Азартный брак

POV: Уэнсдей Я не шутила: ночь — действительно мое любимое время для творчества. Только ноутбук не создает шум. Последние две недели с кинопоказа прошли в состоянии холодной войны: мы с Торпом продолжали ругаться и пакостить друг другу, но уже без былого задора. Нас поглотила рутина: он пропадает в своей галерее, а я вдохновилась идеей экранизировать свою первую книгу. Аякс и Лариса быстро нашли общий деловой язык — и теперь предстояло определиться со съемочной командой, которая оживит мою историю на экране. Пусть я выматывалась днем, но это не отменяло моих ночных творческих бдений. Даже сейчас я писала историю про Вайпер и Хайнса, хотя буквально через 5 часов должна быть на встрече с Ларисой и одним из ее знакомых режиссёров. Выдыхаю, пытаясь успокоить мысли. Нужно все-таки лечь спать. Сохраняю документ, убираю ноутбук и пытаюсь уснуть. Кажется, что глаза я закрыла лишь на мгновение. Но противный звук будильника утверждал, что мои три часа сна закончились. Силой воли поднимаю себя с кровати. Холодный душ будет сейчас очень кстати, но ванная оказывается занята. Ловлю себя на том, что стою возле двери и улыбаюсь. Малое количество сна — очень вредно для мозга. Кофе — второй лучший способ взбодриться. Дьявола ему во вторые жены, опять Торп засунул кружки на самую высокую полку. Тянусь на носках, цепляю кончиками пальцев ручку… Позади раздается резкий хлопок двери и белая кофейная чашка разбивается рядом с ладонью, которой я опиралась на стол. Торп влетает на кухню и равняется цветом с белым полотенцем на бедрах. Осколок от разбившейся чашки поранил мою руку. Кровь стекает по ладони. — Аддамс! — он делает шаг ко мне, но я вскидываю целую руку, останавливая порыв. — Не нужно. Еще сам ноги порежешь, — киваю на осколки, упавшие на пол, а затем ловлю его хмурый обеспокоенный взгляд, — У меня высокий болевой порог. Принеси аптечку, если так хочешь помочь. POV: Ксавье Сегодня полтора месяца как мы женаты. Наши отношения с Аддамс кажется стали несколько лучше. Градус взаимных издевок снизился и мы почти не ненавидим друг друга. Хотел бы, конечно, опустить подробности, что она мне пару раз снилась в эротических снах. Я прямо вспомнил школьные времена, когда под утро тебя будит адский стояк. Но списываю это на проблемы с Синклер, а Аддамс просто то и дело мельтешит перед глазами. Да, насчет Энид. Она начала знатно выводить меня из себя. То и дело строчит сообщения и звонит с одним и тем же вопросом «когда ты уже разведешься?». Как будто я знаю ответ. Вот и сейчас пока я спокойно рисую, настраиваясь на новый день, на мой телефон уже пришло три сообщения. Утро выдалось слегка нервозным. Моя женушка умудрилась порезаться о разбитую чашку. Я на секунду даже испугался, кажется даже больше, чем сама Аддамс. На ее лице не дрогнул ни один мускул, хотя крови было достаточно. Естественно, мне ничего не оставалось, как помочь ей перебинтовать рану. Пока обрабатывал порез, невольно поймал себя на мысли, что у нее красивые руки. Ладно, не удивительно, она же все-таки писатель. Хотя наверное, я бы не отказался их нарисовать, если бы… — Когда ты уже дорисуешь этот чертов мост, Торп? — недовольный тон где-то в районе входной двери заставляет меня обернуться — Примерно через две недели, Аддамс — говорю довольно — Знаешь, что такое символизм? — То, чем ты оправдываешь свою тормознутость? — прыскает смехом и пошатывается, с трудом надевая здоровой рукой туфлю — То, что помогает мне не подсыпать яд в кофемашину за твой длинный язык — недовольно вздыхаю — Яд — это женский метод расправляться с врагами, если ты вдруг не знал — спешно бросает взгляд в зеркало — С учетом того, что ты продемонстрировал две недели назад, я бы рекомендовала тебе поискать другой способ расправы со мной. — Что? — я давлюсь воздухом от удивления, но в ответ слышу лишь хлопок входной двери Это что было такое? Она снова вспомнила про вертолет? Я должен расправиться с ней…? Нет. Ну это же не может быть намек на то, что я думаю. Мертвые авангардисты синхронно смеются в гробах над моей тупостью. Аддамс не может предложить мне заняться сексом. Или может? Мое изумление прерывает телефонный звонок. Это Энид. Что ж, снова пойдем по давно привычному кругу вопросов. — Пресвятой Торп, игнорировать сообщения собственной девушки не очень вежливо — с намеком на обиду произносит Синклер — И тебе доброе утро, малышка — вздыхаю — Порадовать нечем, поэтому я молчу — Когда ты уже определишься, Ксавье?! — надрывно выкрикивает — Сколько еще мне нужно ждать? Мое терпение не безгранично! — Энид, послушай, — пытаюсь ее успокоить — Эксперимент затянулся, я знаю, да, но… — Никаких но, мать твою! — возмущение для меня звучит непривычно — Мне надоело! Или ты разводишься до конца этой недели или можешь забыть дорогу ко мне. — Ты же понимаешь, что развод не оформляют так быстро? — отчаянная попытка воззвать к благоразумию — Я обсужу это с Аддамс и ее агентом, а после… — Какого черта?! — начинает истошно орать — Почему меня должна волновать какая-то Аддамс?! А агент ее уж тем более! Он кто, господь бог? — Нет, но скорее всего его близкий родственник — пытаюсь пошутить чтобы снять напряжение — Не смешно! — разгневанным тоном чеканит Энид — Можешь разговаривать с кем угодно, я жду от тебя решения до конца этой недели, повторяю. Больше ждать я не намерена! Синклер завершает звонок, не услышав очередного моего оправдания. Вдохновение безнадежно утеряно, поэтому я бросаю кисть в воду и иду в свою комнату, чтобы собраться. Сегодня я могу приехать на работу чуть позже, потому что наконец нанял себе ассистента. Поздравьте меня. Если точнее, то ассистентку. Расскажу вам о ней чуть позже. Пока я пытаюсь переключить мозг и заставить себя не принюхиваться к аромату терпких духов Аддамс посреди коридора. Со мной творится какое-то помутнение, иначе я не назову. Две недели назад меня осенило странным порывом поцеловать ее и снова спасибо количеству мозгов Аддамс, что она не дала мне этого сделать. Вообще себе не представляю, с чего бы вдруг мне этого захотелось. Да, она симпатичная. Да, мы как-то будто нашли с ней общий язык спустя это время, что живем вместе. Но какого черта вдруг меня потянуло на физические контакты? Все, не будем об этом. Мне некогда разбираться во всем этом идиотизме, потому что в галерее ждут очередной расчет рисков и дела по грядущей выставке. *** Цифры перед глазами превратились в одну сплошную бессвязную кучу. Я третий час переделываю расчет рисков для Мидлса и его такого же мудаковатого друга. Сумма, которую мы обсудили, настолько внушительная, что я смогу реализовать все, что задумал в галерее в ближайшие шесть месяцев. Поэтому в очередной юбилейный раз потираю переносицу в попытке сосредоточиться и впиваюсь глазами в цифры — Мистер Торп — на пороге кабинета оказывается Дивина — Очень неудобно Вас отвлекать, но я запуталась — растерянно лопочет девица, строя смущенную гримасу Эту девчонку мне рекомендовал Роуэн. Она раньше работала помощницей Лорел — женщины, с которой Ласлоу в очень долгих и невозможно странных отношениях. Гейтс когда-то была нашей учительницей ботаники в школе. Молодая и симпатичная, она заставляла нас — распаленных гормонами подростков — пускать на нее слюни. Пять лет назад они с Роуэном встретились на конференции по случаю трехсотлетия Принстона и закрутилось. У них все непросто из-за матери Ласлоу. Она категорически против что сын в отношениях с женщиной старше него. К Роуэну мы еще с вами вернёмся, потому что сегодня у него день рождения. Мы с Кентом планируем навестить его вечером, а пока мне надо договорить со своей новой помощницей. — В чем проблема? — бросаю быстрый взгляд на нее и возвращаюсь к бумагам — Могли бы Вы показать мне разницу между сюрреализмом и супрематизмом? — в тоне я слышу ноты непроглядного идиотизма — Все картины Хайда — это сюрреализм, Дивина — вздыхаю — Я же просто просил тебя согласовать их количество с его агентом. — Какая я глупая — театрально сокрушается, ударяя себя ладонью по лбу — Вы не устали? Может выпьем кофе? Ох, моя ты наивная пастушка, я бы с радостью выпил с тобой кофе и чего-то покрепче, если бы моя задница не пылала от дедлайнов, которые я вот-вот просру. А еще если бы в моей жизни и так не присутствовали целых две женщины. И как к каждой из них я отношусь не ясно пока даже мне самому, а уж тем более им. Черт, с Энид, все-таки стоит окончательно разобраться и видимо расстаться. Потому что… — Мистер Торп? — тянет Дивина в дверях — Так как насчет кофе? — Как насчет наконец поговорить с агентом Хайда? — недовольно отзываюсь я — Ты мне помогаешь или все усложняешь? — Я… — в голосе я слышу смущение — Вы так строги, что я теряюсь. Я поднимаю глаза и прищуриваюсь. Эта особа явно пытается флиртовать. Пытаюсь разогнать цифры перед глазами и вспомнить, регулярно ли она это делает или это единственный случай? Вспоминаю, как в первый рабочий день она появилась в короткой юбке, день на третий или четвертый пролила кофе на блузку. Понятно. На постоянной основе. Во имя удобных кистей, я что этого правда не видел? — Твое счастье, Дивина, — говорю сосредоточено — Что до выставки всего две недели и я не могу тебя просто уволить. — А что я сделала? — удивление в дуэте с испугом — В том-то и дело, что ничего — начинаю раздражаться — Иди и свяжись наконец со всеми чертовыми агентами. К вечеру жду ответ по звонкам у себя на столе. Девица уходит, а я возвращаюсь к бумагам. Разберусь со своей личной жизнью чуть позже, пока мне нужно вложить все свои силы в проект. POV: Уэнсдей Глядя на мою перебинтованную ладонь, Аякс лишь качает головой. Пока я опаздывала в связи с утренней кухонной аварией, они с Уимс и мистером Стивеном Дарабонтом успели обсудить ряд вопросов, которые касались подготовки к организации съемок. Меня ждали, чтобы обсудить содержание. Все-таки моя книга слишком объемная для полной экранизации. Петрополус то и дело бросает в мою сторону странные взгляды. С момента выбора платья нам так и не удалось спокойно поговорить наедине. Все рабочие вопросы мы решали быстро по телефону, а встречи проходили в компании Ларисы или в издательстве. Когда Уимс и Дарабонт нас покинули, Аякс улыбнулся мне уже знакомой искренней улыбкой: — Поздравляю, мой Parvus Irrisor, кажется у нас все складывается очень удачно! — он поднимает бокал с красным вином. — Признаю работу хорошего литературного агента, — я поднимаю в ответ свою воду, — будь со мной только удача, уже не выдержала бы мой характер и сбежала. Петрополус отпивает из своего бокала, не отводя от меня задумчивого взгляда. Я приподнимаю брови, задавая немой вопрос. — Не только я способен выдержать твой характер, — Аякс ставит бокал на стол, — вы с мистером Торпом прекрасно смотритесь. Из меня вырывается нервный смешок: — Аякс, если бы я тебя плохо знала, подумала бы, что ревнуешь, — он качает головой и отводит глаза, — это лишь игра на публику, не более. Он меня в тот вечер изрядно взбесил. Думала, убью. — Ты преувеличиваешь мои таланты, если думаешь, что я смогу сделать из тюрьмы — рекламу, — Петрополус возвращает взгляд ко мне, губы дергаются в улыбке — но играли вы хорошо. Даже слишком. На мгновение… Я хмурюсь в недоумении, когда Аякс выдыхает тихое: -… я ему даже позавидовал. Звонок телефона разбивает повисшую между нами тишину. Он отвечает, мгновенно возвращая в свой тон учтивость и уверенность: — Да, я понял. Нет. Ничего страшного. Успокойтесь, мистер Крэкстоун! Я сейчас приеду и мы все решим. — Очередное талантливое протеже доставляет тебе кучу проблем? — не удерживаюсь от комментария, когда Петрополус прячет телефон. — Обложка слишком вычурная, — Аякс передразнивает своего собеседника, а потом уже своим голосом добавляет — поеду успокаивать дизайнеров. Крэкстоун умеет занудствовать похлеще тебя. — Ты ранишь меня в самое сердце! — я прикрываю глаза забинтованной рукой, — неужели в твоей жизни есть кто-то кошмарнее меня? Слышу звонкий смех Аякса. Отвожу ладонь от глаз, и она тут же оказывается в его теплых руках: — Никого лучше тебя в моей жизни нет, — он целует мою ладонь на границе повязки, — поэтому прошу поберечь себя, мой Parvus Irrisor. Аякс уходит, а я смотрю на бинт и вспоминаю другие прикосновения: большие мужские ладони с длинными пальцами, в которых моя маленькая теряется. Торп вернулся с аптечкой и в тапочках. Не слушая моих возражений усадил на стул и сам аккуратно обработал порез мазью и перевязал. Было очень непривычно наблюдать его сосредоточенное выражение лица… Я сбежала в ванную даже толком не поблагодарив. А когда вышла, все осколки были убраны. Тянусь к своей сумке, чтобы проверить телефон. В кармашке рядом не обнаруживаю ключи. Святой Мефистофель явно проклял меня сегодня. Проверяю всю сумку и карманы — нет. Что же, надеюсь вечером Торп окажется дома и мне не придется торчать под дверью в ожидании. А пока нужно заняться делами. POV: Ксавье Очередной суматошный день завершен и я возвращаюсь домой, чтобы переодеться и отправиться к Роуэну. Кент обещал заехать за мной на каршеринге. Да, какой день рождения без выпивки? Быстро меняю пиджак на обычное худи, распускаю пучок на затылке, что кажется тянет не только мои волосы, но и нервы. Взъерошиваю макушку, впиваясь ногтями в кожу. Очень тяжелый день. Просто одна сплошная проверка на прочность. Отправил Мидлсу, что он так требовал, а в ответ тишина. Занял время ожидания инструкцией для тупорылой Дивины. Я ее точно уволю, как только пройдёт выставка. И больше не буду брать на работу людей без художественного образования, потому что вопросы, что она задаёт, бесят до скрипа зубов. Друг сообщает, что прибыл и я спускаюсь на улицу. — Какие новости у женатиков? — весело бросает реплику Кент с водительского места — Иди к черту, пародия на русалку — отмахиваюсь я и устало плюхаюсь на пассажирское — Кто-то не в духе? — уточняет друг, смотря исподлобья на свое отражение в зеркало заднего вида и сосредоточено проводит рукой по зачесанной макушке — Когда ты уже пострижешься? — хлопаю дверью и смотрю на него — Наша договоренность не стричься до выпускного закончилась десять лет как. Кент смеется, выворачивая руль, чтобы тронуться с парковочного места — Большой Ти, что у тебя за проблемы? — бросает короткий непонимающий взгляд и смотрит вновь на дорогу — Жена не дает? — смеется — С Энид проблемы — гневно вздыхаю — Она выносит мне мозги и я не знаю, что делать. — Синклер еще тешит надежды вернуть тебя? — громко гогочет — Очень наивно с ее стороны. — Ты о чем? — смотрю на него с непониманием — Серьезно не в курсе? — прыскает смехом, бросая взгляд на меня — Ты же втюрился, брат! — Что за бред ты несешь, водоплавающее? — усмехаюсь — С чего это вдруг? — Сколько уже у тебя работает та девчонка? — с ехидством в голосе уточняет Кент — Дней десять примерно, — задумываюсь — А она тут причем? — Притом, что за десять дней ты ни разу нам о ней не сказал, Ксав — тон звучит как победный — Ни одного сообщения в чат на тему того, какая у нее неплохая задница, например. А ведь она неплохая, я сам видел! — Господи, Кент, ты такой идиот — сокрушаюсь — Мне не до задниц сейчас! У меня горит выставка, инвестор имеет мое сознание с регулярностью кролика, Энид бесится, а еще я живу с гребаной королевой мертвых авангардистов! — О, у нее теперь и прозвище есть — усмехается — Точно втюрился. Этот разговор меня одновременно забавляет и злит. Первое, потому что Кент вдруг заговорил о влюбленности, а это вообще на него не похоже. Второе, потому что мне не хочется думать, что друг прав хоть на сотую долю. Аддамс какого-то дьявола маячит в моем сознании, но это лишь потому что мы вместе живем. Как не думать о человеке, который может неожиданно съесть весь сыр в холодильнике. Хотя возможно она его просто выбросила — очередная попытка мне насолить. Потому что как она ест или готовит, я не видел ни разу. Ладно, я что-то снова отвлекся. Надо вернуться к нашему разговору, а то Кент воспримет мое молчание за признание поражения. — Тебе вообще откуда об этом знать? — бросаю с вызовом, дергая дверь подъезда Ласлоу — Ты когда-то влюблялся? Ну, кроме той девчонки из параллельного класса. Но это было уже сто лет назад. — Мы не обо мне сейчас говорим — пытается отмахнуться, громко шагая по лестнице — Ты подарок купил? — Естественно! — хмурю брови — Тур на двоих по маршруту первых колонизаторов. — Неплохо! Думаешь, он поедет с маман? — смеется — Надеюсь, что с Лорел — смотрю на него с опасением — Они же помирились? Ответить Кент не успевает, потому что в него на полной скорости врезается Роуэн. Выглядит он довольно поникшим и похоже даже подвыпившим. — Ро-ро, что с тобой? — вскинув бровь уточняет голубоглазый, осматривая очкарика — Все женщины — просто стервы — гневно выпаливает Ласлоу — Поехали напиваться. В конце концов, у меня день рождения! — Даже уговаривать нас не нужно! — хмыкаю и похлопываю друга по плечу — В Pattaya bay, мужики! Выходим на улицу и ловим такси. В нашем любимом баре всегда весело, а особенно в пятницу вечером. Роуэн по дороге делится с нами подробностями своей печали. Гейтс и миссис Ласлоу в очередной раз схлестнулись в неравном бою, когда встретились в квартире моего друга сегодняшним утром. Итогом стала, конечно, громкая ссора с Лорел и бессмысленные звонки Роуэна после нее. К вечеру он сдался и открыл бутылку коллекционного виски. Кент хлопает дверью такси и в нетерпении потирает ладони. — Значит план такой, парни — начинает он — Двадцать семь шотов заказываем сразу и не встаем пока их не выпьем. — Ты переоцениваешь мою печень, Кентавр — усмехаюсь я — Торп, не расстраивай меня — хмурит брови голубоглазый — Всего по девять шотов на каждого. — А почему двадцать семь? — непонимающе поправляет очки Ласлоу. — Двадцать семь лет — двадцать семь шотов, что тебе тут не ясно, Ро-ро? — возмущается Кент — Я точно столько не выпью — вздыхает Роуэн — Иначе начну снова названивать Лорел. — Никаких баб этим вечером! — вскрикивает пародия на русалку — Кстати, Ксав же мальчишник зажал! Совместим два события разом! — Могли бы мы обойтись сегодня без упоминания главной ошибки в моей жизни? — бурчу под нос — Пошли уже, праздник ждёт. В баре веселье идет полным ходом. В честь пятницы тут даже поют в караоке. Удивительно, как людям только хватает смелости показывать отсутствие своих талантов на всеобщее обозрение. Это кстати, одна из причин почему я не устраиваю собственные выставки. Искусство мне нравится, но я не уверен, что настолько хорош, чтобы показывать свои картины. Поэтому я просто рисую мосты для себя. Такой вот символизм: новая идея от первой мысли о ней до полной реализации долго и мучительно выражается на холсте. Мосты строят без спешки, а я точно так же реализую свои мечты. Пока мы тут с вами болтали, Кент уже организовал нам столик и сет шотов. Пока принесли всего десять, надеюсь мой друг после них позабудет о своих изначальных намерениях по количеству. Хотя, кого я обманываю. *** Сколько-то шотов влились в меня, как родные. Я потерял счет количеству. Роуэн достал телефон из кармана на третьем, после четвертого пить отказался. Держится парень, горжусь им. Кент, напротив, себя вовсе не сдерживает, звонить ему некому. Это даже слегка меня беспокоит. В школе у него была большая любовь, закончилась плохо. Избавлю вас от подробностей. Но с тех самых пор мой друг лишь перебивается случайными встречами. Что-то меня понесло, простите, это все алкоголь. Телефон разрывается. Мне звонит Аддамс. Чего это вдруг? Нужно отойти в уборную, чтобы расслышать — Слушаю тебя, женушка — с издевкой говорю, опираясь на раковину. Да, пьян я существенно. — Торп, я забыла дома ключи — недовольным тоном произносит она — Где тебя носит? — Меня унесло ветром свободы — отшучиваюсь, соображая зачем ей вообще эта информация. — А, так ты пьян? — удивляется Аддамс — Скажи мне адрес, где ты предаёшься пороку. Сидеть у дверей до утра я не планирую. — Pattaya bay — сообщаю название — Точный адрес подскажет всемирная сеть. — Никуда оттуда не уходи, Гуге — усмехается — Хотя, если что найду тебя по звуку громыхания костей Каким таким словом она меня назвала, я не понял. И спросить не успел, потому что женушка завершила звонок. Сегодня все женщины предпочитают не слушать, что я скажу. Как будто даже обидно. Возвращаюсь за столик и сообщаю, что скоро прибудет устроительница Ада в моей квартире. Роуэн удивляется, Кент бессвязно мычит, а я иду в направлении бара. Повторим еще по одной перед встречей с занозой в моей заднице. Парнишка за стойкой весело наливает мне шоты и сообщает, что сегодня действует акция. Тот, кто соберет больше всех аплодисментов, спев в караоке, может не оплачивать счет. Всего-то спеть, чтобы собрать овации? Ребята, ну это же как раз плюнуть. Опрокидываю стопку и иду к диджею, явно пошатываясь. Сообщаю о намерении разорвать этот зал, тот смеется в ответ и протягивает папку для выбора песни. Нахожу первую из знакомых — Teenage Dirtbag by Wheatus — слышал ее сотни раз из каждого утюга. Девушка на сцене долго и нудно заканчивает свою последнюю партию в слезливой песенке. Диджей кивает мне начинать и я уверенно иду выигрывать очередной спор с самим собой. Азарт меня точно когда-нибудь сгубит. Но не сегодня. Сейчас посетителей этого бара ждёт выступление века. POV: Уэнсдей Шум бара неприятно отдается в ушах. Я уворачиваюсь от какого-то пьяного парня, спешащего на выход. Пробираюсь сквозь толпу к нужному столику. Два парня. Торпа нет. Окидываю взглядом соседние, но знакомой шевелюры не нахожу. — Уэнсдей, — вздрагиваю от столь резкого окрика. Либо кто-то очень любит этот день недели, либо совершенно обнаглел. Оборачиваюсь на голос: длинноволосый парень с яркой, уже пьяной улыбкой, машет мне рукой. Выдыхаю сквозь стиснутые зубы, пытаясь избавиться от напряжения и подхожу к их столику: — Где Торп? — Простите, мисс Аддамс, — сосед наглеца приветливо кивает мне, — Кент перебрал и забыл про вежливость. Мое имя Роуэн. А вы — Уэнсдей Аддамс? Вынужденно киваю в ответ. — Ваш муж отошел, но предупредил, что вы придете. Может присядете? — Роуэн машет рукой в сторону свободного стула. Невольно морщусь на слове «муж»: странно это слышать от его друзей. Искать Торпа в этой толпе мне не имеет смысла, и я вынуждено занимаю указанный стул. Роуэн на фоне Кента кажется абсолютно трезвым. Содержание алкоголя в теле парня выдает очень расслабленная улыбка и медленные, немного заторможенные движения. — Мисс Аддамс, — он доверительно наклоняется ко мне через стол, — а я ваш поклонник! В удивлении вскидываю брови. Неужели в этой компании кто-то умеет читать. Парень продолжает: — Так приятно провести день рождения в компании одного из любимых авторов… — бурчу вежливое «поздравляю», а Роуэн продолжает — я сначала подумал, что удивительное совпадение. Но мой друг реально женился на писательнице… Официант прерывает восторженное бормотание парня, но я отказываюсь делать заказ. Надеюсь, что этот гад, именуемый мужем, скоро объявится. — Я читал тот древний манускрипт, что вы упомянули во второй книге, — я думала, что сильнее меня удивить нельзя. Возвращаю свое внимание парню, — Ксавье вам, наверное, не говорил, но я занимаюсь изучением древней литературы. Он реагирует на мой скептический взгляд смехом: — Поверьте, я сам не знаю как меня занесло в компанию этих тугодумов. Кент, все это время тупо пялящийся в никуда, резко подскакивает и восторженно машет в сторону сцены. Мы с Роуэном резко оборачиваемся и видим нашу пропажу — Торп стоит с микрофоном в руках… — О, нет! — стонет мой собеседник и падает головой на свои сложенные руки. Я осознаю масштабы трагедии, только когда Торп начинает петь… Нет… Петь — это преувеличение. Он просто горланит одну из тех современных песен, где не наберется и десятка разнообразных слов. Машет растрепанной шевелюрой вверх-вниз, видимо, ощущая себя рок-звездой. Я закрываю глаза и сетую, что закрывать уши с такой громкостью — бесполезно. Выступление Торпа срывает волну аплодисментов. Да, клоуны нынче в моде. Как только новоявленная звезда появляется возле стола, я хватаю его за предплечье и пытаюсь увести на выход. Он мне нужен завтра адекватным, поэтому стоит забрать его отсюда вместе с ключами. Торп упирается: — Куда ты меня тащишь, королева моих кошмаров, — его язык заплетается, — я выиграл нам бесплатную выпивку и никуда не пойду. — Я пытаюсь спасти остатки твоего мозга от разложения в алкогольном дурмане, — шиплю в ответ, не разжимая своей руки. — Да ладно Ксав, — на помощь внезапно приходит Роуэн, — не стоит злить жену. Иди, мы тоже с Кентом скоро поедем. Он смотрит на Роуэна, на меня… — Все веселье испортили. Зануды, — пошатываясь, Торп направляется к выходу. Киваю его друзьям и иду следом. Если он где-нибудь убьется, я должна быть рядом, чтобы насладиться шоу. Когда мы оказываемся в такси, Торп бесцеремонно укладывает свою голову мне на плечо. Замечаю усмешку таксиста, и тут же спихиваю голову мужа. — Ну, Аддамс! — канючит он. — Я не собираюсь дышать твоим «весельем»! Он что-то бормочет, но я игнорирую. *** Судя по лицу Торпа, утро не задалось. Мне нравится его мучать, но сегодня важный вечер. Вчера, спустя два часа после встречи, Аякс позвонил и сообщил мне отличную новость. Он раздобыл приглашение на закрытую издательскую вечеринку и посоветовал явиться туда вместе с мужем. Поэтому, когда клубная звезда, абсолютно разбитая, падает на стул, я ставлю перед ним воду и кладу таблетку аспирина. Судя взгляду Торпа, я как минимум кого-то воскресила. — Ты нужен мне на мероприятии бодрым! — удивление в глазах мужа тухнет. Он глотает таблетки, запивает их водой и только тогда хриплым голосом уточняет: — Каком? — Закрытая вечеринка. Одно из издательств празднует свой юбилей. — Я там зачем? — Торп смотрит на меня, подперев голову рукой. — Для поддержание легенды нашей безумной любви. — А если я не пойду? — Торп сопротивляется без азарта. Я даже чувствую разочарование. — Если бы не я, ты вчера допился бы до второго концерта. Представь шикарные новости о тебе в разделе про искусство! — глупое оправдание. Может алкогольные пары бара все же повредили нейроны моего мозга? Но Торп неожиданно кивает. — Хорошо. Во сколько и где нам нужно быть? POV: Ксавье Утречко явно не доброе. Голова ссадит таким жутким похмельем, что я невольно вспоминаю день своей свадьбы. На утро я чувствовал себя почти так же. Было бы неплохо вспомнить, что там было до. А главное, кто в итоге виновен в том, что мы оказались женаты. А вот и непосредственная участница тех событий, и я даже думаю, что в прямом смысле инициатор. Стоит и сверлит меня своим черным взглядом с чашкой эспрессо в руках. Я пришел на кухню в надежде найти источник живительной силы, что избавит меня от головной боли, но сегодня удача не на моей стороне. Сейчас Аддамс снова начнёт обстрел из гранатомета сарказма, а я просто не в состоянии парировать должным образом. Я помню, что вчера изрядно набрался, пел в караоке, а после женушка почти за капюшон утащила меня из бара. Надо кстати узнать, пришлось ли парням платить по счету. Слишком длинная мысль, друзья. Мои силы закончились. Поэтому я просто молча шаркаю тапками в сторону обеденного стола и усаживаюсь. Опускаю голову и готовлюсь к расстрелу. Просто послушать, что она скажет и наконец выпить воды или отрубить себе голову топориком для мяса, посмотрим как там пойдет. Звук громкого приземления стакана на стол заставляет меня поднять глаза в удивлении. Рядом с водой оказывается таблетка. Поведение женушки меня обескураживает. Она говорит, что снова нужно идти на какой-то там вечер. Почему из всех женщин, находящихся тогда в Вегасе, меня угораздило жениться именно на знаменитости? Мертвые авангардисты, куда мы с вами смотрели? Но аспирин и вода будто дают мне немного сил и после недолгих прений я соглашаюсь. Ее аргумент за то, что она меня вчера утащила до того, как кому-нибудь из посетителей бара пришло бы в голову заснять мои развлечения, действует безотказно. Я правда пока не привык, что людям вокруг есть какое-то дело до того, как я отдыхаю. Пора бы начать привыкать. Поэтому, я отосплюсь, приму душ и сыграю свою роль на отлично. Отплатить Аддамс ответной услугой будет наверное честно. POV: Уэнсдей На удивление быстро и без всяких пререканий нам с Торпом удается собраться на вечер. Банкетный зал, выбранный издательством для праздника, идеально вписывается в книжную тематику. Отделка стен и пола под дерево, мебель в старинном стиле, и конечно полки с томиками классиков и современников. К моему счастью, Аякс сумел раздобыть приглашение и себе. — Уэнсдей. Ксавье, — он замечает нас сразу, как мы вошли. Они обмениваются рукопожатием словно старые друзья. Аякс делает шаг ко мне, но вместо привычных объятий протягивает ладонь. Легкий укол удивления, но я не теряю хладнокровия и подаю свою руку в ответ. Он тут же включает свой деловой режим и начинает объяснять, с кем я должна встретиться и поговорить. Торп пытается скрыть зевок, ему не очень интересно здесь находиться. Петрополус замечает это, усмехается: — Вон те двое, — Аякс указывает на пожилую пару, кажется мужчина — автор исторических романов, — могут заинтересоваться твоей галереей. Их единственный внук недавно поступил в художественное училище, и денег у них достаточно. Не могу сдержать улыбки. Он великолепен, Святой Мефистофель, где все эти четыре года нашего знакомства были мои глаза? Почему я только в браке осознала это? Пока Петрополус дает Торпу краткую справку о паре, я отвлекаюсь на знакомую писательницу. Удивительно, но вечер проходит спокойно и даже приятно. Полная противоположность тому показу. Никаких вспышек фотоаппаратов, тихие разговоры, приятная музыка. Торп ведет себя максимально сдержано, вежливо улыбается и легко поддерживает светскую беседу. Каждый раз, когда он ловит мой удивленный взгляд, на его лице расцветает довольная самоуверенная ухмылка. Куда Дьявол спрятал твои мозги и таланты в прошлый раз, Торп? В конце вечера я наконец-то остаюсь одна. Аякс спорит с редактором нашего издательства, и впервые не я становлюсь объектом разборок. Петрополус — скоро станет легендой среди агентов книжного мира, потому что подбирает самые тяжелые случаи. Сначала была я, а теперь Крэкстоун. Торп же отвлекается на звонок мобильного. Я согласна чаще появляться на людях, если все мероприятия будут проходить так … — Уэнсдей Аддамс, какая встреча, — насмешливый голос за моей спиной, заставляет меня замереть на мгновение. Какого Дьявола он здесь? Оборачиваюсь, стараясь держать лицо. — Тайлер, — ухмылка на лице Галпина вызывает у меня огромное желание ударить его, — что ты здесь забыл? Мы не виделись с самого института. Еще на втором курсе я стала объектом интереса кудрявого сокурсника. Он старался сесть рядом со мной на лекциях; вызывался со мной в пару, когда Бьянка отсутствовала на занятиях; пытался разговорить меня в перерывах и на обеде. Милый, улыбчивый и очень обходительный. В какой-то момент я даже задумалась, что может быть небольшой эксперимент мне не повредит и можно согласиться на его ухаживания. Я не испытывала к нему сильных эмоций, но привыкла к его присутствию. Спустя почти год, я согласно кивнула на его предложение встречаться, и стала объектом сплетен. Выяснилось, что он поспорил с сыном ректора и звездой нашего университета Лукасом Уокером, что сможет уломать меня на отношения. Запись моего согласия разлетелась по всему универу, а Тайлер получил статус крутого парня и, кажется крупную сумму денег. Для мальчика из простой семьи — это был предел мечтаний. Сломало ли это меня? Нет. Он был недостаточно осмотрительным в своих ухаживаниях и делился со мной слишком многим. Спустя два месяца, я нашла подтверждения, что Уокер вместе с друзьями, в круг которых был включен и Галпин, взломали интернет-платформу, на которой мы проходили итоговые контрольные тесты. Целый год они получали высокие баллы, абсолютно не готовясь. Это был огромный скандал. Лукаса прикрыл папаша и отправил учиться в другой институт, а Тайлер и другие вылетели из университета лишившись всего. От мести ректора меня смог защитить мой профессор по криминологии мистер Вэй. Его связи оказались куда мощнее, чем власть мистера Уокера. Поза парня была расслабленная, руки — в кармане брюк: — Я все-таки доучился. Пришлось много работать, но я смог. Спасибо за урок, кроха, — меня передергивает от его позабытого обращения, — Теперь консультирую бизнес, включая издательский, по юридическим вопросам. — И только поэтому тебя пригласили сюда? — скептически вскидываю бровь. — Я жених дочери владельца издательства, — он кивает в сторону баннера с наименование именинников вечера. — А ты не меняешься, — мой голос наполнен насмешливым ядом, — снова ищешь покровителей побогаче… — А ты все так же принципиальна лишь на словах, — он подходит ближе и чуть наклоняется ко мне. Уже жалею, что выбрала для отдыха уединенную зону банкетного зала, — кто этот парень, м? Заказала эскорт-услуги? Или выскочила за первого встречного, чтобы сохранить свою популярность? Его тихий довольный смех — отравляет мое сознание. Ведь частично, но он прав. Торп — первый встречный, пусть я и не помню причин нашего брака. — Даже великой, рациональной и холодной Аддамс есть, что терять, — Тайлер переходит почти на шепот, — я буду первым пировать на могиле твоей репутации, когда обман раскроется. «Ведь все тайное — всегда становится явным» — твой любимый лозунг. Да, кроха? Не понимаю в какой момент за спиной возникает Торп. Однако его присутствие заставляет Галпина исчезнуть. По телу разливается усталость. События последних месяцев всем грузом навалились на мои плечи, хочу вернуться во времена, когда своей жизнью управляла только я. Хотя, если быть честной, когда это было? Кажется, Торп пытается меня дозваться. Не понимаю, как к нему относиться. Мы столько крови попили друг другу в этом странном браке. Но почему-то от его присутствия сейчас, мне становится легче. Я отпускаю себя и делаю вещь, за которую мне потом будет стыдно перед собой: подаюсь вперед и утыкаюсь в его грудь. Груз окончательно покидает мои плечи, когда руки Торпа обнимают в ответ. Мы вместе оказались в этом дерьме, и сможем найти выход. А сейчас я позволяю себе усмехнуться на его шутку и отпустить ситуацию. POV: Ксавье Отвлекшись на разговор с чертовым Мидлсом я потерял Аддамс из виду. Старый хрен позвонил, когда мы уже планировали уходить. Бессмысленный разговор завершен и пора бы валить отсюда на всех парах. Сегодняшний день чуть легче вчерашнего, но завтра утром меня снова ждёт встреча по обсуждению возможности инвестиций. Звонок был сделан с целью, чтобы согласовать время. Поворачиваю голову и в глаза бросается знакомая невысокая фигура. Рядом с ней какой-то парень что-то вещает наклонившись. Слышимость на этом мероприятии вполне сносная, поэтому не особо себе представляю, что за информацию он может ей сообщать, оказавшись так близко. Парень отстраняется от Аддамс и на его лице появляется какая-то издевательская улыбка. Значит так! Издеваться над этой стервой могу только я. Это моя персональная прерогатива. Поэтому быстро двигаюсь в их направлении, чтобы выяснить, в чем собственно дело. — Дорогая, прости, важный звонок — буднично сообщаю, подходя к Аддамс со спины Она не двигается. Стоит будто статуя. Зато недоумок напротив нее обращает свое внимание на меня. Смотрит будто с пренебрежением. Скандал в наши планы не входит, поэтому я просто кладу руку на плечо Аддамс, продолжая стоять сзади, а на недоумка перевожу грозный взгляд чуть прищурив глаза, явно намекая, что связываться со мной не желательно. Тот в ответ хмыкает и вальяжно уходит. Аддамс продолжает стоять, как вкопанная и это начинает меня беспокоить. Обхожу ее и мы оказываемся лицом к лицу. — Аддамс, что это за хрен? — наклоняюсь, всматриваясь в ее глаза — Он тебя не обидел? Все нормально? Мягко тереблю ее за плечи, пытаясь привести в чувство пока говорю, но она реагирует неожиданно. Резко подается ко мне и обнимает. Я всего на секунду теряюсь, но тут же обнимаю в ответ. Не знаю, что там случилось, но явно ситуация была не из приятных, если сама Аддамс сейчас заключена в мои объятья, инициатором которых и стала. — Может сломать ему нос? — усмехаюсь в ее макушку и нежно глажу по линии позвоночника Она такая маленькая и хрупкая, что кольцом моих рук могла бы обмотаться дважды. Терпкий парфюм опять заполняет легкие и я начинаю испытывать крайне противоречивые чувства. Что за порывы со мной происходят? Желание защитить и заявить свои права. Хотя какие права, мы ведь просто по ошибке поженились. Пытаясь прогнать идиотские мысли поднимаю голову и встречаюсь взглядом с Петрополусом, стоящим от нас шагах в десяти. Парень смотрит на меня взглядом полным какой-то тоски и раздосадовано поджимает губы в полуулыбке. Что это значит? Он сожалеет, что не успел помочь Аддамс избавиться от этого кудрявого недоумка? Или… Стоп. А какие у них отношения с моей женушкой? А не влюблен ли Аякс в эту стерву? Твою мать, мы похоже загнали себя в еще большую задницу. Надо обязательно поговорить с ним после этого. Объяснить, что видов на Аддамс у меня нет, а ему стоит проявить немного настойчивости, чтобы завоевать королеву мертвых авангардистов. POV: Уэнсдей С мероприятия мы уходим сразу после объ… ситуации с Тайлером. У меня просто не остается сил, чтобы и дальше улыбаться присутствующим. Еще и ловить взгляды этого внезапно возникшего мудака. К тому же, Аякс тоже резко решил уехать домой. В глаза мне не смотрел, скомкано попрощался и исчез в толпе. В машине стоит тишина. Мы с Торпом даже не смотрим друг на друга. Предсказанный мною стыд поднимает голову и, как гусеница в бабочку, трансформируется в раздражение и сарказм: — Скажи мне, дорогой муж, где были твои прекрасные манеры на кинопоказе? — я скидываю туфли и иду следом за Торпом в гостиную, — Сегодня ты продемонстрировал настоящий талант в ведении светских бесед. Парень мой тон не поддерживает. Его пиджак летит на журнальный стол, а сам он падает на диван, закидывая руки и голову на спинку. Уставший вид Торпа сбивает с меня настрой на наш привычный скандал. — Аддамс, могла бы ты уже уйти спать? Мне нужно порисовать, чтобы успокоиться. — Чем же ты раздражен, Гуге? — складываю руки на груди, ловлю себя на мысли, что чувству… беспокойство? За него? — У меня есть собственные проблемы, представь себе. Мир не крутится вокруг тебя, — он даже не смотрит в мою сторону. — Проблемы с галереей? — подхожу ближе к дивану. Понимаю, что не могу оставить его в таком состоянии. Не после того, как он поддержал меня сегодня. — Нет. Завтра утром встреча с тем мудаком, которого ты разнесла на кинопоказе, — его голос спокойно-обреченный, — После той истории наша сделка затягивается. Есть ощущение, что он меня просто пошлет. Святой Мефистофель, лучше бы Прометей принес людям инструкцию к мозгу вместо огня. Как можно смешивать личные взгляды на жизнь с деловыми вопросами? Какая тебе разница, старый ты козел, какая жена у человека, которому ты даешь деньги на бизнес… Не тебе ее слушать и не тебе с ней спать! Но мое раздражение не поможет Торпу. А я… прекрасно понимаю его чувства, когда твое детище разбивается о реальность. Мышеловки Милдса вряд ли впечатлят… — Торп, — зову его. У меня есть идея, в которой мне придется принять непосредственное участие, — Торп! Он решил меня игнорировать, надеясь, что я уйду? Дьявол столкнул двух воистину упрямых людей и наслаждается шоу. Надо привлечь внимание мужа… И я не нахожу ничего лучше: сажусь на его колени. Торп моментально отрывает голову от мягкой спинки. В его зеленых глазах удивление, он даже не находится, как прокомментировать мои действия. — Мы решим твою проблему, — я опускаю ладони на его плечи, смотрю прямо в глаза, — такие старомодные идиоты любят традиционные походы в гости друг к другу, где с помощью еды и бесед о жизни закрепляются деловые связи. Я прикрываю глаза и нервно выдыхаю, пытаясь решиться высказать предложение: — Пригласи его завтра к нам на ужин. Я все устрою: и домашнюю еду, и … покорную, молчаливую жену. Но деньги на твой проект, мы с этого козла получим. Они ему все равно на том свете не пригодятся. POV: Ксавье Вечер любезностей наконец завершен. Мне нужно переварить это всё и просто порисовать. Старый мудак треплет мне нервы и скорее всего завтра я узнаю о том, что он передумал вкладывать средства. Аддамс в приподнятом настроении, а мне даже не хочется говорить. Прошу ее покинуть гостиную, но она не уходит, а вместо этого сыплет вопросами. Нехотя объясняю, что ее недавний концерт может стоить мне инвестиций. Винить ее не в чем, я сам согласился играть примерного мужа во имя проекта. Она даже не в курсе моих истинных целей по сути. Игнорирую ее оклики и просто смотрю в пустоту. Уходи уже спать, несносная стерва. Я был сегодня лучшим из кавалеров и улыбался даже почти искренне всем твоим новым знакомым. Дай мне побыть одному, я сделал достаточно за этот вечер. Почти невесомое тело внезапно оказывается на моих коленях. Я опускаю голову в удивлении. Ход событий весьма неожиданный, но я понимаю, что он мне приятен. Изящные руки опускаются на мои плечи. По позвоночнику от предвкушения прокатывается волна мурашек. Я слушаю ее предложение и не понимаю. Зачем она вдруг хочет помочь мне? Эта стерва что-то задумала? Новый трюк, чтобы надо мной поиздеваться? Но это ее «мы» почему-то выносит здравомыслие подальше из моей головы. Неосознанно сжимаю хрупкую талию в своих ладонях. — Мне нравится это «мы», Аддамс — улыбаясь смотрю ей в глаза — Правда спасибо, ты меня очень выручишь. Женушка не отвечает. Лишь в ответ слегка улыбается и с резким выдохом поднимается с места. Я нехотя выпускаю из рук ее тело, ощущая в ладонях холодок от потери контакта. Она уходит к себе, а я встаю чтобы порисовать. Но вдруг понимаю, что мне это больше не нужно. Я успокоился и тешу надежду на то, что завтрашний ужин поможет мне наконец расставить точки над И по сделке с Мидлсом. Почему я думаю, что она мне правда поможет? Чертово «мы» почему-то звучит убедительно. И оно точно мне нравится. Похоже я уже не уверен, что видов на нее у меня вовсе нет…