Я облеку тебя в сияние среди снегов

Время для принятия окончательного решения не показалось простым. Порой Сяо Синчэнь ловил себя на мысли, что, если бы он пошел в Башню Кои со своими намереньями сразу после разговора с Сун Цзычэнем, все прошло бы, скорее всего, гораздо легче. Некоторые действия требовали стремительного первого шага, а начав оттягивать его, делаешь себе лишь хуже. Вот и Сяо Синчэнь мучился сомнениями. Беседы с другом на эту тему только подливали масла в огонь. Сун Цзычэнь не говорил этого прямо, но по его едва заметным интонациям, по тому, как напрягаются его плечи, было видно, что теперь он укрепился в своем неодобрительном отношении к ордену Ланьлин Цзинь, и Сяо Синчэнь не мог сказать, что не разделяет его чувства. Ему было трудно представить, как он — пусть и лишь на время — становится адептом такого ордена. Разве это не означало разделить с целой группой людей ответственность за... все? Убеждения, цели, действия. Если Сяо Синчэнь хотел присоединиться к одному из заклинательских кланов, то выбор он делал явно самый неудачный, судя по всему. Все к этому и шло. Более того, он не был хорош во лжи — и в этом тоже заключалась достойная часть проблемы. Если что-то категорически разойдется с его взглядами, он не сможет это принять, и такая ситуация запросто выльется в конфликт, а какое право голоса он будет иметь, будучи лишь приглашенным заклинателем? Все эти мысли запутывали, подпитывали живительной влагой зерно сомнения, и пару раз Сяо Синчэнь был очень близок к тому, чтобы отказаться от собственной затеи и последовать совету, который дал Сун Цзычэнь. Отправиться в любой другой крупный орден. Рассказать там все, что удалось увидеть. Отойти в сторону после этого. Забыть, продолжить заниматься тем, в чем он был уверен по крайней мере. Неделя, которую Сяо Синчэнь дал себе на размышления, подходила к концу. На улицах большого города стояла глубокая ночь, когда он, снова засидевшись допоздна над книгой, находился в своей комнате на постоялом дворе. Через приоткрытое бумажное окно проникал свежий, чуть прохладный воздух, прогоняя любые намеки на сон. Несколько дней без ночной охоты давали о себе знать — сил было много, из-за чего Сяо Синчэнь ложился спать все позже. Несправедливым расточительством казалось ему не использовать свои умения во благо людей, но отправиться на охоту в этих местах по собственной воле он не мог, и покинуть эти края — пока что тоже. Душа требовала быстрее принять окончательное решение, но сказать было проще, чем сделать. Сяо Синчэнь чувствовал, что ему не хватает какого-то импульса, толчка вперед. Но где же было ему этот импульс искать? Когда со стороны окна послышался слаборазличимый шорох, он не обратил на это внимания. Мало ли какое насекомое могло привлечься на свет от его бумажного фонарика на столе. В раздумьях Сяо Синчэнь сидел, склонившись над книгой, и удивился, вырвавшись из своих мыслей, когда рядом с желтыми потрепанными страницами упала сложенная из бумаги маленькая птичка. Ее явно послал кто-то специально. Моментально забыв обо всем, Сяо Синчэнь взял эту птичку, почувствовал исчезающий след чужой духовной энергии и принялся разворачивать. Плотная бумага похрустывала при каждом движении и в конце концов оказалась лишь запиской. С одной простой просьбой. «Спустись вниз и выйди на крыльцо». Ни приветствия, ни подписи. И кто это мог быть? Сяо Синчэнь моргнул, пытаясь понять, знаком ли ему этот угловатый дерзкий почерк? Кем бы ни был отправитель, с письмом он освоился довольно хорошо, но вот уроками каллиграфии явно пренебрегал. Поднявшись, Сяо Синчэнь подошел к окну, открыл его шире, выглянул наружу, но никого не нашел. Внизу, кроме деревьев, кустов и поставленных возле стены коробок, ничего не было. А точно ли таинственный отправитель записки не ошибся с адресатом? И если связаться хотели все-таки с Сяо Синчэнем, то зачем выбирать такой... сложный вариант? Кажется, способ узнать ответы существовал только один. Поэтому, закрыв окно, Сяо Синчэнь покинул комнату, спустился на первый этаж в пустующий сейчас обеденный зал и прошел через двери, ведущие на улицу. Наверное, в тот же самый момент он столкнулся с чужим взглядом, пробудившим в сердце отголоски волнения. Сюэ Ян стоял в нескольких шагах от него, чуть ухмылялся, глядя с насмешкой, опирался спиной о деревянную балку, держал руки скрещенными на груди и всем своим видом демонстрировал расслабленность и непринужденность. Услышав, как тихо закрылась дверь за спиной, Сяо Синчэнь приподнял мятую записку, зажимая ее между указательным и средним пальцами. — Это твое? — спросил он прямо, не сдержав улыбку, что быстро коснулась его губ. Сюэ Ян снова был облачен в довольно простые одежды, но даже в них казался кем-то, кто слишком отличается от всех в этом городе. Сяо Синчэнь до сих пор не мог сказать, что именно в Сюэ Яне заставляет его так чувствовать, хотел узнать, но не понимал, как это сделать. — Понятия не имею, о чем ты, — усмехнулся Сюэ Ян, лишь на мгновение удостоив взглядом записку. Сяо Синчэнь сунул ее за пазуху своего ханьфу и спросил: — В таком случае, должно быть, у тебя есть объяснение тому, почему ты здесь? Он не очень понимал, в чем был смысл юлить. Неужели Сюэ Яну было неловко за это предложение о встрече? Нет, неловкость и Сюэ Ян не казались чем-то совместимым, тогда в чем дело? Более того, откуда он узнал, где именно находится комната Сяо Синчэня, чтобы безошибочно отправить записку? — А почему я не могу быть здесь? Порой я прихожу сюда поужинать, — сказал Сюэ Ян, не отводя взгляда, и Сяо Синчэнь невольно подумал, что неизбежно поверил бы ему, даже если бы он сказал абсолютную несуразицу. Что-то было в глазах Сюэ Яна... Что-то такое, способное убедить кого угодно в его правоте. — Не слишком ли поздний час для ужина, не находишь? — тем не менее спросил Сяо Синчэнь. Сюэ Ян сделал будто бы задумчивый вид, оторвался от балки и легко спустился по ступеням. — На самом деле, у меня есть работа, — сказал он, поставив ладони себе на талию, и Сяо Синчэнь вновь заметил, что они спрятаны под тканью перчаток. — Но сегодня мне лень ей заниматься, поэтому я решил развеяться. Слабо улыбнувшись, Сяо Синчэнь принял это безмолвное предложение пройтись и последовал за Сюэ Яном, пока тот неторопливо направился вниз по ночной пустующей улице. — Разве твоя работа — это не ночная охота? — поинтересовался Сяо Синчэнь, почти поравнявшись со своим неожиданным компаньоном для не менее неожиданной прогулки. Вопрос этот Сяо Синчэню казался вполне уместным. Зачем становиться заклинателем, если не хочешь сражаться с нечистью и помогать простому народу? Разве Сюэ Ян не мог выбрать какое угодно другое занятие, которое было бы ему по душе? — Считаешь, что в орденах все адепты занимаются лишь ночной охотой? — со смешком спросил тот, и Сяо Синчэнь отрицательно качнул головой, опустив взгляд. Он поступил неосмотрительно, это стоило признать. — Судя по всему, адептам могут даваться самые разные задачи, ведь орден — это целая система. Чем занимаешься ты, если это не ночная охота? — Секрет, — снова усмехнулся Сюэ Ян, бросив на Сяо Синчэня мимолетный хитрый взгляд. — Если скажу, мне придется убить тебя. Готов расстаться с жизнью ради одной тайны? Несмотря на веселый тон юноши, Сяо Синчэнь вновь почувствовал, что может поверить во все его слова запросто. — Это будет честный бой? — спросил он следом, и Сюэ Ян посмеялся. — А ты настроен серьезно, даочжан. Знаешь, что случается с любопытными людьми? — И что же? — улыбнулся Сяо Синчэнь. — С ними происходят разные неприятные вещи, потому что любопытство до добра не доводит, — с участливым видом объяснил Сюэ Ян. — О чем же нам тогда разговаривать, если ты совсем не хочешь рассказывать о себе? — спросил Сяо Синчэнь. Они беседовали уже в третий раз, но что он успел узнать о Сюэ Яне за это время? Да ничего. Лишь то, что тот приглашенный заклинатель клана Цзинь да любитель сладкого с резким, порой грубым нравом. Кстати, о сладком. К этим мыслям Сяо Синчэнь невольно вспомнил, что носит маленький мешочек с конфетами. Он купил их, даже еще не решив, останется ли здесь. Они с Сюэ Яном могли больше не встретиться, но вот они снова вместе. Будет слишком странно угостить его конфетой прямо сейчас? Как он отреагирует? Примет ли сразу, или посмотрит с подозрением, выискивая в глубине глаз Сяо Синчэня все его мотивы? — А что насчет тебя? — спросил в ответ Сюэ Ян. — Разве ты не должен был покинуть эти края? Но ты все еще здесь. — Да, — согласился Сяо Синчэнь, глядя перед собой. — У меня есть незавершенное дело. Но я... не уверен в своих действиях. Я словно бы застрял в мертвой точке и никак не могу решиться сдвинуться уже вперед. У тебя бывает такое? — Что? — усмехнулся Сюэ Ян. — Я такой херней не страдаю. Кто еще сделает за тебя то, что тебе нужно? Никто. Поэтому берешь и делаешь сам, — добавил он, вырвавшись вперед, и какое-то время шел вперед спиной, внимательно глядя Сяо Синчэню в лицо. — Разве ты никогда не полагался на других? — слабо улыбнулся Сяо Синчэнь, чуть замедляя шаг. — Нет, — мрачно сказал Сюэ Ян и остановился. — Нет? — Сяо Синчэнь остановился тоже, почувствовав непонятную тоску. Ответ, полученный им, принадлежал одинокому человеку... (одиночке?), который никому не доверял. И этот образ был так далек от самого Сяо Синчэня, сначала привыкшего к опеке наставницы, а потом и к поддержке друга в лице Сун Цзычэня. Противоречие. Сяо Синчэнь сталкивался с этим раз за разом. Ему казалось, что они с Сюэ Яном разные, как небо и земля, потом казалось, что они в чем-то очень похожи, а потом снова — слишком разные. Более того, чем дальше, тем больше Сяо Синчэнь подозревал, насколько различными были и исходные. Убедится ли он в этом когда-нибудь наверняка? Сюэ Ян вдруг шагнул навстречу, ближе. Потом еще. До тех пор, пока не остановился прямо перед Сяо Синчэнем. Так небольшая разница в их росте стала ощутимее — Сюэ Яну пришлось чуть задрать голову, чтобы не лишиться возможности смотреть прямо в глаза. — Значит, господин заклинатель хорошо знаком с такой роскошью, — сказал он вкрадчиво и тихо. Сяо Синчэнь едва не упустил всю суть, поскольку умудрился зациклиться на том, какие длинные у Сюэ Яна, оказалось, ресницы. — Прости. Я не хотел тебя обидеть, — сказал Сяо Синчэнь. Сюэ Ян прищурился, потом и вовсе отмахнулся, отступая назад и отворачиваясь. — Снова извиняешься, — бросил он будто с упреком. Вместе с этим он вдруг свернул с дороги, и Сяо Синчэнь, оглядевшись, только теперь заметил, что они остановились недалеко от крупной винной лавки. Здесь был довольно большой открытый зал с широкой крышей. Под светом бумажных фонариков посетители заняли некоторые столики и выпивали. Они разговаривали и смеялись, и Сяо Синчэнь лишь сейчас понял, что до этого момента совершенно их не слышал, будто они с Сюэ Яном остались одни в целом мире или будто их отделил от всех остальных не пропускающий звук купол. Сюэ Ян тем временем присел на перила и поманил к себе рукой. Слегка помешкав, Сяо Синчэнь подошел, устроился рядом, оставив между ними некоторое расстояние. — Почему ты все время носишь перчатки? — все-таки спросил он. Рана от мухогонки должна была уже зажить к этому времени, если только у Сюэ Яна не было проблем с духовной энергией. Но судя по отправленной по воздуху записке, все, должно быть, в порядке. Тогда в чем дело? Сюэ Ян усмехнулся. — Это все страшная кожная болезнь. Ужасные, омерзительные язвы. — Он приподнял руку к лицу Сяо Синчэня, демонстративно пошевелил пальцами, а потом вдруг болезненно щелкнул по носу. — Я уже говорил, ты капец какой любопытный, даочжан. Приглушенно ойкнув, Сяо Синчэнь перехватил чужую руку за запястье и отвел от своего лица. — Должно быть, это мучительно. Не похоже, что ты мучаешься от боли. — Кто знает, может, я очень стойко умею переносить боль? — пожал плечами Сюэ Ян и высвободил руку. — Хочешь, покажу тебе результат одного своего эксперимента? Кажется, сегодня он был в очень хорошем настроении. Не желая его сбивать, Сяо Синчэнь с готовностью кивнул. Тогда Сюэ Ян достал из-за пазухи одежд монету и, держа ее на раскрытой ладони перед собой, слегка поводил рукой в воздухе. Его духовная энергия завихрилась неровными всполохами, монета начала медленно увеличиваться, а потом уменьшилась обратно. — О, как ты... — изумился Сяо Синчэнь, глупо моргая. Он мог бы поклясться, что никогда не видел ничего подобного. — Ты сделал это, используя только свою ци? Чем же он все-таки занимался в ордене Ланьлин Цзинь? — Ага, — довольно ответил Сюэ Ян и сжал монету. — Вообще, хочу научиться увеличивать живую материю. Будет очень круто. — А зачем... это? — рискнул спросить Сяо Синчэнь, и Сюэ Ян притворно закатил глаза в разочаровании. — Издеваешься? Вот ты довольно высокий. А представь, что теперь ты еще выше. В ближнем бою ты станешь гораздо сильнее! — возбужденно заявил Сюэ Ян, взмахнув рукой со все еще сжатой монетой. — Хм, понял, — кивнул Сяо Синчэнь. — Тогда в этом действительно есть смысл, однако я бы не хотел... — Мэн Яо тоже не пришлось по душе мое предложение, — расхохотался Сюэ Ян, и Сяо Синчэнь с улыбкой вспомнил, что Цзинь Гуанъяо не мог похвастаться внушительным ростом. Указывать на это через столь дерзкий намек было довольно грубо. — Но то, что ты делаешь, это очень здорово, — ни капли не слукавив, вставил Сяо Синчэнь. — Ты, верно, непомерно талантлив, если создаешь новые техники. Сюэ Ян довольно улыбнулся. — Продолжай. Мне нравится, когда ты так делаешь. — Что? Хвалю тебя? — не удержался от смешка Сяо Синчэнь, и в этот момент Сюэ Ян неуловимо напомнил ему ребенка. Кажется, что-то такое случилось и в прошлую их встречу. — Ты и правда... удивляешь. — Наконец-то, — сказал Сюэ Ян, сделав вид, что испытывает небывалое облегчение. — Кто-то в этом городишке оценил по достоинству мою охуительность. А то все только лица кривят. — Может быть, простому народу не очень интересны заклинательские трюки, — предположил Сяо Синчэнь, слегка погрустнев. — Но орден Ланьлин Цзинь довольно большой. Разве ты никому не показываешь то, что умеешь? — Хах, — улыбнулся Сюэ Ян. — Когда я так делаю, Мэн Яо строит кислую мину и говорит что-нибудь в духе: «Будь серьезнее, Чэнмэй», «У нас много работы, не трать время на ерунду»... Со скуки подохнуть хочется, — пожаловался он, забавно спародировав голос Цзинь Гуанъяо. Стоило сказать, получилось у него здорово. Сяо Синчэнь с трудом удержал новый смешок, рвущийся наружу. — Кажется, Ляньфан-цзунь очень устает. У него много обязанностей? — предположил он. — Да, терпеть чужие нападки в частности, — без интереса отмахнулся Сюэ Ян. — Почему? — удивился Сяо Синчэнь. — Я не буду начинать эту заунывную историю сейчас, — отказался рассказывать Сюэ Ян. Подкинув монету в воздух, он ловко поймал ее и наградил Сяо Синчэня новой улыбкой. — Но если хочешь, могу научить тебя этому трюку с увеличением. — Хочу, — с готовностью ответил Сяо Синчэнь, даже не задумываясь. Сюэ Ян, кажется, на мгновение удивился его реакции, но потом просто взял его за запястье, развернул внутренней стороной ладони вверх и положил в нее монету. Сяо Синчэню показалось, что что-то в движении левой руки не так, но он быстро забыл об этом, потому что Сюэ Ян ударился в объяснения. — Самое главное здесь хорошо представить предмет. Не просто его внешний образ, а все, вплоть до внутренности. С монетой проще, потому что это сплошной металл. Когда покажется, что получилось, попробуй наполнить ее своей ци изнутри... Внимательно слушая, Сяо Синчэнь постарался придержаться всем указаниям. И пусть поначалу его попытки не принесли никакого результата, спустя какое-то время что-то начало получаться, чему он обрадовался так, будто бы снова стал ребенком, которому впервые удалось зарядить талисман собственной духовной энергией. Так они просидели до самого рассвета, пока зал за их спинами окончательно не опустел, и, кажется, оба совершенно не заметили, как пролетело время. Сюэ Ян без устали рассказывал о том, для каких полезных мелочей еще можно использовать собственную ци, о порой совершенно странных и не всегда безобидных фантазиях, до которых Сяо Синчэнь и в жизни бы не додумался сам. Попрощаться им пришлось в спешке. Сюэ Ян вдруг вспомнил о каком-то важном деле, ну а Сяо Синчэнь не посмел его задерживать. Один из них направился в сторону Башни Кои, а другой — обратно на постоялый двор. И только поднявшись на крыльцо, Сяо Синчэнь с досадой понял, что так и не угостил Сюэ Яна конфетами. Но была и положительная сторона. Они очень приятно провели время вместе, и это (или все-таки что-то другое?) каким-то образом придало Сяо Синчэню уверенности в том, что ему все же стоит попробовать самому разобраться в том, что он увидел во время ночной охоты на территории ордена Ланьлин Цзинь, не пытаясь передать эту ответственность кому-то еще. В конце концов, он спустился с горы Баошань для того, чтобы сделать этот мир лучше, но никто не обещал ему, что это будет так легко.

*

Сун Цзычэнь отнесся к его окончательному решению настороженно, но все же с пониманием, когда Сяо Синчэнь за завтраком рассказал ему о своем намерении снова отправиться в Башню Кои — теперь за тем, чтобы предложить себя в качестве приглашенного заклинателя. Он не знал, как все пройдет и насколько затянется одобрение, поэтому не стал больше оттягивать, а посетил резиденцию сразу после полудня и передал свое пожелание двум молодым адептам, несшим патруль. Сяо Синчэнь подозревал, что и в этом ордене его захотят принять с распростертыми объятиями, но все же он не думал, что аудиенцию у первого помощника главы клана ему назначат в тот же миг — даже ждать долго не пришлось. Его почти ни о чем не спрашивали — просто попросили заполнить бумаги и приходить через два дня. — Могу заверить, что ваш щедрый вклад, как заклинателя, оценится в нашем ордене по достоинству, — воодушевленно обещал помощник главы, будто Сяо Синчэнь уже числился среди новоиспеченных адептов. Он пришел на следующую встречу, как и было оговорено, а когда получил официальное утверждение, вмиг почувствовал себя странно и растерянно. Осознание, что он все-таки сделал то, о чем не мог помыслить даже в прошлом месяце, оказалось для него испытанием в некотором роде, но он смог быстро взять себя в руки, чтобы никто не усомнился в серьезности его намерений. В тот день Сяо Синчэнь вернулся на постоялый двор, чтобы забрать из комнаты свои немногочисленные вещи. Ему любезно предложили покои в резиденции ордена, и отказываться не было смысла, зато был смысл в том, что у него появится возможность обойти всю Башню Кои, не вызвав при этом ненужных подозрений. — Значит, уже сегодня ты остаешься в резиденции? — уточнил Сун Цзычэнь, стоя в дверях, пока Сяо Синчэнь засовывал в мешочек цянькунь свои личные книги. — Да. Сам поверить еще не могу, но это все же случилось. — Но ты ведь понимаешь, что мне придется уйти? Если кто-то узнает, что я так и не покинул эти края, это покажется странным, — сказал следом Сун Цзычэнь. Оторвавшись от сборов, Сяо Синчэнь выпрямился и посмотрел на друга с тоской в сердце. С тех пор, когда они начали ходить на ночные охоты вместе, они почти не расставались, и сейчас Сяо Синчэню предстояло научиться полагаться на себя в большей степени, чтобы успешно достичь своей цели. И даже если он понимал это разумом, сердце очевидно не хотело лишаться постоянной компании человека, на которого всегда можно было положиться, с которым Сяо Синчэнь чувствовал себя на одной волне. — Но ты ведь... — Я вернусь узнать, как у тебя дела, через две недели, — сказал Сун Цзычэнь. — На окраине города есть небольшой постоялый двор под названием «Песнь Ветра». Встретимся там. — Спасибо, Цзычэнь, — натянуто улыбнулся Сяо Синчэнь. — Обязательно встретимся. — И еще... — Сунув ладонь в рукав, Сун Цзычэнь вынул талисман и, подойдя ближе, протянул его Сяо Синчэню. Бумага оказалась очень качественной, а еще... — Это талисман перемещения. Спрячь его и воспользуйся, если ситуация вдруг станет безвыходной. Он перенесет тебя за пределы Ланьлина. — Это... столь ценная вещь, Цзычэнь, — тихо произнес Сяо Синчэнь. — Думаешь... — Просто на всякий случай, — объяснил Сун Цзычэнь. — Никто не знает, как все может обернуться. — В этом ты прав, — согласился Сяо Синчэнь и спрятал талисман в одной из книг, которая тоже следом отправилась в мешочек цянькунь. — Спасибо, — еще раз поблагодарил он. — Не за что, — ответил Сун Цзычэнь и мимолетно одобряюще сжал плечо Сяо Синчэня. — Будь осторожен. И погружаясь в размышления, постарайся не терять связь с действительностью. — Хорошо. Обещаю, что все будет в порядке, — кивнул Сяо Синчэнь, вновь испытывая чувство благодарности за заботу. На выходе из постоялого двора они разошлись разными дорогами. Сун Цзычэнь собирался сегодня же покинуть город, чтобы посетить те поселения, где не хватало заклинательской помощи, ну а Сяо Синчэню предстояло более непривычное занятие. Попробовать влиться туда, где ему явно было не место. Поднимался он по известной лестнице Башни Кои тем не менее уже почти привычно и даже не испытал обычной неловкости, когда патрульные адепты в золотых одеждах горячо поприветствовали его. Похоже, они уже все знали. Слухи в Башне Кои разлетались стремительно — Сяо Синчэнь и сам успел в этом убедиться. Собираясь снова пройти в кабинет первого помощника главы ордена, он уже почти миновал огромный гостевой зал, как его нагнал откуда-то взявшийся Цзинь Гуанъяо. Сяо Синчэнь не видел его несколько дней, поэтому радушно поприветствовал, не сдержав улыбки. — Я слышал, вас утвердили приглашенным заклинателем нашего ордена. — Цзинь Гуанъяо лучезарно улыбнулся в ответ. Ну правда — слухи быстрее ветра. — Признаюсь, я был поражен до глубины души, — вы сами предложили свою кандидатуру. Сяо Синчэнь ведь не думал, что ему все-таки удастся избежать неудобных вопросов? С другой стороны, принимать эти вопросы, когда они шли от Ляньфан-цзуня, было куда проще, нежели бы их начал задавать совершенно незнакомый человек. — Я много раздумывал о том, чтобы все же присоединиться к одному из кланов, — сдержанно сказал Сяо Синчэнь, пока они вместе неторопливо шли через длинный коридор, пестрящий богатым убранством не хуже, чем гостевой зал. — В конце концов, это может стать для меня отличным новым опытом. Я готов познакомиться с устоями, по которым живут другие заклинатели. Уверен, это поможет мне взглянуть на мир с иной стороны и научиться чему-то полезному. — Несомненно, — согласился Цзинь Гуанъяо. — Я очень рад, что вы наконец открылись возможностям, которые предстают перед вами. Но что же ваш напарник? — спросил он, сделав беспокойное лицо. — Я полагал, что вы с даочжаном Суном всегда и везде держитесь вместе. — К сожалению, он не смог разделить мое стремление присоединиться к ордену, — ответил Сяо Синчэнь, опустив взгляд. — Сегодня он отправился дальше. Служить на благо мира как бродячий заклинатель. — Неужели у него не оказалось ни одной причины вступить в наш орден? — легко усмехнулся Цзинь Гуанъяо и тут же покачал головой, будто желая извиниться за свою реакцию. На этом моменте Сяо Синчэнь все-таки ощутил отголоски надвигающейся нервозности. — Считаете, что у меня есть неозвученная причина? — догадался он. — Ну разумеется, — с улыбкой ответил ему Цзинь Гуанъяо, одарив дружелюбным взглядом. — И мне было бы очень любопытно узнать ее. — Что ж, вы, несомненно, правы, — сказал Сяо Синчэнь, не давая себе выдержать паузу. Его спасло лишь то, что у него было целых две неозвученных причины, одной из которой он готов был пожертвовать, чтобы сохранить в безопасности другую. — Так уж вышло, что среди адептов ордена я заинтересовался одним человеком. — О. — Цзинь Гуанъяо изумленно моргнул, хотя в тот же момент эта реакция показалась Сяо Синчэню лишь умело сотканной маской. — Неужели? Кажется, я даже подозреваю, кто это может быть. У него дерзкий нрав и ужасные манеры? — Что? — вздрогнул Сяо Синчэнь, не ожидав такой проницательности. Каким образом Цзинь Гуанъяо мог обо всем догадаться? — Как вы... Тот тем временем остановил Сяо Синчэня, мягко взяв его за локоть, и встал напротив, чтобы удобнее было говорить лицом к лицу. — Я всего лишь высказал предположение, а вы сами его подтвердили. Прошу прощения, если вы хотели сохранить ваше увлечение в тайне. Это слегка... неловкая тема для бесед с кем-то столь малознакомым. — Увлечение... — зачем-то повторил Сяо Синчэнь, чувствуя, как отчаянье накрывает его, словно тяжелое одеяло, под которым не вздохнуть. — Конечно, отношения между адептами не запрещены, — продолжил Цзинь Гуанъяо, тепло улыбаясь. — Но отношения подобного рода... не стоило бы выставлять на всеобщее обозрение. — Отношения? — сглотнул Сяо Синчэнь, теперь ощущая настоящий приступ паники. Цзинь Гуанъяо это, несомненно, заметил и поспешил спасти ситуацию. — Просто совет на будущее. Прошу меня извинить за то, что столь сильно смутил вас, — у меня не было подобных намерений. Вы наверняка направлялись в кабинет первого помощника? Позвольте проводить вас. Снова улыбнувшись, он развернулся, и Сяо Синчэнь молча последовал за ним, сгорая от стыда и чувствуя, как пылают щеки. Как же так вышло, что Ляньфан-цзунь догадался о его маленьком секрете? А что он еще мог знать? Что, если... ему каким-то образом было известно и о том, что Сяо Синчэнь намеревался буквально шпионить в его ордене? Может быть, вся его затея изначально оказалась провальной? В этих мыслях он не заметил, как снова оказался в уже знакомом кабинете. Цзинь Гуанъяо не просто сопроводил его, а зачем-то остался рядом, будто бы лично желал проследить за тем, как все пройдет. В беседу он не вмешивался, но внимательно наблюдал, как Сяо Синчэнь получает список правил, книгу об истории ордена и даже карту резиденции, которая и на первый взгляд показалась ему слишком большой. — Покажи даочжану Сяо его покои и отвечай на все вопросы, которые у него появятся, — сказал вдруг первый помощник, обратившись к кому-то, и Сяо Синчэнь только теперь заметил, что за большой колонной все это время стоял невысокий мальчик. На вид ему было едва ли больше двенадцати, и он, вероятно, являлся слугой, бегающим по поручениям. Молчаливо мальчик подошел к Сяо Синчэню, скованно поклонился в знак приветствия и указал рукой на дверь, предлагая пройти с ним. Цзинь Гуанъяо покинул кабинет следом и обратился к Сяо Синчэню снова: — Завтра после завтрака приглашаю вас в зал совещаний. Стоит обсудить, чем будут полезны ваши умения. Было бы очень досадно не позволить воссиять столь поразительному потенциалу. — Разумеется, — ответил Сяо Синчэнь, вежливо улыбнувшись. Исполнив поклон, Цзинь Гуанъяо попрощался и удалился, оставив Сяо Синчэня вдвоем с мальчиком в пустом коридоре. — Пожалуйста, идемте, — сказал мальчик, снова предложив следовать за ним. Легче от ухода Ляньфан-цзуня стало едва ли. — Как твое имя? — решил спросить Сяо Синчэнь и, удерживая в руках книги и карту, двинулся за мальчиком. — Господин заклинатель может звать меня А-Сюном, — ответил мальчик, бросив на Сяо Синчэня короткий улыбчивый взгляд. — Я просто слуга, но через год, возможно, меня возьмут обучаться заклинательскому искусству. — Вот как, — постарался улыбнуться в ответ Сяо Синчэнь, пока А-Сюн сопровождал его, судя по всему, в восточную часть резиденции. — И давно ты служишь в Башне Кои? — Уже три года, господин заклинатель, — последовал короткий ответ. — Здесь тебе нравится? — спросил Сяо Синчэнь, стараясь уловить даже едва заметную напряженность, если она появится, но мальчик только снова улыбнулся, давая понять, что его ничто не беспокоит. — Конечно. Любой на моем месте мечтал бы получить здесь работу. — Хорошо, — сказал Сяо Синчэнь, мысленно успокоившись, и следующую часть пути они прошли в молчании. Оказалось, что каждый коридор, каждый зал в Башне Кои отличался дорогим убранством с преобладающим золотым оттенком, и с каждым шагом Сяо Синчэнь все больше понимал, что ему и правда здесь не место. Он не привык к жизни в подобной роскоши — по душе ему была простота храма наставницы, который он покинул, но сейчас выбирать не приходилось. — Это один из коридоров, в котором находятся личные покои некоторых адептов, — объяснил А-Сюн, остановившись возле одной из дверей. — А это ваша комната. Он открыл дверь, предложил войти первым, и Сяо Синчэнь, исполнив просьбу, едва удержался от тяжелого вздоха. Покои, конечно, были вычурно обставленными, вся мебель — новой, искусно сделанной, а на кровати спокойно уместилось бы трое. — Не могло ли... найтись что-нибудь поскромнее? — натянуто улыбаясь, поинтересовался Сяо Синчэнь, и мальчик, застыв в дверях, вздрогнул. — Оу. Это... еще довольно скромные покои. — Правда? — Сяо Синчэнь ощутил безнадежность. — Да, — неловко улыбнулся А-Сюн. — Не можем же мы поселить заклинателя в комнате для прислуги. — Ладно. Ничего страшного, — сдался Сяо Синчэнь. — Я привыкну. А-Сюн просиял: — В таком случае я готов услышать ваши пожелания насчет еды. — Он принялся перечислять самые разные блюда, которые кухня могла предоставить адептам ордена, и у Сяо Синчэня чуть голова не закружилась от этого съестного изобилия. — Постой, — прервал он мальчика, приподняв ладонь в останавливающем жесте. — Это все слишком. Я предпочитаю простую еду. Не нужно так... стараться ради меня. — Конечно. Я все понял, — снова улыбнулся А-Сюн. — Простите, я совсем забыл, что вы даос. Кстати говоря, обеденный зал открыт все время, и кухня работает — тоже. Если ваши желания столь просты, вы можете прийти и дать указание любому слуге. Все приготовят в самое ближайшее время. — Да, так будет лучше, спасибо, — выдохнул Сяо Синчэнь. Уходя, А-Сюн предупредил, что зайдет вечером для того, чтобы принести одежды, и Сяо Синчэнь наконец остался один, предоставленный самому себе. Стараясь не обращать внимание на давящую чрезмерную роскошь вокруг, он развернул на письменном столе карту и принялся внимательно изучать ее. Здесь были указаны и небольшие здания помимо основного. Конюшни, винные и зерновые склады, оружейные... Но в том месте, вблизи леса, где Сяо Синчэнь ночью наткнулся на неизвестную стену, ничего не было. Либо здание не указывалось на карте, либо он сам неправильно запомнил свой маршрут. Все это значило, что пока он не сможет ничего узнать. Оставалось ждать, когда его допустят до следующей охоты? До самой ночи Сяо Синчэнь читал историю клана, не найдя в ней ничего, что могло бы омрачить репутацию ордена Ланьлин Цзинь, опоздал на ужин, но зато узнал о том, что молодые служанки с радостью принимают в обеденном зале даже поздних посетителей. Когда он вернулся в свои покои, то думал, что не сможет заснуть от волнения, но, к удивлению, справился даже не прибегая к помощи медитации. Сны его не беспокоили, и проснулся он несколько позже рассвета, ощущая себя готовым к нелегкому дню. Ему предстоял новый разговор с Ляньфан-цзунем, а перед этим необходимо было привести себя в порядок и позавтракать. Стоило ли удивляться, что к столику для умывания прилагалось довольно большое, сделанное из бронзы зеркало? Сяо Синчэнь тщательно расчесал волосы, заколол спадающие на лицо пряди простой деревянной шпилькой и без удовольствия бросил взгляд на приготовленные с вечера клановые одежды, о которых А-Сюн так беспокоился, что не ушел до тех пор, пока не убедился, что Сяо Синчэню они хорошо подошли по размеру. Несмотря на это, ему все равно хотелось надеть свое обычное белое ханьфу, но это желание пришлось подавить. Не стоило выказывать неуважение в то время, как его любезно приняли в богатый орден. Пересилив себя, Сяо Синчэнь неторопливо оделся, не обращая внимание на ощущение непривычности. У золотого цзяньсю с вышитым на груди пионом были узкие рукава, в отличие от его ханьфу, — в таких много не спрячешь, но вот маленькие конфеты помещались очень удобно. Сяо Синчэнь и сам не знал, зачем положил их прямо сейчас, а потом, глядя на себя в зеркало, вдруг обнаружил в отражении кое-что, чего в комнате не было буквально мгновение назад. Видение? Изумленно развернувшись, Сяо Синчэнь приоткрыл рот, но все слова застряли в горле. Нет, это было не видение. Всего лишь Сюэ Ян, стоявший возле припертой к стене ширмы. Он смотрел на Сяо Синчэня точно так же, как когда они встретились ночью на крыльце постоялого двора. Юноша в неприметных одеждах и даос в белом, но теперь... Теперь они оба были облачены в золото, и Сяо Синчэнь, закрыв рот, тихо сглотнул, не понимая, что именно чувствует из-за этого. — Охуеть, ничего не скажешь, — вдруг выдал Сюэ Ян, после чего с усмешкой на губах плавно оттолкнулся от стены, на которую опирался спиной. Приблизившись, он зачем-то обошел Сяо Синчэня вокруг, будто изучая. — Я, конечно, догадался, что от тебя можно вообще чего угодно ожидать, но это... — продолжил Сюэ Ян и рассмеялся. Сяо Синчэнь наконец отмер и развернулся, чтобы видеть чужое лицо. — Как ты сюда попал? Я ведь запирал дверь... — Входить через дверь — это так скучно, — притворно пожаловался Сюэ Ян. — Я воспользовался окном. Сяо Синчэнь перевел взгляд на распахнутое окно и только теперь вспомнил, что сам его и открыл, чтобы проветрить комнату... Здесь, конечно, было довольно высоко, но ничего бы не помешало Сюэ Яну прилететь сюда на том же мече. И откуда он только опять знал, где именно находится комната Сяо Синчэня? — Ты очень оригинален, — сказал Сяо Синчэнь, хотя хотелось указать, что поступать так, как сделал Сюэ Ян, — не слишком вежливо. — А что? Уже успел забыть об этом? — спросил тот, дерзко дернув бровью. — Я вот знаешь, что подумал, даочжан? Что твое «незавершенное дело» как-то связано с орденом Ланьлин Цзинь. — Хм, — уклончиво сказал Сяо Синчэнь и, улыбнувшись, прошел к столу. Опустившись в кресло, он взял чашу с подноса и налил себе воды. Слова Сюэ Яна почему-то не вызвали в нем тревоги, хотя по всем разумным соображениям должны были. — Как так вышло? Что ты здесь забыл, я серьезно? — решил настаивать на ответах Сюэ Ян, подойдя и остановившись напротив стола. — Это благодаря тебе, — ответил Сяо Синчэнь, пряча новую улыбку за чашей, и явственно услышал, как Сюэ Ян от изумления подавился воздухом. — Чего? — Мне кажется, благодаря общению с тобой я почувствовал, что могу сделать гораздо больше, чем думал раньше, — признался Сяо Синчэнь, подняв голову. — Ты прямо воодушевил меня. Сюэ Ян пристально смотрел на него, и во всем его выражении читалось неверие. — Да ты и правда чудной, как ни посмотри, — сказал он. — Для тебя что, вступление в орден — это какой-то вызов? — В каком-то смысле так и есть, — согласился Сяо Синчэнь. — Да? — Сюэ Ян недобро ухмыльнулся. — А я слышал другое. Будто бы ты на меня глаз положил. А вот это уже заставило занервничать. Отвести взгляд. — Ляньфан-цзунь тебе сказал? — спросил Сяо Синчэнь. — Он сказал мне об этом еще после первой нашей встречи, — помрачнел Сюэ Ян. — Сказал, что ты на меня как-то не так посмотрел. — Действительно? — Сяо Синчэнь попытался вспомнить подробности той встречи, но он все равно не мог увидеть себя со стороны. Что не так было с его взглядом? — Знаешь, что еще он мне сказал? — продолжил Сюэ Ян. — Пойти на ночную охоту, где будешь ты. Составить тебе компанию. — Ох, — изумленно выдохнул Сяо Синчэнь, нервно погладив поставленную перед собой чашу. — Но тебя ведь не было на той охоте, — заметил он. — Да, — согласился Сюэ Ян. — Потому что я предложил Мэн Яо сходить на хер. Я не подписывался любезничать с потенциальными адептами ордена, которые мне нахуй не всрались. Сяо Синчэнь поморщился — на мгновение его сердцу стало больно. Как он должен был расценивать это признание Сюэ Яна? Должен ли он был решить, что все их встречи — подстроенное нарочно действо, исполненное с неискренностью? Но ведь... — Твоя просьба с запиской... — напомнил Сяо Синчэнь. — Неужели Ляньфан-цзунь столь сильно желал, чтобы я присоединился к ордену? — Я тоже не понял, зачем ему это, — ухмыльнулся Сюэ Ян. — Цзинь Гуаншань от негодования чуть не лопнул, когда узнал, что ты предложил свою кандидатуру. И ведь отказать тебе не было никаких причин. Как бы это выглядело? Он рассмеялся, и Сяо Синчэнь посмотрел на него с тревогой. — Так мое присутствие нежелательно? — Ну еще бы. Ты же слишком святошный. Слишком правильный, — притворно изумился Сюэ Ян. — Да ты обязательно влезешь куда не просят, и от тебя будут проблемы. — Вот как? — напряженно нахмурился Сяо Синчэнь, и Сюэ Ян вдруг так резко двинулся, что даже напугал. Он поставил ладони на стол, потом одно колено, потом наклонился к лицу Сяо Синчэня, чтобы смотреть ему в глаза близко-близко. — Что ты тут ищешь, даочжан? — спросил он тихо, но со сталью в голосе. — Ищу? — Сяо Синчэнь и не подумал отступать или разрывать зрительный контакт. — Да потому что я не тупой, чтобы просто поверить в то, что нравлюсь тебе, — жестко сказал Сюэ Ян. Если бы его слова имели материальную форму, они были бы камнями, брошенными со всей силы. О нет. Он обиделся. Обиделся, потому что не получил подтверждение сразу. — Но это правда! — испугался Сяо Синчэнь и тут же прикусил язык, потому что все еще не хотел так быстро расставаться со своей нежной тайной. Что ж, теперь было поздно. — Что? — Сюэ Ян издал невеселый смешок. — Ты мне нравишься. Честно, — с трудом проговорил Сяо Синчэнь. — Да ну? Докажи, — провокационно потребовал Сюэ Ян. Доказать? Как можно было доказать свою симпатию в такой сложной обстановке? Сяо Синчэнь уже едва не отчаялся, но тут ему в голову пришла совершенно дурацкая идея. Он тем не менее исполнил ее, не зная, что может сделать еще. Вытащил из рукава запрятанную конфету, выкинул обертку и прижал сладкий твердый шарик прямо к губам Сюэ Яна. Взгляд его было стал вопросительным, но потом глаза и вовсе закрылись. Угощение оказалось принятым, да так ловко, что Сяо Синчэнь и не заметил, как исчезла конфета, — лишь почувствовал на подушечке пальца легкое мокрое ощущение, оставленное кончиком языка. Сюэ Ян снова посмотрел на него. На этот раз очень томным и жадным взглядом. Его правая рука приподнялась, пальцы, обтянутые жесткой тканью перчатки, больно стиснули нижнюю челюсть Сяо Синчэня. — Интересный ты способ выбрал, даочжан. Показать тебе, как это делается в сто раз проще? — сказал Сюэ Ян и не дал даже сообразить ответ. Вместо этого прижался к губам Сяо Синчэня своими, запутал все мысли в голове. Еще момент — и их вовсе не осталось. Было только ощущение странного, жесткого, почти болезненного поцелуя. Сяо Синчэнь бы ответил, да только не знал как, не умел, а Сюэ Ян и не думал объяснить, вцепившись зубами в его нижнюю губу. Казалось, еще немного — и точно прокусит до крови. — Прости, я не умею целоваться. — От сбитого дыхания Сяо Синчэнь не узнал собственный голос. Сюэ Ян, отодвинувшись от него лишь на цунь, усмехнулся. — Я тоже как-то не учился, да и похер. Хочешь, научимся вместе? От этого вопроса мозги окончательно поплыли и стало так хорошо, что действительно плевать на все. — Хочу, — выдохнул Сяо Синчэнь, даже не задумываясь. Сюэ Ян расслабил пальцы, все еще сдавливающие его челюсть, со стуком перекатил конфету во рту, прижался к губам Сяо Синчэня в поцелуе еще раз. Теперь более мягком, почти нежном. В нем растворялся целый мир. Этот поцелуй отбирал значимость у всего, что не являлось этим действом. Встреча с Цзинь Гуанъяо? Стремление вывести орден Ланьлин Цзинь на чистую воду? Всего на один короткий момент, но все это потеряло свою ценность. Мир начал возвращаться на место, лишь когда Сюэ Ян снова отодвинулся, оставив на губах Сяо Синчэня приторно-сладкий привкус конфеты. — Когда я пришел к тебе ночью, — сказал Сюэ Ян, ведя указательным пальцем по линии челюсти Сяо Синчэня, — я сам этого хотел. Был ли смысл говорить это после того, что случилось сейчас? — Я знаю, — прошептал в ответ Сяо Синчэнь и потянул ладони вверх, чтобы коснуться лица Сюэ Яна кончиками пальцев и трепетно погладить. Его взгляд, как и его самого, отпускать совершенно не хотелось. И с тем же Сяо Синчэнь понимал, что на этот раз он точно перешагнул некую границу, прошел через дверь, которую не решался открыть, которая с грохотом захлопнулась за его спиной, навсегда отрезая все пути отступления.