взревел отец, и его сыну явно стоило больших усилий не подпрыгнуть от испуга. "Я тысячу раз говорил тебе обуздать свой гнев! Ты позоришь само имя нашей семьи своими действиями". "Возможно", - тихо сказала я, понимая, что перечить отцу на публике очень плохая идея. "Возможно, нам следует послушать, что же сказал рыцарь, что так разозлило моего брата?" "Ну?" - рявкнул отец. "Что он там сказал, Эймонд?" "Он оскорбил принца Эйемона". Гнев захлестнул меня, и немалого труда мне стоило не наброситься на этого грёбаного рыцаря прямо сейчас. Мои глаза остановились на моем сыне, который вцепился в руку Джоффри, его фиолетовые глаза теперь были широко раскрыты и полны беспокойства. "Он сказал, что тот ведёт себя недостойно мужчины. Недостойно своего титула. Он обвинил его в том, что тот похож на своего отца. Шпагоглотателя. Он сказал, что только такой человек может просто наслаждаться тем, что имеет, и довольствоваться тем, что у него нет дракона, в то время как даже его младшая сестра летает на столь большом драконе, как Пламенная Мечта! " У меня словно разбилось сердце, когда Эйемон понял, что это значит для него, и отпустил руку Джоффри так быстро, будто она стала обжигающе горячей. Он изо всех сил старался выглядеть сердитым, но я заметила, как в его глазах блестят слезы. Я повернулась к рыцарю, нащупывая один из ножей, спрятанных в складках моего платья. Отец отреагировал раньше, чем я успела. Он подошел к этому идиоту, и нанес такой удар, что рыцарь упал, почти сразу потеряв сознание. Я знаю, что будет дальше, и сожалею только лишь о том, что отец вряд ли позволит мне посмотреть на то, как его люди разрезают этого рыцаря на части. "Пусть его отправят в Черные Камеры", - сказал отец, когда, наконец, достаточно успокоился для того, чтобы говорить. "Если только кто-нибудь здесь не станет доказывать его невиновность?" Оглушительная тишина была ответом на это, и вскоре мужчину уволокли прочь, из его носа текла кровь. После того, как огромные двери захлопнулись, не нашлось здесь людей достаточно храбрых для того, чтобы заговорить и нарушить тишину. Мне хотелось самой это сделать. Я хотела посмотреть им всем в глаза, я хотела спросить их всех, насколько храбрыми они были в восемь? Насколько искусны в воинском деле они были в восемь? Половина из них описалась бы от страха и сейчас, если бы им велели попытаться оседлать дракона. Как они смеют… "Если кто либо будет замечен в распостранении этих слухов, вы тогда будете благодарны судьбе за то, что я отрежу только ваши языки", - прорычал отец. "Пусть участь этого куска дерьма послужит предупреждением всем тем, кто распространяет ложные слухи для того, чтобы навредить МОЕЙ семье!" Большинство присутствующих вздрогнули. Я же поняла вдруг, что не могу сосредоточится на происходящем. Кружилась голова и… О. О, нет. Я попыталась заговорить, но не смогла произнести ни слова. "Мой внук до каждой мельчайшей черты соответствует тому, каким должен быть Таргариен", - продолжил отец, и все глаза в зале были устремлены на него и только на него. "А если кто-то из вас беспокоится о его драконе, то у меня есть достоверные сведения о том, что он уже скоро оседлает своего скакуна! Ни много ни мало на Драконьей Горе!" Естественно, именно в этот момент у меня отошли воды.