Новое начало

Проснулся я от настойчивого пиликанья коммуникатора Дадли, каким-то чудом не забытого у Стаса вместе с нашей верхней одеждой. Глаза открывались с трудом, точнее будет сказать — не открывались вообще, поэтому ворчание Дадли в трубку я слушал с закрытыми. — Поссать пошли… нет, дома… да, всё нормально… ага, занесите, если не сложно… или ладно, сами зайдём… Закончив разговор, он снова плюхнулся на кровать. — Спишь? — Неа, — всё так же не открывая глаз ответил я. Вроде бы ничего нигде не болело, но проснуться до конца было нереально сложно. Я попытался поднять руку и понял, что тело контролирую достаточно паршиво. — Пройдёт сейчас, — поспешил успокоить меня Дадли, видимо от него не укрылись мои попытки шевелиться. — Минут десять полежи и отпустит, не засыпай только снова. — Да вроде и не хочется. Я проанализировал свои ощущения и понял, что сна больше нет ни в одном глазу, наоборот, какой-то подозрительный прилив сил. Только шевелиться сложно, всё словно свинцом залито. — Нормально спал? — Не знаю, не помню. Наверное, если не помню, то более чем нормально. Минут через пятнадцать я действительно начал чувствовать своё тело, следом пришла и небольшая головная боль, которая чарами от похмелья почему-то не убралась. События прошлой ночи я помнил смутно, но что-то мне подсказывало, что виной тому не алкоголь. Да и пьянка запомнилась мне гораздо лучше, чем всё предшествующее ей, хотя помнить там было особо и нечего, мы просто уныло надирались, стараясь заглушить кто что. Я — слабость, омерзение и некоторое подобие чувства вины, не знаю уж перед кем… не перед Брайаном же. Может, перед Поттером. Что глушили остальные — сказать не могу, но мне показалось, что все кроме Диего чувствовали себя не в своей тарелке. Было видно, что такое для них действительно в новинку. Деньги, причём немалые, Стас сразу же сгрузил Дадли. Тот поинтересовался у меня, не знаю ли я способа «отмыть» их на случай, если… что если — он сказать так и не смог. Я не знал, но предложил оттащить их в Гринготтс, Арья этот план одобрила. Больше мы ничего серьёзного в эту ночь не обсуждали, да и не разговаривали практически. Диего только балагурил, стараясь отвлечь нас от мрачных мыслей, и вроде бы у него это даже получалось. Вместо завтрака мы с Дадли смотались к Стасу — Диего и Арья всё ещё тусовались у него, заваривали лапшу, — забрали шмотки и деньги, после чего я оставил Дадли завтракать этой самой лапшой, а сам аппарировал да задний двор Дырявого котла, проходить через бар с толпой зевак у меня сегодня не было ни малейшего желания. В Гринготтсе я почему-то встал в ту же очередь, что и в прошлый раз. Тогда я не обратил внимания на табличку с именем, но клерк явно меня узнал, мне даже не пришлось представляться. — Ещё что-нибудь, мистер Леманн? Я смотрю на его хитрую физиономию, и мне совершенно не хочется с ним связываться, но раз уж Арья одобрила план... — Каким образом... соответствующие органы поняли, что деньги в сейфе моих родителей... не совсем чистые? — спрашиваю я, не торопясь переходить к делу. — От пострадавших, конечно же. Мы тут совершенно ни при чём, если вы об этом. Мы храним секреты наших клиентов. Насколько это возможно. Я склоняюсь над стойкой, смотрю ему в глаза и спрашиваю: — А насколько это возможно? Вы там что-то про козыри говорили. Он оглядывается по сторонам и предлагает мне оплатить частную консультацию. На удивление, стоит это не так уж и дорого. Я соглашаюсь. Консультирует меня всё тот же ушлый клерк, мы просто перемешаемся в отдельный кабинет. Там он рассказывает мне, что брать в аренду сейф вовсе не обязательно, можно просто открыть счёт, в том числе и на чужое имя. Вариант со счётом даже предпочтительнее, поскольку за это платить банку не нужно, так как деньги не валяются мёртвым грузом в сейфе, а сразу же пускаются в оборот, что, разумеется, в интересах банка. Это мне подходит полностью. — А магловские документы на имя владельца счёта вы мне случайно не состряпаете? — интересуюсь я без особой надежды. — Отчего же нет? — гоблин смотрит на меня насмешливо. — Но вы должны понимать, что если у вас возникнут разногласия... с соответствующими органами, и они представят нам доказательства, что вы пользовались этими документами, мы будем обязаны сообщить им о наличии счетов, отрытых в нашем банке на это имя. — А если не представят? — копирую его взгляд. — А если не представят, то как нам знать, что именно нужно искать? — его физиономия светится самодовольством. — Ла-а-адно... а если я открою счёт на одно имя, а документы попрошу на другое? Я уже не жалею, что спросил. Кажется, эти милейшие существа способны решить хотя бы одну мою проблему. Если, конечно, это всё не какая-нибудь очередная подстава. Для начала стоило бы проконсультироваться с Арьей. Подумать только, у меня теперь есть своя собственная Трелони. Только, кажется, в отличие этой алкоголички Арья действительно что-то может. — Платите в кассу, как говорится, — гоблин явно пребывает в отличном настроении. — Ага, — я пытаюсь решить, с чего начать. — Давайте мы пока просто откроем новый счёт. Я же могу сейчас внести некоторую сумму магловскими купюрами и сразу же забрать большую её часть? — Полагаю, уже другими купюрами? — гоблин смотрит на меня как-то слишком уж понимающе. Давлю настойчивое желание нервно сглотнуть и киваю. — Никаких проблем, но вам придётся заплатить комиссию за конвертацию сначала в галеоны, потом обратно в фунты. — Никаких проблем, — повторяю за ним я и добавляю: — Часть оставьте в галеонах, пожалуйста. Банк я покидаю спустя четверть часа, открытие счёта на имя Джона Доу много времени не занимает. На мою попытку выяснить, как именно они отличат мой счёт от счетов остальных Джонов Доу, гоблин лишь таинственно лыбится и говорит, что мне не о чем волноваться. Не знаю почему, но я ему верю. Наверное, потому что Арья сказала, что дело выгорит. У дверей банка неуверенно замираю. Самое время идти тратить деньги, но настроения нет совсем. Прошедшая ночь сказалась на мне не лучшим образом. Я даже не могу понять — почему, что именно меня напрягает… но чувствую себя достаточно паршиво. Может, как раз и стоит пробежаться по магазинам, глядишь, это поднимет мне настроение. Но лучше, наверное, сразу свернуть в Лютный. Так и поступаю. Магазин с волшебными палочками находится довольно быстро. Толкая дверь, гадаю, каким окажется его владелец. Олливандер, помнится, был довольно своеобразной личностью. Однако за прилавком, заваленным длинными узкими коробками, я снова вижу хитрую зелёную физиономию. По правде сказать, на мгновение мне даже кажется, что это тот самый клерк из Гринготтса, но когда гоблин приветствует меня — я понимаю, что ошибся. Слишком уж разные у них голоса, да и отличия во внешности всё-таки присутствуют. — Я бы хотел купить несколько волшебных палочек. Гоблин проводит рукой над столом, словно предлагая мне выбирать, и спрашивает: — Предпочтения какие-нибудь имеются? И всё? Никаких тебе разоблачающих «А, Гарри Поттер, я помню, словно это было вчера…»? Впрочем, откуда ему меня помнить. Или Поттера. Или даже нашу палочку. Он и не поинтересовался, какая именно у меня была палочка. Определённо, мне нравится такой ненавязчивый сервис. — А консультацию можно? — я стараюсь скопировать хитрющую ухмылку его сородича из Гринготтса. Гоблин пожимает плечами, что я принимаю за согласие. — Существуют ли палочки, лучше подходящие под какое-то определённое направление магии? — Именно поэтому я спрашиваю о ваших предпочтениях, — не особенно терпеливо поясняет гоблин. — Магия разума, — не вижу особого смысла скрывать. Гоблин окидывает задумчивым взглядом стол, после чего аккуратно выуживает из общей кучи две коробочки. Остальные, повинуясь его мысленному приказу, выстраиваются обратно аккуратными рядами. — Пробуйте. Коробочки плывут ко мне по воздуху. Я не могу скрыть своего восхищения. Судя по всему, гоблин это видит, его недовольная физиономия смягчается. Интересно, будет ли наглостью напроситься к нему в ученики? Хотя что-то подсказывает мне, что он при всём желании не сможет научить меня колдовать без палочки и заклинаний. Наверняка, гоблины и волшебники по-разному используют магию. Я достаю из коробки первую палочку — полностью чёрную, на удивление короткую, примерно две трети от моей собственной, — и чувствую приятное тепло, исходящее от удобной деревянной рукояти. Отчего-то мне совсем не хочется смотреть вторую. Зажигаю на кончике позёрский огонёк, которым обычно прикуриваю — тепло распространяется по руке. Очень приятное ощущение. — Беру. Взмахом новой палочки отправляю вторую коробку обратно к гоблину. Он удовлетворённо кивает, но молчит. Что, неужели никакого экскурса в прошлое этой палочки не будет? Судя по его выжидающему молчанию — не будет. — А можно узнать, кто создатель этих палочек? — интересуюсь я. Хотя и не сказать, что мне действительно так уж интересно. Готов поспорить имя мне ни о чём не скажет. Гоблин пожимает плечами, но всё же снисходит до ответа: — Не знаю. Несколько раз моргаю, но довольно быстро справляюсь с удивлением. — Ладно, теперь… — замолкаю, размышляя, есть ли у меня ещё предпочтения. — И мне нужна ещё одна — для повседневного использования. Возможно, есть какие-то нюансы при выборе палочки, о которых я не знаю? Он снова пожимает плечами и окидывает прилавок задумчивым взглядом. — Как вы уже могли догадаться, мы не используем проводники. Я могу лишь сказать магия какой из этих палочек подходит для конкретных занятий лучше всего, в остальном они для меня все одинаковые. Есть дешевле, есть дороже — в зависимости от материала, из которого они изготовлены, но не более того. — А её направленность… откуда вы… — я замолкаю, пытаясь сформулировать свою мысль, сегодня это даётся мне несколько сложнее, чем обычно. — Чувствую, — просто отвечает гоблин. Понятно. Чёрт, хотел бы я тоже чувствовать такие штуки. — Я могу попробовать остальные? Гоблин кивает. Перепробовав десяток палочек, прихожу к выводу, что они все одинаковые. Хотя ощущаются, конечно, немного по-разному. Например, первая, которую мне посоветовал гоблин для магии разума, в руке лежит приятнее остальных, но в целом разницы нет. Просто инструмент. И это понимание совершенно не помогает мне сделать выбор. Не знаю почему. Я сдаюсь. — Есть что-то наиболее подходящее под бытовую магию? — усмехаюсь и добавляю: — Для домохозяек. Гоблин почему-то смеётся, и я чувствую, что его отношение ко мне окончательно поменялось. Знаете, вот смотришь на человека и понимаешь, что ты его не бесишь, он вроде и не против поговорить с тобой. Так и тут. — Попробуйте эту, — гоблин вытаскивает из коробки ещё не опробованную мной палочку и протягивает её мне. Белая, словно и не из дерева, а из кости или типа того. Осторожно принимаю её — отчего-то она мне кажется слишком хрупкой, — и понимаю, что… да, это моё. Она лежит в руке так же приятно, как и первая. В разы приятнее, чем моя собственная. Впрочем, не исключаю, что мне так кажется лишь потому, что я больше не могу воспринимать палочку Гарри Поттера своей. Расплачиваюсь, гадая, как у него так получилось с первой же попытки подобрать мне именно эти палочки, в то время как сам я перепробовал больше десятка и не смог выбрать. Чувствует и мою магию? Может, спросить? Но внезапно мне в голову приходит более интересная мысль. — Ещё что-нибудь? — он гоблина явно не укрылось моё нездоровое оживление. — Да, — я киваю, предвкушающее ухмыляясь. — Да, ещё кое-что. До скольких вы работаете? — Круглосуточно, — на его физиономии интерес. — Я сегодня зайду. Возможно, мне понадобится ещё одна палочка. Он кивает, не задавая лишних вопросов. Нравятся мне гоблины, по крайней мере, те, которые не оставляют меня без штанов. Выхожу из магазина и аппарирую к Стасу. Ребята ждут. Вытряхиваю из купленного в банке бездонного кошелька магловские деньги и заискивающе смотрю на Арью. Она отвечает подозрительным взглядом прищуренных карих глаз. — Ты не могла бы помочь мне в одном деле? — спрашиваю я, не прекращая лыбиться. — Нужна консультация или типа того. — Типа того? — подозрение явственно звучит в её голосе. — Считай, что это свидание. Арья вздыхает, игнорируя недвусмысленный гогот парней, поднимается на ноги и накидывает куртку. Протягиваю руку, она без промедления вкладывает свою ладошку в мою. Поворачиваюсь к Дадли, тот удовлетворённо перебирает новёхонькие купюры. — Купишь мне мобилу пока? — Я ж не знаю, какая тебе нужна, — он отрывается от своего занятия и смотрит на меня с подозрением. — Как у тебя. Переводит взгляд с меня на Арью, потом обратно на меня и неуверенно кивает. — Полагаю, тебя не ждать? Так далеко я не загадывал, поэтому просто пожимаю плечами и улыбаюсь. Понятия не имею, сколько это всё времени займёт. — Дома тогда встретимся, — и он возвращается к прерванному занятию. В этот раз я аппарирую прямо к магазину волшебных палочек. Мысль о том, что так можно и влететь в кого-нибудь, приходит мне в голову уже опосля. К счастью, площадка около магазина пуста. Я застываю в нерешительности, запоздало думая о том, что скажу гоблину. — Эй, — Арья с интересом смотрит на меня. — Где мы? Наверное, стоило бы сначала заручиться её согласием, но… мне не хочется тратить на это время. Улыбаюсь ей немного смущённо и отвечаю вопросом на вопрос: — Ты как? Порядок? Нетерпеливо кивает и начинает озираться по сторонам. Судя по всему, перемещения она даже не почувствовала, ну или слишком хорошо умеет контролировать себя. — Пойдём, — говорю я, указывая на дверь. Мы заходим в магазин. Гоблин кидает взгляд на меня, потом пристально изучает Арью и снова смотрит на меня, теперь уже вопросительно. По его лицу сложно прочитать что-то ещё, поэтому я говорю: — Не уверен, что вы поможете нам, но… — думаю, как лучше сформулировать просьбу. — Возможно, вы могли бы подобрать палочку для моей подруги. Отрицательно качает головой. — Точно? Кивает. — И вот совсем никаких шансов? Теперь он смотрит на Арью пристальнее. Она вздрагивает и сильнее сжимает мою руку. — Во все времена и у всех народов иногда рождались особенные дети. То, что многие из них не могут использовать магию в привычном вам — волшебникам — понимании, не означает, что они обычные… простаки — как вы говорите. Кажется, он нас — волшебников — сейчас опустил, но я нахожу это забавным, поэтому улыбаюсь. В целом, я с ним согласен — мы в большинстве своём вообще не очень. Даже я отношусь к маглам с некоторым снисхождением и, чего уж там, превосходством. — Как я уже сказал вам ранее, — продолжает меж тем гоблин, — мой народ не пользуется проводниками, они нам просто не нужны. Считайте, что тут примерно то же самое. Я киваю и от всей души благодарю: — Спасибо. По крайней мере, теперь я знаю, что Арья не волшебница. Если, конечно, гоблин не ошибся. Надо будет потом дать ей подержать мою волшебную палочку на пробу. Прощаемся и выходим на улицу. — А жаль, — говорит Арья, в её голосе слышится грусть. — Я бы не отказалась вот как ты… даже, если пришлось бы долго учиться. — Да, жаль, — я смотрю на неё виновато. — Ты извини меня, если я… как-то… — Ладно уж, — она вздыхает, потом, словно опомнившись, добавляет: — Но теперь с тебя рассказ вот об этом всём, — выдёргивает ладошку и обводит рукой окружающие нас магазинчики. — Я не уверена, что когда-нибудь ещё побываю в этом месте. — Хочешь зайти куда-нибудь? — предлагаю я в качестве компенсации за потерянное время. Она указывает на книжный, и я вспоминаю, что вообще-то тоже хотел прикупить себе всякого. И во «Всё для зелий» стоит зайти, раз уж мой сосед — зельевар. Не знаю, правда, как это мне поможет приготовить что-нибудь полезное, но от пары флаконов успокоительного я бы не отказался. И от оборотного, пожалуй, тоже. В книжном мы проводим никак не меньше часа, Арью интересует совершенно всё. Она хватает книги одну за другой, листает, ставит на полку, хватает следующую… Продавец поначалу ворчит, но когда я тайком кидаю в его ладонь несколько монеток — меняет гнев на милость. В итоге из книжного мы уходим с десятком различных учебных пособий для меня и «Сказками Барда Бидля» для Арьи. У меня с этой книгой связаны не самые приятные воспоминания, но я просто не смог проигнорировать умоляющий взгляд новой подруги. Мне не хочется уменьшать книги, отчего-то это кажется кощунством, поэтому сразу после книжного мы заходим в лавку, где продают всякие полезные бытовые штуки. К счастью, я оказываюсь прав, и у них действительно находятся в продаже бездонные сумки. Лавку мы покидаем с парочкой таких — далеко не дешёвых — и кучей совершенно бесполезных, но забавных мелочей для Арьи. Мысленно прикидываю количество оставшихся волшебных денег и понимаю, что ни о каких зельях и даже ингредиентах для них и речи быть не может. Но мы как раз проходим мимо подходящего магазинчика, так что я решаю зайти. Хотя бы прицениться. Готов поспорить, тут ассортимент куда лучше, чем в Косом переулке. Продавца на месте нет, вероятно, ковыряется где-то в подсобке. Арья сразу же прилипает к явно бутафорской витрине с заспиртованными тушками разных магических зверьков в стеклянных банках. Что-то мне не верится, что компоненты для зелий могут продавать и в таком виде. Шёпотом рассказываю ей о тех существах, которых узнаю, но знаю я далеко не всех, в лучшем случае одну треть. — Что-то хотели, молодые люди? Я вздрагиваю раньше, чем узнаю этот голос. По моей спине ползут мурашки, я хватаю Арью за руку и пытаюсь аппарировать, но моя попытка бесславно проваливается. Арья смотрит на меня удивлённо, но внезапно её взгляд меняется, я вижу в нём отражение собственного ужаса… но лишь на мгновение, после чего она расслабляется и улыбается мне ободряюще. Обречённо вздыхаю и поворачиваюсь на голос. — Так-так… — на знакомой старческой физиономии появляется удивление, но оно быстро сменяется пониманием, а потом и насмешкой. — Какая встреча. Нервно смеюсь, отпуская ладошку Арьи и закрывая лицо руками. Почему-то мне очень стыдно. Чёрт, я и не думал, что что-то может меня так устыдить. — Ну-ну, да ты покраснел, — в изменённом обороткой или чем-то ещё голосе Северуса явственно слышится веселье. Кажется, убивать он меня не собирается, поэтому я набираюсь храбрости напополам с наглостью, убираю руки от лица и спрашиваю, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более возмущённо: — И что ты тут делаешь, да ещё и в таком виде? Мне повезло, что я вообще его узнал. А если бы он выбрал другой облик, не тот, в котором мы с Дадли его встретили в Косом переулке? Северус прикладывает палец к губам, после чего снова смеётся. Вздыхаю. — Злодеус Злей, — он театрально раскланивается, глядя при этом на Арью. — А как зовут вас, юная леди? Арья немного смущается и переводит на меня вопросительный взгляд. Киваю. — Аёнг Юн. О как. Интересно, это её настоящее имя? — Я смотрю, ты понял мою просьбу не отрывать меня от работы слишком буквально, — говорит Северус, когда все формальности соблюдены. — Ну… что-то вроде того, — виновато мямлю я и поспешно добавляю: — Но мы ничего плохого не делали, я даже не взял с собой Дадли. Раздаётся громкий писк, и Северус, собиравшийся было что-то сказать, закрывает рот и удаляется в соседнее помещение. — Наверняка готовит что-то жутко важное, — отвечаю я на немой вопрос Арьи. — Он крутой зельевар. А тебя правда так зовут? — Ага, — она смущённо улыбается. — Я… растерялась немного, он выглядит таким строгим. — Знала бы ты его настоящего… — замолкаю на мгновение. — Ну, то есть, как раз не настоящего, — снова замолкаю, размышляя, а какой из них в действительности настоящий. — Хотя знаешь, забудь… — Всё сложно? — она с пониманием смотрит на меня. — Ты даже не представляешь насколько, — вздыхаю. — Ну… если захочешь поговорить об этом — я всегда рада. — Спасибо. Северус возвращается. Выглядит удивлённым, словно ожидал, что мы сбежим. — Так чем обязан? — интересуется он, справившись с удивлением. Признаюсь: — Вообще-то я просто прицениться зашёл, деньги мы уже все спустили, только на мороженое и осталось. И вновь на его лице проскальзывает удивление, он хмурится. — Надо снова в банк тащиться, — поспешно добавляю я. — И к чему конкретно ты хотел прицениться? — спрашивает он, заметно расслабляясь. Вытаскиваю из сумки пособие по зельеварению, листаю до нужной страницы и начинаю перечислять компоненты зелья сна без сновидений. На середине списка Северус обрывает меня: — Я понял. Ещё что-то? — Ещё бы пару флаконов успокоительного и оборотку, — внимательно слежу за его реакцией. Вздыхает и интересуется: — А оборотное тебе зачем? — Не нравится быть рыжим, — отшучиваюсь я. Мои волосы действительно становятся всё рыжее с каждым днём, а глаза продолжают темнеть. — Могу посоветовать десяток более дешёвых средств на этот случай, — насмешливо говорит он. — Было бы неплохо. В конце концов, ингредиенты для оборотки я могу купить и в другом месте. Вот только смогу ли сам её приготовить? Герми, помнится, смогла, но… я — не она. — Ещё что-то? — снова повторяет Северус. Прикидываю, чем ещё стоило бы обзавестись в первую очередь, но в голову больше ничего не приходит. Может, когда просмотрю книги по зельеварению, чего и вспомню. Качаю головой. — Зайди завтра, часов в семь утра, домой, — он смотрит на часы, потом переводит взгляд на Арью. — Было приятно с вами познакомиться, юная леди. Боюсь, сейчас меня ждёт работа, но буду рад встретиться с вами снова. Вновь раздаётся громкий писк, и Северус опять скрывается в соседнем помещении. В этот раз, судя по всему, с концами. — Идём есть мороженое? — интересуется Арья, когда мы покидаем магазин. — Идём. Она не задаёт мне лишних вопросов, но с готовностью отвечает на мои. Пока мы сидим в кафе, я узнаю, что её любимое мороженое — шоколадное, что она переехала в Лондон, когда ей было четыре, что читать ей нравится больше, чем смотреть фильмы, хотя в будущем она собирается стать актрисой… и ещё много-много всего. Серьёзных тем я стараюсь не касаться, потому что не уверен, что имею на это право. По крайней мере, сейчас. Она рассказывает мне, как познакомилась с Дадли и как подружилась с остальными. Говорит, что для неё это было нелегко, не только из-за дара, но и потому, что она не очень умеет и не слишком любит общаться с людьми. А потом наклоняется ко мне и шёпотом добавляет, что Дадли, Диего и Стаса любит. Я смотрю на неё и понимаю, что чертовски завидую им. Не только потому, что они с ней дружат, а просто… просто потому, что у них всё просто. А у меня — нет. Это немного расстраивает, но я стараюсь не подавать виду, не хочу портить ей впечатление от этой прогулки. Магический мир оставил у неё массу приятных впечатлений — она сама так говорит, когда мы выходим из Дырявого котла и направляемся к дому Дадли. Уже вечереет, но мне совершенно не хочется, чтобы этот день заканчивался, поэтому я даже не предлагаю ей вернуться аппарацией. Да и зачем, если Северус уже спалил меня. Мы гуляем по вечернему Лондону, и я понимаю, что напряжение минувшей ночи отпускает меня окончательно. Пожалуй, сейчас я даже могу сказать, что чувствую себя почти счастливым.