Новое начало

Если бы я всё-таки взялся писать книгу о своей жизни, то главу, описывающую этот период, начал бы примерно так: «Я проснулся и охуел». Просто потому, что я проснулся и охуел. Я было подумал, что это всё — Поттер, Герми, Дамблдор, обрушение Хогвартса — мне приснилось, но… но на самом деле я даже не был уверен, что действительно проснулся. Поверил в это я лишь тогда, когда последовательно и основательно общипал обе руки до локтей и понял, что потолок чулана над моей головой действительно реален, и что вышеупомянутые руки принадлежат недокормленному мальчишке, коим я был лет десять назад. Но чтобы окончательно осознать всё это мне пришлось нащупать очки в привычном для прошлого меня месте и надеть их. Воспоминания о том периоде жизни восстанавливались с трудом. Вы себе даже не представляете, насколько это дерьмовое ощущение — помнить, что было… через десять лет, но с трудом восстанавливать в памяти «вчера». И это «вчера» тоже стоило бы… определить поконкретнее. Я окинул взглядом чулан, уже внимательнее, и нашёл календарь, притаившийся в углу. В детстве мне каждый год удавалось утащить такой к себе в чулан и каждый вечер я исправно отмечал на нём прошедший день — это было хорошей традицией. Итак, сегодня… первое июня 1991 года. Ага. Понятно. Потрясающе. Я снова откинулся на раскладушке, закрыл глаза, выдохнул через нос и медленно сосчитал до десяти, потом на всякий случай от десяти до одного. Анализируя свои ощущения, я не увидел ни единого признака того, что нахожусь в стазисе. Вот просто ни одного. Ничего подозрительного. Я открыл глаза, сел на раскладушке и начал ощупывать всё, до чего только мог дотянуться. Ничего подозрительного. И это было подозрительней всего! Что произошло? Это какой-то прикол Дамблдора? Попал ли мой удар в цель? Нет, по стазису, конечно, долбануло знатно, но я ведь метил не только в стазис. Уж теперь-то я могу признаться, что в первую очередь мне хотелось нанести как можно больше ущерба разуму Дамблдора, на тот момент неразрывно связанному со стазисом. Но получилось ли? Не знаю. Зачем я вообще к нему попёрся? Если подумать спокойно, без эмоций… Да, наверное, теперь я мог дать ответ на этот вопрос. Я просто хотел уничтожить Дамблдора как личность, не трогая при этом воспоминаний. Пусть бы потом колдомедики копались в его голове, перетряхивали его грязное бельё… приятного просмотра. Может, однажды и мне довелось бы поработать с ним, если бы я всё же выбрал этот путь. Это было бы как минимум забавно. И что теперь? Если предположить… лишь на одно мгновение предположить, что это не какая-то подстава Дамблдора, а… ну просто Судьба решила дать мне второй шанс… Что я буду делать? Воспользуюсь им или в очередной раз обосрусь и испорчу всё? С одной стороны, мне действительно хотелось верить, что это реальный шанс на новую — настоящую — жизнь, но… С другой стороны, старая жизнь меня целиком и полностью устраивала. Готов поспорить, если бы не вспышка гнева после разговора с Герми, я бы вообще не попёрся к Дамблдору. А что бы я сделал? Да, наверное, оставил бы всё как есть. Прошлое в прошлом. Пошёл бы учиться на колдомедика, может даже перебрался бы в Германию поближе к корням. Разумеется, если бы ребята захотели присоединиться ко мне. Хотя… это всё как-то сложно. Наверняка я остался бы в Англии, на ферме — с Лусией, Каталиной и Ремом. Да, наверное, так. Так какого хера я к нему попёрся?! Очень хотелось побиться головой о стену чулана, но я сдержался. Да и к чему теперь эти мысли… Первое июня. Я снова глянул на календарь, ожидая, что дата изменится. Не изменилась. Почему именно первое июня? Почему не, например, шестнадцатое, когда в последний раз перед Хогвартсом мои мысли подчищал Сев? Почему не двадцать третье — день рождения Дадли и тоже важный день в моей прошлой жизни? Почему не двадцать пятое июля, когда пришло первое письмо из Хогвартса? И не тридцать первое — мой день рождения? И, в конце концов, почему не первое сентября?! Думать о том, что меня могло закинуть в эту тушку сразу после рождения мне почему-то не хотелось. Конечно, это могло бы изменить всю мою жизнь, но… могло и не изменить, а снова гадить в подгузники и осознавать это... спасибо, что не в младенца. Я вздохнул и осторожно сел на раскладушке, свесив ноги. Почему я вообще допускаю мысль, что это всё настоящее? Поразмыслив немного, я нашёл вполне себе логичный ответ — почему бы и нет. Пока у меня нет причин считать иначе, приму это за рабочую версию, чтобы крышей не поехать окончательно. *** К счастью, первое и второе июня в этом году выпали на выходные. По правде сказать, если бы мне пришлось вот так сразу встать с кровати и начать активную социальную жизнь… я не уверен, что не тронулся бы умом. За выходные мне более-менее удалось утрясти в голове все противоречия и разногласия со своим внутренним «я» и здравым смыслом, поэтому мысли о школе уже не так сильно на меня давили. Вернуться в школу было… странно, но не скажу, что мне совсем уж не нравилось. Я довольно бодренько взялся за восстановление в памяти содержимого учебников, которые старательно читал в детстве. Наверное, если бы я занялся этим раньше, то как минимум играть в города с Ари не было бы так неловко. Самое нелепое, что вся эта информация… она же находилась у меня в голове, нужно было лишь начать раскапывать… но почему-то в «прошлой жизни» я даже и не думал заниматься этим, школьная программа не интересовала меня от слова совсем. А теперь вот, когда пришлось, оказалось, что это очень даже увлекательно. В остальном же… ну я просто плыл по течению день за днём, даже рассказывать не о чем. История шла по накатанной, ничего подозрительного и необычного не происходило, я ничего не планировал и ничего не предпринимал, поскольку не видел в этом особого смысла. По крайней мере до тех пор, пока до конца не поверю в то, что это всё действительно происходит со мной… ну или пока не опровергну это. Я учился, старался лишний раз не цапаться с Дадли и прилежно выполнял работу по дому. Не сказать, что тётка так уж меня и нагружала, воспоминания «будущего» меня о детстве явно были… предвзятыми и не совсем беспристрастными. Поднимая в памяти события этого времени, я понимал, что моя жизнь шла по старому сценарию, но сейчас… сейчас всё почему-то воспринималось иначе. Я не злился на родственников, не унывал по поводу и без, не ныл о том, что всё и все несправедливы ко мне… меня более чем полностью устраивало происходящее. Разве что по друзьям скучал, но старался воспринимать эту действительность как приключение, внимательно смотрел по сторонам, анализировал, слушал — выискивал даже самые малюсенькие несоответствия, которые бы означали, что… да что угодно. Но не находил. Всё казалось… таким реальным. И это ещё больше интриговало меня. Чем ближе подкрадывалась середина июня, тем сильнее я нервничал. В ночь с шестнадцатого на семнадцатое меня должен был навестить Сев, это был единственный найденный нами со Стасом эпизод вмешательства в мою память за лето 1991 года. Хотя первые дни в этой реальности я вообще был на стрёме круглые сутки, опасался, что Сев заявится раньше, и я пропущу его визит. Эта мысль настолько въелась в мой мозг, что в ночь с первого на второе я так и не смог заставить себя поспать хоть немного. И не могу сказать, что меня так уж сильно тянуло, словно настороженность полностью заблокировала эту потребность организма. Я понимал, что если перед школой не высплюсь, то ничего хорошего из этого не выйдет, поэтому на вторую ночь пошёл на компромисс со своим мозгом — отключил тело, но оставил бодрствовать сознание. По правде сказать, оно и так всегда бодрствует, просто в таких случаях ты это осознаёшь. Теперь я мог быть уверен, что вторжение замечу сразу, и сразу же заставлю себя проснуться, ну или сначала дам нехилый отпор Севу. Мои щиты никуда не делись, да и умел я сейчас куда больше, чем он мог бы ожидать от десятилетнего мальчишки. Шестнадцатого июня всё прошло по старому сценарию — Петуния с Верноном свалили из дома на пару часов, а Дадли притащил своих дружков. Они точно так же, как в моих восстановленных воспоминаниях, заперлись в хозяйской спальне, жрали конфеты с газировкой и смотрели порнуху. Вот только Сев не появился — ни той ночью, ни следующей. Я валялся без сна последующие две ночи, думал, но так ни к какому выводу и не пришёл. На третью ночь сдался, и снова «погрузил» свою тушку в сон. Не такая уж и плохая техника, надо сказать. Конечно, если готов пожертвовать сновидениями. Только будильник нужен, мои биологические часы упорно отказывались оповещать меня о том, что за пределами моего разума наступило утро, но это всё малая цена за «постоянную бдительность», как сказал бы Грюм. Однако если я планировал продолжать в том же духе и в Хогвартсе, то мне точно следовало бы первым делом обзавестись часами, которые будут работать там. День рождение Дадли прошёл отлично — в этот раз я не облажался. Конечно, было немного обидно, что меня Дадли воспринимал досадной помехой, но я с превеликим удовольствием щурился на ласковом летнем солнышке и трескал мороженное, которое «родственничкам», как и в прошлый раз, пришлось мне купить. В этот раз я потребовал такое же как у Ди, при свидетелях Вернон не посмел мне отказать. К змеям я на всякий случай даже близко не подходил, ни к чему это. Да и не верилось мне, что мой старый знакомый дополз тогда до своей Бразилии. Скорее уж или сам пострадал или покалечил кого, брать этот грех на душу второй раз мне не хотелось. Знаете, этот день действительно прошёл отлично! Лёжа вечером на своей раскладушке я пытался понять — почему так… Мне ведь уже не десять лет, и это даже не мой праздник, да и бывали в моей жизни куда более счастливые дни… но я всё равно чувствовал себя возмутительно счастливым. Чувствовал себя не девятнадцатилетней старой развалиной, а именно тем десятилетним мальчишкой, впервые в жизни попавшим на праздник… пусть и не свой. Осознавать это было немного странно… но чертовски приятно. Что-то во мне изменилось, но я пока ещё не понимал — что именно. *** Двадцать пятого июля я проснулся рано. Ну как проснулся… моё сознание среагировало на тихое дребезжание старого раздолбанного будильника Дадли, который теперь служил верой и правдой мне, а сознание уже «растолкало» мою тушку. Чем дольше я пользовался этой ментальной техникой, тем больше она мне нравилась. За ночь я вроде как и высыпался, но при этом успевал передумать чёртову уйму вещей, поковыряться в своей памяти… и много чего ещё. Очень удобно. Не сказать, что у меня имелся какой-то план, но… но за эти два неполных месяца пребывания в новой реальности я, кажется, уже смирился, что мне придётся провести здесь… ещё какое-то время, очень неопределённое. Последние дни я довольно часто размышлял о том, что мог бы предпринять, чтобы это время было более комфортным, чем в моей прошлой жизни. Петуния — ну не мог я воспринимать этих людей своими родственниками, хоть ты тресни — уже возилась на кухне с моей «новой» школьной формой, хотя в этот раз я встал на полчаса раньше, чтобы успеть переговорить с «тётушкой». Она окинула меня недовольным взглядом, буркнула что-то в ответ на приветствие и снова склонилась над баком, в котором перекрашивала старую форму Дадли. — Не стоит с этим возиться, наверное, — не слишком уверенно пробормотал я, размышляя о том, как начать разговор. За ночь я, конечно, прокрутил в голове тысячу вариантов, но так и не остановился на каком-то определённом. — Почему это? — Петуния опешила, наверняка не столько с моей реплики, сколько с моего задумчивого и не слишком привычного для неё вида. — Вы ведь догадываетесь, что мне придёт письмо из Хогвартса? — я внимательно посмотрел на неё. Бледные губы Петунии побелели ещё сильнее, когда она поджала их, скорчив недовольную мину. — И откуда, позволь узнать, об этом известно тебе? — пробормотала Петуния, наконец собравшись с мыслями. — Рассказали, — просто ответил я. — И что вы собираетесь делать? На этот раз Петуния думала долго, сверля взглядом содержимое бака, потом тряхнула головой, бросила своё бесполезное занятие и опустилась за стол напротив меня. — Что ты предлагаешь? Теперь уже опешил я. Она действительно интересуется моим мнением? Нет, такой вариант я тоже продумывал, но… и сам не верил в его реальность, как и в реальность доброй половины вариантов. — Полагаю, нам нужно как-то скрыть письма от дяди, — я решил следовать одному из наиболее удачных шаблонов, сгенерированных моей буйной фантазией. — Кто знает, что он выкинет, если увидит письмо… — Уничтожит, я так думаю, — казалось Петуния ушла в себя, размышляя о возможном развитии событий. — В лучшем случае. — Говорят, если письмо уничтожить, то на следующий день придёт новое, если уничтожить и его… в общем, в конечном итоге нас просто завалит письмами. — Кто говорит? — Петуния уставилась на меня цепким взглядом. — Да хрен какой-то носатый, — я невозмутимо пожал плечами, глядя на неё кристально честным взглядом. — Не спросил его имя. Петунию аж передёрнуло, её физиономия сморщилась, словно «тётушка» только что сожрала целый лимон. Интересно, это оттого, что я выругался или от неприятных воспоминаний из детства? — Я не смогу скрывать это от Вернона, — наконец Петуния заговорила вновь, игнорируя мою невоспитанность. — Спрятать письмо я смогу, конечно, но ты ведь всё равно поедешь в эту свою школу… — она на мгновение замолчала, хмуро разглядывая узоры на скатерти. — Да и кто-то из них должен будет отвести тебя за покупками. Кто-то из них придёт в мой дом… Её глаза расширились, словно эта мысль пришла ей в голову впервые. А раньше она о чём думала, интересно? Что пронесёт? Наивная. Я не удержался и фыркнул. Петуния бросила на меня сердитый взгляд, но промолчала. — Я спрячу письмо, — через некоторое время решительно проговорила она. — Если повезёт, то эти заявятся, когда Вернона не будет дома. Хотелось бы верить. Не знаю, что мог бы выкинуть «дядюшка», но проверять мне не хотелось. Как не хотелось снова тащиться чёрт знает куда чёрт знает зачем. Будем надеяться, что этого хватит, чтобы изменить ход событий… но не особенно сильно. Как я уже сказал, плана у меня пока не было. Я вообще не был уверен, что мне стоит рыпаться… но в данном случае нежелание второй раз лицезреть явно спятившего Вернона Дурсля пересилило нежелание что-либо менять. *** Надежды Петунии не оправдались, «они» заявились через два дня — в субботу, когда Вернон уже позавтракал и переместился в гостиную к телевизору. Петуния, как и обещала, письмо спрятала, так что эти два дня прошли без эксцессов. Я не настаивал на том, чтобы она отдала письмо мне, не хотел нервировать её ещё больше, она и так дёргалась по любому поводу, не заметить этого было сложно. Впрочем, у её муженька и сына это как-то получалось, они вообще мало что замечали в своей жизни. Вчера Петуния, как обычно с недовольной миной, вручила мне пакет с явно не новой, но вполне прилично выглядевшей одеждой и обувью, а главное — моего размера. И даже то, что сегодня я не выглядел как бомж, ни Вернона, ни Дадли не удивило. Потрясающая пофигистичность. Но что-то я отвлёкся. Так вот, «они» пришли в субботу, и «ими» оказалась одна лишь Минерва Макгонагалл. Я, грешным делом, думал, что Дамблдор снова пришлёт Хагрида, но обошлось. Макгонагалл достаточно быстро удалось заставить Вернона поверить и в существование магии, и в то, что мне вот прям во что бы то ни стало нужно ехать в Хогвартс и учиться контролировать эту самую магию во мне. Макгонагалл напирала на то, что необученный волшебник — это ходячая катастрофа и стихийное бедствие в одном флаконе. Вернон проникся. Хотя, мне кажется, она вдобавок использовала на нём какие-то чары, когда демонстрировала существование магии. Наверняка именно это заставило Вернона заткнуться и вроде как даже сойти за плюс-минус нормального человека. Нормального с точки зрения нормальных людей, а не Дурслей. В общем, мне даже не пришлось краснеть перед Макгонагалл и оправдывать как-то ебанутость моих «родственничков» — вели они себя прилично. Я же по большей части помалкивал, в основном тоже для того, чтобы сойти за нормального человека и не выглядеть совсем уж ущербным. Макгонагалл лишних вопросов не задавала, мне не удалось понять, знает ли она хоть что-то о моей жизни. В магический Лондон мы смотались в тот же день, просто переместились на задний двор «Дырявого котла», где я едва не распрощался с содержимым желудка, поскольку неприятные ощущения, сопровождавшие аппарацию в моей прошлой жизни, ожидаемо вернулись. Но размышлять об этом было особенно некогда. Макгонагалл быстренько потащила меня в банк и по магазинам, ссылаясь на то, что у неё мало времени и что есть ещё несколько будущих первокурсников, которых нужно успеть навестить за выходные. Меня всё устраивало, поскольку я пока явно был не готов откровенничать с кем-то из магического мира. Не хотелось мне и разговоров о моём «героическом» прошлом, поэтому я загодя напялил кепку, скрывающую шрам на лбу. Денег в банке мне удалось взять побольше, чем нужно было на покупки для школы, но гораздо меньше, чем хотелось бы. Макгонагалл строгим покашливанием намекнула, чтобы я особенно не увлекался. Пришлось пока отказаться от мыслей о бездонном кошеле, бездонной сумке и… да практически обо всём. Ключ от банковской ячейки Макгонагалл сразу же забрала себе, что тоже не прибавило мне хорошего настроения. Спасибо, что хотя бы сову купить позволила, не хотелось мне уходить без Хедвиг. В прошлой жизни я не раз задавался вопросом, куда делась моя белоснежная красавица и что с ней стало после моего «побега за крестражами», но ни Сев, ни Рем ответа на этот вопрос не знали, а больше мне и не у кого было спрашивать. Хотя… можно было потрясти Поттера на эту тему, но тогда на пьяную голову я об этом как-то не думал, а теперь… чего уж теперь. Вернулись мы к Дурслям точно так же, как и уходили — аппарацией. Не слишком приятно, но быстро и не пришлось трястись в магловском транспорте. Макгонагалл распрощалась с нами и ускакала по своим делам. Вернон ожидаемо поворчал насчёт совы, но как-то без особого энтузиазма, словно всё ещё находился под действием ментальных чар. Макгонагалл не произносила заклинания вслух, но оно и не удивительно, в ментальной магии вербальная формула не имела особого значения, главное, намерение. Я даже примерно представлял, что это могли быть за чары, но проверить не мог — опасался колдовать до школы. Развалившись на кровати в комнате, которую мне выделили после ухода Макгонагалл — «Вернон, а если они придут снова и узнают, что мальчишка живёт в чулане?» — я размышлял о том, что делать дальше. История уже изменилась. Не было домашнего ареста после поездки в зоопарк, не было встречи с Хагридом после путешествия со спятившим «дядюшкой», даже знакомства с Драко Малфоем и того не было. И философский камень из Гринготтса Хагрид не забрал… хотя, может, ещё заберёт, но уже без меня. Эта мысль натолкнула меня на другую… и даже не на одну. Она буквально сорвала плотину ограничений, которую я сам же себе и выстроил. Зачем-то. Мысли в моей голове забегали туда-сюда, сталкиваясь друг с другом, выстраиваясь в длинные цепочки гениальных планов, снова сталкиваясь, из-за чего цепочки разваливались, а потом собирались вновь уже в другом порядке… ну вы примерно поняли, что творилось в моей голове в последующие несколько часов. Когда планирование меня немного утомило, а сам я успокоился и пришёл к выводу, что все эти мои планы и выеденного яйца не стоят, то перешёл на уже более здравые размышления о суровой действительности. Хотя и не скажу, что эта действительность была такой уж суровой… разве что отсутствие вестей от Сева меня чертовски напрягало. Он не приходил, я был более чем уверен в этом, просто не мог пропустить его появление. Более чем уверен... но всё равно недостаточно. Я вздохнул и перевернулся на другой бок. Глупый Сев, ну вот чего ему стоило появиться и развеять мои сомнения? Но хотел ли я, чтобы всё пошло по старому сценарию? Наверное... наверное, нет. В глубине души я надеялся на то, что Судьба дала мне второй шанс, шанс прожить жизнь без вмешательства Дамблдора. Ну или я просто валяюсь в Мунго, потому что мои мозги размазало по полу директорского кабинета после обвала. Сложно сказать, в какой вариант я верил больше. Мысли перепрыгнули на Дамблдора. Заберёт ли он философский камень в школу? Для чего он сделал это в прошлый раз? Знал ли он о том, что пародия на Волдеморта учит детей в его школе? Наверное, да. Думаю, эта хрень с камнем была разыграна специально для меня. Ну и для Волдеморта, само собой. Но если Сев не пришёл… не значит ли это, что в данной реальности никто из меня марионетку не готовит? Что-то слишком уж часто я последнее время воспринимал происходящее… всерьёз. Но согласитесь, сложно воспринимать жизнь иначе, если всё настолько реально, что… чёрт, да даже жизнь в стазисе не казалась мне такой реальной, хотя её придумал я сам. А если происходящее действительно реально, если меня каким-то боком просто… перекинуло в какой-то другой мир, в другую реальность… вряд ли в прошлое, ведь Сев не пришёл... Если всё действительно так, значит, ничто не мешает мне попытаться внести и более существенные изменения в эту реальность. Заманчиво. *** Я с трудом дождался тридцать первого июля. Было очень сложно удержать себя от более активной деятельности, ограничиваясь составлением ещё более тупых и шатких планов. Наверное, то, что я два месяца сдерживал свою деятельную натуру, плывя по течению и просто наблюдая, сказывалось сейчас, поскольку усидеть на месте мне удалось с трудом. В среду, как только дверь за Верноном захлопнулась, я перевёл предвкушающий взгляд на Петунию. Она почему-то вздрогнула и поспешила отвернуться. На кухне кроме нас больше никого не было — Дадли ещё дрых, на каникулах он вставал не раньше полудня. Вернон должен был вернуться с работы только к вечеру, но если мне повезёт, то меня здесь уже не будет. По крайней мере, ближайшие несколько дней. — Тётя, вы не могли бы одолжить мне немного денег? — начал я как можно более мягко и учтиво. Петуния вновь повернулась ко мне, её физиономия выражала озадаченность. — Разумеется, я всё верну, мне только нужно поменять магические деньги на нормальные. Я специально использовал слово «нормальные», надеялся, что она оценит. И она вроде бы оценила. — Зачем тебе деньги? — Петуния бросила полотенце на стол и присела напротив меня. — Мне нужно добраться до Лондона, — честно ответил я, а потом добавил уже не совсем честно: — Мы там с моими новыми друзьями встречаемся, чтобы отметить мой день рождения. Я подумал, что приглашать их сюда было бы неправильно, хотя адрес они знают. Петуния вздохнула, она явно поняла намёк. — Как ты доберёшься до Лондона? — На поезде, потом на метро, — ответил я, понимая, что мне не придётся её уговаривать. — Я вчера прогулялся до вокзала, посмотрел расписание. Не пропаду, не беспокойтесь. Мне не хотелось бы доставлять вам с дядей ещё больше неприятностей, чем я уже доставил. Петуния рассеянно кивнула, потом поднялась из-за стола и покинула кухню. Вернулась она быстро, с кошельком и письмом из Хогвартса, которое вручила мне вместе с деньгами. Пересчитывая выделенную наличность, я с некоторым удивлением отметил, что хватило бы даже на такси, причём в обе стороны, и ещё на бутылку приличного вискаря осталось бы. — Можешь не возвращать, — проговорила Петуния. — Считай, что это подарок на день рождения. На все дни рождения. И она покинула кухню, оставляя меня охреневшим взглядом пялиться ей вслед. *** На такси я всё же тратиться не стал, рассудил, что если не удастся договориться с гоблинами, то этот подарок «тётушки» придётся весьма кстати. До «Дырявого котла» я добрался сравнительно быстро и совсем без приключений, но не сказать, что последнее меня расстроило, наверное, даже наоборот. Надвинув кепку на лоб, я зашёл в бар и словил неслабое такое дежавю, к которому, признаться, оказался не готов. Народу в баре было мягко говоря дофига для буднего дня. Тех старых ведьм в углу, надиравшихся с самого утра, я неплохо помнил. Беглый осмотр показал, что и Дингл в баре присутствовал, и Квиррелл… всё, как и в прошлый раз. Не хватало только Хагрида, но оно и к лучшему, на меня без него внимания никто не обратил. Вообще-то я собирался первым делом попытаться снять комнату на пару дней, но что-то подталкивало меня вперёд…. ну или как минимум побуждало поскорее свалить отсюда. Я не стал спорить с интуицией и прошёл на задний двор, а оттуда и в Косой переулок. Наверное, действительно имело смысл сначала разобраться с делами, а потом уже начинать транжирить деньги. В банке, ни на что особенно не надеясь, я подошёл к привычной стойке. Представьте моё удивление, когда на табличке клерка я прочитал «Каргорак». В прошлый раз Макгонагалл протащила меня к свободной стойке в другом конце зала, поэтому с моим клерком мы не пересеклись. — Чем могу помочь, мистер Поттер? — безошибочно опознал меня Каргорак. Я не сдержал ухмылки, хотя на моём мальчишечьем лице она наверняка смотрелась не особо эффектно. Гоблины этой реальности вряд ли чем-то отличались от своих сородичей из моей прошлой жизни — они точно так же были связаны между собой. — Могу ли я оплатить частную консультацию? Каргорак удивлённо вытаращился на меня, потом не слишком уверенно кивнул. За эти… годы стоимость частной консультации нисколько не изменилась. Мы прошли в отдельный кабинет, Каргорак устроился за столом и выжидающе уставился на меня. По правде сказать, чувствовал я себя странно. В моей голове мешались события прошлого, настоящего, будущего… если можно так сказать. Это было чертовски… не то чтобы дискомфортно, но сердце отчего-то билось неподобающе быстро, мне казалось, что я принял что-то запрещённое. Не самое приятное ощущение, стоит признаться. — Могу ли я как-то получить доступ к своему сейфу не имея ключа? — наконец заговорил я, старательно фокусируя взгляд на Каргораке. Чем больше я крутил головой по сторонам, тем сильнее на меня давило это неприятное ощущение неправильности происходящего. Вряд ли оно имело что-то общее с магией, скорее мой рассудок просто внезапно решил, что с нас хватит и что было бы неплохо немного отдохнуть в какой-нибудь больничке с отделением психиатрии, можно даже в магловской. Удивительно, что я держался так долго. — Боюсь, что нет, мистер Поттер. Если бы вы были совершеннолетним или не имели магического опекуна, то тогда мы могли бы просто восстановить «утерянный» ключ, но в данном случае заявление на восстановление должен подавать ваш опекун. — Понятненько, — пробормотал я, борясь с накатывающей тошнотой. Эта новость не сказать, что была такой уж неожиданной, но всё же... отвык я как-то нуждаться в деньгах. Да, небольшой запас монет у меня имеется, а в Хогвартсе мне деньги и вовсе не понадобятся, но… чёрт, я взрослый человек со своими потребностями! Ну вот нажраться хотя бы… в одиннадцать лет, да. Я вздохнул, окончательно признавая поражение и нелепость собственных мыслей. Стрёмное состояние немного отступило. — Что-то ещё? — теперь уже Каргорак смотрел на меня насмешливо. Я ещё раз вздохнул, собираясь с мыслями, и отвёл взгляд от его ухмыляющейся физиономии. Не просто же так я выложил свои кровные за консультацию, наверное, стоило спросить о чём-нибудь ещё. — А вы никаких услуг населению не оказывается кроме финансовых и консультационных? — поинтересовался я наудачу. Каргорак снова посерьёзнел, в его взгляд появился интерес. — Что вы имеете в виду, мистер Поттер? Да чёрт его знает, что я имел в виду. Мы играли в гляделки добрую минуту, пока я снова не отвёл взгляд. Наверное, я просто трачу его время. С другой стороны, гоблины — не волшебники, у них своя магия и они дохрена всякого видят. И вроде бы даже не болтливы. Рискнуть, что ли? Не прокатит, так не прокатит. Я был более чем уверен, что не прокатит. — Существует ли магия, которая как бы… из одного человека делает другого? — без особой надежды поинтересовался я, потом поспешно добавил: — Не оборотное зелье, не чары иллюзий, а что-то более эффективное. — Предположим, — ответил Каргорак после недолгого раздумья. — Как я понимаю, обороткой и чарами иллюзий вас не обмануть, а подобной магией? Каргорак нахмурился. Некоторое время он внимательно изучал меня, потом пожал плечами, словно сдаваясь. — Скажем, какой-нибудь ритуал, — помог ему я. — Умеете же вы, мистер Поттер, неудобные вопросы задавать. Ага, а ещё выбирать друзей, попадать в неприятность и так далее и тому подобное. А чего, собственно, я вообще добиваюсь? Ну, предположим, гоблины вдруг каким-то магическим образом узнают во мне Эммета Леманна и помогут сбросить чары... но денег на счету Леманнов нет, а у Поттеров есть. И зачем я тогда вообще копаю в этом направлении? Для чего? Ответ пришёл сам собой — я просто хочу удостовериться в том, что я не Эммет Леманн, что Эммета Леманна в этой реальности даже не существует. Ведь в этом случае… Каргорак оборвал мои размышления вежливым покашливанием. — Я могу навести справки об одной семье? — решительно заговорил я. — За дополнительную плату или типа того. — Или типа того, — повторил за мной Каргорак, разглядывая меня словно неведомую букашку. — Вы заинтриговали меня, мистер Поттер. Спрашивайте, возможно, я смогу вам помочь. — Леманны. Оделия, Артур и Эммет. Они живы? Каргорак прикрыл глаза и нахмурился. Мы просидели так минут пять, наверное, вряд ли меньше. Я уже начал думать, что что-то пошло не так и что ему нужна помощь, но обошлось. — Эти имена не числятся в нашей базе, — уверенно ответил Каргорак, наконец открывая глаза. — Фамилия Леманн не такая уж и редкая, особенно в Германии, но если интересующие вас люди волшебники, то услугами нашего банка они точно не пользуются. Ни в Англии, ни где бы то ни было ещё. А если они маглы… сами понимаете, — он развёл руками. Я кивнул. У меня не было причин не верить ему. Готов поспорить, за эти пять минут он или кто-то ещё из его собратьев переворошили всю их «базу». Значит… я действительно Поттер? Но если так, то, возможно, у них и доказательства этого найдутся… — А родовую книгу Поттеров я могу посмотреть? — Конечно, вы ведь Поттер, — Каргорак снисходительно улыбнулся и взмахнул рукой. — Опережая ваш вопрос — она настоящая, вне всяких сомнений. «Мы фуфла не держим, ага», — мысленно закончил я за него, поворачивая к себе толстенный талмуд. О да, родословная Поттеров явно могла бы посоперничать с блэковской, причём эти два рода пересекались едва ли не на каждой странице, а кое-где и по нескольку раз. Впрочем, оно и не удивительно. Я особо не всматривался в расплывающиеся буквы, лишь отмечал знакомые фамилии и листал дальше, меня интересовала только последняя страница. Лили Эванс и Джеймс Поттер — мертвы. Вне всяких сомнений. Я потряс головой и сфокусировал взгляд на своём имени — буквы перестали расплываться, но чувствовал я себя всё равно… сомнительно, снова накатывала тошнота. Наверное, нужно было заканчивать всё это и выкатываться на свежий воздух. Как-то тут слишком… душно. Я захлопнул книгу и отодвинул её от себя. — Вы узнали всё, что хотели? — Каргорак испарил талмуд взмахом руки. — Думаю, да, — ответил я без особого энтузиазма. Энтузиазм куда-то подевался сразу же, стоило мне понять, что… что в этот раз… всё действительно по-настоящему. Хотя, конечно, версию с Мунго всё ещё не стоило сбрасывать со счетов. Кто знает, может… — Я могу помочь вам чем-то ещё? — и вновь Каргорак вклинился в мои мысли. Я вздохнул, помотал головой и поднялся из кресла для посетителей. Денег за консультацию, конечно, было жалко, но… отрицательный результат ведь тоже результат. Да почему отрицательный? Не я ли ещё несколько минут назад мечтал о том, чтобы Эммета Леманна в этой реальности не существовало? Ну так вот… не существует, я — Поттер. Мать его. Настоящий. Попрощавшись с Каргораком, я покинул банк. На улице мне действительно стало лучше, по крайней мере, мысли в голове путаться перестали, да и тошнота прошла. И что мы имеем? Пожалуй, теперь я снова мог звать Дурслей родственниками… и знаете, наверное, я даже рад этому в некоторой степени. Если так подумать, то Петуния не была такой уж плохой… вон даже бабла мне отсыпала. Просто в прошлой жизни у нас как-то не сложилось — я не был нужен Дурслям… да и они мне, по правде сказать, тоже не были нужны. Даже в раннем детстве я не пытался воспринимать их близкими людьми, скорее досадной помехой на пути к свободной и самостоятельной жизни. После совершеннолетия я с удовольствием помахал бы им ручкой, вырвавшись наконец из этого ада, коим тогда считал жизнь у родственников. Но сколько в этих мыслях было от меня лично, а сколько навязанного Севом? Я не знал. Распознать изменение воспоминаний легко, распознать более тонкую работу с сознанием, с мыслями — куда сложнее… и не всегда возможно. Чёрт! Неужели эти дерьмовые размышления будут преследовать меня ещё и здесь? Или правильнее будет сказать — сейчас? Где я? В собственном разуме, в другом мире или в другом времени? Нет, последнее точно не катит, ведь Эммета Леманна в этой реальности не существует. И, если верить гоблинам, никогда и не существовало. Ноги сами привели меня в Лютный. Я остановился лишь тогда, когда понял, что прохожу мимо магазина волшебных палочек. Очень кстати. Решительно развернувшись, я зарулил в него. Не удивлюсь, если и здесь меня встретил тот самый гоблин. В будущем я видел его лишь трижды, но почему-то был уверен, что это именно он. — Мне бы волшебную палочку, — проговорил я. — Не очень дорогую, а лучше как можно дешевле… — потом подумал немного и добавил: — но подходящую. Для бытовых чар там или для ментальной магии… не знаю, — и окончательно замолчал. Словно заряд кончился. Я помнил это состояние по прошлой жизни. Удивительно, что здесь я почувствовал его впервые… и мне не понравилось. Чертовски не понравилось! Эта мысль немного растормошила меня, я вдохнул полной грудью, стараясь… не знаю… наверное, стараясь отогнать нахлынувшее безразличие. На удивление, помогло. Я смущенно улыбнулся гоблину, обеспокоенно разглядывающему меня. Не думал, что эти существа умеют беспокоиться. Гоблин удовлетворённо кивнул и задумчиво осмотрел прилавок. Одна из коробочек послушно поднялась в воздух, приблизилась ко мне и открылась. Я прикоснулся к палочке — простой, деревянной, гладкой и однотонной, без каких-либо узоров и других опознавательных знаков — и сразу же почувствовал тепло. Она легла мне в ладонь так же привычно, как та костяная — самая первая, которую я купил здесь. И хандра развеялась без следа. Я прикрыл глаза и словно наяву услышал голос Ди, звонкий смех Ари, наигранно-грозное ворчание Диего… на мгновение даже почувствовал присутствие Стаса в своём сознании. Наверное, этого мне не хватало больше всего. Даже больше, чем дружбы с Роном или Гермионой. Как бы мне хотелось… Я открыл глаза и кивнул своим мыслям. Гоблин, понимающе ухмыляясь, назвал цену — мизерную, по правде сказать, в пять раз меньше, чем я заплатил Олливандеру за свою первую палочку. Стоимость включала и кобуру, что тоже меня порадовало. Рассчитываясь, я глянул на часы, висевшие на стене. В голове заворочался один из забракованных ранее планов, но теперь… теперь он уже не казался мне таким уж глупым. Наивным — да, немного... Или даже очень много, но… — А можно консультацию? — я заискивающе улыбнулся и отсчитал ещё несколько монет, ровно столько, сколько стоила консультация в Гринготтсе. Гоблин хмыкнул, сгрёб монеты и с интересом уставился на меня. Я вытащил из внутреннего кармана конверт с письмом, в который утром вложил билет на поезд, выданный мне Макгонагалл. Вытряхнув билет на стол, я снова посмотрел на гоблина. — Министерство ведь не следит за несовершеннолетними? Я могу колдовать без опаски? Гоблин на мгновение задумался, потом протянул мне ладонь. — Позвольте осмотреть вашу первую палочку. Я без сомнений удовлетворил его просьбу. — Не вижу на ней каких-то посторонних чар, — озвучил он результат проверки, возвращая мне палочку, купленную у Олливандера. — И всё же советую колдовать только запасной. Однако сигнальные чары также нередко накладывают и на помещение, поэтому если вы сомневаетесь, а вокруг нет взрослых волшебников, на которых в случае чего можно свалить факт колдовства… сами понимаете. Но здесь или, скажем, в школе, — гоблин кивнул на билет, — полагаю, вас вряд ли кто-то поймает за руку. Это я и хотел услышать. Использовать магию было… даже приятнее, чем ощущать тепло волшебной палочки в руке. Первым делом я наложил чары невидимости на палочку и кобуру, уже закреплённую на правом предплечье, чем заслужил одобрительный взгляд гоблина, а потом бросил копирующие чары на билет. — Вы не могли бы изменить имя на нём? Боюсь, у меня на это уйдёт слишком много времени. Я не сомневался, что и сам смогу это сделать, если загляну в книжный, но не знал, как долго мне придётся искать подходящие для этого чары. — Никаких проблем, но он исчезнет… — гоблин взял в руки фальшивку и оценивающе осмотрел её, потом снова глянул на меня с уважением, — дня через три. Довольно неплохой результат для вашего возраста. Вот чёрт! Я как-то не подумал о том, что эти чары — временные. Шпаргалки в школе с помощью них лучше точно не делать. — А вы можете создать более долговечную фальшивку с нужным именем? — так легко сдаваться мне не хотелось. — Из вашего настоящего билета без проблем, — ответил гоблин, кидая фальшивку на стол. — Просто так — увы, в Гринготтсе нет подходящих бланков для этого. Я мог бы достать, но… сами понимаете. Ему лень, я это прекрасно понимал. Да и денег у меня столько не было, чтобы оплатить услуги подобного рода. Впрочем… Я усмехнулся и поинтересовался: — А если я принесу другой настоящий билет? — Вам придётся оплатить ещё одну частную консультацию, — гоблин хитро ухмыльнулся в ответ. Ну, на это у меня денег точно хватит. — Исправьте, пожалуйста, здесь на Драко Малфоя, — попросил я, указывая на фальшивый билет. — В счёт уже оплаченной консультации, так сказать. Гоблин рассмеялся и ткнул крючковатым пальцем в моё имя на билете. Буквы задвигались, словно смазываясь, и изменились прямо на моих глазах. — Три дня, — напомнил гоблин, когда дело было сделано. А вот это уже проблемы Малфоя. Я не сдержал зловредной ухмылки, кивнул и выбежал из магазина, не прощаясь. Если всё пройдёт по плану, то я вернусь уже минут через пять или десять. Мне повезло, я нашёл Малфоя в магазине одежды, как и в своей прошлой жизни. Молоденькая волшебница уже закончила со снятием мерок, но Малфой вроде бы ещё не уходил, наверняка ждал мадам Малкин, которой рядом пока не наблюдалось. Её помощница поздоровалась со мной и унеслась куда-то в подсобное помещение. — Привет, — скучающе протянул Малфой, когда мы остались одни. — Привет, — я улыбнулся во все тридцать два зуба, нагло встречая его оценивающий взгляд. Малфой хмыкнул, закончил осмотр моей пусть и не самой новой, но вполне приличной одежды и снова посмотрел мне в глаза. Испытывает, что ли? Ждёт, что я отведу взгляд? Не дождётся. Я рассмеялся. Он нахмурился. — Ты тоже в Хогвартс? — спросил я, поскольку продолжать разговор Малфой явно не торопился. — Да, — он всё же снизошёл до разговора с простым смертным, потом словно нехотя добавил: — Мой отец сейчас покупает мне учебники, а мама смотрит волшебные палочки, — Малфой бросил взгляд на часы. — А я торчу здесь уже больше часа. В его голосе явственно слышалось недовольство. Наверное, сам виноват — небось решил скупить половину магазина. Я снова не сдержал улыбки. Отчего-то сейчас меня Малфой не бесил, скорее… забавлял, что ли. И наша многолетняя вражда забавляла. Если уж я смог подружиться с Ди, то и с Малфоем наверняка смог бы через пару лет найти общий язык. Когда он немного повзрослеет. — Ты маглокровка? — прямо спросил Малфой, выражение моей физиономии явно не слишком его радовало. Я снова не сдержал смешок и отрицательно помотал головой. — Как тебя зовут? — Малфой и не думал прекращать допрос. — Эммет Леманн, — не задумываясь, ответил я. В конце концов, почему бы и нет? — А тебя? — я немного запоздало вспомнил о приличиях. — Драко, — ответил тот, подозрительность так и не сошла с его физиономии. — Драко Малфой. — Да ты что?! — я округлил глаза и попытался следом уронить челюсть, вроде бы получилось вполне натурально, Малфой проникся. — Не может быть! Не врёшь? — Малфои никогда не врут, — он приосанился, словно и забыл, что ещё мгновение назад подозревал меня во всех грехах магического мира. Я прищурился и окинул его подозрительным взглядом, после чего неохотно признал: — Ну вроде бы похож, конечно, но… Если ты действительно тот самый Малфой, то у тебя тоже есть билет на Хогвартс-экспресс с твоим именем. Я вытащил из кармана фальшивку и сделал вид, что внимательно изучаю её. Малфой вздохнул, словно я требовал у него магловский паспорт, и вытащил свой билет. Как всё просто. Не особо заботясь о приличиях, я цапнул билет из руки своего собеседника и подозрительно оглядел. Потом сложил оба билета вместе, сравнил размер, цвет, шрифт, разве что под микроскопом не изучил, но только потому, что у меня его не было, после чего удовлетворённо хмыкнул и вернул Малфою фальшивку, словно нехотя признавая: — И правда тот самый. Ну… значит, встретимся в школе. Малфой хотел было сказать что-то, но к нам очень вовремя выкатилась мадам Малкин. Я поздоровался и с ней, а потом самым бесстыжим образом сбежал, посмеиваясь над недоумением, отразившимся на физиономии Малфоя. Не то чтобы мне доставляло удовольствие издеваться над ним, но немного забавляло, чего скрывать. К гоблину я вернулся в самом что ни на есть приподнятом настроении, как-то позабылось и накатившее ранее уныние, и странное ощущение отъезжающей кукушечки в банке. Уже привычно отсчитав необходимое количество монет, я вручил их гоблину вместе с билетом. Тот спрятал деньги, осмотрел билет и удовлетворённо кивнул. Как будет добираться в Хогвартс Малфой его явно не интересовало. Впрочем, я сомневался, что для этого вообще был нужен билет. Сколько я катался на Хогвартс-экспрессе — билет мне так ни разу и не пригодился. Подозреваю, что это просто дань традициям и не более того. — Какое имя вы хотите видеть на билете? — Станислав Драгич. Гоблин прикрыл глаза. Я уже приготовился было ждать минут пять, но он очухался гораздо быстрее, чем Каргорак, и посмотрел на меня укоризненно. — Жестокая шутка, куда более жестокая, чем с подменой билета мистера Малфоя. — Это не шутка, — я нахмурился, но что ещё сказать просто не знал. В помещении повисла неуютная тишина. — Зачем вам это, мистер Поттер? — наконец спросил гоблин, так и не дождавшись от меня объяснений. — Хочу отправить этот билет другу вместе с письмом из Хогвартса, вдруг… — я тщетно пытался придумать оправдание своей глупой надежде. — Ничего такого, просто я подумал, что… Достойного оправдания всё равно не нашлось бы, поэтому я окончательно смутился и замолчал. — Вы должны понимать, мистер Поттер, что ваш друг… — гоблин на мгновение замолчал, наверняка тоже подбирал слова, кажется, неловко было нам обоим, — даже при всех его талантах вряд ли сможет учиться в Хогвартсе. Значит, в югославском Гринготтсе знали, что Стас сквиб… и наверняка тоже обратили внимание на его дар. Не могу сказать, что меня это удивило. — А вдруг прокатит? — я посмотрел на гоблина умоляюще. — Что если так и должно быть? У Судьбы есть на всех свой план… что если мы немного ей поможем? Гоблин вздрогнул и уставился на меня округлившимися глазами. Выдержать его взгляд было не так-то просто, но я смог. Наконец он как-то рассеянно кивнул и перевёл взгляд на билет. — Как вы собираетесь отправить его? Я призадумался. Сова, конечно, у меня теперь имелась, да и точный адрес поместья семейства Стаса я знал, но что-то мне говорило, что и это лучше доверить профессионалам. Если они, конечно, согласятся и не затребуют за свои услуги слишком много бабла. — Вы не могли бы сделать это за меня? — спросил я гоблина. — Не подумайте ничего такого, я действительно не задумал никакой гадости… просто Стас нужен мне в школе. Как друг и как видящий. Гоблин снова кивнул. — Да, так будет лучше, — всё ещё не слишком уверенно произнёс он, потом хмыкнул и лукаво добавил: — Так сказать, в счёт нашего с вами будущего сотрудничества, поскольку, как я понимаю, оплатить сейчас дополнительные услуги вам нечем. Я развёл руками и виновато улыбнулся. — Если вы не поможете мне залезть в сейф без ключа, то мои финансовые возможности сейчас действительно сильно ограничены. И вновь гоблин кивнул, хитрое выражение его физиономии снова сменилось на задумчивое. Он подобрал билет со стола и засунул его в карман старомодного сюртука, после чего напомнил мне: — Письмо. Будет лучше, если вы отдадите своё, вряд ли оно вам ещё понадобится. Я кивнул и вытащил из кармана конверт с письмом из Хогвартса. Гоблин вытряхнул письмо и приложение со списком необходимого для учёбы из конверта, пробежал оба листа взглядом, запихнул обратно и спрятал в карман к билету. — Адрес… — начал было я. Но гоблин оборвал меня взмахом руки. — Адрес нам известен, письмо отправят сегодня же. Хорошего дня, мистер Поттер. — Хорошего дня, — машинально ответил я и покинул магазин. Слишком уж зыбко это всё. Не то чтобы я не верил гоблинам… впрочем, я им действительно не верил, однако не считал, что в данном случае они обманут… но у этой затеи было столько слабых мест, что нужно быть полным глупцом, чтобы… а, ладно. Я мысленно махнул рукой. Будь что будет, других вариантов у меня всё равно нет. Да и интуиция подсказывала, что мы со Стасом всё равно встретимся — не в этом году, так в следующем. Теперь я с Дадли точно не слезу, пора начинать готовить его к перевоплощению в Ди, для этого я тоже парочку планов продумал. Таких же нелепых. На глаза попалась вывеска книжного, и я без колебаний свернул в него. Внутри меня встретил уже знакомый продавец, а вот я ему знаком не был, поэтому к визиту школоты в свой магазин он явно отнёсся с настороженностью. Ну не погнал сразу и на том спасибо. — Здравствуйте, папе нужны две книги Арианы Мерлинсон, — заговорил я, старательно наморщив лоб. — Исцеление ментальных состояний и эта как её… — я замолчал на мгновение, потом уставился на продавца виновато. — Ну синенькая такая… или зелёненькая… но точно не красная, красная у нас есть. Вот блин… забыл. — Синенькая? — продавец посмотрел на меня обречённо. Я лишь развёл руками. Он вздохнул и указал на нужный ряд — на перечисление трудов мисс Мерлинсон у нас ушла бы половина дня, а на пороге магазина уже появились более солидные покупатели. Я кивнул и направился к нужному мне стеллажу, за столько лет здесь, судя по всему, совсем ничего не изменилось. Вот только интересовал меня не стеллаж с книгами по колдомедицине, а тот, что располагался напротив него — с книгами по куда более интересной ментальной магии. Я понятия не имел, что именно ищу, просто во мне после визита к гоблину откуда-то вдруг поселилась уверенность, что всё у нас получится. Если уж гоблины не стали спорить с моим заявлением о Судьбе, то… почему нет? Я чувствовал себя так, словно от души приложился к флакону с зельем удачи. Мне просто должно повезти, иначе и быть не могло. Взгляд зацепился за знакомый корешок. Я вытащил книгу с полки — так и есть, именно в ней Стас нашёл упоминание о чарах стазиса. Мы не дочитали её до конца, я тогда просто просмотрел её, но особо не вчитывался. Наверное, она хранила в себе ещё немало интересного, жаль, что денег на неё у меня бы не хватило. Я пролистал книгу до последней страницы… и едва не расхохотался. Ну и зачем нужно зелье удачи, если я и так Её любимчик? — Эй парень, ну что там? Нашёл? Голос продавца вырвал меня из грёз. — Вот хоть убейте не помню, — выкрикнул я в ответ, поспешно возвращая книгу на полку и выруливая из-за стеллажа. — Сейчас папу позову, пусть сам выбирает, а то они там все какие-то не такие как у нас. — Переиздания, вероятно, — предположил продавец, пожимая плечами и возвращаясь к беседе с дородной, но миловидной мадам. По пути к «Дырявому котлу» я усиленно старался не скатиться в сожаление о прошлом. Да, если бы мы нашли это заклинание раньше, то наверняка всё сложилось бы иначе. Я не брал Стаса с собой в Хогсмид лишь потому, что знал — он расстроится. Одно дело раз в пару недель забредать в магический Лондон, и совсем другое каждый вечер наведываться в магический же Хогсмид, где даже воздух пропитан волшебством, и совершенно всё и все напоминали бы Стасу о том, что ему самому волшебство недоступно. На последней странице той занимательной книжки я нашёл то, что могло бы помочь нам — особое заклинание связи. Одно из многих, но уникальное в своём роде — оно позволяло волшебнику черпать магическую энергию другого волшебника, тем самым усиливая его заклинания. То, что я интуитивно попытался проделать с Дамблдором — вложить его силу в уничтожение его же рассудка. Теперь я знал, что это действительно реально. Готов поспорить, с помощью этих чар даже Стас сможет колдовать. Иначе… иначе госпожа Удача не повела бы меня в книжный. И пусть в отличие от чар стазиса это заклинание не было таким уж безвредным, но… за всё в этой жизни нужно платить, даже если и продолжительностью самой жизни. Мы ведь со Стасом наглухо отмороженные на всю голову — одну на двоих. Что нам какой-то десяток лет жизни, если учитывать, что волшебники стареют медленнее обычных людей и живут гораздо дольше? Я к этому готов. И вряд ли ошибусь, если скажу, что и Стас тоже согласится без колебаний. Я старался не думать о том, что очутился здесь именно из-за своего раздолбайского подхода к жизни. По правде сказать, я вполне допускал мысль, что моя прошлая жизнь всё-таки закончилась под обломками Хогвартса. Если так подумать — Дамблдор должен был быть связан с замком, и если мне действительно удалось ментальным ударом не только разрушить стазис, но и превратить мозги Дамблдора в фарш... кто знает, как отреагировал на это замок. Мне не хотелось думать, что по моей вине столько ни в чём неповинных людей погибло под завалами вместе с нами... и об этом я тоже решил не думать. Как говорит Стас — если херня случается, а ты ничего не можешь с этим поделать, просто расслабься и постарайся получить удовольствие. Именно этим я и решил заниматься — получать удовольствие. Может, этой реальности и не существует вовсе, а если она и существует, где вероятность, что в ней мы хотя бы до середины жизни дотянем? Я скорее поверю в то, что мы отъедем гораздо раньше, по причине полного отсутствия инстинктов самосохранения. Так что нам тогда какой-то десяток лет? Если всё получится, то Стас сможет использовать магию — это главное. Честный обмен, я считаю.