Буревестник. На крыльях перемен

      Опять мои неугомонные товарищи по курсу ищут неприятности!       Отправка поезда задержалась до раннего вечера, так что я не сильно удивился, когда войдя в большой зал увидел в нём отдыхающих детей, они в свою очередь ожидали прибытия поезда в уютном месте, ведь мало кто захочет мёрзнуть на свежем воздухе.       Да, их было мало, но факт остаётся фактом. И если Гарри и Рональд прожигали своё свободное время в игре в волшебные шахматы, то Гермиона явно пришла попрощаться. — …ты поможешь Гарри, он идёт в библиотеку, искать информацию по Николасу Фламелю!       Краем уха услышал я знакомое слово, довольно быстро подскочив к Гермионе, встав по правую руку от неё. — Зачем вам информацию об этом живом ископаемом? — поинтересовался я, заставив Гермиону подпрыгнуть от неожиданности.       — Боже, Виктор… — дрожащим тоном произнесла Гермиона, вытерев со лба ложную каплю пота.       — Ты что-то знаешь о Фламеле? — спросил меня Гарри.       — Ну разумеется, это создатель Философского Камня, этакого магического катализатора, над разработкой которого не одну сотню лет бились алхимики начала первого тысячелетия и даже позже. Артефакт имеющий огромную ценность не только как вещь, но и символическую, а что? — поинтересовался я, внимательно наблюдая за реакцией детей.       — Так вот, что охраняет Пушок на третьем этаже… — шепотом произнёс Поттер, надеясь, что его не услышат.       — А, так вы до сих пор нарушаете запреты Хога. — отмахиваясь от ребят проговорил я, быстро удаляясь от них. — Скатертью дорожка, только меня не впутывайте, у меня и без вас дел по горло.       — Ты остаешься? — воодушевилась Гермиона, бросив на меня взгляд. — И всё же ты решился на свой эксперимент?       — Ага. — устало произнёс я, падая за стол, вновь заваливая всё свободное пространство перед собой записями. — Я зря что-ли от сна отказался? У меня времени до рождества раз, два и обчёлся, а ещё осталась целая куча нерешённых переменных…       — Тебе нужна наша помощь? — поинтересовался у меня Гарри, чем вызвал у меня, Гермионы и Рональды, острый приступ шока. — Зря я наверное спросил…       — Нет, спасибо за заботу Гарри, но в моём случае поможет лишь лоботомия!       Мой ответ заставил Гермиону закатить глаза. — Хватит с меня этого балагана, я хочу нормально встретить Рождество в кругу семьи, так что лишние мысли лучше отбросить. Ах да… Не смейте умирать, пока я не вернусь! — напоследок гаркнула она на нас, развернулась и потопала на выход из зала, везя за собой свой багаж.       — А когда она вернётся, умирать можно? — навесив на лицо кривую улыбку, Рональд задал вопрос Гарри, вместо ответа на который Поттер лишь улыбнулся.       — И что нам делать с информацией Виктора? — снова перейдя на шепот заговорил Гарри. — Поверим ему на слово?       — Конечно нет! — чуть слышно произнёс Рональд. — Он мог специально запудрить нам мозги…       — Вас так даже глухой услышит! — посмотрев на ребят оголтелым взглядом, произнёс я. — Или учите чары приватности, или топайте в библиотеку, уверен, что мадам Пинс укажет вам верный путь к искомым материалам…       Парни гулко сглотнули скопившуюся во рту слюну, испугавшись моего строгого тона. И судя по всему, мои слова до них таки дошли. Они резко соскочили с места, убрали шахматы в одноимённую доску, и побежали на выход из зала, судя по ментальному отклику, бежали они в библиотеку.       — Ну и хрен с ними, зато мешать не будут, а то слишком уж громко они думают!

***

      И вот, настал этот день, утро 25 декабря, Рождество! Для Ауров этот день считается этаким выходным, когда можно проспать хоть до обеда, чем я по сути и воспользовался, но сил спать дольше девяти утра у меня не было.       — Ого, Виктор, ты только проснулся? — я поймал на себе взгляд удивлённого Гарри, судя по всему, он проснулся чуть раньше меня.       — Ага. — скупо ответил я, соскакивая с кровати. — Чего сидишь, там тебя уже небось подарки заждались!       — Точно! — воскликнул Гарри, соскочив с кровати.       Парнишка пулей вылетел из спальни, даже не переодев пижаму. Я же не могу позволить себе выходить в чём попало, поэтому в первую очередь, встав с кровати, я приступил к привычным для меня процедурам. Кровать заправил, переоделся, и лишь сегодня я решил умыться при помощи магии, ведь на то были причины.       Спал я долго не просто потому, что появилась такая возможность, а из-за того, что мне нужно было набраться сил и хорошенько отдохнуть. За последние две недели я спал… да нисколько я не спал! Лишь сегодня я решил поспать часов так на 12, чтобы наверняка.       Выйдя из спальной, я увидел Гарри и Рональда. И если Рона я мог лицезреть во всей красе, то Гарри я видел лишь отчасти. — С Рождеством… Потрясный свитер, Рон. А ты, Гарри, когда успел стать потерянной летающей головой всадника без головы?       — Да что ты говоришь! — выпалил Уизли младший. — Это же мантия-невидимка!       — А, да? Круто… наверное. — без какого-либо интереса ответил я, направляясь к ёлке, ощущая от одного из подарков знакомый запах. — Даже для меня что-то нашлось.       — Слушай, ты кажется не понимаешь, на сколько ценна мантия-невидимка! — не унимался Рональд, стараясь привлечь моё внимание к Гарри, который уже снял с себя мантию.       — Рон, это действительно классный волшебный артефакт, чья история насчитывает не одну сотню лет, но для меня он ценности не представляет, ведь я и сам могу становиться невидимым! — перекладывая подарки в сторону, ответил я рыжему, стараясь добраться до своей заветной коробочки. — Нашелся… ох блин, чёт она большая и тяжелая для игрушки! — удивился я, добравшись до подарка.       — Да брешешь ты! — отмахнулся от моих слов Рональд. — Магии невидимости не существует…       Эти слова целиком и полностью привлекли моё внимание к персоне Рональда, заставив смотреть на него, как на недалёкого дурочка. — Рон, ты родовитый волшебник, и даже не знаешь о Дезиллюминационных чарах?       — Да всё я знаю, но это же не невидимость, это маскирующее заклинание! — блин, а ведь с его доводами хрен поспоришь.       — Ну ладно. — вынув палочку из нагрудной кобуры, я точным взмахов сотворил своё авторское заклинание, сделав Рональда невидимым. — Так лучше?       — Рон, ты исчез! — возбуждённым тоном прокричал Гарри, потеряв своего друга из поля зрения.       — А-а-а! Почему я ничего не вижу! — завопил Рональд, чуть не оступившись и свалившись на задницу. И да, хоть я его и не вижу, но прекрасно слышу и ощущаю его присутствие. — Что происходит?! Почему став невидимым, я перестал видеть? Почему кругом кромешная тьма?!       — Ой, мой косяк! Я уже и забыл, что в таком состоянии свет не достигает глаз, тем самым лишая пользователя возможности видеть. — очередным взмахом палочки я снял с Рона «самопальную невидимость», заставив того с ужасом схватиться за глаза, в которые ударил яркий свет.       — Какой смысл от заклинания невидимости, если ты сам ничего не видишь? — пыхтя от боли, спросил меня Уизли, протирая свои слезящиеся глаза.       — Мне не нужны глаза, чтобы видеть. — уклончиво ответил я, распаковывая подарок. — Что-то да боли знакомый запах, на оружейную смазку похоже… да ну нет!       И как только коробка была вскрыта, я сразу же её захлопнул, стоило мне лишь краем глаза заметить содержимое коробки. — Что-то не так? — спросил меня Гарри.       — Да, определённо да! — сконфуженным тоном произнёс я. — И как ОНО вообще попало в стены Хогвартса?!       — И что же тебе подарили? — поинтересовался Рон, собравшись с силами, чтобы рассмотреть мой подарок своими покрасневшими глазами.       — Да так, всего лишь пулемёт…       — А, понятно… — спокойно принял мои слова Поттер, не сразу осознав услышанное. — Подожди, что подарили? — но как только к нему пришло осознание сказанного мною, его глаза чуть из орбит не выпали.       Полностью открыв коробку, я заметил лежащую внутри записку, подписанную дедом. — Кто же ещё мог подобное провернуть. — помотав головой произнёс я.       Развернув записку, я внимательно прочитал её содержимое, в которой кроме поздравления с Рождеством, были следующие слова:       — Это опытный образец нового Советского танкового/станкового пулемёта, который ещё не скоро пойдёт в производство. Будет скучно, можешь пострелять из него по каким-нибудь магическим гадам, заодно дай знать, чего он из себя представляет.       — Ты сейчас шутишь? — спросил Рональд, смотря на меня, как на идиота, но когда я вынул эту дуру из коробки… — Беру свои слова обратно!       — Это Корд? — спросил я самого себя. — Охренеть! — пристально рассматривая сие монструозное творение, восхищённо произнёс я.       — Это не пулемёт! Это какая-то пушка! — восторженно прокричал Рональд. — Можно подержать?       — Не самая лучшая идея, он весит 26 килограмм! — закинув его себе на плечо произнёс я. — Так, его нужно срочно убрать, пока эта ситуация из анекдота не перешла все грани абсурдности.       — У твоих родственников есть чувство юмора. — верно подметил Гарри, внимательно смотря за тем, как я усердно запихиваю в свою раскрытую сумку патронную ленту. — Да когда же ты закончишься! И Корд туда же… от греха подальше. — следом в сумку улетел пулемёт. — Буду дома, брошу его там!       — Но почему? — удивился Рональд.       — Это, конечно, не волшебная палочка, и шкурку дракона таким не пробить, но слабенький Протего таким калибром можно пробить и не заметить. Не говоря уже о большинстве магических тварей 4 ранга и ниже, всех в труху! И тут проблема не в самом факте применения огнестрельного оружия, а в том, что от врага одни ошмётки останутся. С таких много ингредиентов для зелий не пособираешь! — отмахнувшись от самой идеи использовать пулемёт, я перешел на свой изначальный план. — Кстати, вы в библиотеке-то были?       — Были, но ничего не нашли! — хором ответили Рональд и Гарри.       — Ну, либо вы плохо искали, либо не спрашивали у мадам Пинс.       — Вот именно, что спрашивали! — негодовал Рон. — Она выдала нам целую гору газет, где имя Фламеля фигурировало лишь отчасти, так что ничего конкретного про Философский Камень мы не узнали. Он чёртов затворник, большинство упоминаний о нём, были о его же кончине. Я сбился со счёту, пока подсчитывал, сколько раз его «похоронили».       — Ну, тогда товарищи Рональд и Гарри, вам в запретную секцию, доступа в которую у вас нет. — закинув сумку на плечо ответил я. — Я ушел, вернусь когда-нибудь, меня не искать, аривидерчи! — помахав им на прощание, я вышел из гостиной, направившись в свою лабораторию.       — Ну-с, время мутить лютую дичь!

***

      Вроде бы личный кабинет мне выдали для тренировок, вот только тренажёров в нём было аж целых два, турник намертво вмонтированный в потолок, да здоровенный камень, играющий роль боксёрской груши. Возникает вопрос, чем же я занял свободное пространство? Вопрос отпадёт сам собой, когда вы зайдёте в кабинет, который более чем на половину был переоборудован в научно-исследовательскую лабораторию.       — Итак, леди и джентльмены… а если быть точнее, паранойя и шизофрения, сегодня мы либо станем чудовищем, либо бесславно сдохнем! — хорошенько заперев двери, я снял с себя всю одежду, оставшись в чём мать родила.       Как оказалось, во мне действительно всё это время была аура, и нет, она была не спящей, а очень даже функционирующей! И была она не абы где, а на самом видном месте. По существу, в тот момент, когда я заблокировал выработку ауры на моменте формирования плода, она осталась в том месте, где и была, в моём левом глазу. В тот момент, когда я стал пользоваться магией, а после создал внутри своего организма источник маны, аура восприняла это как потенциальную угрозу своему существованию, начав захватывать организм.       — А это значит лишь то, что мне придётся две эти силы примирить… Как же тяжело, когда, казалось бы, у неодушевлённого объекта, есть своя собственная воля.       Сев посреди комнаты в заранее приготовленную формацию, исписанную защитными рунами, я снял с глаза повязку, забросив ту на стол телекинезом. — Активировать защитный купол. — руны повинуясь голосовой команде, подключились к энергетике замка, напитываясь силой и плавно активируясь. Когда был активирован последний слой рун, меня накрыло толстой золотистой сферой модифицированного Протего Тоталум, его целью была не защита меня от окружения, а совсем наоборот, защита окружения от меня!       — Вроде руны Воинов Ауры, а хорошо работают даже с магией! Интересно, как же так получилось? — хихикая себе под нос, с нотками иронии спросил я самого себя. — Боже, храни королеву!       В голове раздался щелчок, а мой левый глаз словно кипятком обдало… ощущение жжения стало распространяться по всему телу, плавно распространяясь с головы до пят. — Угх… сука… — простонал я, упав на пол защищённого купола. С размером купола я не поскупился, три метра в диаметре, так что развалится в нём есть где.       Боль была адская, ведь вернувшаяся на «своё» место аура желала перестроить организм, который, не без причины, был уже настроен под использование маны. Хоть у меня сейчас зрение плыло так, словно я находился в сильном наркотическом и алкогольном опьянении, я всё ещё мог видеть, как вены на моей руке постепенно наполняются серебряной энергией, прямо как это было с моим глазом. — А теперь финальный штрих, галактика…       Стоило только сказать слово галактика, как мана из неё начала бесконтрольно вливаться в моё тело, неизбежно сталкиваясь с аурой. И если бы не Протего Тоталум, который сдерживал всё внутри, уверен, мой усиленный аурой вой услышал бы весь замок! Я ощущал себя так, словно меня окунули в раскалённый металл. Кожа начала обугливаться, как и вообще всё… но тут же восстанавливалось заботливым воздействием ауры и маны. — Либо «они» найдут общий язык, либо я сойду с ума, потеряв контроль над обеими силами.       Привет Аурикай! Если истории не врут, то одному тёмному волшебнику удалось продержаться аж целых восемь минут… Сильный малый, а всё равно помер! Как бы мне самому не сдохнуть, благо сработали адреналин и привыкание, понизив восприимчивость к боли раз в шесть, но всё равно пиздец как больно! Теперь по ощущениям я просто горю на костре, медленно, но верно. — О-о-о! Купол изнутри стал покрываться льдом, а это значит, что возросшее количество ауры в организме начало извергать ману из моего тела. Дерьмово!       Ну ничего, когда купол внутри переполнится маной, тогда ей просто некуда будет изливаться! Если я конечно до…

***

      Любой Аур может примерно сказать, какое количество ауры он может за раз высвободить. Для этого не нужны особые тесты или вливание ауры в какой-нибудь объект до его полного разрушения, достаточно лишь ощущений.       Разумеется, что это не даст точного значения вашей потенциальной внутренней силе, для точных измерений у Ауров есть свой механизм проверки. Обсидиан. И не маленький его кусочек, а огромный валун вулканического стекла, которых в мире не так уж и много, особенно если учесть, что нужен обсидиан с каким-то особым минеральным составом.       У рыцарей Франции и Англии таким способом проверки является «Слеза Нюкты», кусок обсидиана весом в тридцать восемь тонн, который располагается не абы где, а в Камелоте. Если верить легендам, то этот кусок обсидиана притащил в Камелот лично Артур Пендрагон. И одному лишь богу известно, откуда и как долго он его тащил.       Для такого как я, без приглашения в Камелот путь заказан, ведь по мнению рыцарей круглого стола, приглашение нужно заслужить. И первый шаг к этому приглашению я уже сделал, прошел через «пробуждение».       Меня обуревала смесь разных эмоций, но главной среди них была ностальгия. Прямо как в прошлой жизни, приятное ощущение полной власти над своим телом, а ощущение текущей по жилам жизни и мощи, опьяняло сильнее любого алкоголя.       Это побуждало действовать, побуждало выпустить эту мощь наружу, продемонстрировать свою силу всему миру, закричав, что есть мочи… — ПЫЛАЙ!       И я стал пылать, становясь самим воплощением огня. За секунду до этого, я был закован в лёд до такой степени, что не мог пошевелиться, но сейчас весь лёд моментально обращался в пар, а купол Протего Тоталум…       *ПУФ*       …не выдержав контакта с пламенем ауры глухо взорвался, выпустив образовавшийся пар наружу. — Пустим прохладного свежего воздуха… — проговорил я, взмахом руки отворяя окна.       Помогая пару при помощи магии покинуть помещение, я наконец сумел увидеть хоть что-то, кроме застилающего всё вокруг густого пара. — Техники рода Ланселота воистину ужасающи, особенно в плане затрат на них ауры… — потушив охватывающие моё тело пламя, произнёс я.       Для меня копировать чьи-либо техники не является проблемой, ведь в какой-то степени, все они до жути похожи. Однако, остальные семьи этого не знают, ведь их «глаз» не может видеть сути текущей в них энергии. Так что в присутствии представителей 12 семей рыцарей, их же родовые техники лучше не использовать.       Хотя, куда уж там, даже в бою стоит применять их лишь в крайнем случае, ведь родовые техники не просто так называются родовыми. Тела пользователей ауры изменяются в зависимости от того, какой тип ауры был у их предков, какими особенностями обладали основатели родов.       Да, я парень из «холодной» семейки, но это всё ещё не мешает мне «воспылать», как это делают Ланселоты. — Но самая главная проблема заключается не в этом.       Подойдя к небольшому зеркальцу, что висело на стене, я пристально всмотрелся в свои глаза. — Говорят, что глаза — отражение души. Если это так, то для меня ЭТО может значить лишь одно, я достиг примирения.       Мой левый глаз выздоровел, став, как и полагается глазам представителям нашего рода, серым. Зато мой раннее здоровый правый глаз прошел через некоторый метаморфозы. И если левый глаз был отражением моей внутренней ауры, то правый стал признаком присутствия маны, окрасив радужку в небесно-синий цвет.       Вот только была некоторая проблема. — Аура и Мана всё ещё бушуют во мне, так что придётся какое-то время походить в повязке, на оба глаза…       Мои глаза буквально сияли! И это не то чтобы плохо, просто может привлечь ненужное внимание, так что лучше мне скрывать сей броский эффект пробуждения. Заодно потренирую остальные органы чувств, которые, к слову, стали куда острее, чем до пробуждения ауры. — Хотя, кого я обманываю, всё равно буду пользоваться магическим зрением, благо теперь для моей маны аура помехой не является.       Однако, было и то, что огорчило меня до глубины души. — Мало того, что мне пришлось пройти через Аурикай, так ещё и мою галактику наполовину обнулило. Аура, слушай, а ты там случаем ухи не ела?       Говорить со своей силой так странно… Чувствуешь себя как какой-то школьник, страдающий синдромом восьмиклассника… Стоп, а что такое синдром восьмиклассника?! Не суть!       Общаться со своей силой не так уж и странно, странно, когда она тебе отвечает. Прямо как в анекдоте про бога и шизофрению. К счастью, аура и мана говорить не умеют, но прекрасно вас понимают, иначе вы бы ими не смогли пользоваться. А раз эти силы являются вашей частью, а в случае с аурой, это по сути вы и ваша жизнь в энергетическом эквиваленте, то в процессе сосуществования эти силы приобретают ваш нрав и характер.       Нет ничего удивительно в том, что у холодных и рассудительных воинов рода Фей, аура стала «холодной». Да, на первый взгляд такого не скажешь, но это факт. Про Ланселота тоже сразу и не скажешь, что у человека нрав с огоньком, но по факту он имеет предрасположенность к огню, а в виду этого, когда начинается бой, то проявляется природная «вспыльчивость».       Тут ещё и фактор наследственности играет, но не в этом суть. У магов вообще всё сложно, ведь у них волшебство от настроения зависит, которое может быть каждый раз разное. И если у Симуса поведение и настроение вспыльчивое, а если поточнее, нрав у паренька взрывной… то нет ничего удивительного в том, что предметы с которыми он проводит волшебные манипуляции, частенько делают «бум».       Так же играет фактор общей развитости разума, ведь вся магия идёт от разума и знаний волшебника, это распространяется и на воинов ауры, в некоторой степени. Однако, обе силы могут получить существенный прирост от ментального состояния воина или волшебника, а также от их эмоций. И не всегда проявление эмоций приводит к чему-либо хорошему, поэтому для всех нас важнейшей чертой характера является холодная рассудительность и самоконтроль.       Лишь благодаря этому пресловутому контролю, а так же разуму и инстинктам, я сумел пережить «пробуждение». Когда на десятом часу у меня стало расплываться сознание, мои силы начали действовать автоматически, опираясь на подсознание, закончив процесс за меня. Ментальные надстройки работают лучше швейцарских часов!       Может именно это и стало ключевым фактором примирения двух сил? И да, я не совмещал ауру и ману, хотя это возможно… если вы хотите умереть! Ведь чем дольше эта гремучая смесь будет находиться в вашем организме, тем быстрее будет разрушаться ваш сосуд.       Лучше их держать по отдельности, особенно для меня, ведь они отлично дополняют друг друга, а вот с заменой у них есть некоторые ограничения. Что-то мне подсказывает, что бахнуть Ступефаем наполненным не нейтральной энергией, а аурой, у меня не выйдет, зато наполнять клинки маной вместо ауры я уже давно могу!       — Но как долго длился процесс пробуждения? — смотря на лежащие на письменном столике часы, задался я вопросом. — Если опираться лишь на слух, детей в Хоге всё ещё мало, а ведь время обеда… Чёрт, время обеда!       Магией я приманил свои вещи, тут же надевая их, затем, закинув сумку на плечо и надев на левую руку наручные часы, я уже был готов отправиться обедать. — Ах да, чуть не забыл. — взяв со стола кусок ткани, напитав его своей аурой и надев на лицо, я закрыл им оба глаза на манер повязки, полностью перекрыв для них обзор. — Вот теперь погнали!

***

      Виктор изменился. — было первым, о чём подумал юный Поттер, войдя в большой зал, заметив в нём ранее исчезнувшего одногруппника.       Его одногруппник, всегда и во всём был если не лучшим, то находился в тройке самых успешных учеников с первого курса. Но была одна вещь, в которой он был неоспоримым чемпионом — дисциплина!       Даже Гермиона Грейнджер, их одногруппница всезнайка, имела свой маленький грешок, частенько выводя из себя преподавателей своей настойчивостью и дотошностью. Но Виктор был другим, поэтому последнее, что мог ожидать Гарри, так это исчезновение их одногруппника на трое суток.       Гарри уже смирился с тем, что Виктор в тихую покинул Хогвартс, воспользовавшись летучим порохом. По крайней мере так говорил Рональд, но Виктор, как оказалось, всё это время был в Хоге! Ну или уже вернулся…       — А вот и твой Виктор. — проговорил Рональд, пролетая мимо затупившего Гарри, чтобы как можно скорее насладится трапезой.       Гарри последовал примеру своего друга, пройдя к своему месту, тут же занимая его. — Мне кажется, или с Виктором что-то не так?       — С чего ты взял? — удивился Гарри тому, что Рональд пренебрёг появившейся перед ним едой, уставившись на их одногруппника.       — Ничего себе сколько перед ним еды, да там аж шесть порций, и уже тарелок десять пустых! Эх, мне бы так есть…       Это была единственная вещь, которая заинтересовала Рональда, но было ещё кое-что. — Теперь он закрыл оба глаза? И как он только ложкой мимо рта не промахивается…       — Рон, ты совсем дурной? — пожурил своего друга Гарри. — Виктор же говорил, что может видеть закрыв глаза… или типа того.       — Да какая вообще разницы? Приятного мне аппетита! — отбросив лишние мысли, Рон приступил к самой любимой части его учебной жизни… вкушению всевозможных яств!       И только Гарри всё ещё что-то беспокоило, смотря на Виктора ему казалось, будто его шрам на лбу начинает нагреваться, а его самого начинало обуревать некое чувство тревоги, и чем дольше он смотрел на Фея, тем тяжелее ему становилось… Но почему?

***

             Фу-у-у, вот это я понимаю зверский аппетит! Желудок как бездонная дыра всю пищу поглощает, требуя добавки. Спасибо Хогу за то, что в этом месте много хорошей еды, в которой, ко всему прочему, много магических элементов, которые я с лёгкостью усваиваю.       — Нужно будет сбросить балласт… — произнёс я себе под нос, еле заметно ухмыляясь. — И это я сейчас не про посещение «белого дома».       Одна из проблем, с которой мне сейчас придётся бороться, это избыток ауры и маны, которые готовы из меня буквально изливаться через край! Маны, сука, столько, что она своим присутствием побуждает ауру вырабатываться через меру, чтобы она в свою очередь балансировало то, что в балансировке не нуждается. Ничего не понятно, как и зачем это так работает.       Чё с хлебалом, парень? Ты «первый» в своём роде индивидуум и не знаешь, что делать со своей «особенностью»? Добро пожаловать в суровый мир! Можешь еб*%№ся со своими проблемами как хочешь. Выживешь — молодец! Не выживешь… да и хер с тобой! Почти прошел естественный отбор, но затем провалил искусственный? Вычёркиваем!       Ощущаю себя бедолагой с гемофилией, который посреди дремучего леса сильно порезался, а из подручных средств у тебя только библия и гематогенка! Добро пожаловать в шоу «сдохни или умри».       Меня только одно радует, я всё ещё многое помню из прошлой жизни, так что кое-что понимаю. Нужно просто сбросить давление, а эффект подобного поведения маны и ауры временный, пока силы до конца друг к другу не привыкнут. Это уже не аура с маной, а какие-то молодожены не по любви, а по расчёту… Рано или поздно свыкнутся!       — О! Парни, приятного аппетита. — повернувшись к Гарри и Рону, обратился я к ним. — Какой сегодня день?       — Это не Виктор. — выронив ложку из руки в полупустую тарелку супа, промямлил Рональд.       — 28 декабря. — отрапортовал Поттер.       — Ого, ничего себе я в лаборатории засиделся. — встав со стола неподдельно удивился я. — Так, пойду я, пожалуй, на свежий воздух, разомну затёкшие плечи. Ах да, моё искреннее спасибо домовикам, сегодня всё было невообразимо вкусно…       Свои слова я подтвердил делом, зарядив свои тарелки нейтральной маной, которая после перемещения развеется на кухне домовых эльфов, передав им тем самым моё поощрение.

***

      — Вот она, моя родная атмосфера. — вдыхая прохладный зимний воздух полной грудью, произнёс я, стоя посреди замёрзшего озера. — Сейчас самое время для того, чтобы вдоволь порезвиться заклинаниями, которые жрут дохренища сил, и которые вряд ли смогли бы воспроизвести среднестатистические волшебники слабосилки.       Надев «клыки дракона», я вытянул правую руку вперёд на уровне груди, направив внутреннюю сторону ладони вниз. Выпустив через неё поток маны, который из-за своей плотности был виден невооруженным взглядом, я начал формировать громоздкий двуручный клинок из самого подходящего на этот момент материала, льда.       — А ну-ка… — когда у меча полностью сформировалась рукоять, я обхватил её и потянул на себя, отрывая его от ледяной корки озера. По итогу получился простенький увесистый двуручный меч без гарды и прочих декоративных ухищрений, с довольно толстым и широким лезвием от эфеса, и до самого острия меча, которое резко обрывалось, придавая мечу ровную геометрическую форму четырёхугольника.       *ВОУМ* *ВОУМ*       — Ох-хо-хо! — восторженно хохотнул я, после того, как выполнил несколько резких взмахов мечом, который лежал в руке, словно влитой. Процесс взмаха сопровождался воздушными завихрениями, которые произвели дальнюю рубящую атаку, сделав несколько неглубоких засечек в толще льда, растянувшихся на протяжении пяти метров от меня.       — А что если? — подумал я, поднимая меч перед собой.       Я стал действовать машинально, наполняя созданный из маны меч аурой. Да… я грёбанный психопат и никто не сможет меня остановить! И знаете, раз уж у меня врождённая морозная аура, а моя мана, из которой и был создан меч, тоже ледяная, то проблем быть не должно… по идее.       И я был не очень удивлён, когда ледяной меч начал покрываться прожилками ауры, укрепляя свою структуру и становясь ещё прочнее. У меня действительно получилось сделать нечто абсурдное. По ощущениям, сейчас мой созданный из маны меч был прочнее и острее меча, который мог выковать самый искусный людской кузнец.       — Что-то мне не хочется проверять, что произойдёт, создай я оружие из нейтральной энергии, а затем накачав его ледяной аурой. Хотя, кого я обманываю… преобразовать чистую энергию в материю мне не под силу, пока что.       Меч содержал в себе просто конское количество маны и капельку ауры, такого количества ауры мы даже за годы жизни не истратим. А это значит, что можно покуролесить!       — Пошла, родимая! — замахнувшись мечом на манер копья, я швырнул его как можно дальше, наблюдая за его полётом. Меч пролетел метров 200-250, вонзившись под острым углом в толщу льда, а затем…       *БАХ*       …детонировал, разрывая плотную ледяную корку озера, создавая целый ворох быстро летящих осколков, разлетающихся вокруг. — Это ещё что за приколы? — спросил я сам себя, создавая новый меч.       Повторив с ним ту же процедуру по наполнению аурой, я вонзил меч в лёд и отпрыгнул на двадцать метров назад, вынув палочку на изготовку. За семь секунд, что я внимательно наблюдал за мечом, я осознал одну маленькую пакость, не без помощи моих особенных глаз, конечно. Когда меч потерял со мной энергетический контакт, мана из которой он был создан, стала вступать в реакцию с окружающей меч нейтральной энергией, впитывая её с той лишь целью, чтобы продлить своё существование. Такое соседство моя аура восприняла как вторжение, «напала» на нейтральную энергию и сделало то, чего опасались ещё мои родители, когда мы с сестрой начинали сражаться с использованием разных сил. Взрыв.       — Не зря палочку доставал. — снимая с себя плотный купол Протего Тоталум произнёс я.       Меч для таких воздействий разных сил не подходит от слова совсем, это моё тело является сосудом, предназначенным для хранения в себе двух разных сил, а с любым другим объектом исход будет предельно ясным. Кабум!       — Ой! Кажется у кого-то ещё полно энергии…       После этих слов пространство вокруг меня стало буквально заполнятся бесчисленным количеством ледяных клинков разных форм и размеров. — Вот теперь это действительно мощная атака…       От того, сколько я за раз потратил маны, у меня аж коленки затряслись. И ладно ещё эти клинки не были наполнены аурой, иначе меня бы уже кровью вырвало. — Думаю, это заслуживает права называться моей козырной картой, но какое имя ей дать?       В голову лезли лишь глупые и неподходящие названия. Хотя, была одна такая поганенькая мыслишка, которая так и хотела сорваться громким криком с моих уст. А знаете что… пусть будет так! Это определённо тот мусор, что я притащил за собой из прошлой жизни.       Вытянув руку вперёд, я указал примерное направление для атаки козырной карты. — Клинков бесконечный край, атака полным барабаном мечей! — стоило лишь прокричать эти слова, как над моей головой засвистели устремившиеся вперёд мечи.       Они с очередностью в долю секунды срывались с места, обрушиваясь на условного врага, который находился на противоположном берегу озера. Благодаря магическому зрению я имел возможность наблюдать, как рой мечей разрывает берег на куски, вспахивая землю и разбрасывая её куски во все стороны.       Маны было вбухано на эту атаку неимоверное количество, возможно, что какой-нибудь клерк из Министерства Магии столько энергии за всю свою жизнь не использует! Вот сейчас я уже не чувствовал себя переполненным энергией, однако, благодаря ауре, я все ещё был боеспособным, и чертовски опасным.       — Нужно хорошенько разглядеть это непотребство. — проговорил я, наполняя свои мышцы аурой.       Наклонившись для рывка, я сорвался с места, мощным толчком разламывая лёд в точке старта. Непривычное ощущение, если раньше я мог бежать со скоростью 95 километров в час, держась на пределе своих сил, то сейчас, судя по ощущениям, я выдал все 130, и язык у меня не повернётся сказать, что я особо устал и достиг предела.       — Ну и наворотил я дел… — добравшись до берега я не сдержался, чтобы присвистнуть. Как только я снял повязку, я имел возможность во всей красе лицезреть последствия моей атаки. — Вроде маны стало вдвое меньше, но кажется, будто она стала втрое едрёнее!       Своей атакой я разрубил побережье на две части, создав посередине подобие кратера, глубина которого достигала четырёх метров, а сам он был в форме полукруга, радиусом в девять метров.       — Ну и отлично, теперь у меня есть рабочая козырная карта! На повестке дня осталось лишь избавиться от излишек бушующей во мне ауры. — потирая руки проговорил я. — А не пойти ли мне лес валить? Голыми руками…

***

      Глухой стук доносился с окраины запретного леса. Он то ускорялся, то замедлялся, но всегда заканчивался одним и тем же, громким хлопком, после которого падало какое-нибудь старое дерево.       — Фу-ф, фу-ф… — стоя облокотившись на дерево, отдышался я. — Столько, блин, деревьев, что новым расти возможности нет. Тут столько энергии вокруг, а реализоваться ей просто не представляется возможности.       Посетовав на запущенность этого места, я приступил к обработке только что поваленного мною дерева. Оторвав от него ветки и сложив их в сторону, получилось нечто похожее на бревно, которое по хорошему следовало поделить пополам, получив тем самым полноценное бревно и бревно потоньше, которое разве что на вторичное использование годится.       Закончив с «распилом», я закинул получившееся бревно себе на плечо, неся его вглубь своей вырубки, затем складируя под импровизированный навес. Если так подумать, то вырубку я свою устроил не так далеко от хижины Рубеуса, однако дети и преподаватели в этом захудалом месте не ходят.       Судя по ощущениям, где-то в глубине леса обитает целый выводок акромантулов, что может стать той ещё головной болью. Спасибо тому, что моя сила это холод, а пауки, мягко говоря, не очень любят низкие температуры. Были и хорошие соседи, в виде единорогов и странных волков. Пока я делал навес под брёвна, поймал на себе взгляд взрослого, аномально большого волка. Но не это было странно, а то, что он смотрел на меня глазами не хищники, а скорее, как человек? Может поэтому он не стал атаковать, а когда я вместо проявлений угрозы кивнул ему, тот кивнул мне в ответ.       — Что ещё можно ожидать от волшебного леса.       Ещё тут водятся Кентавры, прочие волшебные и не очень животные, которые обычно обитают в смешанных лесах умеренной зоны. Ещё бы вместо тёплой зимы тут была нормальная русская зима… но да ладно, будем довольствоваться тем, что есть. Вы можете спросить, чем я вообще тут занимаюсь, вроде как сам не собирался лезть в запретный лес, а спустя каких-то четыре месяца уже занялся изменением лесополосы.       На самом деле, это не более чем эксперимент. Мне до жути интересно, как быстро восстановится лес, который является одной из частей местной энергетической экосистемы. Лично мне кажется, что как только сойдёт снег, деревья уже начнут проклёвываться, ведь теперь на этом месте нет густых плотно растущих деревьев, которые перекрывали доступ солнечным лучам для низкорастущих растений и молодых деревьев.       Сделал этакое одолжение местной природе, устроив незаконную вырубку леса… красавчик, что ещё сказать! Грандиозных планов я на это место не строю, но если окажется, что природа к концу следующего года в этом месте восстановится, то пожалуй, как минимум построю здесь хижину на дереве.       Место я не просто так выбирал, это максимально близкая точка к Хогвартсу, но при этом находящаяся за пределами защитного барьера, который не даёт Трансгрессировать или выполнять другие магические манипуляции, целью которых является перемещение на большие расстояние и/или в изолированные места внутри Хогвартса.

***

      Иногда дети могут быть куда опаснее взрослых, особенно, когда это касается их взаимодействия со сверстниками.       Когда каникулы закончились, и всем, как полагается, требовалось собраться в зале, дети туда не шибко торопясь, отвлекаясь на свои дела. Как же можно, столько новых эмоций и впечатлений, накопленных за время каникул, не поделиться со всеми будет настоящим преступлением!       Может поэтому Гермиона засиделась в гостиной, а может просто зачиталась. Но факт в том, что направляясь в большой зал, по пути она столкнулась с большой неприятностью, а если быть точнее, это было четыре маленьких неприятности.       — Где твой очкастый друг, Грейнджер?       Знакомый голос, надменный такой, как и полагается чете Малфой.       — Не твоего ума дела, Малфой. — спокойным тоном ответила Гермиона. — Пустите меня, я не хочу опаздывать в большой зал.       — Зачем тебе нужна магия, жила бы себе спокойно в своём магловском мире, и не лезла в наш мир.       А этот голос я слышу впервые, я точно уверен, что Крэбб и Гойл сейчас рядом с Драко, но кем является четвёртая персона, мне, к сожалению, неизвестно. Хотя, чего греха таить, сейчас посмотрим!       — Я же сказала, дайте пройти! — на фоне доносились звуки давки, будто бы Гермиона попыталась оттолкнуть ребят со Слизерина, но те лишь рассмеялись.       — Знаете, мне кажется, что нужно научить эту гря…       — А, так это Теодор Нотт. — произнёс я, выйдя на лестницу, вовремя оказавшись за спиной у Гермионы. Слегка засиделся в своей лаборатории, повезло тебе Грейнджер, что я вас вовремя услышал. — Чего столпились, аки стадо быкоящеров…       Гермиона обрадовалась, услышав мой голос, но когда обернулась, почувствовала себя неловко, можно даже сказать, что она была в смятении. — Виктор? — с удивлением в глазах, смотрела она на моё лицо.       Ах да, повязка… А в прочем, она мне не мешала, поэтому я просто не снимал её. — Вечер добрый, господа со Слизерина. — поравнявшись с Грейнджер произнёс я. — И тебе не хворать, Гермиона.       — Что за повязка? Пытаешься скрыть страх в своих глаза? — огрызнулся Нотт, а Малфой наоборот, притих, завидев меня.       — Это имеет значение? — спросил я их, выйдя вперёд Гермионы, а парни наоборот, стали отступать, пока мы не спустились на площадку. — В чём дело парни? Может дадите пройти, или так и будем стоять здесь, пока толпа позади не соберётся?       — Ты тоже торопишься? — спросил Нотт.       — Хм. — помычал я, обратив взгляд на Малфоя. — Это ваше общее мнение, или только он желает со мной «подраться»? — парень услышав мой вопрос поёжился, но отвечать не стал. — Правильно, можешь не говорит, мне и так всё понятно.       — Знаете, меня до колик в животе забавляет факт того, как вы пытаетесь своими проступками привлечь к себе внимание Поттера.       — С чего ты взял? — опешил Малфой, услышав мои слова.       — Ну, эти ваши нападки на Уизли и Гермиону никак по другому истолковать у меня не получается. — разводя руками ответил я. — Или вы хотите сказать, что будучи представителями благородных родов, чистокровных, являясь как минимум олицетворением высших слоёв магического общества, а как максимум, примером для подражания другим ученикам...       От моих речей у Крэбба с Гойлом чуть было дым из ушей не повалил, больно мощные словесные кружева я наворачивал, даже Теодору с Драко не по себе, по лицу видно.       — …занимаетесь тем, что буквально домогаетесь до обычной волшебницы и парня из не самой обеспеченной семьи, при этом, частенько проигрывая в словесных перепалках. Вы хоть понимаете, что своими действиями, вы позорите не только свой род, но и опускаете репутацию Хогвартса ниже плинтуса.       — Ничего мы не позорим. — попытался дать мне словесный отпор Теодор, но как итог…       — Нотт, у тебя нет личных достижений, проще говоря, всё что у тебя есть, так это репутация и достижения твоего отца. Тебе ниже плинтуса не упасть, а вот твоему отцу с высоты легко сорваться, так общественное мнение работает, к сожалению. И не всегда это мнение бывает справедливым, вот прямо как в этой ситуации.       У парней на фоне моей речи случился срыв шаблона. По ощущениям это выглядело так, будто их впервые в жизни мать отчитывала, и не дома, а прям на публику, что ещё больнее по душе бьёт.       — Вам реально заняться нечем? Вы живёте в мире полном, как чудес, так и угроз! И что вы делаете в свободное время, вместо того, чтобы учиться и развиваться? Дайте угадаю… обсуждаете какой Поттер дурак, что стал дружить с Уизли, а не с великим Малфоем! Что Уизли глупый и бедный болван, что и ежу понятно, но судить человека за то, что ему в текущем состоянии не по силам исправить, как минимум мерзко, тут не вам решать, а времени. Ещё скажите, что поносите Гермиону за то, что она родилась волшебницей в семье людей. Как будто у неё был выбор… И на десерт, очень красиво поливать Гарри помоями за то, что он ничего не понимает в магии. Он же всего лишь пробудился в десять лет, и то потому, что над ним издевался его двоюродный брат. Чудо, что он вообще в обскура не воплотился в такой «домашней атмосфере». Рассказать всё не могу, не мои секреты, но парни…       Меня уже реально понесло, от меня прям тоской повеяло, да так сильно, что её уловили даже Крэбб с Гойлом, не говоря о Гермионе, Теодоре и Драко.              — ...я не прочь с вами подружиться, даже не смотря на то, что с родителями многих из вас, мои родители открыто враждовали. Куда уж там, до сих пор испытают к ним тёплую ламповую ненависть! — а после этих слов у парней чуть катарсис не случился, слишком велик контраст сказанного. — Но вы сами отбиваете у меня и других ребят желание дружить с вами, а у ребят с факультета, идти за вами. Драко, ты же лидер факультета у всех начальных курсов, но такими темпами, ты лидером будешь не потому, что ты выдающаяся и важная фигура на игральной доске Магической Англии, а потому что оной является твой отец.       Взяв зависшую Гермиону за руку, я повёл её через таких же зависших ребят со Слизерина, но напоследок я решил остановиться перед Малфоем. — Драко, реши для себя, кто ты. Лидер по факту, или же условный.       Вот теперь мы с Гермионой пошли в зал, ведь время уже неминуемо приближалось к началу. А за нами шла вереница детей, которые так же как и мы, до недавнего момента зависли на лестничной площадке, вот только они зависли в ожидании развязки, ведь не каждый день можно узреть столь неоднозначное зрелище.       — Спасибо. — слегка сжимая мою ладонь, подавленно произнесла Гермиона.       — Неуместно говорить за это спасибо. — отпустив руку Гермионы, холодно произнёс я. — Я становлюсь слишком импульсивным, это место плохо на меня влияет.       Впереди нас ждал зал и приветствие директора. Ну-с, можно считать это неплохим началом учебного полугодия, без драк и травм обошлось, и слава богу.