Сколько верёвочке не виться...

ТК с нескрываемым раздражением смотрел на возмущённого подгоревшим стейком посетителя, что уже второй час надрывался так, будто от его стенаний мясо оживёт и снова станет коровой, которой парень отчаянно мечтал стать и не задумываться об очередном негативном отзыве в их книге жалоб. А впрочем, не плевать ли? -Прежде, чем вы продолжите поливать меня грязью, позвольте кое-что сказать. Выдавив из себя улыбку, он, пока посетитель пытался отдышаться, снял с себя фартук и, швырнув его прямо в лицо нахалу на глазах шефа, процедил сквозь зубы: -Извольте подавиться своим же жиром в следующий раз. А с меня хватит. Не оборачиваясь и не обращая внимания на новые потоки ругани в свою сторону, ТК вышел из кафе через служебную дверь и, с силой хлопнув той, показал зданию средний палец. -Давно хотел заниматься выступлениями с огнём. Там единственное мясо — я да зрители. Хмыкнув, ТК сел на припаркованный скутер и, заведя своего реактивного коня, был таков.

***

Как всегда, утренняя пробка, зажавшая в своих тисках бесконечный тираж из машин, для мотоциклов и прочих похожих видов транспортов оставалась не больше чем неприятной помехой. Но ТК терпеть не мог рассекать между узкими рядами авто, рискуя задеть зеркала заднего вида или ещё что похуже. Поэтому, встав за такими же вежливыми пользователями скутеров, он достал наушники и, вставив те в уши, включил Three Days Grace. В последнее время он подсел на рок. На работе особо, правда, было не послушать, но сейчас, когда он решился «подать в отставку», оставался полный простор. Да и как ещё скоротать время в пробке, когда особо не отвлечёшься на телефон, боясь пропустить важный момент для продвижения вперёд или предотвращения столкновения с кем-либо? «Боль без любви, боль жрёт изнутри, боль от всего, но лучше ощущать боль, чем совсем ничего*…» Вытерев об джинсы вспотевшие ладони, ТК без особого интереса разглядывал обстановку вокруг. Он давно перестал любить местность, в которой всё ещё проживал. Старая труппа уже звала с собой на гастроли, и после сегодняшнего ЧП на работе он окончательно решился. Новые, пусть и предсказуемые, зрители, чьи крики полны восхищения, дружная команда со своими прибаутками, караулящая артистов карета скорой помощи, пропахшая мазью Вишневского и Пантенолом**, буфет с дешёвыми хот-догами и пиццей — чем не мини-версия персонального рая, откуда не захочется уходить? Второй раз он точно не захочет сделать это. От мыслей его отвлёк внезапный звук автомобильного клаксона, или как он правильно там назывался — ТК, не вспомнив правильного названия, поспешил тронуться с места и, когда пробка из наездников впереди рассосалась, набрал скорость до такой степени, что обогнал их и повернул на более пустую дорогу. Так свобода ощущалась куда ощутимей. -Т/И? По обочине шла знакомая парню фигура. Всё та же серая толстовка с белой полоской и джинсы, на неприкрытой кепкой голове торчащий, как листья ананаса, хвостик. Остановившись возле замершей на месте девушки, ТК, чьё удивление едва уступало удивлению старой подруги, воскликнул: -Madre de Dios***! Т/И, какими судьбами! -ТК? С момента их последней встречи прошло не так много времени, чтобы они успели забыть друг друга. Но изменения во внешности подруги ТК всё же заметил, стоило ему тщательней присмотреться. Под потускневшими глазами красовались серовато-синие круги и нечто похожее на мешки. Вблизи одежда бросалась в глаза своей засаленностью и неаккуратными швами на местах, где, видимо, Т/И цеплялась за что-то и рвала ткань. Прежде широкая ухмылка ныне напоминала гримасу, выдавленную явно из последних сил. Из-за этого ТК не знал, рада Т/И видеть его или нет. Но он однозначно не был рад видеть её настолько разбитой. -Куда чапаешь такая красивая и одна? Подвезти? -До ближайшей кафешки можно? Не ела второй день, в голове опасно кружится. -В смысле? Т/И, что-то случилось? Нужна помощь? Оно что… Снова вернулось? -Нет. Ритуал прошёл на ура. Я… Т/И, пошатнувшись, едва удержалась на ногах. Подхвативший подругу ТК как смог посадил её позади себя, говоря: -Надень шлем и держись за меня. Поедем ко мне, как раз перекусим и всё обсудим. -Спасибо, просто подвези до кафе. Но ТК, покачав головой, ответил: -Возражений не принимаю, едем домой. Campa cavallo, che l’erba cresce! **** -Ясно, вспомнил свой старый режим наседки? Ответа Т/И не услышала — шлем, надетый на голову, заглушил слова парня, поспешившего продолжить поездку. На повороте он повернул в обратную от его маршрута сторону. Он не успел отвыкнуть от своей привычки помогать попавшей в беду Т/И. Не потому, что любил вытирать ей сопли или изображать из себя вечную жилетку для нытья. Он не хотел, чтобы в новом ЧП, если оно возникнет, Т/И снова варилась в своём соку. Её руки, обвивающие его талию, тонкие и изящные, хватающиеся за него с нарастающей тревогой, боящиеся отпустить, вздрагивающие каждый раз, когда они останавливались на светофоре… Поглядывая на машины по бокам от них, ТК молча усмехнулся.