Точка отсчёта

      Поздней ночью Неро лежал в кровати. Ещё не успев прикрыть дверь, он бесцельно бороздил потолок, обдумывая всё, что происходило в последнее время. И вот не хватит ему проблем с Галассиями, теперь в семье Ванетти зреет новый заговор. Так нет, ещё и эта капризная девчонка раздражает до чертиков. Чёрт подери этого Барберо. Был ли он в своём уме, когда соглашался на просьбу Фальконе?       За своими рассуждениями Неро не сразу заметил, как в дверь постучали. Он думал, что то был Барберо, решивший извиниться за балаган после ужина. Однако в проёме стоял охранник. Суровый мужчина средних лет замер в двери, и Неро пристально смотрел на него.       Почему этот человек казался ему незнакомым? Быть может, его нанял Барберо недавно, не сказав об этом Неро?       — Что нужно? — грубо произнёс Неро, присев на кровати. Он подозрительно сощурил глаза, внимательно приглядываясь к человеку.       — Мне велели передать вам кое-что, — медленно, как в замедленной съёмке, мужчина произнёс эти слова и, потянувшись к поясу, почти незаметно вынул что-то, скрытое под пиджаком.       Если бы Неро не был бдителен, он мог пропустить момент.       Ошарашенно раскрыв глаза, он по инерции скатился с кровати, когда воздух уже разрезала пуля, продырявившая кровать позднее. Выхватив револьвер из кобуры, Неро выставил оружие перед собой и интуитивно выстрелил, попав в плечо стрелявшему мужчине.       Перевес шёл на секунды, и если Неро бы промедлил хоть немного, легко мог умереть.       Ослабевшей рукой нападавший тоже спустил курок, но промахнулся, и пуля просвистела над головой молодого дона, удачно врезавшись в стену. Неро не стал медлить и, не колебавшись, прицелился, выстрелил дважды, сначала поразив мужчину в грудь, следом прошив и руку, крепко сжимавшую пистолет.       По рубашке нападавшего расползлось красное пятно. Похоже, пуля пробила лёгкое, так как он закашлял кровью, рухнув на колени и выронив пистолет. Неро поднялся на ноги, неспешной походкой подходя к раненному.       — Что здесь происходит?! Что за шум?! — в комнату Неро влетела Стефани в одной сорочке и затем закричала. Кажется, она услышала шум, так как её комната была неподалёку от покоев Неро.       Завидев, как мужчина, корчась от боли, тянулся к пистолету, молодой дон машинально выстрелил ещё раз, попав в этот раз в кисть руки. Взвыв от боли, мужчина с ненавистью уставился на Неро, скрючившись на полу и харкая кровью.       — Кто тебя нанял? — холодно произнёс Неро, с силой наступив ногой на простреленную ладонь мужчины. Громко простонав, тот отпустил хватку, и Неро одним движением оттолкнул пистолет прочь, вновь наставив револьвер на полуживого охранника. — Кто, я спрашиваю?!       Захохотав, мужчина, гневно посмотрев на него в упор, с противным бульканьем во рту еле слышно произнёс:       — Да пошёл ты нахер, — Неро, закусив внутреннюю сторону щеки, упер дуло револьвера прямо в лоб нападавшему и без колебаний спустил курок, в этот раз продырявив тому черепушку. Выпрямившись, он безразлично смотрел на распластавшийся под ногами труп. Стефани же, шокировано глядя на эту картину, испуганно отступила на два шага назад.       — Ч-что это з-за…? — произнесла она дрожащим голосом, её колени подкосились, и девушка рухнула на землю, всё ещё в ужасе смотря эту на картину.       В коридоре послышался топот. На шум сбежались все остальные. Фио, встревоженная, замерла за спиной у Стефани. Барберо с двумя охранниками тоже спешили, скорее всего, поднимаясь с первого этажа, так как услышали подозрительный шум позднее всех. Неро посмотрел на консильери, который мгновенно влетев в комнату, первым делом принялся осматривать дона на предмет ранений.       — Неро, ты в порядке?! Не ранен? — спросил Барберо, на что Неро отрицательно покачал головой, убрав назойливую руку советника со своего плеча.       — Не ранен, но чуть не лишился бошки, — усмехнулся молодой дон, любовно проведя пальцем по револьверу. — Этот малыш спас меня. Уже в который раз… Итак, — Неро прервался, опасливо оглядев всех присутствующих, — женщинам лучше уйти отсюда. Фио, уведи гостью.       Сестра послушно кивнула и помогла трясущейся от страха Стефани подняться, затем они, наконец, скрылись в покоях гостьи.       Неро вдохнул воздух в лёгкие, затем, нахмурившись, грозно спросил:       — Кто следил за входом? Как этот, — он пренебрежительно подопнул труп ногой, — ублюдок сюда попал?       — Сейчас не моя смена, босс. Я был у себя, — произнёс первый мужчина. Неро перевёл подозрительный взгляд на второго, нахмурившись.       — А ты? — усмехнулся молодой дон, скрестив руки на груди. Охранник пристыженно молчал, искоса смотря на стенку. Было заметно, что он что-то скрывал. — Я, кажется, спросил, где ты был?       Неро наставил на него револьвер. По виску мужчины стекала капелька пота, несмотря на мнимое хладнокровие, его всё равно леденило от ужаса; Неро мог проследить это по едва трясущейся нижней губе, напряженным плечам и бегающим глазам.       — Я отлучился сегодня ненадолго, босс. Моей жене внезапно стало плохо, и я был вынужден уехать, — виновато произнёс тот, отказываясь смотреть на начальника, и лишь затем, явно опасаясь за свою жизнь, спешно добавил, — но я оставил на посту напарника!       — И где он? — насмешливо бросил Неро. Барберо, стоящий рядом с ним, молчал, кажется, не решаясь вмешиваться в допрос. Уголки губ Неро приподнялись в холодной улыбке, но изнутри его съедал непереносимый гнев, который он с трудом удерживал.       — Не знаю. Когда вернулся, его нигде не было.       Неро презрительно цокнул и убрал револьвер, сунув его в кобуру, затем тяжело вздохнул.       — Похоже, твоего напарника грохнули. Или он дезертирствовал, — Неро ехидно усмехнулся, достав из кармана пиджака упаковку сигарет и вынув одну. — Ты, — он посмотрел на первого мужчину, — осмотри особняк и двор получше. А ты, — он указал сигаретой на провинившегося охранника, — приберись здесь. И да, жалованье в этот месяц будет в два раза меньше.       Произнеся инструкции, Неро, спешно надев на себя стоящую подле кровати обувь и перешагнув через труп, вышел прочь из комнаты, в которой стоял удушливый смрадный запах крови.       Спустившись вниз, Неро устало уселся на диван в гостиной, его нога лихорадочно задергалась, когда он, достав зажигалку, стал нервно щелкать крышкой. Барберо вошёл в гостиную следом; консильери был настолько поражен покушением на дона, что, кажется, позабыл, как говорить. Усмехнувшись ему, Неро, чиркнув зажигалкой, наконец, прикурил.        — Боооже, — раздраженно хмыкнув, протянул Неро, откинув голову на спинку дивана, — когда, чёрт возьми, это всё закончится? Такое ощущение, что в семье Ванетти водятся одни предатели.       Тонкая струйка дыма взвилась ввысь. Неро отстранённо наблюдал за тем, как табачный запах растворяется в воздухе, чувствовал, как лёгкие пропитываются знакомой горечью никотина.       — Ещё одни? — переспросил консильери, словно опять за что-то зацепившись в словах Неро. — Почему ты так думаешь? — Барберо прошёл к дивану, сев напротив него. — Может, это дело рук тех сбежавших предателей? Они могли сговориться с Галассия и…       — Это не они, — резко отсек Неро, затем, когда дым попал не в то горло, молодой дон закашлялся, у него даже в голове закружилось.       — Откуда знаешь? Почему ты так уверен? Из-за того, что этот парень…       Неро резко ударил пяткой ботинка по столу, нахмурившись. Барберо, похоже, нравилось всячески раздражать его. Как только они начинают находить общие точки соприкосновения, консильери всё портит своей дотошностью и чёртовой предвзятостью.       — Как бы тебе не хотелось, но это покушение не рук Анджело, — хмуро произнёс Неро, его хриплый голос звучал сердито, хотя он пытался не дать эмоциям овладеть собой. В таких турбулентных условиях сдерживать себя становилось всё сложнее. — Больше скажу, Галассия тоже не при чём. Если бы они захотели — растоптали нас вот так! — Неро щелкнул пальцем и затем, сделав ещё одну затяжку сигаретой, постучал им себе по лбу. — Я думал, что ты у нас мозг семьи. Сдаёшь позиции, приятель.       Барберо смотрел на него с подозрением, будто бы ни капельки не обидевшись на это замечание, а что-то лихорадочно обдумывая.       Неро ещё раз затянулся сигаретой, затем вольготно бросил бычок на землю и, убрав ногу со стола, затушил его. Консильери, обычно выглядящий недовольным, когда кто-то вёл себя при нём подобным образом, сейчас отчего-то совершенно не обращал внимание на такие мелочи.       — Неро, — наконец, разрушил тишину советник и, сцепив руки в замок, нагнулся вперёд, — ты что-то скрываешь, верно? Ты знаешь, кто стоит за этим покушением, но молчишь. Почему? — взвинтившись от обиды, консильери крепче сжал ладони. — Не доверяешь мне? — затем его голос поник, стал тихим, а в этих нотках пряталась горечь. — Разве я когда-то подводил тебя? Давал повод для сомнений?       Неро громко вздохнул, когда консильери, казалось, стремился давить на жалость. Не то, чтобы он не доверял Барберо… Нет, скорее Неро и вправду стал сомневаться во всём вокруг. А как он, чёрт возьми, должен себя чувствовать, когда близкие люди вновь и вновь втыкали нож в спину, стоило ему довериться или открыться кому-то.       Да дело-то обстояло не только в этом! Расскажи он о разговоре с Лоренцо раньше, Барберо бы мог поднять бучу, чем больше раззадорил этих псов. Неро не был уверен, кто из людей Фанго мутил воду, никто из них не был приближенным семьи, а без знания о местоположении дона напасть становилось проблематично. Поэтому Неро и думал подольше понаблюдать за тем, как будет разворачиваться ситуация. Но не теперь. Теперь, когда эти выблядки решились на прямую конфронтацию! Они хотят войны — они её получат. Неро гарантирует, что снесёт им головы. А даже если сдохнет, это сделает за него Барберо.       «Чёртовы куски дерьма…! Да как они посмели…!»       — Неро…! — Барберо прикрикнул, и тогда Неро, внезапно очнувшись, слегка вздрогнул, чувствуя, как один из зубов немного раскрошился. Он провёл языком по нижней челюсти, которую свело от напряжения, и посмотрел на Барберо.       — Да, знаю, — произнёс невпопад Неро, словно разговаривая сам с собой, из-за чего вновь привлёк внимание встревоженного его поведением консильери. — Это куски дерьма Фанго всё спланировали. Правда не ожидал, что пойдут напрямую.       — Откуда ты…? — начал было Барберо, но затем, призадумавшись, опустил взгляд вниз.       — Лоренцо доложил. Эти ублюдки ужинали в банкетном зале и обсуждали там свои «планы», — Неро устало вздохнул, затем, успокоившись, добавил, — Лоренцо не знает их имена, но, наверное, опознать сможет. Правда там стопроцентно были только «зелёные» пареньки. Иначе не трепались бы напропалую.       Барберо, поправив очки, кажется, судорожно раздумывал над проблемой. Неро же примерно представлял, как должен действовать, вот только начни они проверку — выблядки мгновенно обо всём прознают. А может уже догадались, раз пошли напрямую. Но откуда? Был ли кто-нибудь из своих, кто мог «пронюхать» об этом?       Чёрт возьми, вариантов, кто мог слить информацию, было слишком много, учитывая, что Лоренцо припёрся именно в тот момент, когда они только что закончили обсуждения рабочих вопросов касательно рецепта выпивки, который из-за Кортео оказался в руках Скузе, а затем и Фанго.       Теперь Ванетти приходилось прибираться за Фанго, найдя бутлегера, получившего рецепт, и избавиться от него.       Они избавились от конкурента лишь благодаря Кортео. Тот рассказал, что отморозок Фанго заполучил рецепт. Однако им, Ванетти, ещё повезло, что примкнувшая банда оказалась неорганизованной, и Фанго, кажется, никого не посвящал во внутренние дела, не успев на полную развернуть производство.       Хотя да, перешерстить всех бутлегеров Лоулесса оказалось проблематичным. Но не было ничего, что не подвластно мафии в двадцатые годы. Коррупцию и власть могла сломать только равнозначная сила. Чикагская мафия — вполне, но никак не разрозненные шайки, оставшиеся после смерти их ковбойского психанутого лидера.       — Может, избавимся от них всех? Сметем проблему одним махом, так сказать? — предложил было Неро, однако консильери отрицательно покачал головой.       — Их слишком много, Неро. Некоторые из них хорошо себя зарекомендовали, некоторые подружились с нашими людьми, — консильери говорил спокойно и размеренно, однако в его тоне слышалась какая-то обреченность, и это не понравилось Неро. Как они могли вот так просто сдаться? Спустить всё этим ублюдкам с рук?       — Предлагаешь нам отсиживаться в сторонке, как ни в чём не бывало?! — повысил голос Неро, напирая на Барберо. Он не собирался больше сидеть без дела и ждать, когда его грохнут.       — Я предлагаю тебе остыть и думать головой, — серьёзно парировал его выпад консильери, прожигая Неро настойчивым взглядом. — Ты слишком импульсивный в последнее время. Вспомни, как действовал Винсент и…       — Я не отец, чёрт возьми! Прекрати сравнивать меня с ним! — Неро подскочил с места, его грудная клетка вздымалась от тяжёлого дыхания, когда он гневно сжимал руки в кулаки. — Эти мрази доберутся до меня и прибьют. И это точно будет так, если мы не прекратим избегать конфронтаций!       — Предлагаешь прикончить их всех, несмотря на то, что они теперь наши люди? — Барберо смотрел на него и спокойно вещал подобные вещи! Он оставался хладнокровным исключительно потому, что это не он находился в постоянном ожидании, когда кто-нибудь попытается совершить очередное покушение на него. Неро приходилось терпеть это снова и снова! Быть в хронической паранойе настолько, что уже стал спать с револьвером, и просыпаться от любого шороха в коридоре. Он устал жить на минном поле!       — Может мне взять и плюнуть на всё? — саркастично ответил вопросом на вопрос Неро, пожав плечами. — Тогда мне стоило дать сегодняшнему наемнику себя пристрелить?       — Неро, я не то имел ввиду, ты же зна… — Барберо обреченно вздохнул, когда Неро быстрым шагом направился прочь из гостиной, не удосужившись даже дослушать.       Неро, по правде говоря, где-то на подкорке прекрасно осознавал, что консильери был прав. Они не знали, кто за всем этим стоит, да и люди Фанго не были организованными, чтобы действовать так слаженно, иначе бы не примкнули к Ванетти, а отвоевывали Остров.       Значит то была какая-то маленькая группировка внутри одной большой и, кажется, действуют они с чьей-то подачи, никак иначе. Этих ребят наверняка купили. Не похожи они на принципиальных людей, раз уже трижды сменили клан. Прямо как Черотто, играют сразу на несколько фронтов. И если тот всего лишь информатор, эти же рисковые наёмники, ни во что не ставившие Омерту.       «По хорошему стоило их всех перебить ещё до того, как они присоединились к Ванетти!»       Ладно, остальным он обязательно займётся завтра. Утром вечером мудренее, как говорится. Если ему вообще удастся уснуть после такого.

***

      Стефани сидела в своей комнате. Фио была рядом с ней какое-то время, пока девушке не стало лучше. Этот труп с остекленевшими глазами, весь пропитанный кровью, как бы она не пыталась сомкнуть глаз, возникал в голове как наяву. Она никогда прежде не видела убийств, потому была шокирована тем, что увидела. Теперь же, психанув, девушка подлетела с кровати, взлохматив копну густых волос.       — Чёрт возьми, папаша, куда ты меня отдал?! Уж лучше бы тогда нанял мне няньку! Да хоть телохранителя…! — она со злостью топнула ногой и прошлась по комнате, причитая про себя.       Прожить неделю в таком стрессе казалось для неё неподъемной задачей. Шутливо-ироничное настроение во мгновение сменилось жуткой паникой, настолько, что, навернув несколько кругов по комнате и громко простонав, Стефани открыла дверь, чтобы спуститься вниз и попить воды на кухне.       И, о, как неожиданно, она столкнулась с Неро Ванетти, который, разозленный чем-то, поднимался к себе в комнату. Завидя её, он остановился, сурово смотря на девушку аквамариновыми глазами.       — Почему не спишь? — произнёс он, хмурясь при этом. Стефани лишь сейчас заметила, что у них-таки небольшая разница в росте. Кажется, сантиметров пять или чуть больше. И почему её мозг вообще обдумывал такие незначительные вещи?       Быть может, потому, что она избегала думать о том, что сегодня увидела. О том, как легко этот человек, внешне выглядящий безобидно, без каких-либо эмоций пристрелил того мужчину.       Она знала, что мафия жестока, но знать и осознать, убедившись своими глазами — две разные вещи. Однако Стефани отказывалась после этого пресмыкаться перед ним, раболепствуя из страха. Ещё чего!       — Ты не отец, чтобы меня контролировать, — дерзко произнесла она, однако голос немного соскользнул, дрогнул, и она поняла, что только что облажалась. Неро Ванетти усмехнулся, глядя на неё странно и сердобольно, как на капризного ребёнка, запуганного отцом.       — А мне кажется наоборот, — издевательски бросил он, затем, коснувшись её ключицы пальцем, провёл им дорожку вниз, остановившись у открытого декольте ночнушки, — хочешь выглядеть зрелой, а ведёшь себя как капризное дитя. Честно говоря, — его глаза блеснули огоньком. Стефани даже не смогла дышать, смотря на него в ступоре то ли из-за того, что немного побаивалась, то ли задохнувшись от такой наглости. Он, однако, вопреки её молчанию продолжал дразниться, — ты выросла как женщина телом, но вот мозги, — он убрал руку, постучав себя пальцем по виску, — мозги у тебя остались прежними. Как у пубертатного непослушного ребёнка. Кстати, я таким тоже был… лет в тринадцать.       Посмеявшись над ней, он прошёл мимо как ни в чём не бывало, а Стефани в свою очередь отмерла лишь спустя секунды две, бросив ему вслед колкую фразу.       — Если быть взрослой это стать такой как ты, то я не хочу взрослеть.       С этим, убрав пару выбившихся прядей, лезущих в лицо, она поспешно пошла вниз, буквально сбегая по лестнице на первый этаж.

***

      Анджело так и не решался рассказать Кортео вторую часть его истории. И дело было не только в том, что деньки, проведённые в приюте, не славились разнообразием, скорее будучи угнетающе-скучными. Кое о чём Кортео пока было знать не обязательно, а прознай он, начал бы суетиться.       Вздохнув, Анджело сложил руки на груди, сидя в своей грязной комнатушке. Кортео решил подзаработать и расспросил, где в Нормале можно найти подпольную пивнушку. Анджело не был вдохновлён его энтузиазмом, но препятствовать не стал, описав пару местечек.       Сам же юноша считал, что им было лучше залечь на дно, не высовываясь, однако деньги сами себя не заработают. Несколько украденных кошельков уходили разве что на повседневные растраты: на провизию, чистое белье и прочие нужды, ведь Кортео не устраивала вся та грязь, что стояла в их коморке. Он закупил побольше мыла, выдраивая комнату, как только мог.       Трудоголизм Кортео не мог не восхищать. Анджело нехотя помогал ему, посчитав, что эту древнюю комнату ничего уже не спасёт. Скрипучие доски подгнили, на потолке и стенах расползался грибок, этот запах сырости и плесени въедался в лёгкие.       Вздохнув, юноша потянулся к карману, вытянув несколько купюр. На обед ему точно хватит, затем придётся или умыкнуть кошелёк у кого-нибудь, или ожидать, что Кортео получит хоть какую-то выручку. Надеяться на кого-то Анджело не привык, посему решил, что прибегнет к первому варианту.       Анджело схватил раскладной нож, засунув его в карман новых брюк. Он везде носил его на всякий случай, в отличие от Кортео, который вообще не беспокоился о собственной безопасности.       «Как будто уверен, что мафия о нём забыла», — осуждающе подумал Анджело. На улице было прохладно, поэтому он накинул на себя новое пальто, запахнул ворот и надел обувь. В коморке не было зеркала, потому Анджело не мог оценить свой прикид, но эта мысль промелькнула на задворках его сознания и, только появившись, рассеялась, когда он уже вышел из квартиры, закрыв её на ключ.       «Первым делом, как только заработаем больше денег, уедем из этого гнилого городишки. Нет… из Иллинойса…»       Анджело блуждал в своих мыслях, пока не столкнулся с прохожим плечом. Ругнувшись про себя, он пошёл было дальше, однако незнакомец окликнул его.       — Эй, ты, сопляк! Извиняться не учили? — противный голос пьяницы вывел Анджело из себя и, повернувшись, он зыркнул на прохожего из подлобья.       — Точно не перед тобой, — холодно процедил он, с отвращением глядя на то, как алкоголик, пошатываясь, махал руками.       — Слышь ты, — выругался мужик, брыжжа слюной, — жить надоело?!       Пьяница, сжав руку в кулак, метнулся в сторону Анджело, чтобы ударить его, но юноша, ловко отскочив прочь, поставил мужчине подножку, повалив его на землю.       — Держи свои гнилые руки при себе, кусок дерьма, — выплюнул Анджело с презрением, сквозившим на лице. Он ловко подхватил выпавший из кармана бумажник пьяницы и как ни в чём не бывало пошёл дальше под аккомпанемент поросячьих визгов, которые слышались вслед.       Анджело выбрал небольшую забегаловку, протянув пару купюр, сделал заказ. Спустя минут пять или семь ему принесли пережаренный стейк, а затем и партию блинов с кофе. Откинувшись на спинку стула, Анджело взял в руки нож и вилку, попытавшись разрезать кусок мяса, который, вопреки его стараниям, никак не поддавался. Лишь спустя время ему удалось попробовать кусочек и, скривившись, юноша отодвинул стейк куда подальше. Это дерьмо на вкус как резина, его было невозможно есть.       Анджело брезгливо поморщился, взяв другую вилку, нанизал на зубки кусочек, отрезанный от блина. Пережевывая, юноша всё больше хмурился, после чего, положив столовый прибор, отодвинул тарелку прочь. Эту гадость тоже было невозможно есть, на вкус блины казались отвратительными, сухими. Хотелось сплюнуть эту консистенцию. Скорее всего, эта захудалая забегаловка использовала некачественную муку. Похоже, жизнь в мафии изменила его придирчивым в еде.       К кофе Анджело даже не притронулся и, пройдя мимо официанта, высказался:       — На вкус ваша еда как помои. Передайте это повару, — усмехнувшись, он вышел прочь, негодуя, что потратил последние деньги на эту гадость. Однако раз уж заказал, деньги ему никто теперь не вернёт.       Выйдя из помещения, громко хлопнув дверью, юноша цыкнул.       — Merda! E ' disgustoso! — выругался Анджело вслух, затем, потерев переносицу, подумал про себя.       «Ну уж нет, я точно уеду из этого чёртового города!»

***

      Неро сидел в своей комнате, листая газету. Он уже какое-то время стеклянным взглядом бороздил новостную сводку, по факту не проявляя ни капли заинтересованности к информации.       В это время мысли были заняты совсем другим. Это покушение — прямой вызов Ванетти. Кто-то настойчиво хотел избавиться от него, настолько, что шёл на риск. С этим точно были связаны ребята Фанго, но не они верховодили. Неро был в этом уверен. Но кто же? На периферии Неро догадывался, что, быть может, это кто-то из близкого окружения.       Если так подумать, в день, когда приходил Лоренцо, в особняке был Барберо, Дельторе, кажется, беседовал о чём-то с новым андербоссом, ну и ещё пара ребят стояли на посту. Может быть, кто-то из них?       Неро навязчиво перебирал в голове всех возможных причастных. Мог ли это быть Дельторе? Исключено. Он слишком безынициативен, никогда не жаждал славы, именно поэтому заслужил доверие Винсента.       Барберо туда же. Неро никогда не сомневался в преданности консильери. Как бы это правильно сказать… Молодой дон всегда отмечал, как Барберо заботится о нём, иногда излишне, что весьма раздражало. Но Барберо последний в списке, на кого Неро мог подумать. Нет, не так. Если заговорщиком окажется Барберо, это будет слишком жестокий ход, даже для криминальной истории.       Неро выдохнул. Что за глупые мысли его мучили? Это стопроцентно дело рук нового андербосса или кого-то из каппориджиме. Однако действовать без доказательств нельзя, это порушит доверие внутри семьи. Если каждый усомнится друг в друге, то вся выстроенная отцом пирамида рухнет следом за бизнесом Ванетти, и они снова вернутся к той же точке, с которой начал Винсент семь лет назад. Сначала отколятся предатели, затем те, кто перестанет доверять боссу, и так один за другим мафиозный клан распадется на мелкие группировки, опять начав кровопролитные войну.       Неро чувствовал себя загнанной в угол лошадью, которую вновь и вновь хлестали до крови. Раньше он считал, что не боится смерти. Адреналин хлестал в крови, удовольствие от риска подстегивало его вновь и вновь бросать жребий судьбе. Но не сейчас, когда он истощен, а рядом практически нет никого, кому бы мог довериться. Даже Фио, и той больше не доверял.       В какой момент Неро Ванетти сломался?       Если бы Анджело был здесь, смог ли он развернуть всё так, чтобы вычислить предателя? Или нашёл бы способ избавиться от отродьев Фанго, не вызвав переполоха в семье? Наверняка смог бы.       А вот Неро — нет. Он слишком глуп и не способен на креативные ходы. И Барберо тоже. Быть может, он слишком педантичен и логичен, оттого и предсказуем.       Анджело таким не был.       Неро позволил себе улыбнуться и, убрав газету в сторону, завалился в кровать, уставившись в потолок. Такой же пустой, как его душа. Сожаления, печаль и тревога слишком долго мучали, теперь Неро казалось, что он не испытывал ничего, кроме всепоглощающего гнева. Холодное синее пламя бушевало в груди, однако не терзало. Он оставался спокойным, несмотря на то, что в голове роились тяжёлые мысли.       Злость помогала ему идти вперёд, когда хотелось сдаться, но внутри словно в бездонный колодец вновь и вновь утягивала жуткая тоска, сжимавшая сердце в тиски.       Неро не знал, что делать с этим противоречием. Он не хотел умирать, но и жить было невыносимо.       Однако, что бы не случилось, он не даст себе поблажек. Будет биться до последнего вздоха.       Потому что для жизни причины не нужны.       Может, сегодня его ждала чёрная полоса, но когда-нибудь он перешагнет через неё. И оттенок обязательно сменит цвет. А если нет, то Неро сам закрасит его.       Ухмыльнувшись, Неро потушил свет в комнате, наконец, дав себе заснуть.

***

      Неро, утомленный после целого дня вождения, был рад и тому, что им удалось обосноваться в маленьком захудалом мотеле по пути. Авилио, этот чертяга, хорошо обкрадывал прохожих, так, что никто ничего не успевал заметить. Трюк стар как мир. Случайно столкнувшись, извинился, а в это время умыкнул торчащий из кармана бумажник, и будь доволен. Иногда умудрялся орудовать не только руками, но и ловко разрезать карманы ножом.       Боже! Неро и подумать не мог, что у него будет такой опасный и жуткий компаньон.       Они зашли в номер и включили свет. Тусклое жёлтое освещение заставляло глаза болеть после яркого освещения в холле. Неро огляделся, поняв, что убранство здесь такое себе. Авилио же в свою очередь решил ополоснуться с дороги, и уставший Неро не стал спорить с ним, воюя за первенство.       Сразу после душа они потушили свет, и Неро, отвернувшись на бок, прикрыл глаза, заснув почти моментально. Проснулся он среди ночи, учуяв такой заманчивый табачный дым. Точно, он не курил целый день, вот и ломка давала о себе знать.       Зевнув, Неро повернулся на спину, с любопытством поглядывая на то место, откуда шёл приятный никотиновый шлейф. Он видел силуэт стоящего у окна Авилио, который смотрел на ночной пейзаж, не моргая. Определённо опять думал о чём-то своём, отстраненном. Неро засмотрелся на него, пытаясь прочитать настроение на этом беспристрастном лице.       — Не спится? — бросил реплику Неро, глядя на то, как сигарета медленно тлела в руках юноши. — Если ты не хочешь курить, — он указал рукой на сигарету, когда Авилио повернулся к нему, — отдай мне.       — Обойдёшься, — Авилио нахмурился, скривив губы в недовольстве. Кажется, ему не понравилось, что отвлекли от важных дум. Поднявшись с кровати, Неро подошёл к Авилио и нагло выхватил у него почти истлевшую сигарету. — Отдай, — заключил Авилио, когда Неро внаглую затянулся.       — Я сделаю ещё одну затяжку, — Неро хитро ухмыльнулся, вдыхая блаженный табак в лёгкие. Его тело расслабилось, словно наполнилось изнутри. Сигарета потухла, и Неро бросил бычок на пол, вдавливая его в «древние» доски. — Grazie mille, Avilio.       — Катись к чёрту, — выругался Авилио, отпихнув Неро подальше, и нагло завалился в постель, утягивая одеяло на себя целиком.       — Эй! Эй! Тут же сквозняк! Я простужусь! — Неро перелез на своё место, упрямо схватившись за край одеяла и тщетно пытаясь утянуть его на себя. — Делись давай.       — И не подумаю, — буркнул Авилио, зарывшись носом в подушку и удерживая одеяло крепким хватом.       — Блин! Я не виноват, что ты решил покурить в комнате! Знаешь же, что я без табака как без ног, — оправдывался Неро, всё ещё играя в «перетягивание каната». Его голос звучал сердито, но на самом деле он ничуть не злился, скорее наоборот.       — Тогда отрезал бы ноги, — прогудел Авилио. Неро не пропустил саркастичной усмешки.       — Ну да, тогда бы тебе пришлось нести меня на спине, — Неро чувствовал, что ему нравились эти мелкие перепалки между ними.       — Я бы тебя просто бросил, — цыкнул Авилио, но хват отпустил, и Неро смог перетянуть край на себя, наконец, спасаясь под одеялом от сквозняка.       — Чёрт с ним. Я бы тебя тоже бросил, — насмешливо произнёс Неро, позволив губам расплыться в улыбке.       Больше они в эту ночь не говорили. И, как иронично, на следующий день Неро всё-таки простыл. Даже одеяло не спасло.