Саргассум

29 ноября 1717 года, полдвенадцатого дня, «Меч Годрика», остров Сундук Мертвеца, Британские Виргинские острова, 18°21´ северной широты, 64°33´ западной долготы Приковав первым делом Снейпа наручниками к грот-мачте, Гарри бросился на помощь Рону. Дезориентированные аппарацией магглы, попадав на палубу, стонали, не в силах подняться на ноги, а некоторых вывернуло прямо на доски. Гарри презрительно фыркнул — тоже мне, горе-моряки! Подумаешь, всего лишь групповая аппарация. Рон слегка огрел их конфундусом и крепко принайтовал всех восьмерых к фоку, так что ни один из них не мог бы освободиться, будучи привязанным к остальным. Вооруженные кривыми саблями пираты карабкались по веревочным лестницам и перепрыгивали на палубу, а маги оттесняли их обратно за борт или оглушали конфундусом, но за ними шли следующие, гонимые яростным приказом Тича. Их было так много, что они уже образовали под фальшбортом свалку, но они лезли и лезли, зажав в зубах сабли. Самое плохое, что могло произойти с командой «Меча Годрика» в далеком прошлом, грозило вот-вот случиться — был бы тяжело ранен или убит кто-то из магов либо из магглов. И это был вопрос минут, если не секунд. Как раз в самый разгар сражения Снейп, которого Гарри время от времени высматривал в пороховом дыму, сделал попытку освободиться от магических наручников, и Гарри, рассвирепев и окончательно потеряв терпение, как следует огрел его ступефаем. Снейп рухнул на колени, и только прикованные к грот-мачте руки удержали его от падения на палубу. Усилив голос сонорусом максима, Гарри прогремел так оглушительно, что, должно быть, сам Дэви Джонс присел на попу на дне морском: — Капитан Тич, немедленно уведите своих людей с «Меча Годрика»! — Иначе что, капитан Поттер? — усмехаясь, проревел в ответ Тич. — Иначе ваши люди, захваченные нами на Сундуке Мертвеца, никогда не вернутся на родной корабль! — и с этими словами Поттер отступил в сторону, предъявляя взору капитана Тича и его банды восьмерых пленников, крепко привязанных к мачте. Наступила тишина, прерываемая только стонами оглушенных магглов. Обращаясь к своему первому помощнику, Тич сказал: — Мистер Тернер, капитан Поттер предлагает нам отказаться от претензий на его корабль. — Ай, капитан, — ответил Тернер. — Предлагает взамен вернуть нам восьмерых людей. — Ай, капитан. — А если мы их вернем, то… — То мы упустим добычу, капитан. — И не только. — Ай. Еще наша доля уменьшится на восемь частей. — Так что вы думаете, мистер Тернер? — Я думаю, что эти восьмеро сами виноваты — зачем они позволили чужому капитану взять их в плен? Тич издевательски поклонился, метя шляпой по самой палубе. — Капитан Поттер, мы вынуждены отклонить ваше любезное предложение! Стрельба из мушкетов и пушек немедленно возобновилась, и Гарри, подняв палочку, прошептал: — Ты сам меня вынудил, Тич. Империо! Луч заклинания ударил в Тича, и вокруг его головы появилась легкая зеленоватая дымка. Несколько секунд Тич прислушивался к себе, потом мерзко оскалился, показав рот, полный золотых и серебряных коронок. Подняв правую руку, он продемонстрировал тяжелый перстень черненого серебра. — Матушка была права, у вас, магов, есть презанятные вещицы! В отчаянии Гарри бросил взгляд в сторону Снейпа. Сидя на палубе и мотая головой, тот постепенно приходил себя, но к нему уже подобрались несколько человек из команды Тича, возглавляемые Билли Боунсом. Боунс попытался сорвать у Снейпа с шеи медальон, но обжегся и заорал, тряся рукой — должно быть, Снейп защитил медальон какими-то чарами. Гарри бросился к нему, выпустив из палочки ступефай, предназначенный пиратам. К сожалению, именно в этот момент Снейп смог приподняться с колен, и ступефай попал ему прямо в грудь. В дополнение Боунс огрел его рукояткой сабли по голове, а его дружки перерубили саблями цепь от наручников. Глаза Снейпа закатились, и он потерял сознание. Четверо пиратов потащили его к бакборту. Гарри и Рон рванулись за ними, отбрасывая магглов в стороны желтыми искрами релашио, но было поздно — перепрыгнув со своей добычей через борт, они быстро удалялись в шлюпке в обход «Меча Годрика» к «Мести королевы Анны». Гарри метнулся к штирборту «Меча», но фрегат уже отцепился от корабля Гарри и медленно отходил, подбирая последних пиратов из абордажной команды. Гарри и Рон обреченно посмотрели друг на друга — теперь им еще и вызволять Снейпа! Гарри свистнул, привлекая внимание своих людей, и оглушительно крикнул: — На абордаж! — Эй! — загремел Тич. — Это не по правилам! Я взял ваше судно на абордаж, капитан Поттер! — А я возьму ваше! — заорал в ответ Гарри. — Это противоречит кодексу! — закричал Тич. — Вы схватили одного из наших людей! Он был наказан мной и не являлся частью сделки! — У него на шее ключ к сокровищу Флинта! — настаивал Тич. — Отдайте медальон мне, и я отпущу вашего человека! Невилл, Рон, Симус и Дин проворно подтянули фрегат Тича обратно и перепрыгнули на борт. Пираты тем временем оттеснили Снейпа к противоположному борту фрегата — он уже пришел в себя и сопротивлялся, но его плотно окружили, пытаясь отобрать у него медальон. Но Снейп не был бы Снейпом, если бы не смог переломить ситуацию в свою пользу. Сорвав с шеи медальон, он вскочил на фальшборт, и балансируя над бездной, вытянул руку с медальоном над морем. Боунс крикнул: — Пусть-ка прогуляется по доске! Магглы радостно засвистели, затопали ногами по палубе. Несколько человек притащили доску, которую перекинули через борт и, держа за один конец, вытянули другой над морем — это была излюбленная форма казни для провинившихся пиратов, мятежников и прочих преступников. — По доске, по доске, по доске! — орали пираты, хлопая в ладоши. Снейп, презрительно глядя на них сверху вниз, иронично поклонился и ступил одной босой ступней на доску. Доску немедленно выдвинули дальше в море, но он встал на доску обеими ногами, даже не пошатнувшись. — Отдайте нам медальон, — медовым голосом уговаривал его Боунс, — и мы вас отпустим! — Отпустим, отпустим, — загоготали пираты, и тот, кто держал доску, покачал ею, показывая, как именно Снейпа собираются отпустить. Снейп зашатался, но сохранил равновесие. И тоже отпустил — медальон на цепочке. Не совсем выпустил его из руки, но достаточно, чтобы медальон повис, покачиваясь, на вытянутой руке над водой, что вызвало у пиратов крик ужаса. Снейп, глядя на них сверху вниз, вкрадчиво спросил: — Вам же не нужна эта штучка? Перепрыгнув на «Месть королевы Анны», Гарри вместе с остальными магами уже пробивался к правому борту, чтобы забрать Снейпа обратно на «Меч», когда на палубу «Мести» упала темная тень. Гарри поднял глаза. За спиной Снейпа на фрегат медленно надвигался грозный призрачно-серый силуэт «Летучего Голландца». — «Летучий Голландец»! — крикнул Тич. — Опя-ять, — вполголоса застонал Рон. — Боитесь ли вы смерти? — зычно вопросил Дэви Джонс. Гарри Поттер и Эдвард Тич переглянулись и синхронно закатили глаза. — Как он мне надоел! — в сердцах воскликнул Тич. — В семье не без урода! — вздохнул Гарри. — Забирай своего мальчишку, — обратился к Тичу Джонс. — Наша мать не захотела, чтобы ее обменяли на ее внука. Мальчик ей понравился. С этими словами Джонс вытянул из-за спины темноволосого и темноглазого молодого мужчину лет двадцати пяти в треугольной шляпе и с бородкой, заплетенной в две перевитые бусинками косички. Джонс толкнул его в спину, и он проехался по палубе прямо под ноги Тичу. — Джек! — воскликнул Тич. — Ты посмел утащить на дно морское моего сына! — грозно надвинулся он на Дэви Джонса. — Он мне без надобности. Я возьму этого, — Дэви Джонс кивнул на Снейпа. — Не возьмешь! — хором воскликнули Гарри и Тич, и Гарри категорично добавил. — Он член моей команды, а я — глава рода Блэк. Раз ты Блэк по матери, ты обязан меня слушаться! — Очень невоспитанный молодой человек, — мрачно заметил Снейп, и Гарри даже не сразу понял, кого он имеет в виду. — Я позабочусь, чтобы ваш отец, с которым я знаком по работе и нахожусь в прекрасных отношениях, узнал о вашем поведении! — Всем есть дело до моей семьи! — обиженно надулся Джонс, и его щупальца раздраженно зашевелились. — Пусть он тогда отдаст мне медальон, и дело с концом! — он указал щупальцами на Снейпа. — Кому же мне отдать медальон? — демонстративно размышлял вслух Снейп. — Капитану Тичу? Капитану Поттеру? Дэви Джонсу? — Нам, нам! Нашему капитану! — кричали пираты Тича. — Отдай его мне! — безволосые брови на осминожьем лице Дэви Джонса угрожающе сдвинулись. Гарри молчал, тяжело глядя Снейпу в глаза. — Джентльмены! — провозгласил Снейп. — К моему глубочайшему сожалению, мне не удастся удовлетворить всех одновременно. Я безутешен! Так не доставайся же ты никому! — с этими словами Снейп размахнулся и метнул медальон далеко в море. Украшение серебристо сверкнуло на солнце и скрылось из глаз — наверняка Снейп придал ему ускорение с помощью магии. Толпа пиратов с угрожающими воплями надвинулась на Снейпа. Сопровождающий Дэви Джонса двухметровый урод, весь усаженный иглами, как гигантский морской еж, поднял шипастую дубинку, и Гарри сгруппировался для прыжка, но Снейп, издевательски помахав рукой, повернулся к бездне и, оттолкнувшись от доски как от трамплина, с мягким толчком прыгнул в воду. Снизу послышался тихий всплеск. — Зачищай тут сцену, я за Снейпом, — бросил Гарри Рону и аппарировал на «Меч Годрика», который уже успел отойти на милю. — Все по местам! — крикнул Гарри своей команде. — Поднять паруса! Я вытащу Снейпа, ребята подправят магглам память, и уходим! — Ай, — ответили ему со своих мест Луна, Джинни, Герми и Драко. Гарри призвал из своей каюты «Молнию» и полетел Снейпу навстречу, низко пригнувшись к древку и высматривая его в воде. Слава Мерлину, пираты его не преследовали, им было не до того — Рон и его люди свою задачу хорошо знали. Но пусть только попробует утонуть — Гарри его и со дна моря достанет! У него там связи! Наконец далеко впереди Гарри разглядел в воде маленькую черную точку, то появляющуюся над водой, то исчезающую. Постепенно он смог различить темноволосую голову — профессор плыл медленно, видимо, начиная уставать. Подлетев, Гарри снизился и завис над ним. Снейп плыл широкими гребками, и с каждым его движением белая рубашка с кружевными оборками то наполнялась водой, то сдувалась, облепляя тело и затрудняя движение. Длинные черные волосы водорослями колыхались в воде. Крепко удерживая древко метлы ногами, Гарри наклонился к самой поверхности моря и протянул Снейпу руку. Тот бросил на Гарри короткий взгляд из под намокших и слипшихся стрелками ресниц и, непримиримо сжав губы, продолжал размеренно плыть. Вероятно, профессор желал дать Гарри почувствовать всю меру своего неудовольствия бесцеремонным обхождением с его драгоценной особой и ожидал услышать многословные цветистые извинения, высказанные со всем должным почтением и смирением, и тогда — возможно! — он подумает, а, подумав, он — возможно! — милостиво изволит протянуть капитану Поттеру руку. К сожалению, Снейпу не повезло — капитан Поттер, бывший аврор и нынешний пират, а потому человек низменный и грубый, полагал, что сейчас не место и не время. Больше Гарри с ним цацкаться не собирался — вытолкнув из воды асцендио и подтянув к метле карпе ретрактум, он взвалил его перед собой на древко «Молнии», в наказание оглушив ступефаем и наложив силенцио. Тяжело нагруженная «Молния» летела медленно, мокрый безвольно обвисший Снейп постоянно соскальзывал с древка, а метла из-за смещенного центра тяжести так и норовила завалиться в пике древком вверх. Все это требовало от Гарри максимальной концентрации, а он и сам адски устал за эту богатую событиями ночь. Приземлившись на палубе «Меча», Гарри отшвырнул «Молнию» в сторону и поволок Снейпа, с которого ручьями текла вода, левикорпусом к двери в кубрик. Вряд ли Снейп получил удовольствие от такого обращения — да еще и его собственное заклинание опять использовали против него самого, повторив унизительную сцену при участии очередного Поттера! — но Гарри его нежные чувства, равно как и состояние подштанников, были в данный момент фиолетово. Втолкнув его в пустующую каюту и бросив ему туда же плащ и сапоги, он проверил антиаппарационный браслет, установил дополнительную сигналку, которая должна была поднять громкий вой, если бы Снейп попытался покинуть корабль, и запер дверь снаружи на ключ и на коллопортус, защищенный его личной магической сигнатурой. Теперь дверь мог открыть только сам Гарри. Облегченно выдохнув впервые с момента, как его нога ступила на палубу «Черного принца», он крикнул: — Второй навигатор, рассчитывай курс! Ждем только наших обливиаторов. Обрушив на голову всем находящимся на «Мести» эпический счетверенный конфундус и закончив обрабатывать их обливиэйтом, рядом с Гарри приземлились остальные: Рон, Невилл, Дин и Симус. Вдруг Рон хлопнул себя по лбу и, подняв восьмерых магглов левикорпусом и от души угостив их обливиэйтом, аппарировал с ними на «Месть королевы Анны», сбросив без особого почтения на палубу как мешки с мукой. — Слава Мерлину, мы от них избавились, — вернувшись на «Меч», выдохнул Рон. — Рвем когти, Гарри. — Ай, — ответил Гарри, подкручивая омнинокль. — Курс: зюд-зюд-ост двадцать градусов, ветер пять баллов! — крикнула с носа Гермиона. — Поднять якорь! Первый навигатор, полный вперед! — приказал Гарри. — Ай, капитан. — Драко с облегчением налег на штурвал. «Меч Годрика» шел со скоростью в девять узлов без малого двое суток. У штурвала каждые шесть часов сменялись Гарри, Драко и Гермиона. После вахты Гарри быстро перекусывал, проверял Снейпа — тот спал как убитый, так и не сняв одежду и даже не притронувшись к подносу с сэндвичами и остывшим чаем, — и снова падал в койку, истощенный магически и измученный физически. Гарри разрешил встать на якорь, только когда «Меч Годрика» обнаружил укромное безлюдное местечко для стоянки в крошечной необитаемой бухте на северо-востоке Багамского архипелага, из семисот островов которого были населены всего тридцать. Здесь можно было не беспокоиться, что они найдут в далеком прошлом еще какие-нибудь приключения на их многострадальные задницы. Они переждали еще сутки, пока «Ось времени» не восстановила свой магический заряд достаточно, чтобы позволить им вернуться в истинное время. Вот теперь, в настоящем, Поттер и его команда могли спокойно отправляться на Саргассум, как только поймают попутный ветер. Не все у них получилось так, как планировалось: медальон, предположительно ключ к сокровищу, они потеряли, но Снейпа им удалось захватить, и при этом никто не был ранен или убит — уже колоссальное достижение. Следовало теперь задуматься, как действовать дальше. Гарри решил попробовать снова допросить Снейпа, на этот раз по-хорошему. Возможно, вкусный завтрак, горячий кофе и уважительное отношение понравятся этой сволочи. Не может же он всегда быть таким мерзавцем и ублюдком? Хотя жизненный опыт и внутренний голос подсказывали Гарри, что может, ой, еще как может. *** 14 мая 2007 года, восемь часов утра, «Меч Годрика», северо-восточные Багамы, 23°50´ северной широты, 74°12´ западной долготы На «Мече Годрика» по всем правилам накрыли к завтраку стол — белая камчатная скатерть, сверкающие серебряные приборы и тонкий фарфоровый сервиз. По заведенному на корабле обычаю на камбузе дежурили по очереди все, кроме Гермионы: у гениальной и талантливой во всех прочих отношениях ведьмы не хватало терпения и должного внимания к деталям для такой банальности, как приготовление пищи, а есть ее полусырой-полугорелый креатив не хватало терпения, да и здоровья, уже всем остальным. Теплые круассаны и булочки, яйца всмятку, свежевыжатый апельсиновый сок, а также кофейник, полный горячего кофе, должны были, по мнению Гарри, настроить гада на более миролюбивый лад. Он послал вниз, в каюту профессора патронуса, предлагая тому через полчаса присоединиться к ним за столом. Отперев каюту, в которой содержали Снейпа, Гарри застал того уже на ногах, полностью готовым и даже — чудо из чудес — аккуратно причесанным, с волосами, вновь убранными в хвост и перевязанными бархатной лентой. Стоящий навытяжку с идеально выпрямленной спиной, как офицер перед строем солдат, одетый в черный сюртук, из под которого виднелись жесткий воротничок кипенно-белой рубашки и шелковый шейный платок, Снейп выглядел собранным и готовым к бою, только его оружием были острый ум, твердый характер и ледяное презрение ко всем и вся. — Прошу вас, профессор. — Гарри церемонно пропустил Снейпа вперед и вышел за ним в коридор. Собравшиеся в кают-компании были одеты и причесаны не менее тщательно — Гарри решил разыграть перед Снейпом спектакль, в котором цивилизованные люди, привыкшие вращаться в высших кругах Магической Британии, собрались позавтракать с соблюдением всех принятых для этого условностей. Может, Снейп с Волдемортом и прочим отребьем, отсиживаясь в поместье у Кэрроу после войны, с чавканьем ели на четвереньках из собачьих мисок — Гарри до этого дела не было, он собирался принимать профессора, будто тот и впрямь лорд или принц. Уж наверное, формальные почести польстят подземельной гадине и растопят ледяное сердце. Указав Снейпу его место за круглым столом — между Луной и Гермионой, — Гарри собственноручно налил профессору кофе в полупрозрачную кофейную чашечку. — Как почивали, профессор? — так слащаво, что даже заныли зубы, спросил он. — Вашими молитвами, капитан Поттер, — в тон ему ответил Снейп, поднеся к губам дымящуюся чашку холеной рукой в белой кружевной манжете. Если бы Гарри не следил так внимательно за выражением этого лица, он мог бы и пропустить мельчайшие детали: вот Снейп на секунду прикрыл глаза, вдохнув горький, ореховый парок, вот еле заметно дрогнули тонко вырезанные ноздри крупного, с горбинкой, носа, вот чуть изогнулись четко очерченные губы — вне сомнения, сделав глоток, он испытал беспримесное, невинное удовольствие. — Позволите предложить вам круассан? — корзинка с круассанами зависла, покачиваясь, у плеча Снейпа. Тот взял один и отломил себе кусочек — так лениво, будто это не он провел без еды как минимум двое суток. — Я все же хотела бы прояснить относительно медальона, профессор. — Гермиона, сидящая по левую руку от Снейпа, листала читанное-перечитанное руководство к «Оси времени». — Что с ним, — равнодушно произнес Снейп. — Ну как же, профессор, — дружелюбно заметила Джинни. — У нас есть основания предполагать, что ваш медальон — не то, за что мы его первоначально приняли. — Вот как, — не менее равнодушно уронил Снейп, отпивая кофе. — Или за что вы его пытались выдать. И нам хотелось бы узнать… — продолжала Гермиона. — Все, что вам необходимо узнать, вы найдете на странице триста девяносто четыре, — перебил ее Снейп. — Что, простите? — переспросил его Гарри, решив, что он ослышался. — Страница. Триста. Девяносто. Четыре, — низким, повелительным голосом произнес Снейп, глядя на него в упор и делая рукой хорошо знакомый жест. Гарри смотрел на него расширенными глазами, и Снейп повторил жест. Это был принятый в Ордене Феникса сигнал: «мы не одни», «нас подслушивают».