Привилегии проигравших

Стреляй в голову НЮ — Вороны

Дима полон решимости продолжать злиться. И хоть это совсем уж нерационально, но он сказал Паше сегодня за ним не заезжать. — С друзьями договорились в кино, а там в общагу. — Точно сам доберёшься? — Если что, уже утром позвоню, — улыбнулся Дима. Но никого видеть не хочется, поэтому длинный день лекций для него заканчивается, и Дима идёт в кино один без каких-либо мыслей, что же делать в одиннадцать ночи, когда фильм закончится. Уже выйдя из кинотеатра и поёжившись от холода, Дима вдруг осознаёт, что же хочет сделать. «Какие есть ограничения в просьбе?» — пишет он Сергею, присаживаясь на лавочку в парке. «Только одно — полгода остаются», — ответ приходит практически мгновенно. Дима смотрит на экран телефона. «Уже кто-то об этом просил, или я и в этом предсказуемый?» «Хорошие люди в целом очень предсказуемы. Тебя обидели слова Арса, мои слова, и сейчас ты хочешь держаться от нас подальше, чтобы не стать хуже. Не стать таким же, как мы». Дима ставит телефон на блокировку. Сейчас не слишком-то хочется быть хорошим человеком. Хочется злиться. Нет, хочется именно того, о чём говорит Сергей, — держаться подальше. Но полгода остаются. Точнее, три с половиной месяца. Оглядевшись вокруг, увидев пустынные улицы, искусственный свет фонарей и снег, который тает с большой неохотой, Дима вздыхает. В этот раз принципиальность очень уж некомфортная. Нужно возвращаться в общагу, а с завтрашнего дня продержаться ещё немножко. «Паша сказал, что ты сегодня в кино и с друзьями», — приходит новое сообщение. «Да». Дима смотрит на экран. Но ответ не приходит. Парень оглядывается по сторонам — и кино уже закончилось, и друзья. В такие моменты люди к кому-то идут, просят о помощи. Хотя, какие такие моменты? Ничего же вроде не произошло, ну, помимо очевидного — Арс оказался мудаком. А Сергей прав — сама по себе ситуация могла закончиться намного-намного хуже. Оставалось ведь всего ничего — прожить в шикарном доме, потом закончить учёбу, стать хорошим врачом. Жизненный план есть, возможности для его реализации — тоже. Внезапный прилив оптимизма позволяет Диме ещё раз осмотреться по сторонам, признать, что, в целом, ситуация не такая уж плохая, и быстро пойти в сторону общаги. Будут ли рады его видеть соседи по комнате, которые давно устроили на его кровати склад своих личных вещей? Вероятнее всего, нет. Но имеет ли это значение? Тоже нет. Дима идёт, вглядываясь в лица редких прохожих, приближаясь к зданию общежития, где горит свет почти в каждом окне. — Большая компания, — раздаётся со стороны парковки. Сергей присаживается на капот своей машины. Дима набирает воздух, чтобы что-то сказать, но выдыхает и просто смотрит на Сергея. — Ну, ты же понимаешь, что это глупо — извиняться за то, что я предложил тебе купить квартиру? Дима молчит. Конечно, это он понимает. — Возможно, — Сергей встаёт и делает небольшой шаг в сторону Димы, — мне не стоило говорить, что отказываться — это глупо. Дима засовывает руки в карманы. Стоять просто так — холодно. — Ладно, не возможно. Мне и правда не стоило этого говорить. И за это я прошу прощения. — Вы, в целом, просите прощения за странные вещи, — отвечает Дима слегка охрипшим голосом. — А за что надо просить прощения? — Да вроде не за что, — пожимает плечами Дима. — Это ведь я неправильно живу, а не вы, и не Арс. Это мне нужно через три с половиной месяца возвращаться в общагу. — Я не говорил, что ты живёшь неправильно. Сергей делает ещё один шаг, а Дима продолжает стоять на месте и молчать. — Ты, может, правильнее нас всех живёшь, — ещё один шаг. — Но это лишь логично — вынести из ситуации что-то ещё, кроме своей принципиальной позиции. Например, квартиру. Дима вздыхает и поворачивается в сторону входа, но в этот раз Сергей расстояние преодолевает быстрее и берёт его за локоть. — Я буду молчать про квартиру, — Сергей смотрит не на Диму, а куда-то позади него. — Хотя это и верх абсурда. — Какая разница, злюсь я или нет? — Да никакой, Дим, — Сергей отпускает его локоть. — Просто, зачем напрасно обижать хорошего человека? — Ну, предложение купить квартиру — это, возможно, не совсем «обижать». Дима наблюдает, как глаза Сергея зажигаются при этих словах. — Просто в моём мире так не происходит, — продолжает Дима. — Давайте остановимся на прежних договорённостях. Полгода, потому что я помогаю другу. Два с половиной месяца прошло, другом Арса я тоже уже назваться вряд ли смогу. Но сути это не меняет. — Хорошо, — кивает Сергей. — А сейчас, поехали домой? — И всё же, — Дима никак не может поймать взгляд Сергея. — Зачем вы приехали? — Ты хороший человек, Дима. И когда у нас с тобой происходят такие недопонимания, это мне напоминает, что я как раз человек так себе. Дима на мгновение заглядывает в глаза Сергея, который тут же указывает жестом на машину. — А почему именно полгода? — задумчиво протягивает Дима, когда Сергей выруливает из стоянки. — Ну, ладно вам надоело в первый раз за это время, во второй. Но неужели каждый раз ровно полгода? — Да нет, обычно раньше. Сергей больше ничего не добавляет, а Дима не спрашивает, наблюдая, как загорается зелёный сигнал светофора. — Надо просто обозначить условия сделки с самого начала, — Сергей продолжает через пару минут. — А позже? — Бывало ли такое, что мне было жаль, когда они уезжали? — Да. — Нет, не бывало. Если честно, я чувствовал только облегчение. — Может, всё же стоит к психологу? Можете взять деньги на сеансы из фонда на двушку у универа. Серёжа улыбается. — Наконец-то, а то всё не мог выделить для этого средства. Дима тоже улыбается. Больше они не разговаривают. Каждый думает о своём. И уже дома, когда Дима ложится в кровать и отворачивается в сторону двери, он спрашивает: — А как вы поняли, что я вру? Ну, что нет никакой компании друзей и всего такого? — Просто я подумал, что ты не захочешь ни с кем общаться, когда у тебя плохое настроение. — Я всё ещё предсказуемый? — И это всё ещё делает тебя одним из немногих, кому я доверяю. — Проблемы с доверием, но спите в одной постели с незнакомцами? — Они были недостаточно умны, чтоб меня предать. А настоящий нож в своей же постели я бы заметил. — О, — Дима даже поворачивается — настолько эта догадка оказывается неожиданной: — Вы никогда не засыпаете первым? — Перестраховка, — Сергей тут же откладывает книгу и поворачивается к Диме. Вот так сразу, даже не сделав закладку. — С этим точно нужно что-то делать. Если так подумать, люди, которые оказались в этой постели за долги, — не самые надёжные. Серьёзно, ну, есть же какие-то порталы для знакомств, типо Тиндера? — Есть. Но все там ищут либо спонсоров, либо спонсируемых. Дима садится в постели и надевает очки. — Ну, — Дима даже разводит руками. — Это же идеально. — Ощущение, что с тобой только ради денег, не очень приятное. — Тогда нужно найти спонсора. Сергей смеётся. — С такого ракурса я ситуацию не рассматривал. — А что вы будете делать, если вдруг на моём месте окажется человек, с которым полгода будет мало? — Попрошу остаться, — пожимает плечами Сергей. — Но с теми, другими, вы поддерживаете связь? — Нет. — Паша сказал, что среди них были и те, кто в вас влюблялся. — Возможно, — Сергей тянется за книгой, но тут же вспоминает, что уже отложил её на прикроватный столик. — Но я влюблён не был, не все полгода в смысле. — А до этого? — Нет. — Значит, в вашем случае любовь, если и появляется, то живёт полгода? — Я бы сказал, месяца четыре. — Тоже неплохо. Всё ещё считаю, что нужно обратиться к психологу, но это лучше, чем ничего. Дима снова ложится и снимает очки. — Спокойной ночи. Не переживайте, я усну первым. Всё равно забыл захватить нож из кухни. — Спокойной, — Сергей выключает свет. — Сегодня я рискну. Очень устал, и нож в спине меня вряд ли разбудит.