Очерняя Сумерскую Розу

…Теплая рука нежно коснулась русой макушки, приглаживая каждый взъерошенный локон на голове. И пусть они выбивались меж смуглых пальцев, нет ничего милее этой изящной картины .Кровать, трепетание тонкой занавески над окном и сонная леди. Дама то и дело ворочалась, словно невольно отторгала скорое пробуждение .Она тихо сопела, и кажется, даже не ощущала стороннего тепла даруемое крупной рукой. А мужчина все настойчиво продолжал гладить виляющую в разные стороны голову Увы, воспоминание былых дней оставляет на губах лишь терпкую горечь. Пальцы загрубевшей от меча мужской руки сползают все ниже, в попытке помочь распахнуть свинцовые веки. От него пахнет теплом, пахнет чем-то родным. Запах сигарет, терпкого винограда, мяты. Ускользающие запахи былой жизни. -Лиза, проснись .проснись, Лиза- то и дело настойчиво повторял голос над ухом. -Лиза.- … Элизабет распахнула глаза довольно резко, испытывая искреннее чувство пробирающего до костей ужаса. Тело ощущалось настолько неповоротливым и тяжелым, что казалось, в постели лежит вовсе не женщина, а гранитный монолит. Ей пришлось полежать еще пару минут, прежде чем ощутить первое покалывание в пальцах рук и ног. Женские конечности были словно чужими. Разбитую душу и разум растащили осколками по пустому сознанию, не давая возможности вернуться в реальность и сделать один свободный вдох. Грудная клетка была скованна тяжелыми металлическими цепями пребывающего в апатии разума. Сумасшествие медленно пробиралось черным туманом в мысли и обволакивало пеленой безрассудного гнева. И первая его вспышка была вчера. Худые ножки ведьмы с тихим шорохом скользнули по хлопку постельного белья, забираясь хотя бы на короткий промежуток времени под ткани. Тяжелое пуховое одеяло отделяло Лизу от суровой реальности незнакомой комнаты и внешнего раздражителя — холода. Коснувшись запястьем век и чуть их потерев, дама принялась внимательно изучать окружение. Полумрак. Шторы из зеленой ткани плотно сомкнуты, не давая ознакомиться с пейзажем за окном. Дубовые темные, практически черные полы, нагромождение шкафов с книгами, массивный деревянный стол, шкаф в углу, запертая дверь из того же материала, лампа с теплым оттенком света на тумбе у постели. Новых предметов вокруг так много, что сложно разом все осмыслить остывшим мозгом. Пелена постепенно сходила прочь, позволяя по пазлам вернуть воспоминания о прошлом дне. В моменте появилось ощущение, словно то, что вчера было сотворено этими руками, было не сделано ней, а кем-то чужеродным. Ведьма опустила взгляд на бледные ладони и ужаснулась. Под ногтями все еще виднелись остатки крови, а запястья были исцарапаны чередой запекшихся линий рваных порезов. Логично предположить, что бедная Джинн пыталась сопротивляться и цеплялась ногтями за спасительную нить, а может эти ужасные следы оставила в порыве беспамятства себе сама Лиза. Внутри живота начал скручиваться странный комок негодования. Внушительный участок жизни в моменте окончился благодаря самой библиотекарше. Или же тому вина смерть возлюбленного? Сложно дать ответ, когда внутри опустошение и чувство утраты. Скорбь обуздала ее разум, покрывая негодование воспоминаниями недавней весны. Умереть должен был не Кэйя, а сама Лиза. Но, кажется, в тот вечер умерли оба .Склонив голову, женщина прижимает холодные ладони к глазам. В пустующей спальне раздается лишь слабый треск огня в камине и тихие всхлипы. … Сложно сказать, сколько времени ушло чтобы Минчи наконец очнулась от кошмарной безысходности. Но, наконец, она взяла себя в руки и поднялась с постели. Ноги коснулись холодного пола, заставляя ощутимую дрожь пробить тело насквозь. Как оказалось, вместо окровавленного пурпурного образа сумерской ведьмы на изящных изгибах тела была надета плотная сорочка. Бросив краткий взгляд на серебряное зеркало на стене, Минчи расправила скованные плечи и медлительно проследовала к окну .Ее руки силой распахнули тяжелые ткани штор оттенка зеленого мха, наконец позволяя узреть желанный вид. За стеклом расположились десятки ровных домов незнакомой ей архитектуры .Сдержанные, двухэтажные дома белых и серых оттенков, что от блеска обильно лежащего всюду снега отдавали великолепной синевой. Изящные окошки с ставнями .И самое интересное, что у каждого окна особый наличник .То, чего ведьма прежде не наблюдала в других регионах. Вокруг домиков аккуратный, низкий заборчик, крыльцо с изгибом темных перил на стальных, темных ножках. Широкие дороги припорошил снег, снизу бродили люди в укороченных, а местами наоборот удлиненных шубах черного оттенка. И лишь изредка среди них выделялись роскошные офицерские облачения с рубинами, золотом и вставками из нитей серебра. Заправив растрепанный русый локон за ушко, ведьма медленно прошлась по крышам домов и лишь потом обратила взгляд к небу, невольно перенося вес на руки, что стояли как опора на подоконнике .Ее плечи слегка приподнялись, а сахарные губки разомкнулись. Темное небо разрезала яркая линия северного сияния .Явление, подвластное лишь региону суровой зимы. Переливы зеленых, желтых, голубых оттенков создавали неповторимое сочетание красок, заставляя сердце пропускать удар. Вдалеке эта красота отражалась в куполообразной крыше массивного здания. Жаль, из-за изящно вьющейся метели с рассмотрением архитектуры возникли сложности. Но безусловно это именно то место, куда новый член фатуи обязана попасть на прием к хозяйке владений. Склонив голову, Элизабет отступила от холодного окна и повернулась к столу с лежащим на нем письмом. Ледяные пальцы медленно вскрыли алую, форменную восковую печать на конверте, позволяя бумажному изделию раскрыться в ее руках. Слегка потертая, желтая бумага содержала в себе информацию о предстоящем вечернем приеме во дворце Архонта стужи. Встреча была назначена на 19:00 .А до этого времени новая ассистентка Мари должна была привести Минчи в порядок и ввести в курс дела. Женщина медленно сложила письмо обратно и проследовала к двери, желая позвать неизвестную компаньонку. Время сборов пролетело незаметно. Ведьма стояла на первом этаже нового дома, рассматривая непривычные одежды. Сейчас она себе напоминала тем самых рядовых фатуи, что извечно беседовали недалеко от фонтана .Черное облачение отделанное мехом, плотные перчатки, высокие кожаные сапоги .Ее, ту самую Лизу, выдавали лишь изгибы пухловатого в бедрах и груди тельца и широкая русая коса. Библиотекарь поправила капюшон и уже развернулась к двери, как ее плеча коснулась низенькая, худощавая блондинка. Та самая Мари, нежно протянувшая стальную маску. — Все мы носим маски. И вы теперь тоже должны. — разорвала тишину молодая ассистентка, надевая на верхнюю половину лица женщины маску. Ее теплые руки заботливо поправили русые локоны подопечной, делая новый образ более гармоничным, и словно таким образом сглаживая скомканные чувства Лизы от новой реальности. Но вот только дева продолжала поджимать губы, испытывая легкую неприязнь к элементу одежды. Мария тихо вздохнула и отступила на шаг, легким жестом поправляя и свою укороченную шубку. — Мне сложно понять, что вы чувствуете .Я родилась и выросла здесь. Но в Снежной каждый имеет свою роль. Примите ее и станьте частью этого механизма. — тихо добавит она, бросая равнодушный взгляд стеклянных глаз на ведьму. — Пора— прервала разговор чужестранка, нажимая на блестящую дверную ручку. Снежинки продолжали свой танец .Они медленно кружились в воздухе, оседая новым слоем на глубоких сугробах, волосах и изгибах стальной части лиц людей. И даже в этой стуже кипела жизнь. Детский смех, аромат выпечки, обсуждение свежих новостей. Хотелось забыться в окружающей действительности, но вместо этого Лиза продолжала слушать громкое сердцебиение в груди, свое тяжелое дыхание и шум крови в ушах. Она не заметила, как Мари завела ее в карету и усадила на красное сидение, отдавая кучеру приказ ехать. По мере приближения к дворцу, начали вырисовываться ряды деревьев и ограда железного забора с незамысловатыми изгибами сверху. Разум снова очищался от сторонних мыслей, позволяя ведьме прийти в себя. Дернув в конвульсии голову в сторону, она широко распахнула ресницы под маской и повернула голову к окну. Обитель предвестников и Царицы был поистине внушителен. Высокие античные колонны, мраморные лестницы, высокие окна с изгибами черной оконной рамы. Сквозь стекла на снегу отражался теплый свет и дорогое убранство места. Снаружи работники сметали снег с крыльца здания .Другие сотрудники стояли у высоких дверей внутрь .Темный дуб с узорами серебряных тонких линий, что в незамысловатой картине сочетался с золотыми ягодками и листвой. В этом месте хранятся главные тайны одной из самых могущественных организаций. А главное, именно здесь восседает Крио Архонт. Но от чего-то, изучая архитектуру и внешние характеристики здания, Минчи задумалась, есть ли тут внутри библиотека? В любом случае, Мария медленно вытягивает Элизабет из кареты и помогает ей устоять на скользкой дороге во дворец Царицы. … Лиза медленно следовала по коридорам со своей сопровождающей и двумя стражниками .Их шаги сливались в единый, отчеканивающий равномерное шествие, звук. Лица и силуэты отражали в мраморном полу, натертом настолько идеально, Что лишь узор природный камня выдавал в зеркале горную породу. Взгляд девы скользил по холстам с картинами природы. С одной стороны висели ночные озера в окружении сосен, с другой лесные звери среди снежной пустыни. Но вот, они повернули в коридор по правую руку. Здесь на полу была постелена красная дорожка с параллельными золотыми линиями по обеим сторонам ковра, проходящая вдоль всей ткани. На полу стояли высокие античные тумбы с золотыми табличками имен предвестников, а сверху над каждой висел холст с поистине величественным портретом каждого хозяина имени .Одно из мест пустовало, а одна картина была накрыта красной тканью, как и тумба под ней. Самой изящным произведением являлся потрет Царицы, чье лицо было скрыто от чужих глаз белой вуалью. Лиза зацепилась взглядом за изгиб худых, мертвенно бледных рук архонта. В голове начались размышления относительно вариантов лица под тканью, как вдруг, от стен отразился громкий звук. Это был яркий, бодрый смех юноши. Его голос был звонким, радостным, и прошибающим Лизу насквозь. Навстречу им шел рыжий парень .Он был крепкого телосложения, в укороченных перчатках и сером костюме. Гидро глаз бога ярко поблескивал на его черном поясе. Незнакомец ярко смеялся, ведя беседу с еще одним представителям фатуи, но явно рангом заметно ниже того, что шел рядом, привлекая своим нахальным поведением внимание. Он развел руки в сторону, что-то невнятно произнес и вновь издал радостный звук. В мгновение у Минчи обмякли ноги, а перед глазами появилась пелена. Жестикуляция, тембр голоса оказались до дрожи в коленках знакомыми. Рыжие пряжи сменились синими, а серый костюм на совсем иной нард, намного более привычный. Однако, перевоплощение в ее голове произошло лишь на долю секунды. Сейчас было не к месту вспоминать ушедшего в туман партнера. Не к месту, когда уже за углом двери к ее последнему шансу на счастье. Голубоглазый предвестник не обратил внимания на частицу нижних частей пищевой цепи. У него были дела явно важнее .Однако, на мгновение они чуть повернули голову навстречу друг другу .Внутри живота вновь возник тошнотворный ком паники и апатии. И как же в эту секунду женщина благодарила Селестию за наличие маски поверх бледнеющего лица. Лиза плотно сжала руки в кулаки, заставляя прити себя в норму, закусила пухлые губы и уверено прошла мимо незнакомцев, следуя за сопровождающими к входу. Еще один рядовой фатуист распахнул проход в помещение. За спиной лишь раздался тихий хлопок закрывшейся плотной двери .Сердце чужеземки замерло. Ведьма оказалась в просторном помещении с невероятно высокими потолками. Светлое, масштабное, но к ее удивлению, абсолютно пустое. Внутри не было ничего. Лишь прямо проходящая по полу красная дорожка, ведущая к пьедесталу с ступенями, венцом которого оказался трон. Ложе из серебра с инкрустированными камнями лазурита в форме капель был частично скрыт изящной шелковой вуалью. И могло показаться, что под ней никого нет, однако, свечи под потолком частично оказались потушены, но вот подсвечники по обеим сторонам пьедестала наоборот мгновенно зажжены. Тем самым силуэт хозяйки оказался подчеркнут. Худощавая леди внимательно разглядывала небольшой предмет в своих тонких руках, то и дело приподнимая его над лицом. Минчи впала в ступор .Дыхание сперла. По коже побежали мурашки, а колени вновь подкосились. Но как бы не было страшно она «последний шанс». Взмахнув головой и неуверенно пригладив ладонями косу на плече, Лиза шагнула навстречу судьбе. Ее движения казались тяжелыми и совершенно бесшумными .Возможно дело в ковре под ногами, но вероятно ее голова была просто переполнена мыслями. — Ваше Величество — громко произносит женщина, плавно опуская на одно колено и приклоняя свинцовую голову. — Вероятно, я излишне эмоционально и сумбурно описала свои чувства в письме.- — — Глаза бога способны хранить память о владельце. Каждое бесценное мгновение человеческой жизни остается осколками воспоминаний. — прервала ее Царица. Голос женщины был размеренный и совершенно безэмоциональный .Она была совершенно холодной, подобно зимнему пейзажу за окнами. Силуэт за шелком убрал от лица артефакт и медленно отложил его на подлокотник своего трона. — Верно .и что же вы увидели в моих? — — Именно в твоем я вижу скорбь и агонию. Думаю. историю Капитана Кавалерии будет излишней. В наших краях о покойниках. либо хорошо, либо никак. — в пальцах сверкнул яркий, фиолетовый огонек. Царица повернула лицо к огоньку. И сейчас, при свете свечей, даже через несколько тканей, Минчи смогла разглядеть изгиб изящного подбородка, слегка вздернутый тонкий носик, скулы и длинные ресницы, что невероятно медленно смыкали веки. — Никогда не видела чтобы такую могли расходовать в пустую. твой необузданный потенциал, Лиза. Трагичность судьбы хрупкого цветка мне на руку, но беря раз за разом твой глаз бога .я продолжаю слышать слезы. Неужели безрассудный кавалер. вызывал в тебе это чувство. — — Любовь — тихо, но довольно бесцеремонно дополняет ведьма, медленно сжимая ладони в дрожащие кулаки. —Любовь. встань, глупое дитя. Приходя в мои земли, Чего же ты возжелала. — — Старый мир не дал мне ответов. В моем мире человек рассыпался пеплом. Он оставался лишь воспоминанием. Я хочу стать частью нового мира, чтобы хоть раз вновь почувствовать тепло его грубых ладоней. — в горле рокотали слезы. Лиза с трудом стояла на месте. Казалось, еще немного, и она упадет навзничь прямо у ног хозяйки мертвых земель. Но от поступающей истерики ее спасли руки женщины, что резко раздвинули с стороны шелка купала. — Встань с колен и подойди сюда — с неким укором произнесла она, подзывая жестом раскрытой ладони ведьму к себе. Библиотекарь покорно встает и делает несколько шагов ближе .Она встает и вроде бы приоткрывает рот что-то произнести, но архонт подзывает ее еще ближе. Минчи неуверенно поднимается по лестнице и покорно садится на одну из ступеней, поднимая лицо к госпоже на троне. До ужаса холодные пальцы поглаживают подбородок бледнеющей от ужаса девы. Подушечки скользят к маске и довольно легко ее снимают, заставляя русые локоны небрежно упасть на лицо Элизабет. Другой же рукой Царица протягивает ей глаза бога один был потухшим полностью, а вот второй по мере приближения к хозяйке начинал сиять сиреневым оттенком. Какова была госпожа Крио Архонт? Ее седые, длинные локоны лежали на ключицах и покрывали худые плечи. Подобно античному изваянию она практически не двигалась, не дышала, и даже в мертвой тишине не было слышно ее сердцебиения. Белоснежные ткани опоясывали ее тело, формировали длинные, бесформенные рукава. Сумерская роза не могла издать и звука, она застыла, пытаясь разглядеть под тонкой, изящной, ажурной вуалью ее черты подробнее, но увы, все равно запретный плод остается не доступным ее испуганным изумрудам глаз. — Я дам тебе шанс стать частью нового мира. Но эти руки должны помочь нам сжечь старый. Совершенно мертвый и пустой, подобно пустыням Сумеру. — завораживающе тихо произносит госпожа, вкладывая бесценные глаза бога в ладони Лизы и медленно накрывая их своими. — Я дам тебе время, дам возможность вернуть то, что оказалось дороже жизни. Но помни, Лиза. Твой мир до отныне мертв. Твое тело и душа служат во имя идей Фатуи. Я буду следить за тобой. Твой потенциал соблазняет и дарует надежду, реализуй его, а иначе. — Царица делает акцент а последних двух словах, чуть наклоняясь вперед. Ее длинные пальцы резко сжимают ее запястья, мгновенно прошибая леденящим душу холодом. Мгновенно глаз бога Минчи вспыхнул, а под тканью одежды по светлой коже прошлись яркими линии сиреневых вен. Боль заставила лицо девы болезненно скривиться, а тело в конвульсии согнуться. Пару секунд Лизу буквально выворачивает наружу. Однако, мучить ее долго не планировали. И медленно убрав руки, госпожа пустоши медленно распрямилась и властно устроилась в кресле. —Иначе я напомню тебе о твоем проклятии, милая Элизабет. Ты умрешь в муках, как и когда-то дорогие люди из прошлого. — угрожающий тон смягчается. Женщина размеренно отводит руку в сторону и взмахивает ей в задумчивой тишине. — Иль-Дотторе сейчас в Снежной .Завтра заступишь под его начала рядовым солдатом-ученым. Оправдай мое доверие и затраченный в будущем ресурс, Минчи .А теперь ступай. — Испуг медленно сошел на нет. Взгляд стал более четким, дыхание вновь стало тихим, а сердцебиение вернулось в норму. Лиза медленным жестом поправила локон челки и спешно протерла лицо, возвращая состояние в норму. Недавний шум покинул голову, и наконец, тело находит силы распрямиться. — спасибо, Ваше Величество. — Медленно поклонившись, пурпурная ведьма наконец покидает помещение. Ее жизнь начала написание новой истории.