Жупелъ

      В полицейский участок они поехали без Эи. Яэ напоила её успокоительными и заставила пойти спать. После чего, дождавшись адвоката, повела всех к машине с водителем, обычно возившим подростков до школы.       Такеру всю дорогу смотрел в окно. На зелёные деревья, потихоньку сменяющиеся домами. А здания становились всё выше. И чаще. Пока вовсе не заменили привычный пейзаж из окна дома на такой же обычный – но из окон школы, библиотеки, отеля или цветочного магазина Нахиды.       Впрочем, в городе всё равно были парки. Люди старались сохранять природу. Но получалось это как-то неестественно. Будто эти растения находились в зоопарке в качестве животных. Только никто за билеты не платит и, соответственно, не восхищается.       Райдэн смотрела на руки, сцепленные в замок. И жевала нижнюю губу.       Поверить не могла, что ехала в полицию, рассказывать о том, что её одноклассники собираются нарушить закон. Сделать непоправимое. Хотя казалось бы, они вместе сидели за партами. Она знала их почти всю жизнь. Зачинщика помнила ещё лопоухим мальчишкой, стесняющегося своей маленькой, почти незаметной проблемы с произношением, из-за чего по имени он её и не называл тогда. Да и по фамилии – тоже. И всегда-всегда краснел, когда всё-таки приходилось это сделать.       А что теперь?       А теперь он стал взрослым. Тем самым, которым когда-то пугали. Не бери, Райдэн, конфеты у незнакомцев. И вообще с незнакомыми взрослыми не общайся лучше. Если что, кричи "Пожар!"

▲▼▲▼⚙▲▼▲▼

      Разбирательства в участке шли безумно долго. С каждым подростком общались отдельно, но рядом обязательно присутствовали адвокат и Яэ. После, в кабинете с полицейскими, остались лишь взрослые. А Райдэн, дававшая показания уже после Такеру, выйдя из кабинета, присела рядом с парнем. И решила, что стоит объяснить и ему: – Я не принимала в этом участия. – Хорошо, – а ему как будто уже всё равно. И это раздражало. – Ты сейчас хоть понимаешь, что из-за тебя в школе будет переполох? – она повернулась к нему, обвиняя: – Куча ребят пострадает. – Из-за меня? – переспросил он. – Да, – сказала и тут же пожалела. Поняла, что всё это бред. – Хорошо, – повторил он. Только теперь с каплей яда, в лучших традициях своего давнего знакомого, о котором она даже не подозревает. Также, как и о том, что он вообще может злиться.

▲▼▲▼⚙▲▼▲▼

      Нахида, узнав о травле, естественно, переживала. Верила в то, что Такеру обязательно справится. А потом придёт в магазин как обычно. И она сможет поговорить. Извиниться.       За то, что не предусмотрела такой проблемы в плане Орихары. Даже подумать не могла, что из-за такой глупости, может начаться что-то ужасное. Да, не хуже уже пережитого. Но тоже бьющего по состоянию. Итак не очень хорошему.       Придя к Изае с вопросом о том, чем она сейчас могла помочь пареньку, которого считала не только другом, но и членом семьи, нашла информатора довольным донельзя. Сидевшим на диване рядом с подуставшей, но радостной НЕК. В добавок ко всему, заметив зашедшую, они так жутко улыбнулись, что в душу закралось очень нехорошее подозрение.

▲▼▲▼⚙▲▼▲▼

      Вернулись они уже в потёмках. Райдэн сразу убежала в комнату. Такеру поднимался по лестнице вровень с Яэ. Она шла проведать Эи и только после этого сделать укол подростку. Но оказалось, что хозяйка дома ждала в другой комнате. И первым её увидел именно парень.       Она сидела за столом со сбившейся косой. Читала библиотечную книгу со всё теми же сказками. И, кажется, наконец-то была спокойна. Впрочем, возможно, снова держала себя в руках. Также, как в магазине. Хотя в груди уже тогда дыра зияла – это сейчас было понятно, а тогда просто ощущалось чем-то странным. Неправильным. Таким оно, впрочем, и было.        – Как себя чувствуешь? – первой подала голос она, заметив, как Такеру встал на пороге. – А вы? – переспросил он, не отвечая. – А я первая спросила, – улыбнулась она, закрывая книгу и вставая с места, опираясь ладонями о стол. – Нормально, – чуть помедлив, ответил он. Хотел уже попросить, чтобы теперь ответили и ему, но вместо этого получил нарушение границ. Его притянули в удушающие объятия. Будто хотят сжать до молекулы и посадить в сердце. Запереть там в клетке и никогда не выпускать. – Сейчас задохнусь, – сообщил он. Но приметил, что от чужих волос вкусно пахло шампунем. Вроде, ягодами? Или, точнее, чаем, который они пили сегодня в торговом центре. – Прости меня, – ему показалось? Взрослые никогда не извиняются. По крайней мере словами, через рот. – Я даже подумать не могла, что с тобой может случиться такое. А надо было только спросить, – а она тем временем перешла на шёпот. Будто и ей кислорода не хватает. Впрочем, может это его мозг из последних сил галлюцинирует? – А я тебя везде ищу, – послышался голос Яэ со спины и хватка наконец чуть разжалась, давая возможность отстраниться. Но запах чая, вернее ягод, а ещё точнее – волос... или наоборот – он манил остаться так. Не двигаться. – Я вам помешала? – Нет, – а Эи тем временем аккуратно потрепала по волосам. Но от этого не хотелось прятаться. – Я как раз собралась с мыслями. Но, думаю, уже пора ставить укол. – Я как раз с аптечкой, – Яэ всё ещё где-то со спины. А Эи уже совсем отстранилась. Вернулась к письменному столу, оставив подростка просто стоять на месте. – Чего встал? – Уснул, – буркнул он, уходя к кровати. Решил, что в пижаму переоденется потом, раз по его душу уже пришли. – А я надеялась, что с тобой наконец-то серьёзно поговорят, – весело прощебетала Яэ, садясь рядом и готовя шприц к использованию. – Я для этого и пришла, – честно сообщила Эи, после чего провозгласила: – Наказание отменяется!       Он точно уже спит.

▲▼▲▼⚙▲▼▲▼

      На следующий день Райдэн далеко не сразу увидела кучу сообщений от одноклассников. Все обсуждали зачинщика травли. А вернее, фото, которое недавно оказалось на его аватарке. Где был изображён он у себя дома. У собственного шкафа. В материнском платье с розовыми пайетками и повязанном розовом боа.       Сам парень ничего не отвечал. Как сообщила Аяка в личных сообщениях – он потерял доступ ко всем своим соцсетям. Видимо, кто-то взломал. А после этого его ещё из школы в участок забрали.       Вскоре, к дому приехала полиция. Сотрудник, принимавший вчера заявление, объяснил, что было подано встречное. Во взломе социальных сетей пытались обвинить Такеру. Вот только, быстро выяснилось, что кроме телефона, оставшегося у адвоката, других электронных устройств у него не было. И достать было некогда и негде – весь день и следующее утро был перед глазами взрослых. Так что к составу совершённого и планируемого преступлений, адвокат, вызванный Яэ, приписал ещё и клевету.        – Ризли-сан, – уже у выхода позвала Яэ. – Лучше скажите, как думаете, насколько безопасно для Такеру возвращаться в школу? – Я бы оставил на домашнем, – пожал плечами тот. – А так, в школе уже проводят работы по выявлению всех причастных. Большинство, правда, отделается лёгким испугом. Но пока не появится новый "вожак", стайка нападать больше не будет. Разве что, попытается отомстить, если не осознают ужаса того, что хотели совершить. – И как быть? – Если бы я знал...       Эи всё это слышала. Стояла неподалёку, наблюдая за тем, как напарница полицейского уточняет некоторые моменты у Райдэн – естественно, в присутствии адвоката. Мол, что её компьютер, в том числе, тоже не мог использоваться для подобного. Ведь у неё и пароль на вход установлен, о котором Такеру не ведает, и сама она в подобных вещах не разбирается. Да и после возвращения домой с участка, она не выходила из комнаты и заперлась изнутри, так как никого не хотела видеть.       Уже после того, как полиция уехала, Эи начала обсуждать с Яэ то, что требовалось: – Я думаю, ему действительно стоит перейти на домашнее обучение. – Он свихнётся от скуки, – отрезала подруга. – А в школе..., – закончить ей мысль не дали: – А в школе предпринимают меры. Учителя тоже теперь в курсе ситуации и уже будут кидаться не драку разнимать, а его из передряги вытаскивать. – А если подстерегут в туалете? – Туда, по твоему, вход взрослым запрещён? – Хочешь сказать, он не свихнётся, если за ним вечно будет ходить какой-нибудь профессор? А если тот будет педофилом?       Яэ подняла руки в жесте "сдаюсь". И предложила: – Давай лучше спросишь у него самого?       Обе женщины обернулись к лестнице. Обсуждаемый сидел на ступеньках, уложив голову на колени. И скучал от безделья. А это уже было сродни ответу. Он действительно свихнётся здесь в одиночестве. Однако, и отгородить его от опасности она не сможет. Никто не в состоянии.       А ведь Эи хочет приговорить его к постоянному существованию дома. С прогулками, правда. И работой. Но там ведь тоже поджидает опасность. Никто не гарантирует того, что обидчики не будут гулять в том же парке. Или не зайдут к нему на подработку.

▲▼▲▼⚙▲▼▲▼

       – ...И вы потратили время на то, чтобы найти компрометирующие фотографии и взломать все социальные сети того парня, – подытожила Нахида действия Изаи и НЕК. – Вместо того, чтобы продолжить искать многоликого. – Совершенно верно, – подтвердил Орихара, заваривая девочке сладкий чай. – А если его сейчас обвинят в том, что вы сделали? – Он выкрутится, – спокойно пожал плечами парень и поднёс кружку к кофейному столику, рядом с которым сидела девочка, в то время, когда НЕК уже собирала вещи, чтобы покинуть номер отеля. – Тем более, он давно не выходил на связь, а значит, скорее всего, телефон просто отобрали. К другим устройствам дома доступа у него нет, а значит, есть алиби. Зато остальные задиры из школы задумаются, прежде чем снова лезть. – Ты слишком оптимистичен, – хмыкнула Нахида, принимая кружку. – О, нет. Скорее, мстителен.       Его лисья улыбка, подобно кислоте, могла прожечь всё вокруг. Однако, осталась на лице. И давала понять – за подростка он готов впрячься. Хотя ему самому наверняка скажет что-то вроде "я просто нашёл себе маленькое развлечение".