Новое начало

Мы возвращались в Лондон переполненными впечатлений. По крайней мере, мы со Стасом, относительно остальных ничего сказать не могу. У Стаса был принцип — он старался не читать друзей без лишней на то необходимости. Впрочем, по довольной и мечтательной физиономии Дадли и без магии было понятно, что хоть у кого-то из нас на этих выходных был секс. Диего радовался, что побывал дома, Ари тоже выглядела расслабленной и явно довольной жизнью. В общем, возвращались мы в самом замечательном настроении. Так-то я мог бы и не уезжать — всё равно возвращаться к Каталине, но долго ли вернуться аппарацией. К тому же мы планировали сходить за книгами, раз уж на пары в понедельник ребята решили забить. Диего выгрузил нас со Стасом сравнительно недалеко от Дырявого котла, хотя мы вполне могли бы и прогуляться от нашего дома. Мне даже не пришлось брать Стаса за руку — как это было в своё время с Дадли, — чтобы он увидел бар, недоступный для восприятия маглов. Впрочем, оно и понятно — магия в Стасе была, просто настолько мизерное количество, что даже прикосновение к волшебной палочке он никак не ощущал. «Давай там, не грузи меня», — попросил Стас, когда мы прошли на задний двор Дырявого котла, и я открыл проход в магический мир. «Извини», — покаялся я, послушно переключаясь на менее унылые мысли. А поразмыслить было о чём. Начать хотя бы с того, что в головах каждого волшебника, которому Стас по дороге заглядывал в глаза, мы видели глухую стену. Даже у детей. Впрочем, вру, у пары человек вместо щитов мы обнаружили защиту иного рода. Такую, какую использовал Северус, хотя теперь я не видел в этом особого смысла. Если в магическом мире действительно любой волшебник умел защищать своё сознание от проникновения из вне, то какой смысл тратить столько энергии для поддержания фальшивки? «Если только он не слился с этой фальшивкой настолько, что такой способ защиты стал для него чем-то естественным», — заметил Стас. А ведь действительно. Если хотя бы часть из того, что я знал о Северусе было правдой… но всё равно как-то нелогично. Я вздохнул. «Не заморачивайся», — посоветовал мне Стас. Мы подошли к Гринготтсу. «Давай быстренько тут закончим, а потом погуляем», — предложил я. Стас не без сожаления прекратил вертеть головой по сторонам и прошёл следом за мной в банк. Каргорака мы узнали буквально с порога, впрочем, он стоял на своём обычном месте, что значительно упростило задачу. Неужели они тут совсем без выходных пашут? Не знаю зачем, но я сразу же оплатил частную консультацию. Наверное, мне просто не хотелось заниматься делами на виду у всех. Особенно если учитывать, сколько денег у меня при себе было. В банк я не наведывался уже давно, хотя деньги Кеннета тоже следовало бы поменять. На всякий случай. Каргорак с явным уважением наблюдал за тем, как я вытаскиваю из бездонного кошеля пачки банкнот. Сдаётся мне, узнай он, что мы ограбили магловский банк, и мне здесь сразу же отсыпали бы новых привилегий. Кажется, гоблинам было совершенно всё равно, где их клиенты брали деньги, главное, чтобы эти деньги потом попадали в их зелёные загребущие ручонки. «Бинго!» Стасу наконец удалось на мгновение поймать взгляд Каргорака, правда без особых результатов. Гоблины почему-то не стремились смотреть в глаза волшебникам. «Действительно, к чему бы это», — старательно сдерживая смех, заметил Стас. «Я думаю, здесь не так всё просто. Они с волшебниками уже сколько времени бок о бок работают? Да и, признаться… на мой взгляд, их магия значительно превосходит нашу». И всё-таки я бы тоже не отказался проверить, что же там в черепушке у услужливо лыбящегося Каргорака, но мне почему-то казалось, что ничем хорошим это не закончилось бы. «А ты спроси, — ухмыляясь, посоветовал мне Стас. — Словами через рот». «Сам спроси». Как дети, ей богу. Собственно, все свои дела мы уже закончили, пора было сваливать, о чём явственно намекал красноречивый взгляд Каргорака, явно не понимавшего, чего мы тут мнёмся и что нам ещё нужно. «Ладно, пойдём», — я уже готов был признать поражение. «Слабак», — казалось, Стас только этого и ждал. Он заискивающе улыбнулся Каргораку и заговорил: — Простите, я спрашиваю исключительно из спортивного интереса… как работает ваша ментальная защита? Каргорак насмешливо посмотрел на него, а потом перевёл взгляд на меня. — Умеете же вы, мистер Леманн, друзей выбирать. Сначала пифия, потом видящий... да ещё и связь с видящим. «Рот закрой, муха залетит», — посоветовал мне Стас. — А вы тоже... видящие? — не мог не спросить я. Мне стало как-то не по себе. А что если гоблины всё это время читали наши мысли? Это многое бы объяснило, на самом деле. — Что-то видим, что-то нет, — Каргорак вновь перевёл взгляд на Стаса. — Отвечая на ваш вопрос — мы не имеем ментальной защиты, поскольку она нам не нужна. Пользуясь моментом Стас снова уставился ему в глаза, но… «Ваша связь ощущается даже без магии», — вспомнились нам обоим слова Северуса. И Стас отвёл взгляд, тоже признавая поражение. Каргорак довольно осклабился. — Откуда вы знаете про пифию? — спросил я, меняя неудобную тему на чуть менее неудобную. — Мы все связаны, — подтвердил наше подозрение Каргорак. — Что знает один, то знают все. «Один огромный коллективный разум», — восхищённо подумал Стас. Первая обида на этот самый коллективный разум у него уже прошла, поэтому он просто не мог не восхититься такой… глобальной связью, которую организовали гоблины. Меня позабавила мысль о том, что это, должно быть, самая надёжная защита банка, какую только можно представить. — Есть ещё один вопрос, — я нахмурился, мои мысли уже поскакали вперёд, точнее назад — в прошлое. — Возможно, он покажется вам странным. Кому-нибудь когда-нибудь удавалось ограбить Гринготтс? — Конечно же, нет! — Каргорак самодовольно заухмылялся. — Это технически невозможно. Мне показалось, что вы поняли. Поняли. Действительно сложно ограбить банк, работники которого не только превосходят волшебников в магии, но и переговариваются между собой без слов. Вот только… я ведь помню. «Очередная подстава, забей, — вклинился в мои мысли Стас. — Теперь мы знаем, с чего начинать копаться в твоём прошлом. Изучим как следует эпизод с кражей чаши из Гринготтса. Если он действительно фальшивый, то это нам поможет обнаружить и остальные такие фальшивки». — А вы помните моего друга, с которым я приходил в первый раз? — я послушно переключился на новую тему. — Вы заметили в нём что-нибудь странное? — Ничего, самый обычный человек, — уверенно ответил Каргорак. — Вот совсем ни капельки? — мне даже стало как-то обидно за Дадли. — Увы. — Как же тогда получается, что он чувствует таких как мы — людей со странностями? — не поверил Стас. — А почему вы думаете, что он чувствует? — явно заинтересовался Каргорак. — Но ведь мы как-то встретились и подружились, и это он собрал нас, — однако в голосе Стаса, да и в его мыслях, особой уверенности уже не было. — Мы предпочитаем верить, что если что-то происходит, то оно происходит не просто так. У Судьбы есть на всех свой план. Если вы встретились, значит, именно Судьба собрала вас в одном месте и в одно время с какой-то целью. Возможно, вам предстоит спасти мир... а может, вы стали лишь винтиками в её куда более глобальных планах и уже отыграли свою роль, а теперь можете просто наслаждаться жизнью. Так что не берите в голову, молодой человек. Что должно произойти, то произойдёт. Мы со Стасом уставились на нашего собеседника, не зная, как прокомментировать его уверенность в том, что всё предопределено. Хотя… в чём-то он определённо прав — моя прошлая жизнь так уж точно была расписана от и до, правда не Судьбой. — Вы довольно интересно говорите о Судьбе, — наконец выдавил из себя хоть какую-то реакцию на откровения гоблина Стас. — Судьба, Магия, Всеобщая Мать — всё одно. Мы все её дети, вам тоже не следовало бы забывать об этом, — Каргорак наставительно погрозил нам крючковатым пальцем. На чём мы благополучно и распрощались. Покидая банк, я призадумался о том, сколько же лет моему клерку. Раньше я почему-то считал, что он совсем ещё молодой. «Наверняка древнее, чем говно мамонта, — подхватил мою мысль Стас. — И ведь он вполне может быть прав. Посуди сам — мы с ребятами оказались в одном классе, жили плюс-минус рядом. А главное, потом так и не встретили никого похожего на нас. Ну, кроме тебя. Может, мы и правда винтики в твоей игре?» «Ну тебя понесло, конечно». Мы топтались перед Гринготтсом, путаясь под ногами у редких в будний день прохожих. «Но ты ведь мир спас!» — всё сильнее распалялся Стас. Эк его проняло. Мир-то я спас, да вот только чей… разве что мир Альбуса Дамблдора. Сомневаюсь, что всё было действительно так серьёзно, как он раздул. Готов поспорить, Дамблдор мог остановить Тёмного лорда — любого из них — в любой момент. Просто он... «Заигрался, дедушка. Я его понимаю, столько лет прожить. Даже мой дед помер давно, оба деда. А этот живёт и в ус не дует». Я призадумался. Кто ещё из долгожителей мне известен? Фламель, но это другое. Гриндевальд... Интересно, Волдеморт и правда его прибил или это очередная лажа? Может, и не существует никакого Нурменгарда, где Гриндевальд якобы отдыхал после дуэли с Дамблдором? А если эта тюрьма действительно существует, то почему Дамблдор просто не отправил Волдеморта туда, пока разбирался с его крестражами? Или отправил? «Прекращай думать, — посоветовал мне Стас, он уже и сам был не рад, что поднял эту тему. — Давай для начала выясним, что всё-таки думает магический мир по поводу этого всего. Ты этим как-то особо не интересовался». Он прав. Кроме той статьи в газете я же больше и не читал магической прессы. И вряд ли я могу полагаться на собственные воспоминания о жизни после падения Тёмного лорда. Почему Дамблдор тянул со своим воскрешением? Не ждал же он на самом деле, пока действие ритуала закончится? Зачем? Ради моего удобства? Почему он вообще не запихнул меня в какой-нибудь сундук и дело с концом, если уж убивать считает ниже своего достоинства. Да хотя бы в Нурменгард. «Дался тебе этот Нурменгард, — проворчал Стас. — Пойдём газет накупим. Или как у вас тут всё устроено? Существуют библиотеки, где можно подшивки прошлых лет глянуть?» Я призадумался. «Понятно всё с тобой», — другого ответа он и не ожидал. Ну не ожидал, так не ожидал. Я осмотрелся и призадумался вновь, но уже по другому поводу. Стас ведь прав — я нихрена не знаю о том, что произошло в магическом мире после падения Волдеморта. Косой переулок, например, выглядит так, словно… словно в магическом мире не происходило вообще ничего. Отчего-то в прошлые свои визиты сюда я об этом как-то не подумал. Впрочем, я вообще старался не глазеть по сторонам, боялся увидеть отголоски войны. Но была ли эта война? Мы неспешно зашагали в случайном направлении, изучая по пути всё, что попадалось на глаза. Даже лавка Олливандера обнаружилась там, где я её помнил, и именно в том виде, в котором она и должна была быть. «Не хочешь посоветоваться с лучшим в мире мастером волшебных палочек?» — без особой надежды предложил я. Но Стас внезапно с энтузиазмом согласился. Хотя палочки, да и мастер тоже, его не особо интересовали, он просто не мог проигнорировать очередную странность в моих воспоминаниях. «А потом зайдём ещё в одно место», — с нарастающим раздражением подумал я, вспоминая о магазине Уизли. Да, определённо, его тоже стоило бы проверить. Младшенькие не пришли со мной попрощаться, так хоть тут на них посмотрю. «Ты чего такой злой?» — удивился Стас. Я на мгновение остановился, но тут же возобновил свой путь. Действительно, чего это я такой злой… «Давай без сарказма, — попросил Стас. — Я, конечно, привык уже, что твоё настроение меняется по пять раз на дню, но…» Он оборвал свою мысль. Теперь уже мы оба призадумались об одном и том же, копаясь в моём внутреннем мире. И в конечном итоге пришли к выводу, что вспылил я от того, что действительность не соответствовала моим ожиданиям. И это раздражало. Очень сильно. Но я вполне мог с этим справиться. Пожалуй, даже то, что Стас указал мне на эту внезапную вспышку раздражения, и что мы нашли причину оной, уже само по себе значительно снизило градус этого самого раздражения. «Спасибо», — неловко поблагодарил я. «Обращайся, — весело ответил он. — Могу побыть твоим личным психоаналитиком, не только же оборотням они полагаются». Я рассмеялся и вошёл в лавку Олливандера, около которой мы топтались уже добрых минут пять. Однако при звуке колокольчика, оповестившего хозяина о нашем приходе, воспоминания накатили с новой силой, и я снова приуныл. Стасу даже пришлось похлопать меня по плечу, чтобы я свалил с прохода. Здесь ничего не изменилось. Совсем. Я уже не был уверен, что магазин вообще закрывался во время войны. И что эта война действительно имела место быть не только в моей голове. — Добрый день, — послышался тихий старческий голос. — Здравствуйте, — выдавил из себя я, отрывая взгляд от коробок с волшебными палочками. И Олливандер ничуть не изменился. Мне казалось, что он вот-вот откроет рот и назовёт меня Гарри Поттером, но ничего такого не произошло — старик выжидающе молчал. — Простите, мы не так давно в Англии, — Стас слегка сдвинул меня в сторону, вставая прямо напротив Олливандера. — Мы слышал, что вы ушли на покой, и уже не ожидали увидеть величайшего мастера волшебных палочек здесь. — Сами понимаете, времена неспокойные были, — ответил Олливандер добродушно улыбаясь. — Мне действительно пришлось на время закрыть мою лавку по совету старого друга, но после окончательного и бесповоротного падения Того-Кого-Нельзя-Называть я снова открыл магазин. — А он действительно пал? — пробормотал я, ни к кому конкретно не обращаясь. Стас довольно ощутимо пихнул меня локтём под рёбра, но и это не улучшило моего настроения, снова скатившегося на самое дно. По правде сказать, воспоминания из прошлого пробуждали всё самое худшее во мне. Может, не следовало и начинать копаться во всём этом? — Да, теперь уже навсегда, — голос Олливандера вклинился в мои упаднические мысли. — А вы действительно недавно в наших краях… Я внезапно почувствовал лёгкое давление на свой разум и вздрогнул. Олливандер смотрел на Стаса, тот смотрел на него… и они оба явно остались не удовлетворены тем, что увидели в глазах друг друга. Стас уж точно. «Вот жук, легилименцию без палочки колдует», — пробурчал он. Это не было легилименцией, я более чем уверен в этом. Однако… и на дар Стаса тоже походило мало, ощущалось совсем иначе, даже Стас это заметил. «Слишком много разновидностей ментальной магии, — недовольство явственно ощущалось в его мыслях. — Пойдём отсюда, мне не нравится». Распрощавшись с Олливандера, мы покинули его лавку, оставив хозяина в недоумении и, должно быть, с лёгкой мигренью. «Так ему и надо, — злорадно подумал Стас. — Куда дальше?» Идти в магазин Уизли мне совершенно расхотелось, однако Стас выудил из моей головы нужное направление, схватил меня за футболку и потащил за собой на буксире. Сопротивляться я не стал, меня больше занимали мысли о природе дара Олливандера. «Думаю, это что-то вроде магии гоблинов. Старик наверняка тоже видит, какая палочка кому лучше подходит. Может, он и не умеет мысли читать, а просто считывает какую-то поверхностную информацию о волшебнике, и эта информация помогает ему сделать наилучший выбор. Хотя со мной он тогда прокопался подозрительно долго, но это и не удивительно. Полагаю, что его другом, советом которого он воспользовался, был Дамблдор... и не палочка выбрала меня, а Дамблдор выбрал её для своей марионетки». До магазина Уизли мы добрались возмутительно быстро, и потоптаться на пороге Стас мне тоже не дал. Хотя я и замер как дурак, стоило мне распахнуть дверь. Стасу снова пришлось подтолкнуть меня, лишь тогда я неуверенно шагнул внутрь. Рон Уизли поднял на нас настолько заёбанный взгляд, что более цензурного определения я просто не смог придумать. — Добро пожаловать в «Всевозможные волшебные вредилки Уизли», — явно через силу выдавил из себя он. Ага, и без магии видно, что эта работёнка ему не особо нравится. Но с магией в голову Рона лезть было бессмысленно, щит у него тоже присутствовал — это мы поняли быстро, стоило только Стасу встретиться взглядом с моим бывшим другом. «Друзья бывшими не бывают», — в очередной раз проворчал Стас. А потом уверенно затараторил с акцентом, которого я у него ранее никогда не замечал: — Здравствуйте, мы с другом недавно приехали из Болгарии... Он на ходу сочинял более-менее достоверную легенду, но в этом, похоже, необходимости не было, Рон сразу же оживился и перебил его: — О, а вы были на дружеском матче Болгарии и Египта? Говорят, Крам превзошёл сам себя! — Увы, не было возможности, — Стас разве что слезу не пустил, демонстрируя своё сожаление по поводу того, что пропустил такое событие. — Мы после школы сразу отправились в путешествие по миру, дома последние полгода бывали редко, но я просто обожаю квиддич! Ну понятно всё с ними — лучшие друзьяшки на век теперь. Я немного отстранённо наблюдал за тем, как Рон трясёт протянутую для рукопожатия ладонь Стаса, а тот отвечает ему с не меньшим энтузиазмом. Стас вообще умел располагать к себе людей, а выуживая из моей головы нужные сведения — он мог долго вешать лапшу на уши Рону, поскольку я полностью открылся нашей связи, предоставив Стасу полный доступ к своим воспоминаниям, как к его собственным. — Эл, — немного запоздало представился я, тоже пожимая протянутую ладонь Рона, а потом зачем-то добавил: — Однажды я даже пожал руку Виктору Краму. И это не было ложью. Наверное. Хотя сейчас я уже ни в чём не был уверен. Впрочем, Рону вряд ли нужны доказательства, он в таких вещах безоговорочно верил людям. Моя ценность тут же значительно выросла в его глазах. Забавно. — Это так круто! Хотел бы я тоже после школы отправиться в путешествие, — воодушевлённая было физиономия Рона снова стала унылой. — Побывать на всех-всех матчах... Мы ведь с Гарри тоже видели Крама... ну вот как вы меня сейчас, даже разговаривали с ним. Значит, как минимум треклятый турнир был на самом деле. Если, конечно, и Рону это не внушили. — О, ты наверняка учился в Хогвартсе, когда это всё... — Стас замолчал, давая возможность Рону продолжить самому. — Конечно! Это было так круто! — Рон снова воодушевился. — Дурмстрангцы приезжали, шармбатонки. Вы ведь учились в Дурмстранге? — Ага, — не стал спорить Стас, потом задумчиво потёр подбородок, окинул магазин взглядом, задерживаясь на логотипе. — Говоришь — с Гарри? Ты ведь тот самый Рон Уизли — лучший друг Гарри Поттера? И снова выражение физиономии Рона резко поменялось, теперь она выражала все оттенки уныния. — Чего только не рассказывают о вас в Дурмстранге, — поспешил продолжить Стас. — Что это из-за вас нам тогда не достался кубок, что вы чуть ли не вдвоём наподдали Тому-Кого-Нельзя-Называть… Рон несколько повеселел. — Ну вы же понимаете, это секретная информация, — он понизил голос. — Мне нельзя об этом болтать. Мы со Стасом понятливо закивали. Хотя на самом деле мне совершенно не хотелось здесь находиться. Я не был готов к этому разговору. Рон вроде бы пока и не сказал ничего такого, но чувствовал я себя всё равно хреново. — Ронникус! Мои размышления и весёлую болтовню Рона со Стасом оборвал притворно грозный возглас кого-то из близнецов Уизли. Да, я уже не верил, что Фред погиб. Тем более Северус прямо сказал мне, что никакой битвы за Хогвартс и не было. Интересно, что же тогда было? «Мы обязательно в этом разберёмся», — пообещал мне Стас. И я внезапно понял, что снова вру себе — мне было ни чуточки не интересно ковыряться во всём этом. «Это сейчас не интересно, а потом будет интересно, а потом снова не интересно, и снова интересно — вот так и работают твои мозги сейчас, просто смирись с этим». Я вздохнул и попытался смириться. А к нам тем временем выкатился и второй близнец — тоже живой-здоровый. Теперь ясно, почему Джордж слинял из дома сразу после «битвы», не хотел разлучаться с братом. Оно и понятно, готов поспорить, между ними тоже есть связь, как между мной и Стасом. Вот даже сейчас казалось, что они переговариваются без слов — один рыжий рассмеялся, словно второй сказал ему что-то смешное. Стас справа от меня фыркнул. «Эй, я ведь ничего смешного не говорил, — возмутился я. — Ты чего ржёшь?» «Да просто забавно как начинаешь подозревать других, когда у самого пятачок в пуху. Но вообще ты прав, действительно очень похоже, что между ними есть связь». Стас попытался было поймать взгляд хоть кого-то из близнецов, но те, не сговариваясь, повернулись к младшенькому. — Ронникус, ты рассказал нашим гостям о наших последних разработках? — Только у нас… — И только для вас... Рон склонился ко мне и пробурчал: — Как же они меня достали, ты себе даже не представляешь. Я вздрогнул, на мгновение мне показалось, что он обращается ко мне — Гарри Поттеру, — но это иллюзия быстро рассеялась, когда я взглянул на его унылую физиономию, выражавшую явное отвращение к происходящему. Торжественную речь привычно перебивавших друг друга близнецов я прослушал. Впрочем, Стас прекрасно справлялся с отвлечением внимания на себя, ему действительно было интересно, что там наизобретали умники Уизли. Эти ребята умели себя рекламировать. — А у тебя когда перерыв? — так же шёпотом спросил я у Рона. — Нам бы очень хотелось послушать про турнир и Хогвартс в целом. Говорят, это очень крутая школа. Ты ведь там учился, и можешь многое нам рассказать. Не то чтобы я вдруг внезапно захотел копаться в этом как предсказывал Стас, но… Рон стоял передо мной, вот он, на расстоянии вытянутой руки. Да, пусть он и не знал, кто я, но… в груди всё сжалось. Стас, не глядя, утешительно хлопнул меня по плечу, после чего вернулся к разговору с Уизли. — И про великого Гарри Поттера? — без особого воодушевление спросил Рон. Я снова повернулся к бывшему другу, прикидывая, что лучше сказать. Врать так-то я научился, но врать лучшему другу… было не слишком просто и приятно. — По правде сказать, мы не особенно следили за этим... конфликтом, — выдавил из себя я, хотя внешне, готов поспорить, казался невозмутимым. — О Гарри Поттере я знаю лишь то, что он существует — вроде как герой из книжек мифологии чужой страны. Мне как-то больше интересно послушать про Хогвартс, мы так хотели попасть в делегацию от Дурмстранга, но нас послали. Рон бросил на меня недоверчивый взгляд. Я обезоруживающе улыбнулся одной из тех улыбок, которые тренировал у зеркала в отсутствии ребят, и продолжил: — Интересно же, какие у вас там порядки, насколько всё отличается от школьных будней Дурмстранга. Мы в Англии проездом, и не успели познакомиться ни с кем из сверстников волшебников, а завтра уже планируем уезжать. Рон задумчиво прикусил губу, глянул на часы, потом перевёл хмурый взгляд на братьев. — Я ухожу, не ждите сегодня, сами как-нибудь справитесь, — бросил он мгновением спустя. — Ну Ронникус, ну как же... — Ты нас бросаешь? Однако Рон уже скрылся в подсобке, вероятно пошёл за верхней одеждой. «Ловко ты его обработал», — одобрил Стас. — А у вас ознакомительные наборы из пробников продукции есть? — спросил он уже вслух. — Ну, когда клиент ещё не знает, чего ему нужно и нужно ли чего-то — купит такой набор и попробует всё. Физиономии близнецов одинаково забавно вытянулись и на них отразилась идентичная же работа мысли. «Ушли в себя, вернутся не скоро, — прокомментировал Стас. — Неужели мы со стороны так же нелепо выглядим?» Но близнецы «вернулись» даже быстрее Рона и синхронно начали собирать в бумажный пакет... всё подряд. Уже через минуту они вручили изрядно раздувшийся пакет Стасу. — Денег не надо, — поспешил сообщить один из них. — Это, так сказать, благодарность за идею, — добавил второй. — Первый пробный набор. — Внимательно читайте инструкцию на упаковках. — А то мало ли что... И они расхохотались. Хотел бы я глянуть, что их так развеселило. Вернулся Рон, как я и подозревал, в куртке. Он посмотрел на пакет в руках Стаса, кивнул и направился к двери. Мы попрощались с всё ещё веселившимися близнецами и поспешили за ним. На улице Рон задумчиво огляделся и произнёс: — Пойдемте, пропустим стаканчик-другой. Спорить с ним мы не стали. Я и сам был не прочь накатить немного, да и Стас от алкоголя никогда не отказывался. Последующие часа три мы просидели в Дырявом котле, одним стаканчиком, ожидаемо, дело не ограничилось. Поначалу Рон действительно болтал лишь о Хогвартсе, но по ходу того, как алкоголь развязывал его язык — разговор перешёл и на более откровенные, даже личные темы. Только вот о Гарри Поттере Рон говорить категорически отказывался, словно… словно был чертовски на меня обижен. Неужели на него так повлияла «моя» записка и уход из магического мира? Впрочем, я бы тоже обиделся. Кто бы знал, как мне хотелось объяснить ему всё прямо здесь и сейчас, но здравый смысл это желание категорически не одобрял. Мне оставалось только методично надираться, благо разговором в основном рулил Стас. О войне ему тоже не удалось вытянуть из Рона ни слова, тот упорно менял тему, переводя всё на квиддич или на свою личную жизнь. Если его послушать, то эта самая личная жизнь у него била ключом, правда в основном по голове. Дружить с Роном девочки хотели, но ровно до того момента пока не понимали, что о Гарри Поттере тот ничего не знает и знать не хочет. Не повезло парню. С Герми они разосрались сразу после моего «ухода», он знал только то, что она занимала должность преподавателя магловедения в Хогвартсе. Я почему-то думал, что они с Герми сойдутся после войны, но… сейчас у меня создавалось впечатление, что Рон вообще не был в ней заинтересован как в девушке. «Может, скрывает уязвлённые чувства» — предположил Стас. Я видел, что ему невыносимо сильно хочется поковыряться в голове Рона. Он даже задумался о том, что было бы неплохо найти где-нибудь волшебника для опытов. Стас считал, что магловские наркотики могут здорово ослабить ментальную защиту, а у нас как раз имелся метадон. Я вздохнул. «Ладно, ладно, испробуем на ком-нибудь другом, не обязательно на твоих друзьях», — согласился на придуманный им же самим ультиматум Стас. Я снова вздохнул. Рон уже пребывал в состоянии полнейшего не стояния, поэтому на наши «переговоры» внимания не обращал. Ну и что теперь с ним делать? Протрезвлять или так оттащить обратно в магазин? «Не порти человеку праздник», — посоветовал Стас, пытаясь в очередной раз поймать взгляд Рона. Он делал это, должно быть, уже раз сотый, но несмотря на сильное алкогольное опьянение подопытного, неизменно натыкался на вполне уверенную защиту в его сознании. Возможно, с помощью заклинаний дело пошло бы лучше, но мне не хотелось лезть в голову Рона. Наверное, я не совсем уж мудак, каким периодически себя считал. «Сегодня считаешь, завтра не считаешь, — привычно отмахнулся от моих самокопаний Стас. — А про опыты всё же подумай. К твоим друзьям не полезем, но идея-то интересная». «Интересная-то интересная, только где найти подходящего подопытного?» Рон не слишком много рассказывал о настоящем, ну кроме подробностей своей личной жизни. О семье практически не говорил, друзей, как мы поняли, у него особо и не было сейчас. О Дамблдоре, Поттерах и прочих «воскресших» словно и не знал ничего, лишь пьяно отмахнулся, когда Стас завёл разговор о последних событиях магической Великобритании. Рон словно бы застрял в прошлом, во временах нашего обучения в Хогвартсе, и в этом я его хорошо понимал. «Наверное, ваша Гермиона рассказала бы нам больше, — заметил Стас. — У меня создалось впечатление, что она умная девка, не то что вы». Я ещё раз вздохнул. «Ладно-ладно. Тебе не пора к Каталине?» Взгляд на часы показал, что пора трезветь и заканчивать эту стихийную пьянку, мне действительно нужно было возвращаться. За книгами вот только так и не сходили. «К чёрту книги, — тут же отреагировал Стас. — Тебе там твой профессор обещал интересного чтива о наркоте подкинуть». «А как же восстановление воспоминаний?» — ехидно спросил я, хотя и понимал, что Стас уже переключился на более интересную для него тему. Ну, по крайней мере, на ближайшую неделю я мог расслабиться, в моих воспоминаниях мы копаться точно не будем. Наверное, я должен быть этому рад. «Не радуйся особенно, вернёмся и к этому». Мы проводили Рона до магазина близнецов, сгрузили то ли Фреду, то ли Джорджу его полумёртвую тушку и аппарировали к Стасу. Стас от протрезвляющих чар гордо отказался, а вот мне пришлось по максимуму привести себя в порядок. Не хватало ещё дышать перегаром на малышку Каталину, да и Северус в восторге точно не будет, он не особо одобрял мою склонность к алкоголизму. Распрощавшись со Стасом, я аппарировал на ферму.