Копия моего «идеала»

Процесс пошёл. Не без подозрений Том относился к каждому шагу отца (теперь так, он и вслух, и мысленно переставал вставлять пренебрежительное «папаша»), по-другому невозможно. Тот всё ещё оставался загадкой. Щедрой, но загадкой. И, к удивлению, не проявлял сильную настойчивость. В тех же звонках или смс-ках. Как-то умудрялся понимать, когда стоит прекратить задавать вопросы, лучше сменить тему или вообще слиться. И с каждым таким днём внутренний ребёнок всё больше радовался, подогревая то, что раньше считалось сомнениями. Том стоял на несколько шагов ближе к воссоединению семьи. Учился с ещё большим рвением. Потому что хотелось доказать на что способен. В будущем он станет ничем не хуже, возможно, заведёт свой бизнес. Идти по стопам отца в этом плане весьма полезно. Опять же, для будущей семьи. Для Гарри. И их ребёнка. Или детей. Они ведь не остановятся на одном? Может, их будет несколько. Таких же красивых, как Гарри, с его зелёными глазами… Слишком далеко Том ушёл в свои мечты. Чуть не порезал палец, испугавшись пришедшего смс-сообщения. — Зараза. Взяв телефон, перед этим вытерев руки полотенцем, Том разблокировал экран.

Не хочешь ограничиться одной машиной?

Мотоцикл куда более удобен для передвижений по городу, к тому же вузу и на будущую практику. А вот продукты из магазина, какой-нибудь новый предмет мебели или несколько человек на пикник, на нём не увезёшь. Нет. Я знаю, чего хочу. И почему. Мне так будет удобнее. И я не прошу всего и сразу. Но мотоцикл сейчас важнее. Том продолжил резать кинзу. Не тот отец человек, чтобы мгновенно отвечать на сообщения, занятой больно. Но оно и к лучшему. — Так, давай-ка, свернись, — вслух обратился к их диалогу, и вернул страничку с сохраненным рецептом. Сегодня альфа хотел удивить возлюбленного новым блюдом. Заодно доказать, что с виду отвратительные продукты могут создать настоящую гастрономическую бомбу. Поскольку омега по-страшному привередничал в отношении ряда ингредиентов, от Тома требовалось постараться угодить. Остался час, прежде чем хозяин дома приедет, сегодня было немного операций.

Машина побезопаснее будет. Подумать ещё раз не хочешь?

Не прошло и получаса. И буду спать в ней каждый день. По часу в пробках. Я уже думал.

Засыпай пораньше, и не будешь спать в дороге.

Не лучшая шуточка, потому что главное здесь слово — пробки. На мотоцикле такого не будет. Что с ним? Не уж-то беспокойство? Или попытка навязать своё «правильное» мнение? — Всё, отстань, у меня рецепт, — фыркнул Том, вновь сворачивая диалог с отцом. Звонок в очередной раз помешал сосредоточиться. На этот раз мешающим оказался Гарри. — Привет, котёночек, — мурлыкающий голос в трубке теплом отозвался в груди. — Привет, — улыбнулся Том, поясницей упираясь в столешницу. Немного можно и передохнуть. — Звонишь, потому что соскучился? Или что-то нужно? — И то, и то. Я подзадержусь немного. Решил зайти к врачу. А пока в очереди — хочу скоротать с тобой время. Не возражаешь? — Не возражаю. А зачем тебе к врачу? — Раз у меня молодой возлюбленный, нужно присматривать за своим здоровьем. А то вдруг деток захочется? С зачатием всё должно быть в порядке. Сердце пустилось вскачь. Не так давно мысли альфы увели его к пополнению, это удивительное совпадение. Вопрос прозвучал немного волнительно: — Но мы же не торопимся, да? — Нет, конечно. Мне пока достаточно одного любимого котёночка, — посмеялся омега. — Когда мой альфа встанет на могучие лапы, тогда можно будет подумать и о котятках. — Котятках, да? — в смущении, альфа издал смешок и растрепал челку. — Ты хотел бы больше одного? — Не знаю. У меня в роду бывали двойни, так что… всякое может случиться, — снова усмехнулся Гарри. — А у тебя есть пожелания? — Да я как-то не задумывался, — Том вновь повернулся к разделочной доске, беря в свободную руку нож, — хотел только, чтобы на тебя был похож. Особенно глазами. Они слишком красивы, чтобы ими не поделиться с ребёнком. — Пусть берёт от нас самое лучшее, да, — согласился Гарри. — Ты там что-то режешь или мне кажется? Что будет покушать? — Сегодня у нас овощной день. Готовлю рататуй и биточки из брокколи с сыром. — То-о-ом, — заныл омега, словно ребёнок, которому не дают съесть лишнюю конфетку, — пощади мой желудок, я это не проглочу! А альфа был строг: — Проглотишь. Биточки вкусные, едят даже самые привередливые желудки. Намёк, надеюсь, ясен. И рататуй, с правильной подачей, будет съеден за милую душу. — Это тебе вкусно, а мне как-то не очень. Бля… — несчастно простонал. Взрослый мужчина, но порой такое дитя. Иногда это умиляло Тома, а иногда жутко раздражало. Что они с ребёнком делать будут? Когда один из родителей сам ведёт себя как ребёнок. — Ты ещё даже не пробовал. — А ты думаешь, я просто так такое не ем? Ох… Одно хорошо. Долго уговаривать обычно не приходилось, Гарри быстро сдавался. — Если я не съем — доедать будешь сам. О, моя очередь! После врача сразу домой. — Поверь, любовь моя, тебе понравится. Или я заявлю официально, что растерял талант. — Хорошо-хорошо! Мне пора бежать, целую, — протараторил омега под скрип открывающейся двери, и сбросил звонок. — Давай, — уже по оборванной связи ответил и наткнулся на сообщение отца, — что на этот раз?

Какая модель?

Том только просматривал различные каталоги и выбирал подходящую модель, которая не только будет иметь хорошие скоростные качества, но и будет проще в обслуживании и покупке запчастей. Как определюсь с выбором — скажу.

Не желаешь отправиться в салон и там уже повыбирать? Если что-то понравится, купим прямо на месте.

Звучало разумно. Несмотря на всю свою настороженность. Да и в целом походило на то, как отец выбирает своему чаду велосипед. Внутренний ребёнок Мракса с большим энтузиазмом поднимал пальцы вверх. И всё-таки ответ Том не написал. Принимать решение самостоятельно он не собирается, пусть Гарри вернётся и поделится своим мнением по поводу предложения Воланда.

***

— Котёночек, я дома! Отключая экран телефона, в котором последний час сидел за просмотром интересных видосиков, Том вышел встречать омегу. — С возвращением. — Ага. Я в душ и кушать. Если будет невкусно — я тебя накажу, — с козырей зашёл Поттер, целуя его в щёку и уносясь в комнату с громкостью молодого слона. — Ночью я тебе отомщу, ты же знаешь! В ответ раздался подлый смешок, не предвещающий успеха на данном поприще. Такой уж у Тома омега. А после душа, благоухающий, с причёсанными волосами, Гарри сел за стол, с любопытством разглядывая приготовленные блюда. — Выглядит аппетитно. — И будет аппетитным по вкусу, — уверенно заявил Том, заваривая кофе, — ешь. Омега осторожно попробовал, диагностируя вкус. — Баклажан однозначно портит картину. А так — вполне-вполне! — Рататуй — овощное блюдо. Баклажан должен дополнять картину, а не портить, — Мракс обернулся, оставив кофеварку работать, — но подожди, тебя ещё ждёт прекрасный брокколи впереди. — Ты и сам под приговором, не выёживайся. Как день прошёл? — Всё утро крутился на кухне. Рядом с тобой мой телефон лежит, открой смс-ки, посмотри, кто мне написал. В их отношении не было места секретам. Ни Том, ни Гарри не ставили пароль на телефоне. Альфа без страха мог позволить омеге лазать в смс-ках и заходить на социальные страницы. Также работала и обратная сторона. В истории браузера Гарри, он находил рецепты кофе, калорийность той или иной еды, различные юморески и каталоги всякой всячины. — Угу... — прочёл сообщения Поттер. — Знакомая картина. И? — И как ты смотришь на его предложение? Я не стал давать никакого ответа, подумал, тебе сначала нужно узнать, что он задумал. — Если ничего не изменилось, то в мотоциклах он не разбирается, так что вам обоим полагаться только на консультанта. Хотя в моторах он весьма шарит. И торговаться умеет. — Дело ведь не в том, что он разбирается, — Том забрал чашечку, наполненную кофе, и подставил вторую, — а в том, что он желает проявить участие в моём выборе. И на месте приобрести тот мотоцикл, что мне понравится. Почему он так уверен, что я сразу что-то захочу? — Насколько я знаю, ему всё равно. Дело, как ты сам сказал, в том, чтобы проявить участие. Между вами всё ещё пропасть. Эта вылазка для него — шанс сблизиться. И даже если тебе не понравится что-то в одном салоне, он с радостью повезёт тебя в другой, а по дороге будет болтать и выспрашивать. Внутренний ребёнок радовался, а уже взрослый человек, повидавший показанную гниль отца, плевался ядом. От собственных противоречий Том потихоньку сходил с ума. То в одну сторону тянулся, то в другую, и если в ближайшее время не придёт к компромиссу с собой, его попросту разорвёт. — Ты же хотел получить возможность с ним подружиться. Пользуйся. Тем более, у него денег куры не клюют. Не упускай шанс себя побаловать. — Ты не против? — Нет. Развлекись. Если у него появится иллюзия твоего расположения, он будет рад дарить тебе подарки. Я часто этим пользовался, когда мы встречались. Это глупо, испытывать ревность при одном только упоминании. Но Том ревновал. От этого портились настроение и настрой на общение с отцом. Совсем уж опасные мысли о их прошлых отношениях. О том, что отец делал с Гарри… Ведь когда-то его омега любил этого урода. А тот пользовался им в самой эгоистичной манере. Брал его, мучил в постели, чтобы потешить себя... Гарри дарил ему свои стоны. Показывал, как хочет ещё... Наслаждался… Кофе начало литься мимо. Альфа тихо выругался и немедля начал убирать последствия своей оплошности. Задумался о противном и только хуже сделал. Смягчиться, и в тоже время вздрогнуть, помог подошедший сзади мужчина, обхвативший за пояс и прижавшийся губами к шее. — Котёночек. Ты чего хулиганишь? — Ничего, — тихо буркнул. Не говорить же о своих глупых разыгравшихся эмоциях? Он взрослый человек. Он понимает, что зацикливаться на прошлом, и уж тем более обвинять любимого человека в том, что он когда-то был с кем-то, а сейчас это бесит, — верх идиотизма. — Хорошо. Разумеется, Поттер видел его насквозь и потому не поверил. Но переменил тему очень резко: — А теперь, будь так добр, засунь хлебушек в тостер и поцелуй меня. От удивления альфа повернул голову. И смотрел он теперь не наверх, как было раньше, а вниз. — По порядку выполнять поручение? — Да. Именно так, как я сказал. Действия выходили на автомате. Всё внимание уходило на омегу, который специально будоражил тёплым дыханием и почти касался шеи губами. Одного неожиданного поцелуя было мало. Альфа чувствовал себя марионеткой в опытных руках кукловода. Его практически повело, когда одна рука Поттера принялась мять ягодицу, а вторая слегка надавила на шею, наклоняя его назад. Он стал выше и крепче своего омеги, и только склонившись мог получить удовольствие быть обласканным. Горячий поцелуй норовил оставить отметину. Ожог не ощущался бы так ярко... Том не сдержал тихого стона, напрягаясь в руках омеги, и совершенно не контролируя выпущенные феромоны. Словно откатился к периоду первого месяца их отношений. Неопытный, желторотый юнец. — Гарри… Поттера жалобный голос не остановил. Услышанное имя он воспринял, как сигнал продолжать. Убедившись, что Том надёжно опирается на него, Гарри переложил руку с груди на шею, совсем слегонца придушивая. Рука с ягодицы перешла на стремительно увеличившийся бугорок. Давненько они не позволяли себе шалости на кухне. Максимум — затяжные поцелуи и хлопки по заднице. Но то, что Гарри вытворял с Томом сейчас - на полпути к тому, чтобы перерасти в секс на кухне. — Ты мне так мстишь? — на выдохе спросил альфа, поддаваясь руке, что по-хозяйски забралась в трусы. — Мою месть ты ещё увидишь, котёночек. Твои биточки вкуснее, чем я думал, но не так, чтобы я съел их с охотой и без дополнительных вложений. А вот за рататуй тебя надо… загрызть. Безболезненно, но довольно ощутимо Поттер укусил за шею. Будто поглощая феромоны, чьё количество стало больше от усилившихся массажных движений на члене. Руки некуда было деть. Обхватить омегу трудновато и неудобно будет. А Том хотел. Пальцы дрожали от желания схватить, сжать, приласкать… Но рядом была только столешница. Мракс вцепился левой рукой в неё до побеления костяшек. — Если не месть первопричина, то что? — Секса хочу, — коротко, без обиняков сказал Гарри, вышибая из груди воздух. — Вот только мне пока нельзя. А тестостерончик нужен. Повернись ко мне, котёночек. — Почему нельзя? — наивно спросил Том и послушно повернулся. На ватных ногах. Столешница позади помогла в качестве опоры. Как и руки мужчины. — Врач запретил на две недели, — будничным тоном сообщил Поттер, а после, не отрывая от него взгляда, опустился на колени, легко и непринуждённо стягивая полностью низ. — Рад, что ты в боевой готовности, — хихикнул мужчина и без прелюдий, сразу насадился ртом. — Гарри!.. — совсем не по-альфьи проскулил Том, не готовый к минету так быстро. Вопрос «почему врач поставил запрет» стоял также крепко, как и член, за который основательно взялись. Вместо того, чтобы продолжить есть! Хотя почему же? Омега ел, в некотором роде. Именно то, что хотел! А не то, что готовил Том. Налегал достаточно сильно, старательно выкачивал из него соки. Выдаивал всё до последней капли. Перед глазами засияли звёзды в момент сильнейшего оргазма. — Как ты… зачем всё… о-о-ох, чёрт… Мысли путались, да и речевой аппарат подводил. Гарри не сразу выпустил из влажного и горячего рта, он словно надеялся получить добавку. Но нет. Не сейчас, когда Том опустошён досуха. — Отобрал всё молочко у своего котёночка. Какой я нехороший, — сыто и чуть пьяно улыбнулся. Альфа схватил за руки и насильно потянул на себя. Он начал приходить в себя, и ему следовало поблагодарить любимого за чудесное наказание. И всё-таки спросить о запрете врача. Прижимая к вздымающейся груди, Том крепко поцеловал растянутые в широкой улыбке губы, и сжал обмякающего омегу в руках, с удовольствием облокотившегося на его. — Как же балдёжно... — промурлыкал Гарри, переводя дыхание и слегка массируя губы. — Теперь скажи, почему врач поставил тебе запрет? — От контакта с медикаментами у меня засорился организм. Надо почистить. Таблетки я уже купил, но с противозачаточными они не уживаются. Так что пока мою попку беспокоить нельзя. А твою я ещё как побеспокою, — коварно предупредил, встав на цыпочки, чтобы укусить за ушко. — Готовься. — Хорошо, — без возражений согласился альфа. Они уже проводили эксперимент. Том отдался в руки своего опытного учителя и нисколько не пожалел. Поэтому не против повторить, проведя пару дней за подготовкой. — Так, ты вернёшься к обеду? И у нас кофе, наверное, уже остыл. — Нет, мы с тобой управились очень быстро. Если что-то и остыло, то до комфортной температуры. А теперь давай мне тост. И ещё немного сыра. Доем я твои биточки. Том обернулся. Поджаренный хлеб давно уж выпрыгнул из тостера, и ждал, когда его заберут. — Вот значит как. Пока поджаривался хлеб, ты поджаривал меня. С каким же монстром я живу... — Не с монстром, а с человеком, умеющим эффективно организовывать своё время, — вредно ответил Поттер, закидывая в кофе сироп и сухие сливки. — Давай хлеб, говорю! — На, на, — Том протянул тарелку с тостами. — Отлично. Теперь хоть поем нормально. А ты готовься к покупке байка. С тебя фоточки в процессе выбора. — Эй! — возмутился альфа. — Я приготовил нормальную еду! — Да-да... Заложив биточки между сыром и тостами, Гарри с аппетитом начал поглощать весьма странный сэндвич. Свою работу по дому альфа мог считать выполненной. И даже перевыполненной, получив за свои труды «наказание», равное награде. Но всё же привела к ней не совсем готовка. А глупая ревность. О которой, как понял Том, Гарри догадался. Он показал и доказал, что на самом деле важно. — Я тебя люблю, — в очередной раз озвучил свои чувства Том, смотря на омегу глазами, полными той самой озвученной любви и благодарности. — И я тебя тоже люблю, — улыбнулся Гарри, беря за руку, а после смеясь. — Только рататуй будешь есть сам. Тут я тебе не помогу. — Да блять…