Призрак Сан-Дени

Ночной Сен-Дени дышал тяжелыми испарениями Гнилого Болота и вонью дешевого угля. Ирен двигалась сквозь переулки, словно струйка дыма: её высокие сапоги бесшумно касались булыжников, а темный плащ скрывал изгибы тела. Она достигла южной пристани, когда туман стал настолько густым, что фонари у склада №4 казались размытыми желтыми пятнами. Затаившись за стопкой гнилых ящиков, пропахших рыбой и солью, Ирен прильнула к холодной древесине. Сердце колотилось в горле — не от страха, а от предвкушения правосудия. Она выжидала, вглядываясь в серую мглу, надеясь увидеть того самого выродка, о котором говорилось в записке. Минуты растягивались в часы. Каждый шорох крысы, каждый плеск волны о сваи заставлял её руку непроизвольно сжимать рукоять револьвера. «Где же ты, мразь? Приходи, я жду...» — шептала она, не замечая, как тень за её спиной отделилась от стены склада. Всё произошло в долю секунды. Мощная, горячая ладонь внезапно легла ей на талию, рывком разворачивая к себе, а вторая рука намертво вцепилась в плечо, вжимая Ирен в мокрую, скользкую от сырости стену. От неожиданности воздух вырвался из её легких с коротким всхлипом. — Попалась, рыжая, — раздался над самым ухом хриплый, опасно низкий голос. Ирен вскинула голову и замерла. Прямо перед её лицом блеснуло вороненое дуло тяжелого револьвера. Артур Морган стоял вплотную, нависая над ней всей своей массивной фигурой. Тень от его шляпы скрывала глаза, но она чувствовала их жгучее, яростное присутствие. От него пахло кожей, табаком и ночным дождем — этот запах она узнала бы из тысячи. — Так-так... богатая девочка решила поиграть в мстителя? — Артур чуть сильнее прижал дуло к её подбородку, заставляя её закинуть голову. — Где наше золото, Призрак? Где саквояж Грэев, который ты умыкнула прямо у нас из-под носа? Ирен медленно подняла руки, чувствуя, как между ними, в этом тесном пространстве, воздух буквально наэлектризовался. Химия их столкновения была почти осязаемой: её лихорадочный жар и его ледяная, профессиональная решимость. Она видела свое отражение в его глазах и понимала — этот человек не блефует. Но паника, охватившая её, была вызвана не пистолетом у лица. — Тише... пожалуйста, тише, — выдохнула она, и её голос дрогнул от истинного отчаяния. Она бросила быстрый, затравленный взгляд в сторону пристани. — Артур, послушай меня! — Ирен почти умоляюще коснулась пальцами его запястья, удерживающего пистолет. — Там, на пристани... человек, который убивал невинных. Если он услышит нас, он исчезнет в тумане, и я больше никогда его не найду! Потеря времени для меня сейчас — это новые смерти. Золото в тайнике у старого кладбища, под плитой с отбитым ангелом. Забирай всё! Только дай мне закончить то, ради чего я здесь! Артур замер. Он видел в её глазах не хитрость воровки, а ту самую дикую, праведную ярость, которая жила и в его собственной измученной душе. Его палец на спусковом крючке дрогнул. «Она безумна, — подумал он, любуясь тем, как медно-рыжие пряди липнут к её мокрому от тумана лицу. — Абсолютно, великолепно безумна. Стоит здесь в грязи, под дулом пистолета, и переживает о каком-то ублюдке на пристани». — У старого кладбища, значит? — Артур медленно опустил револьвер, но не отпустил её талию. — Ты ведь понимаешь, что если ты соврала, я найду тебя даже в аду, Ирен де Витт? — Найди, — бросила она, уже отстраняясь и лихорадочно проверяя свой револьвер. — Но сейчас — замолчи и смотри. Он идет. Она прижалась к нему, стараясь слиться с тенью, и на мгновение Артур почувствовал её хрупкое тепло сквозь слои одежды. Это была самая странная засада в его жизни: стоять в обнимку с «Призраком», пока законник Джулиан где-то в городе рыщет в поисках их обоих. Его взгляд медленно, почти ощутимо прошелся по её лицу в маске. Артур хмыкнул, и этот звук был полон густого, прокуренного сарказма. — Скажи мне, куколка, папа в курсе, что его главная инвестиция сейчас прижата к складу в компании самого разыскиваемого бандита в пяти штатах? Или это часть твоего «всестороннего образования»? Ирен попыталась отстраниться, но его хватка на её талии была железной. Артур внезапно подался вперед, сокращая расстояние между ними до критического. Его свободная рука в грубой, пахнущей кожей перчатке медленно поднялась к её лицу. — Дай-ка я посмотрю на легенду поближе, — процедил он. Резким, бесцеремонным движением Артур дернул край темного платка, скрывавшего нижнюю часть её лица. Маска с тихим шелестом упала на мокрые доски пристани. Теперь перед ним была не гроза патрулей, а запыхавшаяся молодая женщина с влажными от тумана губами и копной рыжих волос, которые в этом свете казались запекшейся кровью. — Ух ты… — Артур присвистнул, оглядывая её с ног до головы, намеренно задерживаясь на мужских штанах и высоких сапогах. — А в платье ты выглядела чуть менее… взрывоопасно. Скажи, Ирен, а этот твой капитан, Джулиан, он вообще в курсе, что его невеста предпочитает старым кладбищам и револьверам семейные чаепития? Или он просто ослеп от блеска собственных пуговиц? — Артур, замолчи, — прошипела она, её глаза метали молнии, а паника из-за уходящего времени заставляла её буквально дрожать в его руках. — Ты портишь всё! Он уйдет! — О, прости, я забыл, что у нас тут «вершится правосудие», — Артур картинно закатил глаза, но не отпустил её. — Знаешь, я повидал немало сумасшедших на своем веку, но богатая девка, которая меняет шелковые простыни на вонючие ящики из-под рыбы — это что-то новенькое. Тебе что, папа карманных денег мало выдает? Или это просто такой способ довести капитана до инфаркта? Он наклонился к самому её уху, так что его щетина задела её нежную кожу, вызывая у Ирен невольную дрожь. — Золото под плитой с ангелом… Если я приеду туда и найду там только дохлых крыс, я вернусь за тобой, рыжая. И тогда мы поиграем в другую игру. Без паролей, но с очень долгими объяснениями. Артур на мгновение задержал взгляд на её губах, и в этом взгляде на секунду промелькнуло нечто большее, чем просто издевка — странное, неосознанное восхищение её безрассудством. Артур стоял, привалившись к стене склада, и с самодовольной ухмылкой наблюдал за тем, как Ирен поправляет сбившийся воротник. Он чувствовал себя хозяином положения: тайна раскрыта, золото обещано, а «грозный Призрак» стоит перед ним, тяжело дыша и метая глазами молнии. — Знаешь, рыжая, — Артур лениво покрутил револьвер на пальце, прежде чем вложить его в кобуру, — тебе стоит поучиться маскировке у настоящих профессионалов. Твой папаша, наверное, думает, что ты сейчас видишь десятый сон, а ты тут обнимаешься с портовыми крысами. Если выживешь этой ночью, я, может быть, дам тебе пару уроков. Бесплатно. Чисто из симпатии к твоему безумию. Ирен вдруг замерла. Её ярость, еще секунду назад казавшаяся осязаемой, внезапно сменилась странным выражением. Она во все глаза смотрела куда-то за плечо Артура. Её губы дрогнули, а в уголках глаз заплясали искорки, которые Морган никак не ожидал увидеть в разгар смертельно опасной вылазки. Она прижала ладонь к ротy, плечи её мелко затряслись, будто она пыталась подавить приступ истерического смеха. — Что? — Артур нахмурился, его рука инстинктивно легла на рукоять пистолета. — Что ты там увидела? Капитана своего? Или привидение? Он не услышал ни единого звука. Ни скрипа досок, ни тяжелого дыхания. Но внезапно воздух за его затылком стал горячим и влажным. Огромная, массивная тень накрыла Артура, перекрывая свет далекого фонаря. — Пфффффффрррру-ха! Оглушительный, утробный фырк раздался прямо над самым ухом Артура, обдав его затылок паром и запахом диких прерий. Это было так неожиданно и так громко в тишине порта, что закаленный в сотнях перестрелок бандит подпрыгнул на месте. Его пальцы, до этого уверенно сжимавшие рукоять «Скофилда», разжались от неожиданности. Револьвер с глухим стуком ударился о мокрые доски и отлетел в сторону. Артур резко обернулся, едва не потеряв равновесие. Прямо перед его лицом, едва не касаясь носом его шляпы, застыла огромная пегая морда с тем самым пятном в форме черепа. Голубые глаза Аниви смотрели на Артура с каким-то запредельным, почти человеческим пренебрежением. Жеребец стоял абсолютно неподвижно, возникнув из тумана так же бесшумно, как его хозяйка. — Черт тебя дери! — выдохнул Артур, прижимая руку к бешено колотящемуся сердцу. — Ты... ты откуда взялся, мешок с костями?! — «Профессионал», говоришь? — выдавила она сквозь смех, указывая на валяющийся в грязи пистолет Артура. — Аниви не любит, когда на меня направляют железки. И, кажется, он только что оценил твою «маскировку» на двойку. Артур посмотрел на смеющуюся девушку, потом на коня, который, кажется, был крайне доволен произведенным эффектом, и, наконец, на свой револьвер в луже. — Очень смешно, — проворчал он, поднимая оружие и брезгливо вытирая его о штанину. — Конь-призрак, значит? Да он просто издевается! У вас это, видимо, семейное. Он бросил на Ирен быстрый взгляд — в нем уже не было издевки, только невольное, глубокое восхищение. Она стояла на фоне своего демонического скакуна, рыжая, дерзкая и абсолютно свободная. — Беги уже, — буркнул он, поправляя сбитую шляпу. — Пока он не решил меня еще и копытом перекрестить. Но про золото не забудь, Призрак. Я буду ждать у ангела. Ирен ловко вскочила в седло, и Аниви, вскинув голову, снова фыркнул в сторону Артура, словно прощаясь. Через мгновение туман сомкнулся за ними, оставив Моргана одного на пустой пристани с привкусом пороха и жасмина на губах. *** Туман у складских доков стал еще плотнее, превращая фонари в призрачные сферы. Ирен, затаив дыхание, скользила по кромке плоской крыши пакгауза. Каждое её движение было выверено: она двигалась на полусогнутых ногах, распределяя вес так, чтобы старая древесина не издала ни звука. Снизу, у самой кромки воды, где плескалась маслянистая жижа, наконец показались те, кого она ждала. Высокий мужчина в длинном дорожном пыльнике, скрывающем фигуру, стоял спиной к свету. Его движения были нервными, дергаными. Он постоянно оглядывался, прижимая к груди кожаный планшет. Навстречу ему из тени вышагнул второй — невысокий, коренастый человек в городском котелке. — Ты принес? — голос коренастого был сиплым, пропитым. — Если там не всё, господин де Витт лично скормит тебя аллигаторам. — Здесь списки всех семей Вапити, которые отказались уходить с земель резервации, — прошипел высокий. — И подписи судебных приставов. С этим... с этим вы можете законно выжечь их лагеря дотла. Но где моя доля? Ирен почувствовала, как внутри неё закипает ледяная ярость. «Списки... они готовят бойню. И папа... папа стоит за этим?» — её пальцы до боли сжали край черепицы. Она уже потянулась к револьверу, чтобы прервать эту сделку, но в этот момент из густой тени за штабелями ящиков вышел третий участник встречи. Звякнули знакомые шпоры. Свет от далекого маяка на мгновение выхватил золотистые эполеты и безупречно сидящий темно-синий мундир. — Капитан Джулиан... — выдохнула Ирен, и её сердце провалилось в бездну. Джулиан смотрел на информатора как-то странно — в его взгляде не было ни капли закона, только холодный, расчетливый блеск сообщника. Он молча принял из рук мужчины плотный конверт, перетянутый суровой нитью. — Вы вовремя, капитан, — подобострастно произнес коренастый. — Господин де Витт будет доволен вашей исполнительностью. Армия обеспечит «прикрытие» во время выселения? — Армия обеспечит порядок, — голос Джулиана был сух и тверд, как удар хлыста. — Если «дикие» окажут сопротивление, мы будем действовать по уставу. В конверте все имена? Мне не нужны свидетели, которые потом побегут в Вашингтон жаловаться на произвол. Ирен во все глаза смотрела на эту сцену. Её мир рушился. «Он не для охраны города здесь... он здесь, чтобы зачистить дорогу для папиных железных дорог. Он не законник, он палач на зарплате». От этого осознания у неё закружилась голова. В порыве негодования она подалась вперед, желая лучше рассмотреть документы в руках Джулиана, и на мгновение потеряла бдительность. Старая, подгнившая от морской соли доска под её правым сапогом издала резкий, предательский скрип. В тишине порта этот звук прозвучал как выстрел. — О черт... — сорвалось с её губ. В ту же секунду Джулиан вскинул голову. Его взгляд, острый и безжалостный, мгновенно сфокусировался на силуэте на крыше. — ТЕНЬ НА КРЫШЕ! — рявкнул он, и его голос перекрыл шум прибоя. — СТРЕЛЯТЬ БЕЗ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ! ЭТО ПРИЗРАК! — Ну всё, Ирен, ты спалилась... — пронеслось в голове у девушки, когда внизу засуетились люди в форме. Раздался первый залп. Пули с противным свистом вонзились в деревянный парапет в паре дюймов от её лица, осыпая Ирен щепками. Она вскочила на ноги и бросилась бежать по крышам, не разбирая дороги. Грохот выстрелов слился в сплошной гул. Солдаты Джулиана палили вслепую, ориентируясь на её мелькающий в свете луны силуэт. — СЮДА! ПЕРЕКРЫТЬ ВЫХОД К ПЕРЕУЛКУ! — орал Джулиан, вскидывая свой карабин. Ирен бежала, перепрыгивая через провалы между складами. Ветер свистел в ушах, а снизу доносились крики и топот десятков сапог. Она хотела свистнуть, позвать Аниви, но вовремя прикусила губу. «Нет! Если он прискачет сюда, они изрешетят его в этом узком порту. Я не подставлю его под пули этих мясников!» Она достигла края последнего пакгауза. Дальше — только отвесная стена и черная, маслянистая вода залива. Внизу, отрезая путь к отступлению, уже выстраивалась цепь солдат. Джулиан стоял впереди всех, целясь прямо ей в грудь. Его лицо в свете выстрелов казалось маской смерти. — Прыгай, Призрак! — прорычал он. — Посмотрим, умеют ли духи плавать! Выбора не было. Пуля чиркнула её по плечу, разрывая ткань куртки и обжигая кожу. Ирен сделала глубокий вдох, чувствуя, как холодный ночной воздух наполняет легкие, и, оттолкнувшись от края крыши, ласточкой бросилась вниз — в ледяные объятия темных вод Сен-Дени. Грохот очередного залпа был последним, что она услышала перед тем, как тишина и холод сомкнулись над её головой. — УПУСТИЛИ! — взревел Джулиан, и этот крик, полный первобытной ярости, заставил чаек с криком сорваться с мачт. Он стоял на самом краю пристани, сжимая карабин так сильно, что костяшки пальцев побелели. Свет фонарей дрожал на его искаженном лице. Он видел круги на воде — темные, маслянистые, медленно расходящиеся там, где исчез Призрак. Его идеальный мундир был забрызган грязью, а одна золотистая эполета съехала набок, но он этого не замечал. — Прочесать береговую линию! — командовал он, оборачиваясь к застывшим солдатам. Его голос вибрировал от ледяного бешенства. — Она ранена, я видел кровь! Она не могла уйти далеко в этой одежде. Ищите в сточных трубах, в подвалах, под настилами! Если она вынырнет — стреляйте по ногам. Я хочу видеть её лицо до того, как отправлю на виселицу. Сам Джулиан не двинулся с места. Он достал из кармана тот самый конверт, который едва не стоил Ирен жизни, и его губы искривились в подобии усмешки. «Ты думала, что ты охотник, маленькая дрянь? Ты просто заигравшаяся девчонка. И теперь ты захлебнешься в собственной тайне». Примерно в двухстах ярдах от склада, за густой завесой портового тумана и свай, покрытых скользким зеленым мхом, из черной воды показалась голова. Ирен вынырнула бесшумно, едва сдерживая судорожный вдох. Легкие горели, а ледяная вода залива, казалось, превратила её кровь в крошево из льда. Она ухватилась за ржавое кольцо в каменной кладке набережной и с трудом подтянулась вверх. Выбравшись на скользкий берег, Ирен упала на колени, отплевываясь и содрогаясь от омерзения. — Чертов... Джулиан... — прохрипела она, смахивая с лица липкую нить водорослей. Её некогда щегольской костюм превратился в тяжелое, вонючее тряпье. Вода в порту Сен-Дени пахла мазутом, дохлой рыбой и помоями — коктейль, от которого к горлу подступала тошнота. Ирен поморщилась, вытирая лицо мокрым рукавом. «Все что угодно... любые болота Байю, любые аллигаторы... но не эти сточные канавы», — думала она, чувствуя, как плечо, задетое пулей, начинает пульсировать тупой болью. — «Я убью тебя. Клянусь, Джулиан, я лично выберу дерево, на котором тебя вздернут. Идиот... кретин... лощеный палач!» Злость была единственным, что давало ей тепло. Она заставила себя подняться, чувствуя, как сапоги хлюпают при каждом шаге. Она была похожа на речное привидение, вышедшее на берег за местью. Но её яростный шепот был прерван мягким, знакомым звуком. Из густой тени под мостом послышался негромкий, успокаивающий фырк. Аниви стоял там, почти невидимый в тумане, его пегая шкура сливалась с серыми камнями. Он ждал её. Его умные голубые глаза внимательно следили за каждым её движением, а уши были прижаты — он чувствовал запах крови и пороха. — Мой мальчик... — Ирен прижалась лбом к его мокрой морде, и на мгновение её ледяное тело согрелось о его тепло. — Прости, что заставила ждать. Нам пора. У нас встреча с одним очень самоуверенным бандитом. Она с трудом забросила ногу в стремя — намокшая одежда весила целую тонну. Аниви нетерпеливо переступил копытами, словно призывая её поторопиться. Как только она оказалась в седле, жеребец сорвался с места, бесшумным галопом направляясь прочь от порта, в сторону старого кладбища, где среди надгробий и плачущих ангелов её ждал Артур Морган. Артур сидел на поваленной плите, лениво вырезая что-то на щепке своим ножом. Старое кладбище Сен-Дени было местом жутким: склепы заросли плющом, а каменные статуи казались застывшими часовыми. Чарльз караулил у ворот, а Артур ждал «Призрака», то и дело поглядывая на карманные часы. — Опаздывает наша леди, — пробормотал он под нос. — Неужели капитан всё-таки научился завязывать узлы? В этот момент из тумана вылетел Аниви. Конь затормозил так резко, что из-под копыт полетела земля и куски старой травы. Артур вскочил, его рука мгновенно легла на револьвер, но он тут же опустил её, увидев всадницу. Ирен выглядела... феерично. Мокрая насквозь, растрепанная, с полосой крови на плече и яростным блеском в глазах. От неё за милю несло портовой тиной. Ирен спрыгнула на землю, едва не упав от слабости, но удержалась. Она подошла к Моргану вплотную, игнорируя его колкости. — Заткнись, Артур, — выдохнула она Артур медленно обвел взглядом Ирен, которая стояла перед ним, стекая грязными ручьями прямо на ботинки. Он демонстративно прикрыл нос ладонью и сделал шаг назад, картинно помахивая свободной рукой перед лицом. — Матерь Божья, Ирен... — Артур выдавил из себя смешок, в котором сквозило неприкрытое издевательство. — Я, конечно, слышал, что «Призрак» должен наводить ужас, но не думал, что ты планируешь брать врагов измором с помощью вони. Ты что, по пути сюда решила проверить на прочность городскую канализацию или просто перепутала духи с тухлой селедкой? Ирен, чьи зубы выстукивали чечетку от холода, вспыхнула. Её глаза, казалось, сейчас прожгут в Моргане дыру. Она сделала резкий шаг вперед, хлюпая мокрыми сапогами, и ткнула указательным пальцем прямо в его широкую грудь, оставляя на его куртке грязное пятно. — Это! Всё! Из-за! Тебя! — каждое слово она подчеркивала яростным тычком, заставляя Артура чуть пошатываться. — Если бы ты, неотесанный медведь, не прижал меня к той стене со своими допросами о золоте, я бы закончила дело за пять минут! Я потеряла время! Из-за твоей жадности Джулиан успел получить документы! Артур лишь усмехнулся, глядя на её палец, пачкающий его одежду, и лениво перехватил её за запястье, останавливая атаку. — О, так теперь я виноват в том, что леди не умеет ходить по крышам, не производя шума, как стадо бизонов? — он склонил голову набок, его глаза весело блеснули из-под полей шляпы. — Ты выглядишь как мокрая кошка, которую окунули в деготь, рыжая. И, поверь мне, пахнешь ты сейчас не как «неуловимая легенда», а как причина, по которой в Сен-Дени закрывают рыбные рынки. — Да как ты смеешь... — Ирен задохнулась от возмущения, пытаясь вырвать руку. — Пока ты тут шутишь свои плоские шутки, людей убивают! Ты — просто вор, Артур Морган! Тебе плевать на всё, кроме этого проклятого саквояжа! Если бы не ты, я бы сейчас не стояла здесь, воняя как помойка, а вешала бы Джулиана на первой же рее! — Ну, судя по амбре, ты его планировала задушить на расстоянии, — парировал Артур, наконец отпуская её руку и вытирая ладонь о штаны с нарочитым брезгливым видом. — И не тыкай в меня пальцем, а то я решу, что ты хочешь поделиться со мной своим «ароматом» поближе. Он вдруг посерьезнел, глядя на её дрожащие плечи и окровавленный рукав. — Ладно, герой сточных канав. Хватит шипеть. Золото я заберу позже — оно от меня никуда не денется под присмотром этого каменного ангела. А вот ты... если не перестанешь дрожать и злиться, свалишься с коня раньше, чем мы доберемся до патруля. Ирен сжала кулаки, её губы плотно сомкнулись в тонкую линию. — Я не упаду. И я не забуду тебе этот вечер, Морган. Когда всё закончится, я лично прослежу, чтобы ты искупался в той же канаве, из которой я только что вылезла. Считай это моим официальным приглашением. — О, сочту за честь, леди де Витт, — Артур шутливо коснулся полей шляпы. — Но только если ты пойдешь первой, чтобы распугать всех аллигаторов своим видом. По коням, «Ваше Грязнейшество». Пора размять кости.