sécrétion

Ближе к вечеру Чонгук снова ушёл на обход территории, не бросая попыток выследить чужака, которого он навязчиво чувствует. Ощущается это как бесконечный зуд, он крайне раздражает, и альфа не сможет спать спокойно, пока не убедится в том, что его стая и его пара и дети в безопасности. Тэхён же пытается своими силами успокоить нервы Чонгука, но, к сожалению, тщетно. Поэтому омега ложится спать в расстроенном настроении, откидывая руку на пустую и холодную часть кровати. Такой расклад его не устраивает от слова совсем, но Ким понимает, что возмущаться и истерить нет никакого смысла, поэтому он поднимается и, накинув на пижаму тёплый плащ, быстренько перебегает к дому Сокджина, в котором горит свет. Джин всегда поздно ложился, что в данный момент играло Тэхёну на руку. Спать один сегодня он уж точно не будет. Коротко постучавшись, Тэхён входит в дом и негромко зовёт Джина по имени. Старший омега высовывается из проëма спальни с обеспокоенным лицом. — Тэхëн-и, что-то случилось? Что болит? — Сокджин подходит к Тэхёну и бегло оглядывает на наличие видимых повреждений. — Нет-нет, Джин, ничего не болит. — Тэхëн опускает поникший взгляд и поглаживает себя по круглому животу. — Чонгук ушёл, а я не хочу спать один. Можно я сегодня у тебя переночую? — Я твоего Чонгука в озеро выкину, честное слово. — Ругается старший и нежно улыбается, подтягивая Тэхëна на кухню и ставя чайник на печь. — Ну ничего, ты главное не волнуйся, тебе нельзя. Вернётся твой благоверный утром, не потеряется. Тэхëн понемногу успокаивается, присаживаясь за стол почти вплотную к старшему и опускает тому голову на плечо, вдыхая поглубже щекочущий обоняние запах Джина. Сокджин пахнет сиренью, что всегда нравилось младшему омеге, да и всем вокруг. А ещё Джин всегда был рядом с Тэхёном, всю жизнь: пока они были детьми, во время первой течки Тэхëна, когда Тэхëн влюбился в Чонгука, потеряв голову. Сокджин был и свидетелем на обряде по бракосочетанию и Джин был первым, кто понял, что Тэхëн беременен. Тэхён, пусть и любил Чонгука больше жизни, доверял Джину сильнее, чем кому-либо. — Тэхëн, мне кажется, что тебя, всë же, что-то беспокоит. — Задумчиво произносит Джин, разливая ароматный чай по кружкам из заварки. Тэхëн переводит взгляд на Сокджина и неожиданно улыбается своей квадратной улыбкой. В его глазах блестит озорной огонёк, не предвещающий ничего хорошего. Отпив чая и прочистив горло, он выдаëт: — Джин-хëн, у тебя действительно ещë никого на горизонте не появилось? — С хитрым прищуром поддевает Тэхëн. — Я всë жду, пока ты скажешь, что хоть кто-то тебе понравился, а ты молчишь! Сегодня Тэхён решил абстрагироваться от напряжённости между ним и его альфой, оставляя решение проблем на завтра. Пусть его это и волновало, но обсуждать сейчас эту тему ему уж очень не хотелось. А вот обсудить с Джином всех альф в деревне было практически жизненно необходимо! Джин не может сдержать смеха: — Тэхëн-и, ну и кто, по-твоему, самый подходящий для меня альфа? — Сквозь тихие смешки выдаëт старший. — Ну, как насчёт Джексона? — Вопрошает Тэхён, снова прикладываясь губами к кружке. — Боже. — Сокджин вновь прыснул в кулак. — Он влюблён в охоту больше, чем во что-либо, милый. — Джин поглаживает младшего по шелковистым волосам с материнской нежностью, на что Тэхëн довольно урчит и ластится под руку. Что-что, а нежность и ласку Тэхëн обожал. — М-м-м, ладно, тогда как тебе Вонхо? — Выдвигает следующее предложение, во все глаза уставившись на реакцию Джина. Тот лишь пожимает плечами, с задумчивым видом. — Ему ведь уже нравится кто-то? Минхëк, если не ошибаюсь? — Снова усмехается, делая вид, что глубоко внутри ему не обидно. Он действительно уже давно хочет свою семью: детей и пару. Джин мечтает о том, что кто-то скажет ему о своих чувствах и омега обретёт своë счастье, да вот только нет ещё пока такого альфы. В отличие от Тэхёна, Джин всегда мечтал об этом. Тэхён получил семью совсем не волнуясь об этом, ну а Сокджин просто перестал волноваться когда ему перевалило за двадцать два. Джин часто думал, что это с ним что-то не так. Это предположение вполне имеет место быть: рост у него для омеги большеват, фигурой он тоже особо похвастаться не может, а этот чёртов приторный запах… Мысли о своей непривлекательности заставили Джина поникнуть. Повисла пауза. Тэхëн молчит еще пару минут, прежде чем подскакивает с выражением лица, не предвещающим ничего хорошего. Джин подбирается и готовится услышать сумасшедшие предложения его самого близкого человека. — Джин-а! А что насчёт Юнги? — Тэхëн широко улыбается и чуть ли не выпрыгивает из штанов. — Вы ведь близки! Он одинокий альфа, ты одинокий омега. И почти одного возраста! Джин тяжело вздыхает и хмурится. Юнги — это, конечно, хороший вариант, но Сокджин никогда не рассматривал его как потенциального партнёра, да и сам альфа наверняка в сторону Джина даже не смотрел. Ким старший хмурится, обмозговывая возможные отношения с Юнги. Альфа, безусловно, симпатичен и хорош собой как физически, так и эмоционально. В большинстве своём Юнги всегда сохранял здравый рассудок и спокойствие, поэтому и стал правой рукой вожака. На пару с эмоциональным и рвущимся на рожон Чонгуком, Юнги был негласным вторым лидером, частенько остужая перевозбуждённого Чона. — Тэхëн-и, мы ведь друзья. — Джин тщательно пытается подобрать слова, но нужные в голову никак не идут. Старший омега уже начал сомневаться: а может идея не так уж и плоха? — Ну и что? Мы с Чонгуком тоже всë детство друзьями были! — Младший уже готов хороводы вокруг Джина водить, но внезапно ойкает, хватается за живот и присаживается обратно, тихо приговаривая: — Ну тише вам, тише, тише. Простите папочку, я не хотел вас беспокоить. — Он любовно разглядывает себя, будто может увидеть своих детей в животе. — Буянят? — Интересуется старший омега, с такой же нежностью разглядывая круглый живот Тэхëна. — Да-а. Всë никак не угомонятся. — Младший Ким опрокидывает в себя остатки чая, нежно оглаживая самого себя и мечтательно глядя куда-то в окно. — Совсем скоро я стану папой. Джин-а, ты же будешь нянчить моих деток? — Разумеется, Тэхён-и. — Щемящая нежность заполоняет сердце старшего омеги и он прижимает Тэхëна ближе к себе, утыкаясь носом в смоляные волосы, пахнущие сандаловыми цветами. Тэхëн ближе к поздней ночи, кажется, уже и позабыл об их разговоре про альф, продолжая с весёлым басистым смехом обсуждать всё и сразу, а вот у Джина из головы всë никак не уходила прочно засевшая мысль: а вдруг с Юнги действительно может что-то получиться? Он усмехается своим же мыслям, обнимая наполовину спящего Тэхëна, занявшего большую часть кровати. — Может и правда попробовать? — Бормочет Сокджин, проваливаясь в сон. * 🐾 * Юнги лежит еще какое-то время с, уже затихшим и успокоившимся, Чимином под боком. Омега цепляется мëртвой хваткой за минову рубаху на плечах и утыкается красным носом в грудь, вдыхая спасительный аромат альфы. Сон не заставил себя долго ждать. Пока Чимин тихо сопел, изредка шмыгая носом, Юнги на задворках сознания, находящегося в полусне, услышал стайный зов Чонгука: «Я отправляюсь в обход снова, поэтому те, кто свободен сейчас, подойдите к окраине деревни.» А чуть погодя, добавляет: «Юнги, ты мне особенно сильно нужен.» И вот снова эта ментальная борьба Юнги с самим собой. Волк неодобрительно фыркает внутри него, ненавязчиво напоминая, что слева от него лежит одна крошечная, рыжая и взъерошенная причина остаться в тëплой кровати, в объятиях этой самой причины. Однако совесть вторит волку: «Чонгук сказал, что ты ему нужен!»; «Что он подумает, если ты не отзовешься?»; «Ты не можешь выбирать в пользу Чимина вместо стаи!». Юнги мечется, мнётся и не может решиться. Он переводит взволнованный взгляд с безмятежного лица Чимина, левый глаз которого пересечëн ранкой, которая, однако, довольно быстро превращается в маленький шрам, и поглядывает на дверь позади. «Юнги, ты слышишь меня? Я жду тебя.» — Звучит голос Чонгука. Мин молчит, поджимая губы, медлит пару минут и отцепляет от себя руки спящего омеги, укрывает того одеялом, подоткнув его. Спустя пару минут Юнги уже стоял рядом с Чонгуком в волчьем обличии. Тем не менее волк был раздражён, вечно порыкивал и фыркал, размахивая хвостом и сверкая глазами. «Что-то не так?» — Спрашивает Чонгук. Юнги лишь раздражëнно трясёт головой, поторапливая Чона с этим его обходом. Лес встретил их ночной прохладой и тишиной, которую изредка рассекает стрекот кузнечиков и басистое уханье филина. Юнги передвигается лениво — рысцой — время от времени срываясь на бег чтобы нагнать убежавшего дальше вожака. Сквозь звуки леса он разбирает тихий гортанный рык Чонгука, он звучит раздражённо и с нотками разочарования: «Где же прячется этот ублюдок?» — Проносится в голове и Мин необъяснимо злиться за такое обращение к Чимину. Хочется спать, а именно: обратно в кровать, в ворох одеял, которые Юнги достал специально для Чимина из шкафа и, конечно же, хочется в тёплые объятия омеги, что совсем недавно дрожал и плакал, рассказывая всю свою подноготную от и до. «Чонгук, в этом нет никакого смысла» — Как можно громче рычит Юнги. — «Мы не найдём ничего в кромешной темноте даже со своим зрением.» Чонгук реагирует не сразу, а когда обдумывает слова Юнги хорошенько –останавливается. Вожак тяжело дышит после бега, всë тело гудит, а в голове бесконечно зудит неугасающее чувство чужого на их территории. «Я не понимаю.» — Отзывается вдруг Чон. Он бегло оглядывается по сторонам и перекидывается в человека, усаживаясь голой задницей на траву и приваливаясь спиной к дереву. Юнги следует примеру Чонгука и прислоняется к дереву напротив. — Я чувствую его, понимаешь? — Юнги на это кивает, хотя даже примерно представить не может как это ощущается. — Это нервирующее и…мельтешащее что ли чувство того, что твоя стая и семья в опасности. — Продолжает Чон. Он тяжело вздыхает и трет большими мозолистыми ладонями лицо. — Я не могу нормально спать, пока мой волк не убедится в том, что стая, Тэхён и наши волчата в безопасности. На физическом уровне. — Он откидывает голову назад и прикрывает глаза, кажется, прислушиваясь к своим внутренним чувствам. — Только вот в чëм вся проблема: обычно, когда я чувствую чужака, то могу безошибочно определить его месторасположение, ну или, в крайнем случае, направление, где он находится. Сейчас же я просто не могу понять, где он. Он будто бы везде одновременно, либо передвигается по нашей территории со скоростью света. Когда мы уходим на запад — я чувствую его на востоке, когда на север — он будто на юге. И наоборот. Понимаешь? Юнги пожимает плечами, отводя взгляд к тëмной гуще леса, чтобы спрятать свой виноватый вид. Конечно же Чонгук не может определить месторасположение Чимина. Потому что Чимин в деревне — в самом центре их территории. — Вот и я не понимаю. Что происходит? Какого чëрта? — Чонгук снова закипает, поднимаясь и, перевоплощаясь, возобновляет свой путь, но на этот раз бежит в противоположную сторону — к деревне. Юнги сидит еще какое-то время и опускает голову, потирая переносицу и толкая язык за щеку. — Прости меня, дружище. — Произносит шёпотом и срывается следом за вожаком, чтобы вернуться наконец к Чимину в кровать. * 🐾 * Утро Юнги проводит за патрулированием окрестностей, старательно делая вид, что он не знает, чего ему ожидать, однако, образ рыжего омеги в голове чётко даёт понять, что стоит на западном краю деревни он абсолютно зря. Спустя пару часов он ретируется домой, чтобы заняться своими делами (читать как: проведать Чимина). Он застаёт омегу в гостиной на диване, с одной из немногочисленных книг, имеющихся у него. Чимин увлечённо и крайне сосредоточено читает какой-то роман, который Чонгук когда-то привëз для Юнги после одной из вылазок в город. Мин тихо подходит, заглядывая за плечо омеги и улыбается. Чимину нравятся романы? У Чонгука, конечно, будут вопросы, но Юнги попросит привезти еще книг в следующий раз. Пак был настолько сконцентрирован на книге, закусив губу и сжав обложку, что не заметил подкравшегося сзади альфу. Чимин чувствует дыхание над своим ухом, вздрагивает и как ошпаренный отлетает от Юнги на другой конец дивана. — Господи, Чимин-а, извини. — Юнги поднимает руки в обезоруженном жесте. — Я не хотел тебя напугать. — Ничего. — Коротко пискнул омега, но на месте так и остался. — Что-то случилось? — Нет-нет, я просто пришел тебя проведать. — Говорит Мин и опускает взгляд на книгу. — Нравятся романы? Кровь ощутимо приливает к щекам и ушам омеги, и он отводит взгляд. — На самом деле я очень…очень плохо умею читать. — Робко произносит он, прокручивая меж пальцев пуговицу от рукава рубашки. — Но это…вроде довольно интересно? Такого я раньше никогда не читал. Брови Юнги ползут на лоб, но он поспешно принимает спокойное выражение лица, видя, как Чимин сжимается под таким удивлённым взглядом и тушуется еще сильнее. Омега кусает своих пухлые губы, а Мин непроизвольно облизывает свои, пересохшие. — Так и.…насколько плохо ты умеешь читать? — Прощупывает почву Юнги, присаживаясь на край дивана. Чимин сам двигается ближе и открывает книгу. — Я даже не знаю, как объяснить…раньше я мог прочитать какие-то вывески в деревне неподалёку от моей…бывшей стаи. По буквам. — Пак снова мнёт обложку книги и откладывает подальше. — Однажды мне удалось утащить одну книгу из деревни. Я пытался хотя бы что-то разобрать, но там было так много сложных слов, что я так и не смог справиться… Юнги молчит пару минут, а потом двигается еще ближе к Чимину и берёт книгу из его рук. Пак сидит с опущенной головой, чувствуя себя глупым. В носу защипало от своей же беспомощности. Плечи слегка дрожат, а губы поджимаются. Он так не хотел показать себя перед этим альфой глупым и ничего не знающим, но уже позорится. Объяснить самому себе, почему же его так волнует мнение Юнги о нём, Чимин не потрудился. — Ну тише. — Мин приобнимает омегу за плечи. — Посмотри на меня, Чимин-и. — Чимин слушается и поднимает голову с блестящими глазами. Юнги же на это утирает скопившуюся влагу в уголках глаз омеги и ласково улыбается. — Я научу тебя читать. Пак сначала хлопает ресницами, а затем его губы расплываются в такой же улыбке. Он прижимается к боку Юнги и тот открывает книгу на первой странице, медленно, чётко проговаривая слова. Время от времени он объясняет некоторые слова омеге, на которые он слегка склоняет голову с кричаще-задумчивым видом. Такая открытая эмоциональность и жестикуляция откровенно забавляют Юнги, но он стойко держится в шаге от того, чтобы не посмеиваться. На миново удивление, чтение вслух действительно помогло, поскольку уже к обеду Чимин мог более-менее связно читать по слогам, лишь изредка останавливаясь на лишние пару секунд, чтобы сложить слоги в особенно сложное слово. Пак выглядел абсолютно увлечённым, счастливым и довольным собой, настолько, что Юнги невольно начал им гордиться. Внутренний волк Мина внезапно подал голос и издал утробное рычание, больше похожее на мурчание кота. Юнги хмыкает и молча соглашается: «Ты прав, это действительно мило». Когда раздался клич, созывающий на обед, Юнги даже вздрогнул — такая умиротворённая атмосфера царила в комнате, что ему было жаль уходить и рушить её. Желудок, однако, считал иначе и пронзительно умолял наполнить его хоть чем-нибудь. — Я пойду на обед. На кухне в шкафчике есть еда, так что поешь тоже. — Наставляет альфа и покидает дом, отправляясь на центральную поляну, на которой уже все были в сборе и даже Чонгук, который ушёл на патрулирование на всю ночь. Как потом оказалось, только Юнги вернулся домой. Вожак же не смог успокоиться и снова прочёсывал лес. Недовольный Тэхëн был доказательством того, что Чонгук домой вернулся только к завтраку. Чон вился вокруг своего омеги, кажется, стараясь извиниться или загладить вину, но Тэхëн лишь отворачивался, а когда завидел Юнги просиял и подозвал к себе. — Юнги-я! Иди сюда-а! — Громче обычного зовëт Тэхëн и Мину приходится смириться и подойти, а после сесть рядом. Чонгук нахмурился и сел по другую руку от беременного омеги, утыкаясь в свою тарелку, но не бросая попыток привлечь внимание Тэхëна. После того как Юнги садится на бревно, в поле зрения появляется растрёпанный Сокджин, укутанный в тëплый плед. — Джин-а, сюда! — Снова подаëт голос Тэхëн и Юнги начинает задумываться, что этот неугомонный омега что-то задумал. Тэхëн же молчит как партизан, лишь, время от времени, метая взгляды в сторону Юнги и Джина. В этот момент Сокджин понимает, что Тэхён свою грандиозную идею свести их не забыл, а даже уже придумал какой-то план и привёл его в действие. Джин хмурится, злясь на то, что его самого в этот план Тэхён не посвятил. — Доброе утро, Юнги-я. — Хрипло здоровается Джин, зевая и кутаясь в плед сильнее. — И тебе доброе утро, Джин-а. — Юнги коротко улыбается, отворачиваясь к своей тарелке и не видит ярую жестикуляцию Тэхëна и хмурый взгляд Джина. Чонгук видимо в таком же неведении, как и Юнги, потому что он вопросительно смотрит на Тэхëна, но тот только отмахивается, мол: «потом объясню». Всë время, пока оборотни трапезничали, Джин, будто помешанный, приклеился к Юнги. Где-то спустя минут пятнадцать после того, как он пришёл, он придвинулся вплотную к боку альфы, аргументируя это тем, что ему холодно, даже несмотря на то, что он закутался в плед. А спустя еще некоторое время, Сокджин стал пытаться завести диалог «ни о чём». — Как спалось? — С каким-то чересчур плещущим энтузиазмом спрашивает омега и Юнги тихо вздыхает, вспоминая минувшую ночь. Когда он вернулся домой после ночных путешествий с Чонгуком, Чимин уже давно спал, закутавшись в кучу одеял, поэтому Мин лишь тихонечко устроился рядом. Сон настиг его почти сразу же. — Замечательно. — Отвечает Мин, слегка улыбаясь. Чимин вызывал улыбку на лице Юнги в ста процентах случаев. И тепло где-то в районе груди. — О, это хорошо. — Сокджин молчит какое-то время, кусая губы — видимо на что-то решаясь и, когда Юнги уже собрался вернуться домой, снова подал голос. — Юнги, у тебя ведь гон скоро? Этот вопрос…мягко говоря, ввёл альфу в ступор. Точно ведь, гон через пару дней. Юнги мысленно бьёт себя по лбу и сдерживается, чтобы не воплотить эту мысль. Что он будет делать с Чимином? Возможность провести гон дома сразу же отпадает. Провести его в лесу? Это идея казалась более разумной и надёжной, но на ум сразу же навязчиво прилипли мысли: «Я не могу оставить Чимина одного на такое время. Вдруг что-то случится?» Сокджин видит замешательство и, кажется, раздражение Мина и качает головой. — Хочешь провести его со мной? — Как гром среди ясного неба следует предложение и Юнги даже воздух из лёгких вышибает на несколько десятков секунд. Вместе с Джином? Наверное, это лучший из всех возможных вариантов, но что-то не даёт альфе так просто согласиться. Волку идея, видимо, абсолютно не нравится, потому как он чересчур агрессивно клацает зубами в сторону Джина. В голове вновь возникает образ Чимина. Юнги точно обязан перед принятием решения поговорить с ним. Почему он так в этом нуждается, альфа, конечно же, не думает. Из мыслей его вырывает короткое сокджиново «Юнги?». Он обращает взгляд на Джина. — А…я подумаю, Джин-а. — Пожимает Мин плечами и спешно удаляется к дому, предчувствуя нутром что-то нехорошее в ближайшее время.