Однажды в Эрегноре

— И что теперь? Далт все-таки спросил это вслух, облек в слова вопрос, который я все это время ожидал услышать. Вот только ответа у меня не было. Так что я ограничился тем, что пожал плечами. Но Далт явно ожидал большего... Пришлось признаваться. — Не знаю, — неохотно сказал я. На лице Далта отчетливо отразилось удивление. Наверное, если бы сейчас своды пещеры обрушились нам на головы, он бы удивился меньше. — Что значит «не знаю»? — спросил он. — То и значит. Я лгал тебе, Далт. Я никогда не был здесь раньше. И я понятия не имею, как отсюда выбраться. Я ожидал хоть какой-то реакции, но Далт лишь устало потер висок. Едва заметно поморщился, задев свежие царапины. — Я подозревал это, — наконец сказал он. — Просто очень хотел верить, что выход отсюда существует. — Может быть, он и существует, вот только мне об этом ничего не известно. Некоторое время мы молчали, не глядя друг на друга. Потом Далт неожиданно резко поднялся на ноги, посмотрел на меня сверху вниз. — Пошли! — приказал он. Я не двинулся с места. — Куда? — К выходу. Посмотрим, убрались ли эти летучие твари. И если они ушли, то продолжим поиски. Я не верю, что выхода нет. Я рассмеялся. Смех вышел совсем невеселым. — Ты не понял, Далт? Все, что я тебе говорил, все это чушь собачья! Я все выдумал! Мы можем бродить по горам до скончания времен, но это ни на шаг не приблизит нас к выходу! Далт открыл было рот, кажется, он хотел возразить мне, но не успел. — Разумеется, не приблизит, — вместо него ответил мне знакомый голос. — Выход нужно искать совсем не снаружи. Вы ищете не то, что нужно, и не там, где нужно. Я подскочил на месте, обернулся. Он стоял в нескольких шагах от нас, прислонившись плечом к каменной стене и скрестив руки на груди. Так же, как и Кейн, и мы с Далтом, он был негативом самого себя — черная кожа, прямые белые волосы, светлые блестящие глаза... И его правая рука была цела и невредима. — Бенедикт, — сказал я. — Рад тебя видеть. Краем глаза я заметил, как Далт схватился за оружие, да так и замер с моим кинжалом в опущенной руке. Наверное, вспомнил, чем закончилась их предыдущая встреча на поле боя у самого подножия Колвира тогда, много лет назад, и предпочел не нарываться на неприятности. — А я вас — нет, — ответил Бенедикт. — Вам здесь не место. Вы одним своим присутствием нарушаете равновесие, и чем дальше, тем все больше и больше. Пора положить этому конец. Его правая рука легла на пояс, рядом с оружием, и я машинально отступил на шаг. На мгновение мне показалось, что он сейчас выхватит свой меч из ножен и... Даже если бы у меня было оружие посерьезней короткого ножа, против Бенедикта я бы долго не продержался. — Бенедикт, все совсем не так, как выглядит со стороны. Я... Мы лишь защищались. И с радостью бы покинули это место, если бы знали как. Бенедикт смерил меня внимательным испытывающим взглядом, потом посмотрел на Далта. Тот кивнул. — Так и есть, — подтвердил Далт. — Мы здесь оказались случайно. И если ты знаешь, как выбраться отсюда в реальный мир... Бенедикт слабо улыбнулся. — Если бы я знал, то меня бы здесь не было, — сказал он, поправив оружие, и снова скрестил руки на груди. — Я всего лишь призрак, посланный Огненным Путем. Но вы должны знать. Тебе, Джулиан, — тут Бенедикт посмотрел прямо на меня, — удалось каким-то образом открыть Врата в этот мир. Так что не говори мне, что ты не знаешь как вернуться назад! — Но я действительно не знаю... — начал было я, но Бенедикт не дал мне закончить. — Знаешь, — сказал он. — Может быть пока не осознаешь это до конца, но знаешь. Это в твоих силах. Так просто сделай это, и все. Чего бы там не желал Путь, мне бы очень не хотелось причинить вам вред. — Но... Облечь в слова уже крутившиеся на языке возражения я не успел. Невесть откуда взявшийся ветер промчался по тоннелю, швырнул в лицо пригоршню пыли. Я невольно зажмурился, прикрыл глаза рукой... Когда я открыл глаза, Бенедикт исчез. Мы с Далтом переглянулись. — Что он имел в виду, когда сказал, что выход не снаружи? — спросил он. — Я не знаю... — начал было я. И осекся на полуслове. Догадка, простая и очевидная, молнией мелькнула в мозгу. Бенедикт был абсолютно прав. Выход нужно искать не снаружи. Его вообще не нужно искать. Место не имеет значения, ничто не имеет значения, только Огненный Путь, сияющий в нашей крови, впечатанный в наши души... Этот отпечаток ничем не смоешь, не сотрешь, он всегда с нами... А значит, его сила тоже в нас! Незачем искать выход, он ничем не отличается от входа. И пусть та дверь давно захлопнулась, ничто не мешает нам открыть новую. Это ведь так просто! Почему я не подумал об этом раньше?! Ответ ведь лежал на поверхности... Нужно было только задать самому себе правильный вопрос! Я вытащил из внутреннего кармана куртки колоду карт, и только когда едва их не рассыпал заметил, что у меня дрожат руки. Боги, если я прав, а я прав, то все получится... Должно получиться! Только бы у меня была нужная карта! Я обнаружил ее в самом низу, перебрав всю колоду. И неудивительно, пользоваться ею мне как-то раньше не доводилось. Я и сам не знал, зачем ношу ее вместе с остальными... Никогда не верил всерьез, что, разложив пасьянс, можно предвидеть будущее. Столь дурацким способом судьбу не предугадать... Пару секунд я смотрел на собственный портрет, потом протянул карту Далту. Он повертел ее в руках, потом посмотрел на меня как на умалишенного. — Карты здесь не работают, ты же сам говорил, — сказал он. — Да я и сам не раз пытался... И ни с кем не смог связаться. Полагаю, тебе тоже до сих пор это не удалось. — Верно, — не стал спорить я. — Этот мир — изнанка Тени. Силы, правящие вселенной, здесь не действуют. Они даже проникнуть сюда не могут, посылают призраков. Этот мир изолирован от привычной нам реальности. Но мы-то с тобой оба здесь! — Это я уже заметил. И что с того? — не понял Далт. — Мы оба прошли Огненный Путь, он у нас в крови, отпечатан в нас, как клеймо, выжжен в разуме, душе, сердце — да называй как хочешь! Суть в том, что каждый раз, когда ты прибегаешь к его силе, ты используешь тот образ Пути, что носишь в самом себе. Эта сила — она в тебе. И ничто не может помешать тебе ею воспользоваться. — Но я же пытался! Не знаю как ты, а я пытался уйти отсюда в Тень... — Мы оба пытались изменить этот мир, а это невозможно. Он изолирован от Царства Теней, для того, чтобы открыть проход, нужно гораздо больше энергии, чем мы смогли призвать без специальной подготовки. Но есть и другие способы. Если воссоздать условия, при которых мы сюда попали, то мы сможем вернуться. Используй мою карту. Нет ни одной причины, чтобы у тебя не получилось — мы оба здесь, на изнанке реальности. Нашей собственной энергии должно быть достаточно, чтобы открыть Врата. И если их уничтожить... Энергия взрыва позволит нам взломать границу между этим миром и Царством Теней. Мы сможем вернуться! Далт с сомнением посмотрел на меня, потом на мою карту, которую машинально крутил в руках. Он долго молчал... — Я попробую, — наконец сказал он. — Только я понятия не имею, как открыть Врата... — Для начала установи контакт. Тогда я смогу тебе помочь. Право, это проще показать, чем объяснить. Он кивнул, потер глаза. Потом уставился на мою карту. Я ждал. Минуты сменяли друг друга, Далт сосредоточенно разглядывал мой портрет и... Ничего не происходило. Неужели я просчитался? Да нет же, не может этого быть! Моя догадка верна, я знал, чувствовал это... Просто этот болван что-то делал не так! — Не могу! — внезапно сдался Далт, оставив бесплодные попытки. — Видишь, ничего не получается! Карты здесь не работают... — Глупости! Пока мы оба по эту сторону реальности, нет ни одной разумной причины, чтобы ты не мог со мной связаться! Ты что-то не так делаешь. — Я что, по-твоему, первый раз карту в руках держу? Все я делаю так! И если ты такой умный, попробуй сделать это сам! — У меня нет твоей карты. А у тебя есть? — Нет. Зачем мне? Я сам с собой обычно не разговариваю... — Тогда выбора нет. Попытайся еще раз! — А чем я, по-твоему, до сих пор занимался? Я пытался... И ничего не вышло. Несколько долгих секунд мы просто смотрели друг на друга, потом я повернулся к нему спиной и направился к тоннелю, по которому мы сюда пришли. Недавнее воодушевление сменилось апатией. Желание спорить, что-то доказывать, объяснять, улетучилось как дым. Я знал, что прав. Я чувствовал, что моя теория абсолютно верна. Это должно было сработать... Но не сработает. Я останусь здесь до конца своих дней, которых, скорее всего будет не слишком много, и все потому, что этот кретин не может заставить себя сосредоточиться и сделать то, что ему говорят. Жизнь несправедлива. — Джулиан, ты куда? — К черту в пасть! — отозвался я. — И не вздумай за мной идти или, клянусь, я тебя убью. Оборачиваться, чтобы проверить, поверил ли он мне, я не стал. Мне было все равно. Тоннель изогнулся, потом раздвоился. Я свернул направо и ускорил шаг. На следующей развилке я снова свернул. Потом еще раз. Подземное озеро и Далт остались где-то далеко позади. Я понятия не имел, куда приведет меня выбранный наугад путь. Я просто шел вперед. Подальше от озера. Подальше от Далта. Подальше от иррационального желания убить его голыми руками.