Вместо Отражения

- По-моему у тебя какая-то сплошная полоса неудач, - Роман потер переносицу, а потом и щеку, где красовалась красная, плохо замаскированная тональным средством, полоска, - Воропаев спит с твоей Пушкаревой, Кира с тобой разводится. Да и Совет, который на носу. И без дополнительной поддержки ты можешь его проиграть. Если Сашенька решит отстоять свое право на директорское кресло. - Это ты меня так успокаиваешь? - Жданов чувствовал себя… растерянным, словно у него из-под ног выбили опору, и он не мог не то что нащупать ее снова, но даже увидеть ее, - мне и без того хреново. Я не понимаю, как так вышло… - Что из того, что у тебя вышло ты не понимаешь? - Роман снова погладил царапину. Малиновский всегда очень трепетно относился к своей внешности, а тут такой конфуз. Сам Андрей знал, что беременные могут быть психованными, но Тропинкина вчера перещеголяла всех. Жданов даже задумывался об увольнении нерадивой сотрудницы, но Кира пригрозила ему, что если он попробует уволить Марию, то… У его супруги, пока еще супруги, было много рычагов давления, и она могла с легкостью пустить в ход их все. Даже его мать заметила, что Кира маниакально опекала Тропинкину, и советовала ему не влезать, и даже поддержать ее начинания. Маргарита в первую очередь старалась донести информацию о том, что голос Киры можно получить не только родством. Так что Андрею пришлось поддаться и позволить супруге забрать Марию к себе в качестве секретарши, переместив Амуру на место Тропинкиной. Недовольным в этой ситуации остался, конечно же, Роман. Так что ему пришлось рассказать о разводе и том, что Киру нужно задобрить хоть таким способом. - Я не понимаю всего, - признался Жданов, - Кира… я думаю, что она давно собиралась подать на развод, я видел, что она отдаляется, но мне казалось, что она… успокоится, ну, перебесится, знаешь. Она же в последнее время просто поражала своей сдержанностью… а оказалось, это она таким образом проводила между нами черту. Да, я не ожидал, что она станет инициатором, я до сих пор не могу поверить в то, что она сказала мне… - Это ты о том, что она разлюбила? - Малиновский снова удивил его, когда извлек из внутреннего кармана небольшое двойное зеркальце, - слушай, а ты уверен, что Тропинкину нельзя сослать на производственный этаж? Ты видишь? - он повернулся щекой в сторону Андрея, - буквально пара сантиметров, и в глаз. - Рома, нет, Кира не позволит запирать Машу там, внизу. Сейчас моя лояльность к ситуации с Тропинкиной единственный способ держать Киру поближе к себе. - Ты еще скажи, что ты заставишь меня алименты платить, - Роман скривился, захлопнув зеркальце, - нужно было тащить эту идиотку на аборт сразу. - Тебе напомнить, что Мария решила, что ты ее замуж позовешь, и поэтому молчала - готовила тебе сюрприз? - выгнул брови Жданов, - ты сам загнал себя в ловушку, Ром, и мой тебе совет, попробуй договориться с ней сейчас. - Ты думаешь, я не пробовал? - Малиновский покачал головой, - она ничего слышать не хочет, ну, разве что, кроме того, что она хочет за меня замуж - все. И это ее поведение, - он поморщился, и снова потер царапину, - ты понимаешь, что она временно закрыла мне охотничьи угодья на карантин? - И слава Богу, - поднял руки вверх Андрей, - нам крупно повезло, что Тропинкина отвлеклась на тебя, и Ирина умудрилась сбежать, а то любимица нашего Милко лишилась бы своего натурального блонда в мгновение ока. - Согласен, - кивнул Роман несколько раз, - согласен, Тропинкина была просто зверем, так что нашей Совкиной очень повезло. - Вот-вот, - Жданов была рад, что Малиновский понимал это, ведь друг вполне мог и отрицать всю эту, с одной стороны смешную и безумную, а с другой сторону - крайне серьезную ситуацию, - так что ты, правда, с охотой в ЗимаЛетто завязывай, а то в следующий раз все может закончиться очень не очень. - Ты же видишь,я признаю, что мне временно тут все нужно поставить на паузу, - Роман вздохнул, тяжело и протяжно, - но, черт возьми, если Кира взялась за Мари приглядывать, то, может быть, она будет сдерживать ее порывы? - Кира у себя, - Андрей указал в сторону выхода из кабинета, - сходи и скажи ей об этом прямо сейчас, а я на это посмотрю. - Я что, сам себе враг? - выгнул брови Роман, - сейчас Кира твоя… или уже не твоя… немного неадекватна. Я себе не враг. - Ну так если ты сам себе не враг, то давай ты не будешь врагом и мне, - Жданов раздраженно отмахнулся от друга, - я и так понятия не имею что делать. Такую Киру я не знаю, точнее, я не знаю, что с ней делать. - Мы все еще говорим о том, что она тебя не любит? - Малиновский встал, принимаясь расхаживать по кабинету из стороны в сторону. - Любит там или нет, это не проблема, - вздохнул Андрей, - я вот ее не любил, но пожениться нам это не мешало. Да и у Киры эти качели эмоциональные, особенно, в последнее время… скачок гормонов и все дела. Но сейчас это… это совершенно другое. Она… ну вот как тебе объяснить? Он действительно не знал, как подобрать правильные слова для того, чтобы рассказать Роману, в чем проблема его взаимоотношений с Кирой именно сейчас. Это было глупо, но ему казалось, что она стала другим человеком. И Андрею было так непривычно, что она смотрела на него с такой холодностью, отстраненностью… нет, она не смотрела сквозь него, как это было вначале, после потери ребенка… точнее, даже не после потери ребенка, а после того, как к ней приперлась Изотова, но сейчас и это было не важно. Сейчас взгляд Киры был иным, она смотрела на него… словно видела его настоящего, и это было… неприятно. Кира всегда смотрела на него влюбленными глазами, они тогда еще с Романом шутили, что у нее скоро будут круги под глазами, потому, что она даже спит в розовых очках. Сейчас они были сброшены, или того хуже, разбились, стеклами внутрь, и теперь казалось, что он стал словно на ладони. Теперь влюбленная в него женщина прозрела, и смотрела на него, словно просвечивая рентгеновскими лучами. - Объясни попроще, - попросил Роман, - а то и так голова от всего этого буквально взрывается. Я еще не отошел от того, что с нами работает любовница Воропаева, а тут ты разводишься, но при этом не разводишься, и при этом всем еще и со своей не бывшей, но уже практически бывшей, женой спишь. - Переспали мы с Кирой один единственный раз, - Жданов нахмурился, пожимая плечами, - я даже не понял, как это у нас получилось. - Если я правильно помню, то вы не пили, - Роман круто повернулся на каблуках, сделав винт в триста шестьдесят градусов, - я думал, что это значит ваше некое примирение. Кира ведь не первый раз говорит о том, что тебя бросает, но потом у вас секс, примирение и все прекрасно. А тут что? Вы переспали, а она утром встала и просто ушла? - Она не дождалась утра, - Андрей взъерошил волосы, пристально глядя на немного растерянного друга, - мы переспали, а потом она собралась, и сказала, что это ничего не меняет. - А она случайно не сказала, что это было ошибкой? - предположил Малиновский, - ну, знаешь, чтобы дополнительно заострить чувство вины? - Нет, - покачал головой Жданов, - Кира ничего такого не делала и не говорила, - он задумался, оглядывая кабинет, и не останавливаясь взглядом ни на одном из предметов, - у меня было такое ощущение, что она что-то проверяла. Словно… убеждалась, что между нами действительно все закончилось. - Ну а ты что можешь сказать? - Малиновский вернулся на свое место, - это было как-то по-другому? Хуже? Лучше? - Ты знаешь, я честно тебе скажу - я не понял. Секс как секс… у нас с Кирой он всегда хороший, мы же знаем друг друга вон сколько времени. У нас его давно не было и поэтому мне было очень хорошо, - Андрей ощущал себя довольно странно, проводя анализ секса с супругой, - ты же знаешь, после ссор и разрывов мне Киры всегда хватало… - Месяца на три, - немного мстительно внес свою коррективу Роман, - но я понял, о чем ты говоришь - для тебя ничего не изменилось, но, скорее всего, все изменилось для нее. Ты мне скажи, вы все с Кирой обсудили? Это ТОЧНО развод? Ты уверен? - Давай я тебе скажу то, что не оставит никаких сомнений, - Жданов принялся раскачиваться в кресле из стороны в сторону, - в этом уверена мама, а ты знаешь, что она ошибается крайне редко. - Маргарита уверена в этом? - вскинул брови Малиновский, - тогда, дело труба, - согласился Роман, - во всем, что касалось Киры, она никогда не ошибалась. - Вот именно, - кивнул Андрей, - и она подсказала мне не терять с Кирой чисто человеческий и рабочий контакт. Потому что она, Кира я имею в виду, не держит на меня зла, а значит, у меня, как у директора, есть шанс оставить ее голос при себе. - Ну, хорошо, - кивнул Роман, - тут все понятно, с Кирой как с женщиной твои полномочия все… - он задумался на какое-то время, а потом улыбнулся довольно и лихо, - слушай, а раз Кира свободна, то, может быть, я с ней свое счастье попытаю, а? - Ты дурак? - Жданов даже растерялся от такой наглости, - ты что, не понимаешь, какую ты хрень несусветную несешь? - Прости, - Роман тут же поднял руки вверх, - слушай, правда, прости, я… это была совершенно неприемлемая и неудачная шутка. Прости. - Ром, ну правда, это была САМАЯ дебильная твоя шутка, - простонал Андрей, и потер лицо руками, - твое чувство юмора тебя когда-нибудь до добра не доведет. - Ты знаешь, я с тобой не согласен, - Роман позволил себе улыбку, - самая худшая шутка была на дне рождения твоего отца, когда я сказал, что он настолько хорош, что Маргарите нужно беспокоиться… - Да, тогда ты превзошел сам себя, - Жданов покачал головой, - мама извела на тебя целый графин очень хорошего лимонада. Домашнего, между прочим. - Это еще нам повезло, что праздновали вы тогда в узком семейном кругу, - Малиновский оскалился, закидывая голову немного назад, глядя в потолок, - правда, по-моему, больше всех тогда этой ситуации радовался Сашенька. - Это потому, что ты и его задевал в тот день, - Андрей очень хорошо помнил, что тогда Роман был в ударе, и шутки его напрягали всех. Особенно рьяно Малиновский цеплялся к Воропаеву, прекрасно зная, что кроме как ядом плеваться в доме Ждановых тот ничего не сможет. И вечер был бы хорош, если бы он тогда не расстроил Маргариту. Жданова терпеть такое не собиралась, хотя ее выпад был неожиданным. Скорее всего, она просто решила остудить Романа, осознавая, что дальше может быть больше… - Да что там его задевать, - отмахнулся Малиновский, - это сейчас тема так тема! - он снова сел в кресле ровнее, пристально глядя на друга, - ты мне расскажи, как ты проворонил, что свет твоих очей трахается с Сашенькой? - Ничего я не проворонил, - скривился Жданов, - я все еще считаю, что это все показухи ради. Я даже практически уверен, что это Кира подбила брата сыграть то, что он сыграл, - он принялся барабанить пальцами по столу, - то, что ему подыгрывала Катя, конечно, плохо, но я с этим смогу разобраться, я уверен. - Ну, разбирайся, - хмыкнул Малиновский, - хотя я не буду больше тебя с ней запирать - учти, два раза прикрываться “шуткой” не получится. Да и Кира реально неадекватна, мне просто повезло, что у нее в руках была мягкая папка, а не что потяжелее! - Я сейчас в Кире не сомневаюсь, - согласился Андрей, - и злить ее не советую, она… опасна, - он сам удивился тому, что произнес именно это слово, но оно как нельзя лучше подходило ко всему происходящему, - и опасна не только для меня, но и для тебя. Точнее, - решил уточнить он, - она потенциально опасна. - Как Сашенька? - выгнул брови Роман, видимо собираясь снова пошутить, но Жданов покачал головой. - Ты же понимаешь, что Сашенька был нам не опасен только потому, что его к нам не подпускали Кира с отцом? - Андрей тяжело вздохнул, - и я бы не хотел напоминать тебе, что папа сейчас не в состоянии отгонять от нас Воропаева, а Кира может и не захотеть. - И в этом заключается ее главная опасность? - в голосе Малиновского слышался скепсис, - Кира и раньше бегала к брату за помощью, советом и поныть. Ну, подумаешь, она сейчас к нему пойдет. Но, какова причина? - Да нет причин сейчас, никаких, - попытался втолковать другу Жданов, - и нам нужно сделать все для того, чтобы этих причин и не было. - И именно поэтому я должен терпеть выходки Тропинкиной, - понимающе кивнул Роман, - неприятненько. - Так, не утрируй, мне истерики в ЗимаЛетто тоже не нужны, и я попрошу заметить, что Кире - аналогично. Так что Марии придется угомонить свои таланты, и ею, я попрошу заметить, будет заниматься именно Кира, а ты сократи контакты с ней до минимума, - Андрей смотрел на друга не отрываясь, в надежде, что тот кивнет или как-то по-другому подтвердит, что он понял ситуацию. И Роман не разочаровал. - Это я понял, - оскалился Малиновский, - ты будешь искать побольше контакта с Пушкаревой, а я - поменьше с Тропинкиной. А наши восхитительные барышни будут играть в эту игру наоборот - Катюша от тебя, а Машенька за мной. Да, - он снова откинулся в своем кресле, - такого Том-и-Джерри стены ЗимаЛетто еще не видели. - Я бы на твоем месте не ерничал по этому поводу, - Жданов постарался говорить строже, - моя ситуация с Катей не такая патовая как у тебя с Марией. Ром, ты же понимаешь, что у нее не рассосется? - Да ради Бога, - взмахнул руками Малиновский, - пусть и не рассасывается, это еще нужно доказать, чей это вообще ребенок. Ну, Андрей, ты что, нашу Машеньку не знаешь? Она шлюшка почище Викуси будет. - Во-первых, я бы на твоем месте не шутил о Клочковой, - Андрей почесал спинку носа, сняв перед этим очки, - Кира ее пристроила в хорошие руки, и сейчас, по статусу, она выше меня и тебя вместе взятых, не нужно об этом забывать. А во-вторых, ты можешь верить Маше или не верить, но Кира сказала, что когда ребенок родится, то Тропинкина сразу же подаст на ДНК, а ты же понимаешь, что в случае, если подтвердится, что это твое чадо, то ты за него потом и заплатишь. - Эти Воропаевы больные на всю голову, - на этот раз зло ответил Роман, - им что, эти тесты ДНК дорогу переехали? - Боже, Рома, заткнись, я тебя умоляю, - уронил голову на стол Жданов, - какая жесть, Господи Боже. Ну почему все происходит одновременно? - Все не просто так, - глубокомысленно начал Малиновский, он взял карандаш, и постарался зажать его между верхней губой и носом, чтобы изобразить усы. Но говорить вот так у него не получалось, и он убрал импровизированную игрушку в сторону, - в конце концов, ты же сам сказал - развод будет по решению Киры, она сама развяжет тебе руки, при этом оставшись с тобой в хороших отношениях. А это значит, что сейчас, помимо того, что ты можешь гулять, что уже само по себе прекрасно, ты можешь еще и за Пушкаревой снова приударить. Ну, не оглядываясь назад, - он покачал в пальцах карандаш, глядя на оптическую иллюзию его изгибания, - смекаешь? - Если честно, не очень, - Андрей должен был радоваться тому, что Кира решила его отпустить. Конечно, Жданов никогда не был верным женихом, и не стал верным супругом - это было сильнее него, ему казалось, что когда в его жизни появлялась новая женщина, все в нем словно оживало, бурлило и даже работать становилось легче и интереснее. Ему нравился сам процесс ухаживания, завоевания, ну и секс первые несколько раз был просто… а потом все становилось… пресным. В особенности после того, как эти пассии, все, словно под копирку, принимались ныть о серьезности отношений, совместных выходах в свет, и прочей лабуде, которую он не собирался им давать. Единственной бессменной, как Малиновский любил шутить - королевской, любовницей была Изотова. С ней было интересно именно потому, что Валерия обожала хорошенько потрахаться, устроить неделю крутейшего отрыва и снова пропасть, словно ее и не было в его жизни. Кто же мог знать, что именно с ней все так обернется? Но дело сейчас было не в Лере, а в том, что он никогда, правда НИКОГДА не испытывал вину за то, что у него появлялись любовницы. А вот сейчас, когда Кира сказала ему, что она его отпускает, что теперь он волен делать со своей жизнью все что захочет, желание погулять куда-то пропало. Возможно, дело было не только в Кире, но еще и в Кате, которая маячила на горизонте блеском недоступного драгоценного камня. Роман был прав в одном, к Пушкаревой его тянуло едва ли не за горло, но при всем при этом приблизиться он к ней не мог. Во-первых, сама Катерина дала ему от ворот поворот, пригрозив тем, что обратиться в милицию, если он продолжит посягать на ее свободу, а во-вторых, дорогу ему перешел Воропаев. Сам Андрей не верил, что у Александра и Катерины могло сложиться что-то по-настоящему, но ведь они не только бросались словами… - Ну что “не очень”, - закатил глаза Роман, - не буду же я тебе все разжевывать, ну право слово! Вот смотри, - он подался немного вперед, - Сашенька вывел Катеньку в свет - сводил на фотовыставку Мишеньки Корчакова. И их приход туда стал едва ли не ярче самой выставки. Мишенька, между прочим, расстроился, но не в этом суть. Я предлагаю тебе провернуть что-то подобное. - С кем провернуть? - нахмурился Жданов, и Малиновский уставился на него с таким выражением лица, что стало ясно, Роман считает его идиотом. - Андрей, ну не тупи, я понимаю, что тебе нужно изобразить страдание от информации о разводе, но прекрати заигрываться, а? - Роман покачал головой, - тебе тоже нужно попробовать сводить Пушкареву куда-нибудь… тем более что сейчас она выглядит настолько хорошо, что сделать это будет не стыдно. - Малиновский, ну вот ты просто сегодня просишь в глаз, - обреченно вздохнул Андрей, но тут же добавил то, что его беспокоило куда больше, чем чувство юмора друга, - как ты представляешь себе это приглашение? Катя меня пошлет не то что нахрен! Я по тому адресу до старости не дойду! - А для того, чтобы тебе не ответили отказом, ты должен сыграть по ее правилам, - протянул Роман, глядя на друга, - она хочет с тобой работать, но не желает общаться - прекрасно. Значит, вам нужно пойти туда, куда вы можете отправиться ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО как коллеги, пусть и временные. - Ну и куда мы отправимся как коллеги? - Жданов знал, что если Малиновский говорил о чем-то с такой игривой интонацией, то у него уже был готов план. И пусть далеко не каждая идея Романа была успешна, но при правильном исполнении… кто знает… - Например, на выставку нового швейного оборудования, - просиял Роман - ему не пришлось уговаривать друга довериться ему, - именно такая выставка будет проходить в следующий вторник, на базе Ангаров Арчевина. Если главным предлогом будет обновление производства, то Катерина тебе не откажет и потащится на эту выставку. Чтобы она точно туда отправилась, возьми с собой для начала еще и Киру, которую в обязательном порядке должна будет вызвать твоя мать. Ну и чтобы она не смогла отвертеться, пусть Маргарита позовет ее к Павлу в больницу. Предлог-то можно придумать любой. А вы с Пушкаревой погуляете между швейных машинок, вышивальных станочков и прочей красоты, нагуляете аппетит, и отправитесь куда-нибудь на ужин. Ну а дальше, - он пожал плечами, - дело техники. Захочешь, будешь действовать не торопясь, не захочешь, попробуешь форсировать события, там уже по своему ощущению, не мне же тебя учить, в самом деле. - Ну а как мы можем туда попасть? - нахмурился Жданов, - я не помню, чтобы нам приходили приглашения на эту выставку. - Они нам могли и проходить, - хмыкнул Малиновский, - ты же помнишь, кто у нас сейчас на ресепшне сидит? Ну, сидел, но это не важно. - Ты хочешь сказать, что Тропинкина их где-то прое… потеряла, - выгнул брови Андрей, - просто отлично, - покачал он головой, - ты говоришь, что проходить это все будет в Ангарах Арчевина, мне нужно позвонить ему? - Почему бы и нет, - кивнул Роман, - но, думаю, достаточно будет позвонить его секретарю, чтобы не усложнять никому жизнь. Тебе же просто нужно три пригласительных, а не лишнее внимание. Пока тебе нужна приватность, чем меньше людей на вас с Катериной будет пялиться, тем больше шансов, что вы поговорите, и в то же время чем больше людей будет вокруг вас - тем спокойнее ей будет. Согласен? - Согласен, - сейчас Жданову все казалось более чем логичным, - ей и правда будет так гораздо спокойнее. - Ну, раз так, - Роман пододвинул к другу телефон указательным пальцем, - звони, времени у тебя не так много, а все начинается с малого. И Андрей решительно снял трубку.