Точка отсчёта

      Ванно и Неро опять поспорили, кто из них лучше. Сперва они обсуждали красивых дамочек, сидящих в одном баре с ними, потом же тема внезапно поменялась, когда Неро, усмехаясь, стал хвастаться умением располагать к себе людей. Ванно же от него не отстал; расправив грудь, он важно заявил, будто обладал такой харизмой, что мог совратить любую девушку, на которую положил глаз. Когда Неро поддразнил Ванно, сказав, что тот даже не мог признаться в своих чувствах его сестре, друг резко побледнел и, будучи пьяным, подскочил с места, схватив Неро за воротник. Глядя в глаза, Ванно бросил ему вызов.       — Давай, покажи мне всё, на что способен.       Когда они разошлись, Неро примкнул к компании симпатичной женщины, выглядящей старше тридцати. У неё были выдающиеся округлые формы, которые так и притягивали взгляд из-за того, насколько хорошо платье прилегало к столь ладной фигуре. Несмотря на то, что дама была слегка полновата, она была экстравагантна и горяча собой. Хитрый лисий прищур изучал его из-под длинных ресниц, глаза незнакомки же похожи на два ярких изумруда, пышные светлые волосы заплетены в французскую косу, пухлые щёчки украшал румянец, тогда как макияж делал её образ ещё ярче, привлекая внимание к пикантной родинке над пухлыми губами, окрашенными ярко-красной помадой.       — Вы свободны, мадам? — будучи подростком, Неро не ждал, что столь зрелая особа заинтересуется его компанией, потому решил действовать как можно решительнее, начав знакомство со стратегии: «Мне одиноко сидеть тут одному». — Я скучал, сидя вон за той барной стойкой, пока случайно не увидел вас. Почему пьёте здесь так поздно в одиночку?       — А вы? — переадресовала вопрос женщина, лукаво улыбнувшись ему. — Кажется, вы пришли сюда с другом, или мне показалось?       — Он мне не друг. Так, товарищ, — отрезал Неро, пытаясь звучать как можно убедительнее. Отпив пива, женщина снисходительно кивнула ему, указав перчаткой на стул с противоположной стороны от неё, и Неро, получив разрешение, спешно занял место.       — Да? Вы так активно конфликтовали, что мне показалось, будто вы очень даже близки, — галантно поставив стакан на стол, дамочка оправила платье, стрельнув взглядом в сторону Ванно, который сейчас тщетно пытался подкатить к юной официантке. Неро тоже переключился на них, слушая то, как Ванно отпускал бесстыдные комплименты, вгонявшие девчушку в краску.       — Говорят, красота в глазах смотрящего, — Ванно встал перед девушкой, перекрыв ей дорогу к отступлению своей широкой грудью, и пафосно вещал, — но вы так прекрасны, что я слепну от такой красоты.       «Во дебил», — изрёк про себя Неро, когда между Ванно, официанткой и барменом затесалась потасовка, потому как навязчивый пьяный посетитель всячески мешал человеку работать. Не Неро флиртовал столь нелепым и старым убогим способом, однако именно ему было стыдно за такое глупое поведение друга.       Прокашлявшись, он привлёк к себе внимание красивой собеседницы, очаровательно улыбнувшись ей. Спустя какое-то время они уже вовсю болтали. Было странно, что зрелую замужнюю женщину вроде неё с богатым мужем, двумя славными, судя по описанию, детишками, но скучным бытом, заинтересовал такой юный парень вроде Неро.       Будущий наследник Ванетти всегда знал, что был харизматичным; мало того, он умело пользовался своей харизмой, чтобы влиять на людей, но не ожидал, что сможет так легко покорять не только ровесников, но и взрослых.       В какой-то момент речь зашла о бейсболе. Неро приосанился, воспряв духом, и под бурные расспросы женщины стал увлечённо рассказывать о личных успехах в этом виде спорта.       — Лет в одиннадцать я играл в любительской команде. Честно говоря, бейсбол я воспринимал как хобби, никогда не стремился в высшую лигу, — почесав нос, Неро напряжённо улыбнулся, вспоминая те деньки, когда ему приходилось уговаривать отца зачислить его в спортивную команду. Винсент считал, что, увлекаясь бейсболом, Неро зря тратит время. В конце концов, были более спокойные виды спорта, не требующие от игрока такой самоотдачи. Тот же бильярд или гольф были куда более безопасными играми, да и не занимали столько времени тренировками. — Я тратил почти целые сутки, чтобы напрактиковаться в отбивании мяча. И весь прогресс застрял на том, что мне единожды удалось сделать хоум-ран на средней скорости. И то, питчер подал элементарный фастбол, а не какой-нибудь крученый.       — Ох, а что после? — заинтересованность женщины выглядела почти кокетливой, потому как для чего ещё светской даме знать такие подробности о том, в чём она вряд ли разбиралась. Скорее всего, она пыталась таким способом расположить наследника к себе, показав, что заинтересована в нём. Это был простейший приём пикапа, и Неро, не будь закалён опытом с ранних лет, попался бы на крючок сердцеедки.       — А после я завязал с бейсболом, — констатировал факт Неро, отхлебнув пива, которое заказал в процессе их бурного разговора, из большой кружки. — Я вывихнул руку, и отец запретил мне иметь что-то общее с бейсболом.       Хохотнув, Неро приметил, как женщина нахмурилась, кажется, ожидая от него расписные истории о том, как он всё же прошёл в высшую лигу и хотя бы попал в список запасных игроков национальной сборной.       Но его история заканчивалась вот так банально и скучно. Неро любил бейсбол, однако Винсент никогда не одобрял пристрастия, которое занимало у подростка много свободного времени. А уж после того, как наследник травмировал себя, отец и вовсе запретил ему заниматься бейсболом впредь, аргументируя это тем, что Неро пора выбрать себе хобби поспокойнее и сфокусироваться на том, чтобы постигать мафиозное ремесло.       — Очень жаль, — с притворным волнением дамочка подозвала к их столику официанта, — принесите мне и этому парню добавки.       Когда официант ушёл за заказом, женщина, прищурившись, со снисходительной улыбкой на лице посмотрела на Неро, который ответил ей тем же с невозмутимым выражением на лице. Наследник никогда не считал себя человеком, которого было легко смутить, даже самой опытной леди нужно было изрядно постараться, чтобы он почувствовал себя неловко.       — А ты? Скажи, у тебя есть какое-нибудь увлекательное хобби, кроме семьи? — спокойно спросил наследник, откинувшившись на стул. Он словно разговаривал со сверстницей, ничуть не чувствуя себя стеснённым юным возрастом.       — У меня? Не особо, — отмахнулась от него женщина, поправив чёрную перчатку. — По молодости я очень даже чудила, выступала в кабаре, танцевала и пела. То ещё было зрелище, но хотя бы жила не так скучно, как сейчас.       Неро серьёзно кивнул. Несмотря на юный возраст, наследник прекрасно понимал, каково это жить в скучной однообразной рутине. Если бы он не развлекал себя сам, ища на пятую точку приключений, то наверняка бы сутками сидел в особняке, скучающе мечтая о том, что когда-нибудь займёт отцовское кресло и будет отдавать приказы низшим эшелонам власти. Такой образ жизни вёл Фратти, и вот уж кому наследник точно не хотел уподобляться, так это младшему брату-зануде.       — О, так ты занималась музыкой? Добротно пела или так себе? — весело пошутив, Неро услышал, как дамочка захихикала, прикрыв рот перчаткой. Когда им принесли добавку пива, наследник, не теряя времени, подлил себе ещё целую кружку.       — Я-то хорошо плясала по молодости. А вот тебе, мальчик, не хватит ли уже пить?       Неро аж перекосило от этого панибратски произнесённого обращения: «Мальчик». Кажется, дама и правда не воспринимала его всерьёз, как ему и показалось в самом начале их разговора.       Шум в баре слегка приутих, когда Ванно наконец-то с трудом усадили на место, заставив отстать от бедной симпатичной официантки. Остальные посетители бара или громко разговаривали за столиком, или в одиночку пили, разбавляя это неприятным чавканьем на всё заведение.       Здесь не было откровенных пьянчуг, которые бы устроили скандал, но и тихих клиентов, что молча сидели, тоже не оказалось. Или со своего места Неро попросту их не видел.       Решив проигнорировать вопрос собеседницы, наследник перевел тему, заговорив с дамочкой о другом и зацепившись о её предпоследнюю реплику.       — Кстати, я тоже как-то пытался заниматься музыкой, — хлебнув пива, он вытер рот, думая о том, чтобы не оставить пены на губах, — только на моём желании всё и кончилось. Рука была вся в мозолях, на плече остался синяк, а смычок я умудрился сломать. После этого зарёкся больше никогда не брать скрипку в руки.       Неро мечтал о том, чтобы посадить Фио за пианино однажды или хотя бы заставить её сыграть что-нибудь на скрипке. Пальцы девушки были длинные, тонкие и красивые, словно созданные для того, чтобы творить музыку или играть мировые шедевры классики.       Неро обожал творчество. Не мог созидать, но созерцать так точно был способен; его мозолистые крупные пальцы промахивались по клавишам, неумело скользили мимо струн смычком.       Как бы он не оправдывал себя, ему просто не хватало усидчивости и интереса, чтобы кропотливо, медленно и монотонно чему-то учиться. Вот если бы кто-нибудь сыграл ему «Лунную Сонату» Бетховена или хоть одну композицию Эрика Сати, Неро бы, наверное, забыл как дышать на какое-то время, самозабвенно погружаясь в пленительные звуки музыкального инструмента, наблюдая за каждым движением музыканта, под чьими пальцами воссоздавались вековые шедевры.       Но, конечно, сестру мало волновали его заморочки. Как-то раз, когда Неро в очередной раз пытался намекнуть ей на то, что хочет подарить на день рождения музыкальный инструмент, Фио презрительно фыркнула, сказав, что в таком случае купит ему несколько учебников по химии, астрономии и физике, да таких, чтобы они были написаны как можно замудреннее, а потом заставит Неро прочесть всё от корки до корки.       — Забавный ты паренёк, — произнесла дамочка и, допив своё пиво, поставила стакан на стол. Поднявшись из-за стола, она элегантно накинула на себя чёрное пальто и, захватив сумочку, подошла к Неро. Вслед за нею распространялся шлейф сладкого парфюма, который едва щекотал ноздри. Нагнувшись к Неро, дамочка захватила его за щёки, едва клюнув в губы, и довольно облизалась, вызывая у наследника мурашки, бегающие холодком по коже, — спасибо за угощение. Надеюсь, вторую половину заказа ты оплатишь за меня, юный джентльмен.       Неро надулся, недовольно испепеляя её вслед, понимая, как его только что нагрели на деньги. Технически он победил в споре с Ванно и получил женское внимание, вот только прекрасно понимал, насколько провалился, так и не пленив сердце красотки, которая, напротив, нагло воспользовалась его наивностью.       Никто ещё никогда так легко не отшивал Неро. Как правило, наследник был интересен многим девушкам и сам позволял себе лёгкие интрижки с ними.       Вот только сегодня это был новый, неизведанный доселе опыт. Неприятный опыт отвержения, где он вышел не победителем, а проигравшим.       Оставаясь на месте с дурным послевкусием после неудачного пикапа, Неро вскоре понял, что этот неприятный опыт запомнится ему на многие годы вместе с образом красивой замужней леди.

***

      Сидя на берегу озера, Неро собирал маленькие камешки в руку, кидая их в воду и наблюдая за тем, как они с тихим всплеском тонут, создавая рябь на воде. Задумавшись, Неро бросил ещё один, замахнувшись как можно дальше, и разочарованно вздохнул, когда даже не превзошёл свой предыдущий рубеж.       Закатное солнце скользило лучами по водной глади, окрашивая привычную глазу бирюзу в оранжево-голубоватый флёр. Неро пронаблюдал, как неподалёку от них, у самого мостика, плавали уточки. Наследник был бы не прочь покормить несчастных птичек, но не взял с собою хлебных крошек, потому, перестав кидать камушки, он, оперевшись руками о небольшую поросль травы, посмотрел на Ванно, стоящего рядом и всё ещё дующегося на него из-за этого глупого спора.       — Может хватит, а? Я же сказал, что тоже провалился. Так что перестань дуться как дитё малое, — проворчав это, Неро оглядел друга с ног до головы.       Ванно иногда напоминал капризного ребёнка, который стрессовал из-за любой неудачи. Неро понятия не имел, как в одном пареньке могло умещаться две абсолютно противоположные друг другу сущности. С одной стороны Ванно мог безо всяких проблем пристрелить кого-нибудь, «отмолив» свои грехи позднее. С другой стороны именно этот товарищ постоянно принимал любой провал близко к сердцу, словно он был каким-то инфантильным перфекционистом, не знающим о том, что идеальных людей не бывает.       — Пошёл ты к чёрту, — выругался Ванно, но, несмотря на дерзкие и обидные слова, присел рядом, тоже зачерпнув в руки горсть камушков и став кидать их в воду.       — Меня не только отшили, но ещё и надули на деньги. Так что ты радоваться должен, дубина, — Неро усмехнулся, задрав голову так, чтобы лицезреть всё сгущающееся закатными красками небо. — И вообще… пофигу на победу, главное — участие.       Ванно же, кажется разозлившись на эту жалкую попытку утешить его, швырнул камушек со всей силы, закинув его так далеко, как Неро не удалось за весь вечер.       — Так говорят только неудачники, — произнёс он и, ухмыльнувшись, нагло повернулся к наследнику. Серые глаза Ванно опасно заблестели самодовольным огоньком, словно он только что одержал над Ванетти символическую победу у себя в голове. Неро в свою очередь вздохнул, устало пожав плечами.       — Как знаешь. Мне лично по барабану, выиграю я или нет. Сегодня мне было весело, а это в жизни самое главное, — Неро посмеялся, встав с колен, отряхнул брюки от земли и, потянувшись, добавил. — Нынче мы здесь без Барберо. Непривычно как-то.       — Да пофигу. Будь он тут, день бы прошёл насмарку, — констатировал факт Ванно, не спеша подниматься следом за Неро.       Настала тишина, когда они оба направили взгляд на горизонт, туда, где вдали переливалось ярким спектром оранжевого и красного заходящее солнце, прятавшееся от любознательных глаз и передающее эстафету наступающей ночи.

***

      — Ты что?! Как только до такого додумался, щенок? — Неро держался за щеку, когда Винсент со всей силы влепил ему пощёчину, не пожалев силы. Место удара щипало неприятной болью, словно по нему хорошенько проехались крапивой.       Неро не было оправдания; недавно он вместе с Ванно и ещё несколькими парнями ограбили магазинчик. Они всего лишь хотели повеселиться. Честно говоря, угрожать мужчине незаряженным пистолетом, всего лишь запугивая того и заставляя делать всё, что они скажут, было очень весело. Куда веселее, чем заявляться к кому-нибудь домой с чисткой, чтобы равнодушно пробить мозги ещё недавно живым людям и оставить кого-то без семьи…       — Виноват, — буркнул Неро, не смея поднимать взгляд на отца. Он и правда забылся, перегнув палку. Решил, видимо, что раз сын гангстера, то мог творить всё, что вздумается, не беспокоясь о репутации отца.       — Виноват?! Это всё, что ты хочешь мне сказать? Представь, что подумают люди, — Винсент жёстко дёрнул Неро, побуждая его поднять взгляд на него. Пальцы отца больно стиснули плечо наследника, когда он грубо продолжал говорить, — наследник семьи Ванетти замешан в мелкой краже… Какой позор.       Неро с силой закусил внутреннюю сторону щеки. Физическая боль ощущалась не такой жгучей, как слова Винсента, эхом звучащие в его сознании. Все эти годы он упорно пытался выслужиться с отцом после того провала семь лет назад, и вот теперь из-за одной мелкой оплошности Винсент вновь смотрел на него так, будто он всего лишь бельмо на глазу.       «Какой позор».       Этих слов было достаточно, чтобы выбить Неро из седла. Не нужна была пощёчина, не нуждался он и в этих поучительных речах отца. Всего два слова, звучащие, словно приговор, и Неро вновь вернулся к тому бесполезному отродью, каким стал семь лет назад, когда не справился со своим первым заданием, разочаровав и дядю, и отца.       «Ты провалился».       Два этих вердикта смешали Неро с грязью. Виновато опустив голову перед отцом, наследник не смел поднимать её, лишь бы не видеть эти сочащиеся презрением глаза отца.       Больше всего на свете Неро не переносил осуждения от близкого окружения; семья была для него всем.       Все члены Ванетти были для него семьёй. Так его учили с раннего детства. Неро был ответственен не только за себя, но и за тех, кого вёл за собой. Когда-нибудь ему предстоит занять место отца, но Неро был сплошным разочарованием, ни разу не оправдавшим ожидания отца. Ему просто не стоило поступать сумасбродно; делов то. Почему же он не мог справиться с простейшей задачей?       — Я буду стараться, отец, — произнёс Неро, сжав руки в кулаки и уверенно посмотрев на отца.       Он больше не подведёт ожиданий Винсента. Если нужно, нажмёт на курок без колебаний. Если понадобится, положит жизнь на то, чтобы защитить свою семью.       Потому что это долг Неро. Потому что он — Ванетти.       «Бизнес — приоритет для Ванетти».       Вторящие ему мысли пересекались друг с другом, теряясь в том хаосе, что клубился в голове.

***

      — Хэй, Авилио, ты спишь? — Неро приподнялся, поглядывая на юношу украдкой.       Сегодня он рассказал о том провале семь лет назад и почему-то сразу же почувствовал себя слегка лучше. Но вот с Авилио словно было наоборот; чем больше он расспрашивал Неро, тем больше портилось его настроение. Наследник не понимал, что послужило причиной, но наверняка это было связано с собственными воспоминаниями юноши. Наверняка мальчишке, которому приходилось выживать на улице, было куда сложнее, чем эгоистичному и богатенькому мафиози, у которого всего лишь была кишка тонка убить в свои четырнадцать.       Не услышав ответа, Неро подполз чуть ближе к костру, где, поджав колени к груди, спал на боку Авилио. Любопытствуя, Неро слегка приподнялся, пытаясь разглядеть, правда ли юноша спал или только притворялся. Увидев, что глаза Авилио закрыты, а грудь мерно вздымалась в спокойном дыхании, Неро нахмурился и, отмахнувшись от него, отошёл подальше.       Наследнику не спалось. Быть может, из-за этих ярких звёзд, что словно на панно усеяли весь тёмный небесный пласт. Быть может, ещё и потому, что эта яркая луна маячила перед глазами, укрывая лес бледным сиянием.       Неро хотелось курить или выпить. Чем больше эти мысли маячили перед ним, тем больше он обращал внимание на них. С каждым днём зависимости усиливались, а он легко потворствовал им.       Быть может, он курил и пил от скуки. Быть может, от стресса. Понять себя Неро был не в силах.       Куда уж там, он забыл о том, что ему на самом деле нравилось лет так пять назад. Или может раньше…?       Усмехнувшись, Неро потормошил Авилио, решив разбудить его из чистой вредности.       — Авилио, вставай! Люди Орко здесь!       Когда юноша присел, едва продрав глаза, Неро расхохотался, держась за живот, и ему справедливо прилетел удар по затылку. Авилио, не оценив шутки, буравил его своими медово-сладкими глазами. Чуть Неро подумал об этом и тут же отвернулся, откашлявшись в кулак.       — Серьёзно, я пошутил. Не надо убивать меня, ладно?       — Совсем уже сбрендил, кретин, — выругался Авилио, цокнув языком и едва ли удержавшись, чтобы ещё раз не ударить наследника посильнее. Неро видел, как тот раздражен, поэтому поспешил успокоить его.       — Мне было скучно, и я решил разбудить тебя, — Неро ярко улыбнулся во все тридцать два, тогда как янтарные очи стали прожигать в нём дырку ещё настойчивее.       — Завтра ты сам поведёшь машину, раз такой умный, — Авилио, что справедливо, снова нагрубил ему. Однако Неро не собирался вот так просто сдавать позиций; ему было интересно, что будет, если вывести этого всегда хладнокровного юношу из себя посильнее.       — Как будто ты прекрасно водишь. Без тебя управлюсь.       Дерзость помогала, потому как на лицо Авилио пролегла тень, когда он смотрел на Неро исподлобья, скрывая недовольство под чёлкой.       Неро примостился к костру поближе и чуть улыбнулся, меланхолически смотря на танцующие языки пламени, медленно пожирающие сухие ветви.       — Знаешь… Когда-то… Не помню, сколько мне тогда ещё было… — Неро внезапно поник, и его голос зазвучал тише. Задор в нём осел, поднимая из глубин разума что-то печальное, ощущающееся горчинкой во рту, — …помню, тогда ещё мама не болела…       Авилио молчал, не нарушая его монолога. Юноша сидел там же, где и был недавно, замерев, словно каменная статуя. Неро смотрел на него, и отчего-то наследнику стало ещё гаже на душе. Авилио и его внешняя безэмоциональность — результат того жестокого мира, в котором он жил с раннего детства. Этот юноша был сильным, но почему-то Неро чувствовал жалость по отношению к нему. Быть может, это сердце, не чувствующее ничего, вовсе не железное, а сломанное на куски и неправильно функционирующее.       Подумав немного, Неро решил продолжать говорить. Потерев затылок, он слегка улыбнулся, сместив свой взгляд с унылого лица Авилио обратно на яркое пламя костра.       — …мы были на пикнике всей семьёй. Я, отец, мама, Фио и Фратти, — Неро, прокручивая в голове столь яркие воспоминания, почувствовал, как в нём забурлила сильная тоска по родным. — Тогда мы, кажется, последний раз выбирались куда-то полным составом. Жарили мясо на гриле и веселились, играя в прятки в лесу.       Неро не знал, зачем рассказывал об этом. Было в Авилио что-то, что заставляло открыть ему душу. Быть может, юноша был хорошим слушателем, а быть может Неро знал, что он из тех людей, кто не станет разносить сплетен и будет судить беспристрастно, безо всяких предрассудков. Неро не понимал, почему, но ему хотелось рассказать всё, что накопилось на душе за все эти годы, излить душу Авилио, потому как этот парень никогда не станет проявлять жалость к нему.       «Не то, что я, да?»       — Потом мама умерла, а отец зарылся в работу. С Фратти мы не ладим, а Фио замуж успела выскочить. Ванно… — Неро прервался, когда в груди больно кольнуло. Образ лучшего друга с пробитой пулей грудью все ещё упрямо стоял перед глазами, и Неро не думал, что когда-нибудь сможет позабыть эту картину. — В общем, теперь я почти один. Только Барберо и остался.       — Разве это плохо? — спросил Авилио таким голосом, словно недоумевал, на что прямо сейчас жаловался ему наследник. Неро чуть ли не подавился слюной, когда услышал это из уст юноши. Он действительно задаётся вопросом, так ли плохо быть одному?       — Конечно плохо! — без зазрения совести Неро сжимал и разжимал кулаки, бороздя Авилио серьёзным взглядом и пытаясь понять, что на уме у юноши. Затем, не встретив удивлённой реакции, а лишь смотря на эту беспристрастную маску Авилио, Неро тяжело вздохнул и добавил. — Поймёшь, когда потеряешь Кортео. Вы же оба, кажется, близки? Так вот… В мире важны связи. Поверь, они спасают вот это, — Неро постучал себя пальцем по лбу. — Твоя психика будет в порядке, если будет на кого опереться. Вот, что я думаю.       — Хм… — задумавшись, Авилио больше ничего не ответил.       Той ночью они оба практически не спали. Сначала Неро рассказывал ещё несколько забавных историй из жизни, затем Авилио решил, что им пора ехать где-то под шесть утра с рассветом.       Опыт бессонной ночи показал им позже, что подобный подвиг повторять не стоило. Неро клевал носом, один раз чуть не вписавшись в поворот. Забавно, что в усталом и пьяном состоянии его навыки вождения сравнялись с шумахерскими умениями Авилио.