Вместо Отражения

Пялиться на Катерину было немного неловко, но Кира ничего не могла с собой поделать. Она то и дело косилась на Пушкареву, что разбиралась с отчетами, которые и принесла ей Кира, отрываясь от документов, которые она должна была изучать сама. Наверное, на четвертом таком “взгляде” Катерина решила отреагировать. Она опустила документы и взглянула на Жданову в ответ: - Со мной сегодня что-то не так, или вы хотите что-то у меня спросить? - Пушкарева была крайне вежливой, совершенно не раздраженной, и смотрела мягко, но с непониманием, которое бывает у человека, терзаемого сомнениями. Кире стало неловко. Вот что она должна была сказать? Я умираю от желания узнать, не переспали ли вы с моим братом после ужина. Это прозвучало бы мало того что невежливо, так еще и довольно грубо. Не то чтобы Александр с Катериной скрывали свое… свидание, но… - Я просто подумала, что мы могли бы пойти и… пообедать, - выдавила из себя Жданова, старательно изображая подобие радушной улыбки. У Киры в последнее время были проблемы с едой, как-то она не могла подружиться с нормальным стабильным питанием, но, спасибо хоть тошнить после каждого приема пищи перестало. А тут… полноценный обед, да еще и с Пушкаревой. Интересно, если Катерина согласится, то они смогут друг при друге есть? Обычно обедают вместе друзья или близкие знакомые… есть, конечно, и деловые обеды, но… - Пообедать? - брови Катерины подскочили вверх, - а я начинала уже думать, что вы питаетесь исключительно солнечной энергией, - она поправила очки, которые немного соскользнули по носу вниз, пока она занималась документами, - у вас есть какие-то предпочтения, или место для обеда могу выбрать я? Кира не ожидала, что ответ будет положительным, и поэтому растерялась еще сильнее. Она сглотнула, и заправила за ухо прядь волос, которая тут же выскользнула обратно. Пушкарева ждала, опустив на колени ярко-малиновую папку, придерживая страницы пальцами в качестве закладки. - Думаю, что я не против, если вы выберете место, - Жданова пожала плечами, - у меня сегодня нет никаких… пристрастий. - Как вы относитесь к вегетарианским блюдам? - снова удивила ее Катерина. Кира немного нахмурилась, силясь вспомнить, что говорил ей о своем заказе Александр - уж он точно не был готов потреблять только “траву”. - Вы стали вегетарианкой? - ответила вопросом на вопрос Жданова, и Пушкарева буквально расцвела в улыбке. - Простите, конечно, но вы не знаете, была ли я ею раньше. - Да, простите, вы правы, - тоже улыбнулась Кира, - я и правда не знаю. У нас в семье только Кристина обычно занималась такими экспериментами. Среди моих знакомых вегетарианцев нет, и меня всегда немного удивляет такой выбор. - Ну, вегетарианство может быть крайне интересным, - Катерина положила папку на стол, и наполнила себе стакан розмариновой водой, - будете? - кивнула она на графин, и Кира кивнула - промочить горло было очень хорошей идеей. Пушкарева тут же наполнила второй стакан. Напиток, который назвать водой было просто кощунством, благоухал апельсином, лимоном и розмарином и очень освежал. - Я никогда специально не увлекалась вегетарианством, оно всегда казалось мне сложным… там столько запретов, правил, - Кира пыталась вспомнить, что ей об этом рассказывала Кристина, но Катерина только головой покачала. - Слишком много правил в веганстве, - объяснила она свой жест, - вегетарианство чуть мягче, да и в целом его можно поделить на своеобразные подвиды. Я не все их понимаю, но у каждого есть своя логика. К примеру, существует поллотарианство, когда запрет налагается только на красное мясо, потому что при убийстве животного в кровь последнего выбрасывается адреналин, а это делает человека его поедающего более раздражительным и болезненным. - То есть, - нахмурилась Кира, - это вегетарианцы, которые едят курицу? - Ну, там не только курица, там еще и рыба, молочка, яйца и мед, - кивнула Катерина, - все, кроме красного мяса. Для меня это не совсем вегетарианство, конечно, но я точно не из тех людей, что имеют право кого-то осуждать. - С остальными подвидами все более логично? - предположила Жданова, оказалось, общаться на отвлеченные темы с Пушкаревой было очень даже интересно. - Как по мне - да, - Катерина улыбнулась и пожала плечами, - к примеру, лактовегетарианство - там можно употреблять молочные продукты, а еще сыры, которые готовятся без сычужного фермента. - А вот это я знаю, - кивнула Кира, - сычуг ведь добывают из желудков молодых телят, а для этого животное нужно убить. Так что логично, что такие сыры избегаются в вегетарианстве. - Я же говорю, дальше логичнее, - Пушкарева сделала глоток воды, - еще есть ововегетарианство, это когда в еду кроме овощей можно употреблять неоплодотворенные яйца. То есть те, в которых даже чисто теоретически не может быть зародыша. Тоже вполне себе логично, и не так строго. Есть еще такой подвид, как лакто-ововегетарианство - когда и молочка, и яйца разрешены. Как видите, это уже звучит не слишком строго. Ну и еще есть пескатарианство - когда можно есть рыбу, морепродукты, и зачастую молочку и яйца, при тех же условиях. - Звучит как много послаблений, - улыбнулась Кира, - думаю, что на пескатарианстве я бы могла прожить без проблем. Просто обожаю рыбу и морепродукты, - удивительно, но Жданова ощутила подобие голода, это было странно, приятно и будоражаще одновременно. Это было практически так же хорошо, как возбуждение! Боже! - То, что вам нравится рыба, я уже знаю, - на этот раз улыбка Катерины была хитрой и совсем немного самодовольной, - могу сказать, что ваш брат поведал мне об этом, пускай и косвенно. - Да, - Кира могла представить, что назаказывал ее брат на ужин, если отталкивался от ее вкусовых предпочтений, - это моя еда, а Кристина предпочитает овощи и фрукты, хотя и мясо может есть, если в этом будет необходимость. Думаю, на нее повлияли ее путешествия по Индии, где вегетарианство превалирует. А вот Саша, в противовес всем нам просто обожает сырое мясо, мясо с кровью и прочий ужас! Когда мы были в Германии, там были такие бутерброды с сырым свиным фаршем, приправленным специями, а сверху с тонко порезанным репчатым луком. Это называется метт, ну или хаккепетер, а если проще - тюрингенский фарш. Саша был просто в восторге. До того дня он ел сырым только говядину или телятину, а тут что-то новое, - она рассмеялась, вспоминая, как он пытался накормить ее и Кристину этим безобразием. Сестра согласилась снять пробу, а она нет. - Знаете, такая любовь к сырому мясу очень хорошо подходит тому образу, который Александр себе создает, - Катерина улыбнулась немного мечтательно, и язык у Киры снова зачесался, чтобы спросить, как же прошел их ужин, но вместо этого она спросила: - Значит, образ, который он СОЗДАЕТ? - она улыбнулась, когда Пушкарева кивнула. - Вы советовали мне присмотреться, быть внимательной к вашему брату, и я прислушалась, - Катерина отставила в сторону практически полный стакан, - я в целом очень послушна, в особенности, если советы которые мне дают, столь дельные. - Приятно знать, что мои оказались таковыми, - Жданова могла гордиться собой, другим у нее получалось помочь, проблема состояла в том, что она была не способна помочь себе. - Да, - Пушкарева кивнула, - оказались, так что, я думаю, что это было бы правильным, если бы вы позволили мне отблагодарить вас обедом. Если я, конечно, не напугала вас разговорами о вегетарианстве. - Думаю, нет, - Кира покачала головой, - могу сказать, что это было безумно интересно. Но я так и не поняла, какой вид вегетарианства будет представлен в том заведении, куда вы предлагаете нам пойти. - Там есть далеко не все виды, - Катерина принялась собираться, восприняв ответ Ждановой как окончательное согласие, - все-таки Зелень в первую очередь специализируется на веганстве, сыроедении и фрукторианстве, хотя там можно найти и пару блюд с использованием яиц и молочки. Но, поверьте, голодной вы не останетесь, я этого не допущу. - Я не могу сказать, что в последнее время жалуюсь на голод, - призналась Кира, - но вы заразили меня желанием съесть чего-то эдакого. - Тогда, я попрошу вас довериться мне, - Пушкарева выглядела сейчас как змей искуситель, если она бросала такие же взгляды на ее брата, то Ждановой стоило удивиться, как Саша продержался столь долго, - я знаю, как заказать что-то поистине вкусное, и легкое, чтобы потом не мучиться отсутствием прогулки после плотного обеда. А то я грешила подобным, когда работала в Швейцарии - там было так много вкусных, а главное обильных блюд… - А Саша в последний раз вернулся из Швейцарии простуженным, - пожаловалась Катерине Кира, - температура, кашель… он у нас вообще очень редко болеет, а тут… Хорошо, что его здоровьем занялся Фетушев, а то я даже не знаю, сколько бы у него это все тянулось, учитывая то, что лечится он очень неохотно. - А Фетушев, это Алексей Нестерович? Врач Павла Олеговича? - Пушкарева была крайне внимательна к старшему Жданову. Сам Павел хвастался Кире, что Катя навещала его довольно часто, и не просто за тем, чтобы поведать о делах компании. Сперва Жданова грешным делом решила, что Катерина собиралась просто пожаловаться Павлу на Андрея, но оказалось, что Пушкарева вполне искренне волновалась о бывшем директоре ЗимаЛетто. Это было немного странно, если учесть, что они толком друг друга и не знали, но Кира решила, что не будет ломать голову, Кате, скорее всего, посещать Павла было не сложно, а последнему - приятно. - Да, - Жданова встала одновременно с Катериной, - Алексей Несторович очень хороший врач, я уверена, что благодаря ему с Павлом все будет хорошо. - Да, я говорила с господином Фетушевым, - Пушкарева кивнула, а потом указала рукой на дверь, предлагая Кире покинуть комнату отдыха, - и он уверил меня, с Павлом Олеговичем все будет хорошо. А он не похож на врача, который разбрасывается такими сведениями. Но сейчас у меня появились сомнения. - Почему? - Кира немного нахмурилась, она не могла припомнить, чтобы Фетушев давал повод в себе сомневаться, - у вас что-то не сошлось в ваших личных наблюдениях? - Можно и так сказать, - Катерина кивнула, - вы сказали, что Алексей Нестерович следит и за здоровьем вашего брата. Но, тогда почему Александр выглядит как человек, из которого постепенно высасывают все соки? - О… - Жданова повернулась к Пушкаревой, - это… - скорее всего Саша не делился с Катериной ВСЕЙ ситуацией, да и Фетушев не имел на это права. Соответственно и Кира могла рассказать не все, а очень маленькую часть, - вы же знаете, что Саша выступает донором для Павла? - Да, конечно, - кивнула Катерина, - и это просто колоссальное везение, и да, я знаю, что частично Александру плохо именно из-за подготовки к донорству, но… я так понимаю, что это не только реакция на препараты - ведь так? - Я не уверена, что я могу об этом говорить, - Кира знала, что Саше не нравилось афишировать свои слабости, но Катерина так искренне о нем беспокоилась! - Но, я думаю, что вы меня выдавать не собираетесь, - Пушкарева кивнула, и она продолжила, - в последнее время у Саши проблемы со сном… Я знаю, что он принимает снотворное уже довольно продолжительное время, а тут с этими препаратами оно не сочетается. Так что сна нормального нет, отсюда и истощение. - Проблемы со сном? - Катерина нахмурилась, а Кира кивнула. - Особо со мной он не делится, - Жданова вздохнула, - как всякий мужчина он любит выпячивать свою гордость, но я надеюсь, что сейчас он сможет немного отрегулировать свой график. Ведь теперь ему можно принимать снотворное. - А не лучше ли разобраться в причине бессонницы? - предположение Катерины было логичным, но не в этот раз. Причины и так были более чем ясны. - Главной проблемой остается нервное напряжение, - они направились к лифту, но Кира остановилась и повернулась в сторону своего кабинета, - мне нужно взять кошелек, - объяснила она свой маневр Катерине. - Я угощаю, - тут же отозвалась Пушкарева, - если я выбираю место, то прошу позволить мне вас угостить. - Это очень мило с вашей стороны, но мне бы не хотелось… - Жданова не знала, как правильно сформулировать ту неловкость, которую испытала от предложения Катерины. Не хотелось быть должной? - Давайте тогда мы договоримся о бартере, - пришла ей на помощь Пушкарева, - я угощу вас обедом, постараюсь вас максимально удивить, а вы в свою очередь расскажете мне об Александре. Так пойдет? - Это в зависимости от того, что вы хотите знать, - улыбнулась Жданова, - у Саши есть такие тайны, которые имеет право раскрывать только он сам. - Я не претендую на тайны, - не менее довольно улыбнулась Катерина, - я хочу знать, что он любит, что ему не нравится, аллергии, - она пожала плечами, - чем его можно порадовать, что доставляет ему удовольствие. В конце концов, - спохватилась Пушкарева, словно застеснялась довольно интимных вопросов, - он же теперь для всех мой мужчина, и я должна знать такие мелочи, ведь так? - Конечно! - Кира была готова подыграть Катерине и очень охотно, - и этими знаниями я не против поделиться с вами, в особенности, если вам это поможет. - Поможет, - уверенно ответила Пушкарева, а потом взглянула на часы, - сколько у нас времени на обед? - Думаю, мы можем потратить час, возможно, с учетом дороги немногим больше, - Жданова тоже посмотрела на часы, - ваш ресторан далеко? - На такси минут семь езды, возможно, десять, - Катерина задумалась, - тут не должно быть пробок, там можно проскочить дворами. - А вы знаете, как можно проскочить? - выгнула брови Кира, и Пушкарева утвердительно кивнула, - отлично! Тогда нам не нужно такси, мы поедем на моей машине - быстрее будет. Катерина согласилась с ее предложением. Обед, как и день в целом, обещал быть просто отличным.

* * *

Маргарита наполнила чашку Киры черным чаем, легкий аромат бергамота приятно щекотал ноздри, и она сделала глубокий вдох, чтобы расслабиться. Получалось это, конечно, с трудом, но выхода не было. Поговорить с Марго было нужно, по крайней мере, почву прощупать стоило. - Ты какая-то напряженная, - Маргарита поставила на стол тарелку с сухим песочным печеньем. Это был привычный жест “для гостей”, и старшая Жданова совершенно не ожидала, что Кира решит угоститься. И поэтому брови Марго подскочили вверх, когда невестка потянулась за сладким, перед очередным глотком чая. - Я? Да, возможно и так, - она вздохнула, а потом попробовала откусить печенье, и глаза ее расширились. Да об это угощение можно было сломать зубы! Доставать его не откушенным изо рта, было неприлично, но и разгрызть это дело было невозможно. Поэтому Кира решила, что зубы ей дороже, чем гордость или правила приличия. Она достала изо рта печенье и опустила его в чай, пытаясь его размочить. Марго покачала головой, а потом убрала тарелку со стола. - Прости, ты же знаешь, такое бетонное я держу для своих “подружек”, - ответила старшая Жданова, - а ты в последнее время в гостях хуже них… - Знаю, - Кира совершенно не обижалась на Маргариту, она знала, что и сама плохо ела, постоянно отказывалась от угощений, - у меня не так давно вернулся аппетит, - призналась она, - я все еще не ко всему тянусь, но, - она достала печенье, которое теперь было достаточно мягким и даже вкусным, - овощи… салаты, что-то сладкое… - Это очень хорошо, - похвалила ее Марго, - я рада, что ты начинаешь есть. Меня твое состояние уже начало не просто беспокоить, но и пугать, да и Павла тоже. - Ну, утрировать не стоит, - покачала головой Кира, - я всегда следила и за водным балансом, и за тем, чтобы в меня попадала еда. - Те твои протеиновые батончики и коктейли это не еда, - вздохнула Маргарита, - я вообще не знаю, как ты на этом прожила столько времени. - Во-первых, - Кира улыбнулась, - я питалась не только батончиками, а во-вторых, у меня на такой гадости, как ты говоришь, брат сидит постоянно, и пока жив и здоров. - Твой брат это вообще отдельная тема, - отмахнулась Маргарита, - он же как сорняк, его ничем не пробить. Но ты ведь хрупкая девочка… - Так, давай не будем, - покачала головой Кира, - не хочу снова о том же… мы поругаемся, и это будет очень сильно зря. - Да, согласна, я ругаться с тобой не хочу, - кивнула Марго, - я хочу просто радоваться тому, что тебе хорошо… точнее, что тебе становится лучше. - Думаю, мне будет совсем хорошо, если… когда… когда Павел поправится, - призналась Кира, - а сейчас да, думаю, что мне стало гораздо лучше. Ничто не вечно, даже горе. Думаю, что это правда, по крайней мере, я теперь сама это вижу. - Мы все ждем, чтобы Павлу стало лучше, я даже не буду этого отрицать, - на этот раз Маргарита поставила на стол шоколадные конфеты ручной работы, - и да, я очень благодарна Александру за то, что он делает… - Проехали, - подняла руки вверх Кира, - мы знаем, КАК Саша соглашался на эту помощь, поэтому сейчас важно не то, как это все было, а то, что сейчас это помогает. И да, крайне важно, что Алексей Нестерович настроен крайне положительно. - Сама удивлена тому, что Фетушев так настроен, - подтвердила Маргарита, - видимо, забор материала для трансплантации прошел успешно. Да и сама трансплантация внушает уверенность. Но ты же пришла поговорить со мной не об этом, да? - Да, - Кира знала, что Марго всегда была крайне внимательной, - и я думаю, ты знаешь, о чем я хочу с тобой поговорить, - она подняла глаза на старшую Жданову, встречаясь с ней взглядом. - Знаю, - Маргарита улыбнулась крайне грустно, но… понимающе, - ты все-таки решила развестись? - Да, - от того, что именно Марго произнесла эту фразу, Кире стало легче. Словно камень, который давил на нее с момента прихода, свалился с ее плеч, и она даже смогла сесть ровнее, - мне кажется, что я не только себя удерживаю на одном месте не самыми светлыми воспоминаниями, я и Андрея удерживаю. Мы… между нами слишком много того, чего мы не прощаем друг другу. И все потому, что он меня так и не полюбил, а я его попросту разлюбила. Правда, на это ушло слишком много времени и ошибок, но сейчас… я надеюсь, что, будучи готовой его отпустить, я смогу и его сделать счастливым. - Я понимаю, что ты не можешь забыть моему сыну, и даже не оправдываю его, - тут Маргарита, конечно, кривила душой, но Кира была благодарна, что она говорила это, - но я не знаю, чего не может забыть тебе Андрей. Я что-то сильно сомневаюсь, что ты ему изменяла, - а вот это старшая Жданова произнесла осторожно, словно прощупывая почву. А вдруг… Ведь она сама когда-то признавалась, что, будучи молодой и прекрасной, она подумывала отомстить Павлу ответной изменой. Вдруг Марго только думала, а Кира решилась? - Нет, никаких измен, ну, - она улыбнулась, - с моей стороны. Я думаю, что мое деяние куда хуже, чем измена, на самом деле. - Звучит серьезно, - Маргарита взяла конфету, раскусив пополам, наслаждаясь молочной начинкой, - не поделишься? - Поделюсь, - кивнула Кира, - я женила на себе мужчину, который любил другую женщину. Возможно, если бы я не тянула одеяло на себя, если бы отбросила эгоизм, и позволила ему найти Катерину… Слишком много несбыточных “но”, - она пожала плечами, - думаю, в этом я виновата, и мне важно это признать. - Ты уже говорила об этом с Андреем? - Марго выглядела задумчивой, но не шокированной. Интересно, она тоже думала о том же, когда поняла, что сын ее не счастлив? Все возможно… - Об этом конкретно или о разводе? - склонила голову к плечу Кира, это были две совершенно разные темы, и говорить с Андреем о Катерине она не собиралась. Не потому, что боялась признаться ему в том, чего она его лишила, нет. А потому, что поезд Жданова в случае с Пушкаревой ушел. Она видела это своими глазами, и не собиралась подстегивать безумие Андрея. - О разводе конечно, - вздохнула Маргарита, - все остальное, это твои домыслы, солнышко, ты точно ни в чем не виновата. - О разводе я поговорю с ним обязательно, просто пока еще не время, - призналась Кира, - да и официально лучше сейчас этого не делать. Не нужно привлекать к ЗимаЛетто даже такого внимания. - Это разумно, - Марго пододвинула к Кире конфеты, - и дальновидно. Я вижу, что у тебя это решение взвешенное. Давно с этим ходишь? - Полгода точно, - кивнула Жданова, - и, ты не обижайся, но фамилию свою я тоже хочу вернуть, мне кажется, что так будет правильно. - Я не против, и я тебя прекрасно понимаю, - кивнула Маргарита, - но… мне правда жаль, что все так получилось. - Что НЕ получилось, - грустно улыбнулась Кира, - действительно жаль.