Секрет небес: Ошибка.

Все началось с боли. Холодный камень впивался в щеку, а воздух пах гнилью и грозой. Я не понимала, где нахожусь. Гигантские папоротники, лианы толщиной с мою руку — все казалось чужим, нереальным. Последнее, что я помнила — авария, я врезаюсь в белый джип. Темнота. Я стояла на краю утеса, дрожа от страха и холода. Голос в голове нашептывал: «Прыгай». Это было похоже на навязчивую мысль, но гораздо сильнее, почти физическое давление. Я чувствовала, как мои мышцы напрягаются, готовые подчиниться. И тогда я увидела ее. Из джунглей вышла девушка. Высокая, в черной одежде, которая выглядела совершенно неуместно в этих диких зарослях. Ее движения были плавными и уверенными, как у хищника. Когда наши взгляды встретились, я замерла. Ее глаза были нечеловечески красивыми и пугающими одновременно — в них читалась вековая мудрость и дикая сила. «Т-ты кто?» — мой голос прозвучал жалко и слабо. «Неважно, — ответила она, и ее голос звучал низко и хрипло. — Просто отойди от края. Ты не хочешь этого делать.» Но я хотела. Нет, не я — этот голос в моей голове хотел. И когда он снова приказал: «ДЕЙСТВУЙ!», мое тело взорвалось болью. Я почувствовала, как падаю... ...а затем ее рука схватила мое запястье. Ее хватка была железной. Я висела над пропастью, глядя в ее сосредоточенное лицо. В ее глазах читалась не просто решимость — я видела в них ярость. Ярость против самой судьбы, против тех сил, что хотели моей смерти. «Держись!» — прошипела она сквозь стиснутые зубы. Но потом мир распался на части. Цвета смешались в безумный калейдоскоп, и я почувствовала, как ее пальцы разжимаются. Мы падали куда-то сквозь время и пространство, и последнее, что я видела — ее темный силуэт против бушующего хаоса. Я очнулась на зеленой поляне. Рядом стояли они — те, кого я потом узнала как Мисселину, Геральда и Энди. Я рыдала, трясясь от ужаса и облегчения. И тогда она появилась снова. Она выкатилась из ниоткуда, отряхивая хвою с черной одежды. Ее движения были грациозными, даже сейчас, когда она явно была ранена. Когда она подняла голову, я увидела в ее глазах не страх, а холодную ярость и... оценку. Она изучала нас всех, как шахматные фигуры. «Майклсон, — произнесла она, и ее голос прозвучал как предупреждение. — Диса Майклсон.» Геральд, обычно такой самоуверенный, смотрел на нее с неподдельным интересом. Даже Мисселина замолчала, уставившись на эту странную девушку. А потом началась боль. Не моя — ее. Я видела, как она сгибается пополам, как ее спина прогибается в мучительном спазме. Когда из ее спины прорвались крылья, я задохнулась. Это были не просто крылья. Они были живыми — цвета вулканического стекла с вспышками огненно-оранжевого и бирюзового. Они искрились и шипели, как будто сделанные из самой энергии. Даже дракон, Фыр, смотрел на них с изумлением. Я не понимала, кто она, но знала одно — она не была одной из нас. Не была непризнанной, запутавшейся и напуганной. Она была... чем-то другим. Чем-то древним и опасным. В школе все стало еще страннее. На уроке Фенцио она вошла с опозданием, но вела себя так, будто это была ее личная аудитория. Когда он дал ей то ужасное задание — уговорить самоубийцу, — она не испугалась. Она заключила пари. С ангелом! Позже я видела, как она вернулась. Она выглядела истощенной, но в ее глазах горела победа. Она спасла ту девушку. Я не знала как, но знала — она сделала это не ради Шепфы или академии. Она сделала это потому, что ненавидела, когда кто-то диктует ей правила. А недавно... недавно она противостояла Люциферу. Принцу Ада. Не силой — словами. Острыми, как лезвие, и точными, как пуля. Она говорила с ним как равная, и что самое удивительное — он отступил. Я видела, как в его глазах вместо презрения появился интерес. Настоящий, опасный интерес. Иногда я ловлю ее взгляд на себе. В ее глазах нет тепла, но есть... что-то похожее на ответственность. Как будто я стала ее личным проектом. Или обязательством. Она называет все это «шумом». Я слышала, как она бормочет это себе под нос: «Всего лишь шум на пути домой». Но для меня этот «шум» стал всей моей жизнью. И я начинаю понимать, что Диса Майклсон — не просто случайная гостья в этом мире. Она — буря, что пришла, чтобы все изменить. И я оказалась в самом ее центре.