Бабочки живут три недели

7 дней

«Счастье подобно бабочке. Чем больше ловишь его, тем больше оно ускользает. Но если вы перенесете свое внимание на другие вещи, оно придет и тихонько сядет вам на плечо»

Виктор Франкл

      Ровно два шага.       Ровно секунда с половиной.       Ровно один вдох.       И ровно одна секунда на всё.       Чонгук делает резких два шага вперёд, выпрыгивая из-за угла и сталкиваясь с мужчиной, который явно не ожидал такого. Тот подхватывает Чонгука, думая, что парень теряет равновесие, а Чонгук пользуется моментом — пальцами проникает в нужный ему карман. И вот он старается не закричать от радости, когда кончиками пальцев чувствует кожаный материал, и тянет, пытаясь незаметно вытащить его. И всё бы получилось, ведь куртка свободная как нельзя кстати, не особо позволяет хозяину почувствовать кражу, а Чонгук довольно быстро и ловко всё сделал, только вот Джесс почему-то резко вышла из-за угла и закричала:       — Чонгук, не надо!       Время будто остановилось. Чонгук так и стоит в чужих объятиях, пальцы его в чужом кармане. Мужчина тоже замер и смотрит то на парня, прижавшегося к нему, то на девушку, что так неожиданно появилась.       — Джесс? — слышится сверху хриплое. — Ты что тут делаешь?       Чонгук собирается убрать руку, выпустив чужой бумажник, но его кисть резко перехватывают, стискивая. Омега гулко сглатывает и поднимает взгляд, встречаясь с невероятно необычными глазами. Сначала омеге кажется, что ему мерещится или так падает свет, но нет — спустя несколько секунд всё остаётся как есть: один глаз ртутный, а второй тёмно-синий. Никогда ещё Чонгук не видел, чтобы у людей были глаза разного цвета, а эти ещё и таких красивых оттенков.       — Что происходит, Джесс? — говорит мужчина, продолжая держать чужую кисть, но взглядом прожигая омегу перед собой.       Джесс скидывает капюшон и подбегает ближе, виновато улыбаясь. А Чонгук, как дурак, стоит и ничего не понимает.       — Прости, — тянет омега и ближе к Чонгуку подходит, кладя тому руку на плечо. — Это Чон, тот самый омега, что сбежал из «Катаро».       Мужчина переводит взгляд с девушки на замершего Чонгука и теперь изучает его, пробегаясь по лицу и заглядывая в испуганные тёмные глаза. А Чонгук не может оторваться от этих холодных, но до безумия притягательных глаз.       — Где Мэделин? — спустя несколько секунд молчания холодно говорит мужчина.       — Дома, — поджав губы, отвечает омега.       — Поехали.

***

      Что происходит, Чонгук не понимал до тех пор, пока они не приехали на квартиру к омегам, хотя и там тоже всё ещё оставались вопросы.       Вот они сидят в небольшой кухне и всё как обычно: Джесс на столешнице у плиты, Мэл с косяком в руках. Только вот холодный и безэмоциональный альфа сюда как-то, в понимании Чонгука, не вписывается.       — Как так, Джесс? — спрашивает Мэл, ухмыляясь и качая головой, выдыхая струйку дыма из уголка рта.       — Я ему сказала, чтобы он того деда взял, я же не думала, что он перепутает и на Тэхёна кинется, — поджав губы, бросает Джесс и опускает голову.       Мэл смеётся. Чонгук не понимает. Альфа, которого, как оказалось, зовут Тэхён, стоит и думает о чём-то.       — Это реально тот самый омега? — спрашивает Тэхён, смотря на девушку с косяком во рту, на что та в ответ кивает и ухмыляется. — Что он у вас делает?       Странно присутствовать во время обсуждения, главной темой которого являешься ты, но Чонгук сидит и слушает. А что ему ещё делать? Сидеть и себя закапывать в мыслях? Внутри всё равно, как бы он ни старался, противно и вязко из-за этой недокражи: как бы он ни злился на государство, но всё равно в глубине души повинуется и чувствует вину перед ним.       — Джесс как-то нашла. Кстати да, милая, как вы встретились? — спрашивает Мэл, переводя взгляд на притихшую девушку. — Джессика?       — Я вечером пошла по делам и на него наткнулась, — увиливая от правды, ответила омега.       — Где наткнулась? Ты была в районе «Катаро»? — последняя фраза слетает довольно резко.       В ответ тишина, которую Мэл расценивает как согласие.       — Джесс! Я же говорила, чтобы ты не совалась в тот район, — зло чеканит омега.       — Всё же обошлось!       — «Катаро» — это не колесо фортуны тебе, а русская чёртова рулетка, в которой барабан заряжен полностью.       Мэделин зло выдыхает и отворачивается, беря пачку сигарет и вытаскивая одну, поджигает.       — Что будете с ним делать? — спрашивает альфа, не обращая внимания на ссору.       — У нас пока будет, — нервно бросает Мэл, взглядом гуляя по расстроенной Джессике.       — Опасно. А если Кван явится?       Мэл хмыкает:       — В нашу дыру? Не смеши.       — Всё может быть, кому как не тебе это знать, Бонни.       Взгляд ледяных глаз встречается с серыми стекляшками Мэл, и у них случается немой диалог на несколько секунд, что понятен лишь им.       — Хорошо. Что ты предлагаешь? — сдавшись, говорит девушка.       — Обратно его в дом отвезти.       — Нет! — раньше, чем смог бы подумать, кричит Чонгук. В кухне наступает тишина, и все три пары глаз устремляются на него. — Нет, не надо, — уже тише добавляет омега, стараясь не пересекаться ни с кем взглядами. — Пожалуйста.       — Это и правда глупо — отвозить его обратно. Квану будет ещё проще до него добраться, — встаёт на защиту омеги Мэл.       — А нам какое дело? — серьезно перебивает альфа.       — Никакого, но человечность в нашем мире ещё не сдохла окончательно, — говорит Мэл, туша сигарету в пепельнице.       Дела никакого, просто хочется помочь, потому что зацепил этот взгляд. Слишком нежный и чистый он, чтобы вновь в это дерьмо окунаться, из которого чудом сбежал. Мэделин не то чтобы сердобольная, но и не тварь бессердечная. Их с Джесс тоже когда-то спасли, хоть они и не были чьей-то заботой и дела никакого до них не было. Им просто помогли и всё. Поэтому она ничего плохо не видит в своём желании помочь и Чонгуку.       — Сможешь помочь? — говорит Мэл, поднимая взгляд на альфу.       Тэхён удивляется, и это первая эмоция, которую он проявляет, тем самым цепляя взгляд Чонгука. Ровные брови взмывают вверх, а голова наклоняется вбок. Холодные глаза устремлены на Мэл, которая, цокнув, закатывает глаза.       — Я плохо расслышал? Мэделин сказала это слово?       — Иди к чёрту!       Альфа ухмыляется, тем самым приковывая внимание омеги ещё больше. Чонгуку казалось, что тот вообще не способен на эмоции.       — Спрячь на несколько дней его, а мы потом что-нибудь придумаем, — Мэл смотрит прямо в глаза альфы, ведя ещё один немой диалог с ним.       — Окей, — пожав плечами, спокойно говорит альфа спустя несколько секунд. — Собирайся, сокровище, — бросает он Чонгуку и идёт в коридор.       А Чонгук сидит и ничего не понимает. Взглядом провожает Мэл, что, встав из-за стола, направилась следом за альфой, оставляя Чонгука одного с Джесс.       — Пойдём собираться, — говорит девушка, поджав губы и спрыгивая со столешницы.       Джесс помогла собрать какие-никакие вещи Чона, и вот он уже сидит в чужой машине, наблюдая из окна, как Мэл, кутаясь в пальто, разговаривает с альфой, а рядом стоит Джесс, тихая и грустная.       Он вновь покидает место, к которому уже начал привыкать. Вновь всё оказалось эфемерным и недолговечным, и вот он в очередной раз направляется куда-то, даже не имея представления, что его там ждёт. Он даже не знает, что это за человек, к которому он едет, единственное, что сказала Джесс, пока они собирали вещи, что Мэл вместе с Тэхёном работают и знают друг друга уже очень давно, так что переживать Чону не было нужды. Море информации и океан вопросов... И вот со всем этим он сидит в чужой машине и наблюдает, как альфа, тепло улыбнувшись, протягивает руку и взъерошивает волосы грустной Джесс и напоследок щёлкает по её аккуратному носу. Мэл, глядя на это, улыбается и раскрывает руки, когда альфа подходит ближе и обнимает её. Всё это так непривычно, внутри вновь карусель из ощущений начинает раскручиваться. Вновь что-то новое и неизвестное впереди, знать бы что из этого всего выйдет...

***

      Они очень долго едут. Альфа молчалив и спокоен, ведёт машину и даже особо не обращает внимания на пассажира рядом. Чонгук же натянут, как струна, которая в любой момент может оказаться на грани разрыва. Спустя час езды они выехали из города и теперь мчались по дороге среди леса, и именно в этот момент Чонгук подумал, что его всё-таки везут обратно в дом. Внутри всё сжалось, сердце заплясало канкан, а воздух, предатель, перестал насыщать лёгкие. Чонгук вжался в пассажирское сидение и нервно начал царапать кожу на руках. Возможно, альфа заметил активное копошение рядом и именно поэтому впервые за всю поездку обратил внимание на омегу.       Холодные глаза взглянули на парня, что своими тёмными испуганными глазами смотрел в окно и нервно сдирал кожу на руках.       — Что с тобой? — спокойно спрашивает альфа, но это всё равно пугает омегу и он вздрагивает.       — Вы меня в дом везёте? — тихо спрашивает Чонгук.       — Там так страшно, что ты настолько напуган? — вполне серьёзно, без капли усмешки, спрашивает альфа, видя, насколько омега нервничает.       Не страшно, просто непонятно, что будет. Что ему сделают за побег? Что, если Кван уже его там ждёт и заберёт обратно в «Катаро»? А что, если его заберёт уже другой альфа? Вопросов много, и из-за этого нервы натягиваются.       — Там не страшно, — начинает омега, смотря на свои покрасневшие от терзаний руки. — Не хочу туда. Нам врали, и мне противно снова туда возвращаться, — тихо, но зло говорит омега, сжимая челюсти. — Нам говорили всегда, что мы самое ценное в мире и нас должны оберегать и ценить. Тогда почему те люди в «Катаро» так ужасно себя вели?       Омега не ожидает ответа, скорее просто проговаривает мысли вслух, стараясь так успокоиться и отвлечься, но ответ прилетает, и это удивляет омегу.       — Что они делали?       Не ожидая, что альфа вообще будет его слушать, а тем более отвечать, Чонгук немного теряется и просто несколько секунд сидит и смотрит в лицо Тэхёна. Что он за человек и куда они едут? А что, если Чонгука обманули и просто везут в какую-то ловушку? Ведь сделать это всё проще простого, он же ничего не знает и не понимает. Посадили в машину и сказали, что всё будет хорошо, — этого достаточно.       Тэхён холодный и пугает, а ещё эти глаза... Океан в самую холодную и суровую зиму. Один глаз цвета глубин этого самого океана, а второй — лёд, покрывающий его. Всё вместе настолько холодное, что каждый раз заглядывая в эти глубины, Чонгук ёжится и пытается унять мурашки то ли от холода, то ли от страха.       — Плохие вещи, — бросает омега и отворачивается к окну, больше не в силах смотреть на альфу.       Хоть он и не видит лицо Тэхёна, Чонгук чувствует его взгляд на себе ещё несколько секунд, а потом — тишина, и взгляд пропадает. Ответа не было, и до самого конца они ехали молча, холодные глаза больше не смотрели и вообще не замечали омегу. Они ещё очень долго не вспоминали о нём.

***

      Они ехали ещё около получаса и, вопреки предположениям омеги, конечной точкой оказался не дом для омег. Они остановились среди зелёного леса, и это первое, что удивило омегу, который, как оказалось, успел уснуть. Открыв сонные глаза, Чонгук увидел много тёмной зелени вокруг, гигантские деревья и дом. Один единственный огромный и красивый дом. Внешний фасад в тёмных тонах и выглядит мрачно, но так идеально смотрится среди тёмной зелени. Два этажа: на первом — панорамные окна и открытые стеклянные двери, через которые видны кухня и из-за лёгкого ветра выглядывает тюль, вылетая наружу, и лестница, что ведёт на небольшую площадку перед входом в дом.       Второй этаж выглядит как коробка, поставленная сверху на первый этаж дома. Второй намного меньше в размерах, на половину так точно. Одно единственное окно в половину стены, через которое ничего не видно, — вероятнее всего, в тонировке, которая защитит от надоедливого солнца по утрам и от лишних глаз, которые всё же рискнут забрести сюда.       Альфа выходит из машины, и Чонгук делает то же самое, забирая свой рюкзак с заднего сидения. Всё происходит молча. Альфа направляется в дом, заходя через открытую на террасу дверь, Чонгук же двигается хвостиком следом, вскоре попадая в просторную комнату. Кажется, что она занимает весь первый этаж, совмещая в себе и кухню, и гостиную. Зайдя с террасы, омега взглядом сразу цепляется за часть комнаты, выделенную под гостиную. Та представляет собой небольшое углубление в центре комнаты, по периметру которого стоят чёрные диваны с кучей маленьких подушек, а в середине — столик из дерева. Прямо, напротив, во всю стену висит огромный телевизор, что не уступает в размерах экрану в кинотеатрах, которые так любит Чонгук. Но самое интересное ждало омегу, когда тот поднял голову и взглянул на потолок: тот полностью стеклянный и открывает прекрасный вид на небо. Сейчас оно затянуто серыми тучами, и ветер шевелит верхушки громадных деревьев, но это не портит вид ни на грамм. Недалеко от этой части — кухонный островок, сделанный всё в тех же тёмных тонах. Несмотря на то, что интерьер тёмный, в комнате очень светло благодаря панорамным окнам во всю стену. Чонгуку нравится это место, за огромными стеклянными окнами природа и много свободного пространства, что не душит и даёт спокойно дышать.       Недалеко от рабочей зоны, на кухне, стоит достаточно большой стол из светлого дерева. Тот находится возле окна, вокруг несколько стульев, а в центре — небольшой каменный поднос со свечами.       Тэхён, оставив сумку на барной стойке, скидывает куртку на высокий стул и поворачивается, ища взглядом хоть и на короткий срок, но свою обязанность. Та находится около панорамного окна, выходящего на террасу. Омега, держа рюкзак за ручку, разглядывает лес своими огромными, как у оленёнка, глазами. Вишнёвые губы приоткрыты и в маленьких ранках, что говорит о том, что хозяин очень часто их кусает. Тэхён вообще, по правде говоря, удивлён и зол. Удивлён, что такой омега оказался один в Наби. Зол, потому что никогда не понимал, почему к омегам такое отношение, ведь те обычные люди, как и он, как и все в этом мире.       Хоть это и является частью причины, почему сейчас этот омега у него дома, но всё же по большей части Тэхён согласился на это из-за уважения к Мэл и Джесс. Этих двоих он знает уже больше пяти лет, и ни разу те не подводили, зато столько раз подогревали внутри чувство уважения и восхищения. Мэл вообще о помощи не просит, но сегодня оказалось, что и она на такое способна, поэтому вот. Альфа впервые за долгое время приехал в этот дом и более того — не один, а с омегой, которого ищет сам Кван Донсу. Не то чтобы для Тэхёна это было опасно, вовсе нет, скорее подогревает интерес, что же будет дальше. А пока нужно омегу пристроить.       — Чонгук, — зовёт Тэхён, стоя у барной стойки и сложив руки на груди, обтянутой чёрной футболкой.       Омега вздрагивает уже в который раз. Тэхён такой пугающий или омегу настолько запугали в городе? Второй вариант альфе не нравится и разжигает тихую злость внутри.       — Голодный? — как можно спокойнее говорит альфа, стараясь не пугать омегу. Не хватало, чтобы тот от страха ещё и отсюда сбежал.       Чонгук поджимает губы и через пару секунд неуверенно кивает, не смотря на альфу.       — Можешь оставить вещи на втором этаже, там твоя комната, я пока что-нибудь приготовлю, — и разворачивается, открывая холодильник.       Чонгук моргает несколько раз, бегая по комнате взглядом, стараясь не смотреть в сторону холодного и пугающего человека, с которым, как он понял, ему придётся жить. Хочется обратно к Джесс и Мэл. Хочется древесного аромата, хочется к Намджуну и подальше от этого человека и ужасного города. Там противно, там грязные руки, что бесстыдно трогали его в «Катаро», там холодно и страшно. Чонгук уже устал от всего вокруг, хочется в пустоту, хочется спокойно выдохнуть и откинуть все эти навязчивые мысли, которые не дают покоя уже который день подряд.       Усталость вновь проникает в каждую клетку тела и мешает здраво мыслить. Голова в лёгкой дымке, а мысли так и мелькают в этом тумане. Уже тошнит от всего, хочется побыть одному. Поэтому Чонгук, развернувшись, быстро находит глазами лестницу и взмывает по ней, скрываясь на втором этаже.       А на втором этаже небольшой коридор и две двери. Наугад выбрав одну, Чонгук открывает и забегает в комнату, быстро закрывая за собой дверь. Прислонившись спиной к прохладной поверхности, омега глубоко дышит, прикрыв глаза. Голова кругом идёт. Он вновь в неизвестном месте с неизвестным человеком. Как же он устал. Только и делает, что ныряет с головой, а потом пытается выжить, когда его топят. Хочется дышать полной грудью и не бояться умереть, захлебнувшись.       Чонгук сползает по двери и присаживается на мягкий ковёр, в котором, оказывается, всё это время утопали его стопы, а он даже не замечал. Открыв глаза, он первым делом видит стеклянный потолок, такой же, как и на первом этаже. Огромная кровать прямо под этим потолком, тёмное постельное бельё, над изголовьем кровати тоже окно, подоконник которого заставлен растениями. Кровать находится на платформе, что поднята над полом на сантиметров так двадцать. Справа от неё — небольшая лоджия с всё теми же панорамными окнами, возле них — софа из тёмной кожи с несколькими маленькими подушками, около неё — напольная лампа и столик, на котором стоит поднос со свечами, а рядом лежит книга.       Всё в этой комнате настолько сочетается друг с другом, тем самым радуя глаз, что Чонгук невольно расслабляется в ней. Здесь нет лишних предметов и много места. Чон вообще понял, что любит простор — так спокойнее.       Омега встаёт с мягкого ковра и направляется к кровати, кидает на неё рюкзак и стягивает капюшон с головы, который оказывается все это время был там. Присаживается и прикрывает глаза в наслаждении, когда чувствует в меру твёрдый матрас. В «Катаро» кровать была жутко мягкой, и тело после сна постоянно ныло и неприятно отзывалось, а здесь всё идеально. Глаза сами бегут вверх, заставляя поднять голову и взглянуть на небо. Оно всё такое же серое и, кажется, стало даже темнее, но это не мешает ему быть красивым и приковывать взгляд к себе, завораживая.

***

      Знаете, Тэхён не шеф-повар, а если быть честным, то вообще не умеет готовить, но за то, что сейчас стоит на столе, ему нужно дать как минимум медаль. Спустя пятнадцать минут на столе стоит ароматный рис, смешанный с мясом и овощами, а рядом кружка свежезаваренного чая с мелиссой и мятой. И всё бы ничего, но из всего приготовленного Тэхёном был сделан только чай. Чай он умеет заваривать, а вот готовка… Благо спасло, что в холодильнике нашёлся готовый обед, а альфе оставалось его только разогреть, что он, собственно, и сделал. Тут нужно сказать спасибо персоналу, что, в отличие от хозяина дома, бывает здесь чаще, чем раз в полгода.       Прошло уже больше двадцати минут, а омега до сих пор не спустился, поэтому Тэхён, долго не думая, поднимается наверх и заглядывает в комнату, которая предназначена для гостей. На втором этаже всего две комнаты, если не считать ещё две ванные на каждую спальню. Он открывает дверь, но альфу встречает пустая комната. Нахмурившись и прикинув в голове, куда могло деться это большеглазое сокровище, альфа со вздохом закрывает дверь и идёт в свою спальню. Там его ожидает следующая картина: небольшой комочек лежит на его кровати, подложив ладони под щёки, и спит. На одном краю кровати лежит чужой рюкзак, на другом — это маленькое недоразумение, что свалилось на голову. А Тэхён же только зашёл в кафе, чтобы выпить кофе перед встречей. Кстати, насчёт встречи.       Альфа ещё несколько секунд стоит и разглядывает омегу, что так бесстыдно улёгся в чужую кровать. Решив потом с этим разобраться, Тэхён тихо выходит из спальни и спускается вниз, на ходу отвечая на входящий звонок.       — Уже еду, — серьёзно говорит альфа, слетая с лестницы и захватив у барной стойки куртку и сумку, выходит из дома. — Через час буду, — и завершает вызов.       Альфа идёт по двору, крутя головой по сторонам, ища нужного ему человека, и тот находится быстро, сам направляясь в сторону хозяина дома.       — Эрик, в доме парень остался, охраняйте территорию и смотрите, чтобы он не выходил из дома.       — Хорошо, — кивает мужчина лет тридцати, останавливаясь около альфы.       На нём чёрная форма, на плече висит автомат, массивные ботинки и рация на поясе. Эрик — командующий охраной на территории этого дома: высокий широкоплечий альфа со светлыми коротко стриженными волосами, светлыми голубыми глазами и доброй улыбкой. Несмотря на приятную внешность, его вид всё равно внушает страх и заставляет держаться подальше.       Кивнув Тэхёну, Эрик останавливается и следит, как тот садится в машину и, развернувшись, с рёвом уезжает, оставляя за собой облако пыли.

***

      Непривычно, когда после сна первое, что ты видишь, открыв глаза, — это закатное небо. То сегодня как никогда прекрасно и волшебно. Пушистые облака окрашены в малиновые цвета и словно мазки на небесном полотне. Художник явно в хорошем настроении рисовал эту облачную картину, и та сразу попала в его лучшие творения.       Чонгук, пролежав на спине минут десять, наконец-то встаёт и крутит головой, пытаясь понять, где он вообще. Комната в светло-кровавых оттенках и лучах, что, словно солнечные порезы, по стенам растеклись.       Первое, что понимает омега, — он уснул. Слабость вновь завладела телом и решила всё за него. В памяти потихоньку вспыхивают фрагменты, как он с Джесс шёл по городу, вокруг поток шумных людей, и где-то впереди виднеется кафе, а после — холодные глаза, квартира омег, чужая машина и этот дом среди густого зелёного леса.       Свесив ноги с кровати, омега прислушивается. В доме тихо. Аккуратно ступая по пушистому и мягкому ковру, он выходит из комнаты и спускается на первый этаж, стараясь не шуметь, будто маленький и неопытный вор.       Первый этаж тоже отзывается тишиной и прохладной свежестью, проникающей из открытой двери на террасу. Сделав глубокий вдох, омега прикрывает глаза в наслаждении, когда в лёгкие проникает приятный аромат бергамота. Чонгук открывает глаза и спускается, улыбаясь и на ходу подтягиваясь. В теле приятная лёгкость после сна, а внутри затишье.       Стоя посреди просторной комнаты, что занимает весь первый этаж, омега приоткрывает вишнёвые губы, когда глаза находят лес, за которыми алый закат виднеется. Вид за окном завораживает и приковывает к себе. Чонгуку настолько нравится это место и виды вокруг, что он каждый раз теряется в атмосфере и готов часами сидеть, наблюдая за всем этим. Тишина и свежий лесной воздух, наполняющий лёгкие, дарит ощущение покоя, что так с горечью отдаётся где-то внутри. Аромат, витающий вокруг, успокаивает и вместе с этим напоминает об одном человеке, которого бы так хотелось видеть рядом. Он не видел Намджуна уже целых две недели и даже не представляет, что с ним сейчас, надеется, что тот в порядке.       Чонгук делает глубокий вдох, растягивая губы в улыбке, и поворачивается, резко напрягаясь всем телом и прикусывая губу, дабы не закричать.       — Напугал? Извини, — слышится спокойное и тихое со стороны кухонного островка.       Причина испуга спокойно сидит за деревянным обеденным столом и тепло улыбается, смотря на испуганного омегу.       — Я Эрик, — продолжает альфа, видя широко раскрытые тёмные глаза омеги. — Главнокомандующий охраной на этой территории.       — Здравствуйте, — как можно спокойнее отвечает омега, сдерживая дрожь, что предательски в каждой клетке тела играет. Имя не называет, не зная, нужно ли это, но зато задаёт вопрос, который в мыслях крутится уже с момента пробуждения. — А где…       А как его назвать? Чонгук помнит, что Джесс и Мэл звали его Тэхёном, но они-то знакомы давно, а Чонгук нет. И как в таком случае к нему обращаться?       Альфа за столом спасает, понимая омегу с полуслова.       — Господин Ким уехал в город по делам, не сказал, когда вернётся, — всё с такой же тёплой улыбкой отвечает мужчина, не отрывая взгляда от парня.       — В город? — вырывается у Чонгука, что сразу же прикусывает свою губу, карая себя за любопытство.       — Да, этот дом находится за городом в полутора часах езды, — слегка пожав плечами, говорит мужчина, сильнее растягивая губы в улыбке от вида омеги. Такой пугливый.       — Ааа… — тянет Чонгук, отводя взгляд от небесного взгляда напротив. — Я тогда наверху его подожду, — и разворачивается, направляясь обратно к лестнице, но останавливается, когда спокойный голос раздаётся позади.       — Ты голодный наверное, хочешь перекусить?       И как по самому базовому сценарию, недовольный желудок даёт о себе знать, напевая корявую мелодию. Омега разворачивается и кивает, показывая тем самым своё согласие.       — Садись за стол, я пока разогрею.       Всё проходит в тишине, но довольно приятной. Альфа, как и сказал, разогрел готовый обед Чонгуку, а себе сварил кофе, аромат которого очень понравился омеге, только он стеснялся спросить, что так вкусно пахнет.       Альфа его не пугал, напротив, с ним спокойно, и взгляд небесных глаз завораживает, даря спокойствие. Закат уже скрылся за кромкой неба, оставляя после себя алый горизонт и привлекая внимание омеги не меньше.       — Здесь красивые закаты, — начинает спокойно альфа, всё это время наблюдая за горящими глазами омеги, в которых тот самый уходящий закат отражается.       — Да, они более яркие будто, — так же спокойно отвечает омега и сам с себя удивляется, что ответил без страха и сомнений. Просто взял и выложил свои мысли.       — Летом они ещё красочнее, но осень тоже хороша, не отстаёт, — альфа тоже взглядом прикован к окну и наблюдает за уходящим красным шаром, что вновь оставляет людей одних на ночь. — Как тебя зовут? — вернув взгляд вновь на омегу, спрашивает Эрик.       — Чонгук, — не смотря на мужчину, отвечает парень.       — Приятно познакомиться, — тёплая улыбка на губах мужчины появляется, что смотрит, как омега тарелку пустую отодвигает. — Чай будешь?       — Если можно.       Эрик наливает ароматный чай, что очень понравился омеге. Мелисса с мятой. Да, Чонгук теперь не постеснялся спросить, хотя, по правде говоря, долго решался, но вкусный аромат сводил с ума и подогревал интерес узнать, что может иметь настолько приятный аромат.       За чашкой ароматного чая Чонгук не замечает, как у них с Эриком завязывается разговор. И вот первая улыбка омеги на слова мужчины, что у них вокруг волшебный лес, вот первый спор про любимое время года и первый смех.       Мужчина сидит напротив омеги, который растянув вишнёвые губы, смеётся, прикрывая глаза. Наконец-то он перестал пугаться и вздрагивать от каждого шевеления альфы. Эрик не знает, что с ним произошло, но знает точно, что ничего хорошего. Мужчина так же не знает цель пребывания его в доме, который пустовал уже больше года. Господин Ким редкий гость в этом месте и приезжает сюда, только когда что-то серьезное происходит у него и нужно укрытие, хотя тот и не любит прятаться. Он считает, что это признак слабости, поэтому и был в этом доме всего раз в жизни.       Вообще, это место куплено по просьбе его отца, что очень беспокоится о своём наследнике — младшем сыне. Тэхён является подручным, а вместе с этим будущим доном клана Ким. Надежды отец на младшего сына возложил сразу же, ведь старший предпочёл мафиозным делам более мирные и спокойные, и это вполне правильное и логичное решение. Отец поддержал его, ведь ставить старшего сына, который является омегой, главой высшей в мире семьи мафии — это глупо и опасно. Старший сын слишком мягок и миролюбив, но всё же от отца перенял холодный разум и стойкость против всех преград в жизни.       Проболтав, Эрик с Чонгуком и не заметили, как прошло два часа. Чай и кофе в кружках появлялся снова, а ночь за окном опускалась всё больше. На первом этаже приглушённый свет горит, слышится смех и звук входной двери, что, открывшись, быстро закрылась.       Эрик, продолжая слушать омегу с легкой улыбкой на губах, поднимает голову и встречается с хмурым взглядом у входа в дом. Сразу понятно, что встреча у него прошла не из приятных, хотя в их-то деле другое разве бывает? Эрик удерживает зрительный контакт с Тэхёном, который, ничего не говоря, просто стоит и смотрит то на Эрика, то на омегу, который с лёгкой улыбкой на вишнёвых губах рассказывает об озере в доме для омег, на которое он сбегал.       Чонгук, увидев, что альфа напротив смотрит куда-то ему за плечо, следит за его взглядом, для этого даже разворачивается назад и уже через секунду встречается с ледяным морем, о котором за эти часы позабыл. Они вновь приковывают, вновь тормошат мурашки под кожей, которые, кажется, только успокоились. Глаза Тэхёна такие тихие и холодные, корка льда не позволяет заглянуть и подсмотреть, что там внутри, хоть омега и боится, но любопытство живёт автономно, и с этим ничего не поделаешь.       Простояв вот так ещё несколько секунд, Тэхён отводит взгляд и направляется к лестнице, и уже через мгновение скрывается на втором этаже. А Чонгук не знает, почему внутри облегчение и маленький росток обиды появился, соединяясь и создавая что-то неприятное и царапающее рёбра изнутри.       Он хоть и боится этого человека, ему хоть и холодно от этих ледяных глаз, но Чонгук почему-то ждал, что что-то произойдёт, когда альфа вернётся. Банальное слово в его адрес, сообщающее о том, что Чонгука замечают. Тяжело будет жить в месте, где ты тень, не знающая, что забыла здесь.