Саргассум

10 сентября 2007 года, десять часов вечера, Форт губернатора, Лагерь капитана Поттера, Саргассум Был вечер буднего дня, и ужин в столовой Форта уже закончился. За столом задержались лишь несколько человек с «Меча Годрика» и маги, квартирующие в Лагере капитана Поттера, среди которых был и вице-губернатор Эрни МакМиллан. Дверь открылась, и в столовую вошел Гарри Поттер, несущий в руках какой-то продолговатый, покрытый тканью предмет. Капитана не было на ужине, и все головы с любопытством повернулись в его сторону. Кроме одной, темноволосой, склоненной над книгой. Гарри уселся напротив профессора, резким движением руки сдвигая грязную посуду в сторону, и Снейпу ничего не оставалось, как поднять на него взгляд. Поставив перед Снейпом свою ношу, Гарри приподнял ткань за уголок — это был темно-зеленый шейный платок. Глядя Снейпу в глаза, он медленно стянул его с коричневого лакированного ящика и обвязал им смуглое левое запястье. Присутствующие, уловив опасный блеск зеленых глаз, затаив дыхание следили за разворачивающейся перед ними сценой. Снейп только задрал левую бровь, и Гарри откинул крышку плоского ящичка, повернув его содержимым к Снейпу. В бархатном гнезде, матово поблескивая, лежал шестизарядный револьвер системы Смита-Вессона сорок пятого калибра. Массивное, изящное, смертоносное оружие. — Гарри, Мерлина ради, что ты задумал? — напряженно спросила Гермиона, но Гарри даже не повернул в ее сторону головы. — Поиграем, профессор? — растянув губы в усмешке, спросил он Снейпа. — Вы же игрок. — Что на этот раз пришло в вашу бедовую гриффиндорскую голову? — спросил его Снейп, и Гарри подтолкнул ящичек к Снейпу. — Русская рулетка, — тихо и вкрадчиво пояснил он. — Вам известно, что это такое, профессор? — Ай. Еще бы, — мрачно ответил ему Снейп. — Долохов неустанно демонстрировал Ближнему кругу эту солдафонскую игру. — Так солдафонская — для меня в самый раз, — оскалился Гарри. — Коль скоро я бывший аврор, а ныне пират. Снейп презрительно усмехнулся. — С этим трудно спорить, — едко заметил он. — Игра, тем не менее, абсолютно бессмысленна. — Ну, почему же бессмысленна? — Гарри откинул пустой барабан и вложил патрон в одну из шести камор. — Потому, Поттер, — Снейп говорил, не сводя глаз с револьвера, — что безрассудное для магглов пари с судьбой с помощью заряженного одним патроном оружия для мага не представляет собой ничего опасного. Вам достаточно невербально сместить или чуть заклинить патрон перед вашим выстрелом, и револьвер даст осечку, а… — …а тогда следующий выстрел, скорее всего, убьет противника, — подхватил Гарри, быстро поднес револьвер к своему виску и выстрелил. Бросок Снейпа был мгновенным, как атака змеи, но Гарри все равно опередил его. Выстрел, впрочем, оказался холостым. Драко громко вскрикнул. — Гарри, прекрати! Ты сошел с ума! — Гермиона и Рон рванулись было к нему, но их мягко оттеснил в стороны перламутрово мерцающий силовой купол, накрывший Гарри, Снейпа и стол между ними. И лежащий на столе револьвер. Окружающие все видели и слышали. Только вмешаться они не могли. Гарри не шутил. У него все стояло на кону. Если он не получит то, чего хочет больше жизни, то зачем ему такая жизнь? — Вы уже поняли, профессор, не так ли? — Он смотрел прямо в расширенные темные глаза. — Ни одному из нас не угрожает опасность — но вдруг мы блефуем? Что, если я подвину патрон перед моим выстрелом? Что, если нет? Что, если вы сместите патрон после вашего выстрела? Но что, если нет? — Чего вы хотите, Поттер? — после паузы хрипло спросил его Снейп. — Мы играем, пока у одного из нас не сдадут нервы, — сказал Гарри. — Или пока мозги одного из нас не превратятся в кровавую кашу, — любезно добавил он. — И если я проиграю?.. — Снейп перегнулся к нему. — Тогда я получу от вас то, чего хочу больше всего, профессор. — А если… проиграете вы, капитан Поттер? — Тогда вы сможете взять у меня все, что вам будет угодно. Я оставил соответствующее завещание. — И Гарри подтолкнул к Снейпу револьвер. Снейп взял оружие в руки. Пусть его белая узкая рука казалось хрупкой по сравнению с широкой смуглой рукой самого Гарри, револьвер она держала бестрепетно. Спокойным, хотя и умеренно угрюмым, было и выражение лица. Но Гарри научился считывать напряжение Снейпа по бешено бьющейся на обнаженной шее голубоватой жилке. Снейп твердой рукой держал пистолет дулом к себе, но выстрела он не делал, сощурившись и о чем-то размышляя. — Правда, захватывающая игра? Сейчас вы пытаетесь решить, вращать барабан или нет, не так ли? — тихо и вкрадчиво спросил Гарри. — Если игроки не станут вращать барабан, то вероятность выстрела с каждой новой попыткой будет увеличиваться пропорционально уменьшению оставшихся из первоначальных шести выстрелов. Но если барабан вращают после каждого хода, то вероятности при каждом ходе уравниваются. Снейп мрачно молчал, и Гарри победоносно закончил: — Однако теория вероятностей не дает нам ответа, как поведет себя фактор хаоса — игрок-маг. Повредит ли мне вращение барабана? Поможет ли вам? С этими словами он откинулся на спинку стула, закуривая сигару. Над чисто выбритой верхней губой противника выступил пот. Гарри следил за ним горящими глазами. Не дотрагиваясь до барабана, Снейп решительно поднес револьвер к виску и выстрелил. Осечка. Коллективный вздох со стороны свидетелей. Гарри отложил в пепельницу сигару и потащил нагретый Снейпом револьвер к себе. Глядя Снейпу в глаза, он крутанул барабан. Что бы ни подготовил для Гарри Снейп — смерть или жизнь, — карты были сданы заново. Выстрел. Осечка. Резкий крик Гермионы за кадром. В кадре — белое лицо с блестящими черными зрачками, затопившими всю радужку. — Гарри, прекрати! — кричала Гермиона, молотя кулачками по магическому куполу, которому ее удары не причиняли ни малейшего вреда. — Поттер! Немедленно прекрати! — орал Драко. — А не то мы тебя согласно кодексу сместим как капитана, ты явно не в себе! — Это еще что такое? — грозно спросил Гарри, держа в руке револьвер. — Бунт на корабле? Он подтолкнул револьвер к Снейпу, и тот взял его. Осталось три выстрела. Снейп смотрел на него твердым взглядом. — Вы часто играли в эту игру, капитан Поттер? Вы не знаете, как часто приходилось играть мне, не так ли? Но я сижу перед вами, а это значит, что я никогда еще не проигрывал. Его уверенный тон не мог обмануть Гарри. Блеф. Он видел, как под мышками расплываются пятна пота, как в груди под белой рубашкой отчаянно колотится сердце врага. Возлюбленного врага. — Помолитесь, — шепотом произнес Гарри. — Иногда это может помочь. Снейп яростно смотрел на него, его ноздри раздувались. — Раз, — начал отсчет Гарри. — Два… Три… Выстрел совпал с последним словом. Осечка. Выдох из груди Гарри оглушил его самого. Снейп, окаменев, все еще держал пистолет у виска. Гарри потянулся и вынул теплое, слегка влажное оружие из его руки. — Стойте, Поттер, — произнес Снейп, перехватив его запястье и прижав к столу ледяными твердыми пальцами. — Что, если вы сейчас закроете глаза — и никогда больше не увидите рассвет? Гарри резко спросил: — Вы сдаетесь? — Неужели оно того стоит? — настаивал Снейп, будто не слыша его слов. Гарри пожал плечами. Оставалось два выстрела. Пятый выстрел — его последний шанс. Цугцванг для Гарри. Снейп это знал. Они оба знали, что все решится между четвертым и пятым выстрелом. — Я уже отравлен все равно. Вами, — еле слышно прошептал он, и Снейп слизнул пот с прихотливо изогнутой верхней губы. — Какая разница. Шало глядя на Снейпа, он медленно поднес револьвер к виску. Его оставшаяся за пределами защитного купола команда палила в щит всеми возможными заклинаниями, пытаясь взломать охранные чары. Никакого шанса против колдовства Гарри, чья магическая мощь превосходила их всех, вместе взятых — за исключением разве что сидящего напротив него тяжело дышащего человека. — Раз, — вновь начал считать Гарри. — Два… — палец лег на курок. — Стойте! — воскликнул Снейп, вскочив на ноги. — Стойте. Не стреляйте. — Вы сдаетесь? — уточнил Гарри. Револьвер у его виска не дрогнул. — Сдаюсь, — выдохнул Снейп. — Я сдаюсь. Я проиграл пари, капитан Поттер. Гарри поспешно опустил глаза — их победный блеск, наверное, мог ослепить не хуже взгляда василиска. *** 16 сентября 2007 года, одиннадцать часов утра, «Меч Годрика», Джинни-Харбор, Саргассум Гарри помариновал Снейпа несколько дней. Мелочная месть, он был с этим согласен, но кто-то сказал, что капитан Поттер отличается широтой души и всепрощением? Во всяком случае, не в этой ситуации со Снейпом — за прошедшие несколько месяцев он Гарри истерзал. Не было дня, за редким исключением, когда Гарри не мучился бы от ревности или вины, щедро пропитанных желанием. Так что это еще было по-божески: Снейпу пришлось подождать оглашения приговора всего-то до воскресенья. После завтрака в кают-компании «Меча Годрика» — «малый» состав команды теперь чаще всего ночевал на корабле, стоящем на якоре в Джинни-Харбор, — Гарри формально пригласил Снейпа на приватный разговор в свою каюту. В этот раз Рон не кашлял, а Симус не свистел — они уже были свидетелями таких безумств со стороны Гарри, что им было не до смеха. Хотя, конечно, потолок в совершении безумств еще достигнут не был. У Гарри еще оставался порох в пороховнице. Фигурально и буквально. Он не знал, понимали ли его люди, к чему все идет. Гермиона однозначно понимала, как понимал и Драко. Скорее всего, Джинни. Определенно, Луна. Снейп… этот при всем своем остром уме отказывался принять некоторые факты, даже если они дергали его за нос. Факт, перед которым Гарри собирался поставить Снейпа, был как раз из их числа. В каюте Гарри, не говоря ни слова, открыл дверцу бара и вопросительно взглянул на Снейпа. Снейп, сидящий на диване, равнодушно пожал плечами и проронил: — Пусть будет «примитиво». Гарри сел в кресло напротив и разлил по пузатым бокалам рубиновую жидкость. Запахло лесными ягодами и немного гвоздикой. Снейп немедленно сунул огромный носище в бокал, затем поставил напиток на журнальный столик — пусть подышит. — Профессор, я желал бы обсудить с вами детали, — деловым тоном начал Гарри. Брови Снейпа взлетели вверх. — Детали? — удивленно проговорил Снейп. — Вы желаете условиться о каких-то специфических деталях, капитан Поттер? У меня сложилось впечатление, что нам обоим хорошо известно, каков будет… сценарий. — О, безусловно, — подхватил Гарри. — Сценарий нам обоим понятен. Мои губы будут пахнуть вашей кожей, сэр. — Тогда о каких деталях идет речь? Хотите оговорить позу, в которой я буду иметь честь принять вас в себя? — М-м-м, нет, я желал бы более спонтанного развития событий, если вы не возражаете. — Абсолютно не возражаю, капитан. — Только я хочу поставить вас в известность, сэр, что собираюсь задействовать магию секса. Этого Снейп определенно не ожидал. — Каким образом? — с интересом спросил он. — Мне известен соответствующий ритуал. Он описан в одном фолианте из библиотеки Блэков. — А вы затейник, капитан. — О, профессор, не приписывайте мне чужие лавры, — запротестовал Гарри. — Чистокровные магические рода, к числу коих следует отнести и род Принцев — вот они истинные мастера таких штук. В любом случае, ритуал имеется, и у нас будет возможность высвободить путем секса нашу магию. И позволить ей разрешить накопившиеся между нами противоречия. — Пусть будет ритуал, — пожав плечами, согласился Снейп. — Я поручу Гермионе и Драко произвести соответствующие расчеты, чтобы определить наиболее подходящие время и место, — сказал Гарри. — Как вам будет угодно, — отрывисто сказал Снейп, потеряв интерес к разговору, и сделал движение, чтобы подняться. Когда он уже взялся за ручку двери, Гарри вкрадчиво заметил: — Знайте, профессор — если вам что-то не понравится, то ритуал или не ритуал, а я остановлюсь, даже если в этот момент буду глубоко в вашем горячем теле. Снейп так резко обернулся, что гладкие волосы хлестнули его по щеке, и Гарри от души насладился смятением в темных раскосых глазах. *** 20 сентября 2007 года, восемь часов вечера, «Меч Годрика», Джинни-Харбор, Саргассум Команда «Меча Годрика» заканчивала ужин, когда в кают-компанию торжественно вступил припозднившийся капитан Поттер, неся в руках плоский ящичек, покрытый темно-зеленым шелковым платком. Рон в сердцах бросил на тарелку вилку, и она издала жалобное «дзынь». — Друг, со всем должным уважением к твоему капитанскому чину — какого Мордреда тебе опять приспичило? — прорычал он. — Гриффиндор головного мозга, — мрачно заметил Снейп, элегантно наматывая на вилку спагетти с пармезаном. — Вынуждена согласиться с диагнозом, — сказала Гермиона, тяжелым взглядом уставившись Гарри в глаза. — Да понимаете, профессор, — сказал Гарри, усаживаясь за стол и ослепительно улыбаясь. — Я забыл включить в соглашение маленькую, действительно незначительную деталь… — Поттер, не наглей, — предупредил его Драко. — Набью тебе по-маггловски морду, капитан ты или нет. — Я не буду с вами больше играть. Вы мошенник, — отказался Снейп, откидываясь на спинку стула и скрещивая на груди руки. — О. — У Гарри достало наглости изобразить возмущение. — Такие слова от мастера шпионажа и Упивающегося смертью — это прямо совсем обидно. Вместо ответа Снейп встал, бросил на стол салфетку и стремительно вышел за дверь. — Вы сдаетесь? — крикнул Гарри в открытую дверь. — Да, чтоб вас дракклы драли, — послышалось из коридора. Негромко хлопнула дверь в каюту Снейпа. Некоторое время царило молчание. — Знаешь, Поттер, — наконец заметил Драко. — Ты до такой степени гриффиндорец, что уже даже какой-то суперслизеринец. — А положите мне спагетти, — попросил Гарри, расстилая на коленях салфетку. — Проголодался зверски. *** 28 сентября 2007 года, два часа ночи, ущелье Блэктейлс, Саргассум На полпути от Плато Лили к Маяку Гермионы между скалами находилось небольшое ущелье Блэктейлс. Расположено оно было столь хитро и скрытно, что два человека, окопавшиеся в ущелье, могли остановить продвижение гораздо более многочисленных вражеских сил к Лагерю капитана Поттера, если бы маяк вдруг оказался захвачен гипотетическим противником. В глубине этого ущелья длиной примерно в полмили образовалась защищенная с трех сторон практически ровная площадка. На этой площадке за неделю до ритуала Драко, Гермиона и Гарри установили неказистую внешне палатку, а на самом деле магически расширенный шатер, окружив его такими охранными и отвлекающими внимание заклинаниями, что вокруг потрескивал и дрожал воздух и пахло озоном. Гарри желал избежать помех — он не собирался рисковать, пробудив магию и добравшись наконец до вожделенного бледного тела. Ритуал был назначен на ночь на двадцать восьмое сентября — именно на эту дату по расчетам Гермионы и Драко приходилось наиболее благоприятное положение небесных светил. Гарри и Снейп вышли из Лагеря загодя, в полночь — не хотели аппарировать прямо перед ритуалом, и потому несколько миль спускались и поднимались пешком. Им потребовалось около двух часов, чтобы достичь палатки, притаившейся в глубине укрытого ночной мглой ущелья. У самого входа в палатку Гарри остановился и повернулся к Снейпу. Лишь громадным усилием воли ему удалось подавить непреодолимое желание подхватить Снейпа на руки и перенести через порог. Остановила только здравая мысль, что третьей авады не переживет даже его чугунный героический лоб со шрамом в виде молнии, воспетым в стихах и прозе. Глядя в полночные глаза и сжимая узкую прохладную ладонь в своей, широкой и теплой, Гарри шепотом произнес: — Последнее, дополнительное условие. Снейп молча ждал. Гарри наклонился к его уху и интимно шепнул: — Во время ритуала разрешается разговаривать только на парселтанге. Потрясенный вздох был наградой его истерзанному, жаждущему сердцу. Из пристегнутого к поясу бархатного мешка Гарри достал два браслета из серовато-матовой платины. Один из них, узкий, с вьющейся по нему серебряной змейкой с изумрудными глазами, он защелкнул на тонком белокожем запястье своего — наверное, жениха? Другой, более широкий, с золотой рубиновоокой змеей, его жених застегнул на сильном смуглом запястье самого Гарри. Взявшись за руки, они отдернули полог палатки и одновременно переступили через порог.

КОНЕЦ ЧЕТВЕРТОЙ ЧАСТИ