Интерлюдия 3
1 июля 2023 г., 08:00
О том, что Каролина беременна, Павел узнал от Маргариты. О том, что она беременна от него, он догадался сам. Во-первых, Юрий только вернулся домой, и было крайне сомнительно, что первым делом он бы полез в постель к неверной супруге, да и времени прошло слишком мало, даже если бы между ними что-то и было. От этой новости Жданов впал в ступор - Каролина носила его ребенка, и, скорее всего, для того, чтобы сохранить семью с Юрием она избавится от него. Почему-то эта мысль показалась Павлу логичной и невыносимой одновременно. А это значило, что ему нужно было поговорить с Каролиной уже сегодня, нет, уже сейчас. Он потер переносицу большим и указательным пальцем, стараясь придумать, как можно было бы организовать эту встречу. КАК?! Павел силился вспомнить распорядок дня Кристины, ведь именно при помощи дочери лучше всего было встретиться с Каролиной. Именно Лина забирала ее с кружков и занятий, старалась проводить с дочерью как можно больше времени - сам Юрий в это не лез. Нет. Павел знал, что он был очень хорошим отцом, просто слишком много времени проводил на работе… Правда, сейчас Воропаев в ЗимаЛетто еще не появлялся, все документы присылал Жданову курьером и явно не собирался выстраивать диалог. Сам Павел понятия не имел, с чего ему следовало начать, но эта информация о беременности Каролины ситуацию осложнила еще больше.
- Куда ты собираешься? - Маргарита нахмурилась и покосилась на часы в виде скачущей лошади, - восемь утра, неужели теперь ты вынужден работать за двоих?
- За двоих я вынужден работать твоими молитвами, - вздохнул Павел, завязывая шнурки на туфлях, - так что не нужно диву даваться, что я в субботу отправляюсь в ЗимаЛетто. Юрий теперь работает исключительно из дома. По крайней мере, пока он мне ничего другого не сообщал.
- Если бы ты жил по моим молитвам, то ты был бы самым идеальным мужчиной на планете Земля, - сплела руки на груди Маргарита, - Паша, я прошу тебя не дури, а то я начинаю жалеть о том, что я тебе рассказала…
- Ты мне лучше расскажи, откуда ты это знаешь? - нахмурился Жданов, он не сомневался в том, что Марго сказала правду о беременности Лины, но откуда она обладала такими сведениями? Скорее всего, как это было не парадоксально, от Юрия, но и это требовало проверки.
- Какая разница, откуда? - выгнула брови Марго, - Каролина залетела, так что я даже не знаю, верить в ваш один единственный раз или нет, - покачала головой она, - но мне все равно. Когда я принесла тебе эту новость, я хотела тебя уязвить, теперь я понимаю, что это было ошибкой. Я не должна была ничего говорить, и все бы решилось без нашего вмешательства.
- Значит, ты говорила с Юрием? С чего же он решил с тобой секретничать? - Жданов поправил пиджак, он был готов к выходу, но не торопился. Маргарита сейчас была довольно открыта, так что из нее можно вытрясти побольше информации перед… активными действиями.
- Он не секретничал, - пожала плечами Марго, - я ведь не идиотка, и сама бы поняла, от кого беременна Лина. Скажем так, он предупреждал меня о том, чтобы я к его жене не приближалась на пушечный выстрел.
- А с чего у него такие странные мысли? - склонил голову к правому плечу Павел, - ты не похожа на маньяка, который охотится на женщин, с которыми я спал.
- Это уж точно, иначе мне пришлось бы перерезать половину города, - согласилась Маргарита, - но мне следует признать, что когда я общалась с Юрием по телефону, я могла бездумно наговорить… глупостей, в порыве эмоций.
- Ты же сказала, что ты говорила с ним исключительно ради того, чтобы сохранить ЗимаЛетто. Какие же глупости тогда ты могла наговорить? - Жданов выгнул брови, ожидая ответа от супруги. Маргарита была такой спокойной и расслабленной, что он не мог поверить, что его жена могла угрожать… даже по телефону, даже в приступе ярости. Или, возможно, он недооценивал свою жену?
- Не знаю, - пожала плечами Маргарита, - я не помню, что конкретно я ему наговорила, но Юра впечатлился гораздо сильнее, чем я думала. На этот раз мы смогли поговорить нормально, я бы сказала, адекватно, без угроз. Практически.
- А что, и он пытался угрожать тебе? - это удивило Павла сильнее всего, Юрий никогда не втягивал в их дела жен, но на этот раз Марго сама оказалась таким себе… парламентером, но… разве он угрожал бы, разве он сделал бы что-то подобное? Жданов был уверен, что нет, он слишком хорошо знал Воропаева, и в этот раз оказался прав. Марго оскалилась, а потом ответила:
- Он пытался угрожать тебе, - она покачала головой, - ты что, правда, считаешь, что он так просто тебя простит?
- Мне сейчас важно не это, - скривился Жданов, - мои отношения с Юрием это мое дело, - он поправил волосы резким движением назад, откидывая пряди со лба. - Ладно, я ухожу, сегодня буду около семи, мы поужинаем дома?
- Павел, ты можешь совершить огромную, просто колоссальную ошибку, - покачала головой Маргарита, - я что, не понимаю, к кому ты намылился? Очнись, и считай, что этой самой беременности никогда и не было. У нее еще подходящий для аборта срок, и, поверь, она хочет вернуться к Юрию гораздо сильнее, чем родить от тебя. Смирись и не лезь, иначе ты разрушишь то, что у нас сейчас и так едва держится.
- Я еду в ЗимаЛетто, - Павел отвернулся от супруги, чтобы она не заметила, с какой силой он сжал челюсти, - так что не нужно…
- Не считай меня идиоткой, Паша, потому что это далеко не так. Решение по беременности будет принимать именно Каролина, а тебе нужно с этим смириться. Считай, что это твое наказание, - Маргарита знала его слишком хорошо, но Павлу было плевать. Он, не дослушав ее, вышел. Знал, что сейчас, будучи в состоянии покоя, она не будет пытаться достать Юрия своими предположениями. А Жданов должен был воспользоваться шансом, пусть и последним. Просто обязан.
Так что первым делом он направился к изостудии, в которой училась Кристина. Он помнил, что по субботам у них были утренние занятия, чтобы потом вторая половина дня у детей была свободна. Подъехав к зданию, где и располагалась студия, Павел принялся ожидать, до прихода детей, было еще минут пятнадцать, а значит, у него был шанс обдумать, что и как он будет говорить Каролине. Но в голове было пусто, словно там ни с того, ни с сего образовался вакуум - не то что ни единой здравой мысли, а ни единой мысли вообще. Страх, неуверенность и странная надежда… правда, он еще не знал, надежда на что. Павел понимал, что Каролина не будет с ним, даже несмотря на беременность. Она избегала его все это время, и сейчас пыталась наладить отношения с Юрием, который в свою очередь тоже… пытался. У Жданова хватало знакомых, которые могли рассказать о том, что Воропаевы вместе несколько раз обедали и ужинали, хотя о семейном разладе было известно многим. Как и о том, что Павел пытался ухаживать за Каролиной, правда… безуспешно.
И если раньше Жданов радовался, что никто не заметил, что их выходы в свет привели к чему-то… особенному, то теперь он сожалел. Да, если бы все начали говорить о том, что Лина все-таки стала его, кто знает, может, Воропаев отказался бы от идеи… Додумать он не успел. Возле здания припарковалось такси, и из него вышла Каролина и довольная, подпрыгивающая на месте Кристина. Казалось, что она была не способна подождать и секунду. Она выкрикивала что-то и размахивала в воздухе несколькими разноцветными листами, которые были больше ее головы. Каролина как раз расплачивалась с водителем, и что-то пыталась втолковать дочери. Выглядела она при этом счастливой, довольной, улыбчивой, а еще… Павел нахмурился - на Каролине было свободное платье. Конечно, пока еще живот не мог быть слишком заметен, но наряд, который она выбрала, мог бы намекать на то, что… Но если она собирается делать аборт, зачем ей сейчас выглядеть так, словно она подчеркивала свое положение? Или это просто он видел то, что хотел видеть? Каролина, наконец, расплатилась с таксистом, и попыталась поймать вертлявую дочурку, но делала она это словно в замедленной съемке, позволяя Кристине носиться вокруг нее с хохотом и удовольствием. Это продлилось пару минут, а потом они все-таки вошли в здание, видимо, Воропаева решила-таки доставить дочь на занятия.
Теперь ожидание стало едким, словно кислота, каждая дополнительная секунда буквально причиняла боль. Жданов просто физически не мог усидеть на месте, и поэтому выбрался из машины и отправился ко входу, чтобы подождать Каролину там. Но и это было неправильным решением, потому как даже там он не ощущал уверенности, что сможет ее дождаться. Он потоптался на одном месте, покрутился туда-сюда и вошел в здание, обзывая себя последними словами.
В холле было прохладно, и сновали шумные возбужденные дети, у которых скоро должны были начаться занятия - музыка, рисование, лепка, вокал и даже… судя по табличке на двери, шахматный кружок. Среди всей этой шумной толпы и детского гомона Жданов увидел и Каролину, она стояла в окружении таких же мам и что-то с ними увлеченно обсуждала. Он замер, принимаясь неуверенно топтаться на месте, раздумывая, не выйти ли снова на крыльцо, но решение принять не успел. Улыбающаяся Лина повернулась в его сторону, она взглянула на него, узнала, но все равно вернула взгляд к одной из говоривших женщин. Павел расстроился, но когда Каролина снова взглянула на него, на этот раз со смесью шока и паники на лице, он понял, что узнать-то она его узнала, но вот ОСОЗНАТЬ что это именно он смогла не сразу. Винить ее было не в чем, как минимум потому, что место для встречи он выбрал более чем странное, зато, совершенно точно стопроцентное. Она все еще смотрела на него, и он поднял руку в приветствии, чем, кажется, напугал ее еще больше. Каролина быстро что-то ответила обратившейся к ней женщине, улыбнулась ей, правда, на этот раз натянуто, и направилась к Жданову. Павел решил тоже пойти навстречу Воропаевой, но она, заметив его движение, покачала головой и ускорила шаг. Он замер, позволив ей подойти, вытирая влажные ладони о брюки. Сердце стучало словно сумасшедшее, а во рту появилась немного металлическая горечь - ну и почему он так паникует? Он ведь не собирается просить ничего плохого, ведь так? Просто поговорить… просто, чтобы его выслушали, просто…
- Паша, что ты тут делаешь? - здороваться Каролина не собиралась, глаза ее были огромными от шока, а веснушки стали еще заметнее. Жданов решил, что она стала еще краше с их последней встречи. Он силился точно подсчитать сколько времени прошло с того дня - три месяца? Нет, практически четыре.
- Я пришел с тобой поговорить, - признался Павел, потому как не видел смысла врать о том, что он тут оказался случайно, - ты сказала, что мы больше не должны видеться, и… я думал, что это логично, но я узнал, - он невольно взглянул на ее живот, и Каролина прикрыла его рукой в защитном жесте. Жданов и сам невольно потянулся к ее руке, это был безотчетный, даже неконтролируемый жест. Он не знал, чего он хотел больше - коснуться руки Лины, или, возможно, накрыть ее руку своей, чтобы почувствовать… он не знал точно, ЧТО там он собирался почувствовать, но… Кристина оказалась рядом с ними незаметно. Павел и сам не понял, как его ладонь оказалась в цепких ручках, а потом в нее впились острые детские зубки. Сдержать вопль у него не получилось, и половина собравшихся в холле людей тут же обратили на них внимание. Но ему было решительно плевать, все, что ему хотелось сейчас - так это чтобы эта маленькая безумная Воропаева его отпустила!
- Кристина! - воскликнула Лина, и попыталась отцепить от руки Павла эту пиранью, но на уговоры девчонка не поддавалась, и только сильнее сжимала зубы, - солнышко, отпусти дядю Пашу, пожалуйста, - Каролина попробовала нажать дочери на челюсть, но та дернула головой, распространяя по руки Павла дополнительную волну боли.
- Лина, это плохая идея, - простонал Жданов, а потом строго, ну, он думал, что это должно было звучать строго, обратился к Кристине, - а ну немедленно отпусти меня, а то я сейчас схвачу тебя, и мы поедем в больницу, где тебя от меня отцепят уже не уговорами, ну!
Каролина взглянула на него зло, и прошептала одними губами что-то похожее на “идиот”, а потом покачала головой, когда увидела, как возле уголка губы Кристины появилась кровь. Люди начали подходить к ним, чтобы уточнить, что происходит… хотя, все и так было прекрасно видно!
- Все, все нормально! - Каролина встала, выставляя вперед обе руки, - у нас тут просто… недоразумение. Мы сейчас… уйдем, - и принялась подталкивать Жданова к выходу из здания, приговаривая “какой ужас” и “ какой позор”. Когда они были практически у двери Кристина, которая до этого так и продолжала “держаться” за него зубами, вдруг отпустила его. Павел простонал, прижимая к себе прокушенную руку, а Крис разрыдалась. Она была похожа на маленького вампира - губы и мелкие зубы в крови, крупные слезы катились по щекам.
- Не уходи с ним! Не уходи! - казалось, что еще немного и у Кристины начнется истерика. Каролина вздохнула, подхватила дочь на руки и вышла из здания прочь, не замечая, ничего и никого вокруг. Жданов вышел следом, зажимая руку платком, да… ситуация явно вышла из-под контроля. Поговорил тайком, называется. Черт.
Уже на улице, отойдя на приличное расстояние от входа, Каролина опустила дочь на землю, пытаясь ее хоть немного успокоить.
- Не плачь, хорошая моя, - она гладила ее по щекам, разместившись так, чтобы Павел оказался за спиной у Кристины, и чтобы она на него не смотрела. Хотя она продолжала оглядываться, что, видимо, не способствовало успокоению, - я никуда не ухожу, и дядя Паша…
- Он мне не дядя… из-за него ты с папой поругалась… поэтому папа, когда к нам приходит, в моей комнате ночует, - Кристина пробовала одновременно вытереть глаза, нос и рот, и от этого только размазывала розовые полоски по лицу.
- Нет, солнышко, ты же слышала, что папа вчера сказал? Слышала? - Лина достала платок из сумки, и принялась вытирать ей лицо, - ну, скажи мне.
- Он сказал, что нас заберет… заберет домой, - всхлипывая, произнесла Кристина, а потом снова оглянулась на Павла, - но… но если ты с ним пойдешь, как же нас папа заберет? Мама, не ходи! - она бросилась к Лине на шею и сжала так, что Воропаева даже поправила руки дочери, видимо на секунду лишившись кислорода.
- Кристина, я никуда не пойду, я обещаю тебе, - она поглаживала дочку по спине мягкими движениями, стараясь успокоить, - папа нас должен отсюда забрать через час, и я, ожидая тебя, собиралась в кафе посидеть.
- В кафе и без меня? - Кристина отодвинулась от матери, - ты там собралась есть мороженое перед обедом? - она спросила об этом, как о самом большом святотатстве, - и без меня? Папа не одобрит, он говорит, что ты должна сейчас очень хорошо есть, ему не нравится, что ты не ешь, - это было произнесено крайне строго, видимо она копировала тон Юрия.
Павел потоптался на месте, продолжая зажимать руку платком. Укус пульсировал, дергал, и казалось, что жар оттуда распространялся по всей руке, но кончики пальцев при этом были буквально ледяные, и Жданов раздумывал о том, чтобы отправиться в больницу. Может, следовало сказать, что его укусила собака? Ну… такая… маленькая и злобная. Но его не прельщала необходимость получить уколы от бешенства. Он вздохнул, нет, он не пытался привлечь внимание, это был просто вздох, что все пошло так… непродуманно, что он вообще вышел из машины, а не дождался, пока сама Каролина выйдет из здания после того как отведет Кристину на занятия. Лина покосилась на него, но снова вернула взгляд к дочери.
- Мы сегодня пойдем за мороженым с тобой вместе, но тебе придется перестать плакать, а то мороженое будет горьким на вкус, - она улыбнулась и щелкнула Кристину по носику, - хорошо?
- Я согласна, - серьезно кивнула Кристина, - но, - она повернулась к Жданову, - без него. Мы пойдем за мороженым без тебя, - она свела брови к переносице, - не ходи за нами, иначе я все папе расскажу, ясно?
- Конечно, я с вами не пойду, - Павел перевел взгляд на Каролину, - меня ведь не приглашали?
Лина вздохнула с видимым облегчением, а потом ответила:
- Да, пожалуй, сегодня у нас девичник, - она погладила Кристину, что все еще смотрела на Павла угрожающе.
- Нам все еще нужно поговорить, - Жданов хотел, чтобы Лина понимала, что он не собирался отступать. Воропаева кивнула, вздохнула, а потом произнесла.
- Я приду в ЗимаЛетто завтра после обеда, но говорить нам решительно не о чем, - покачала она головой, - не о чем, Паш, подумай об этом.
Жданов ничего ей не ответил, он просто проследил за тем, как Каролина увела дочь на другую сторону улицы в направлении кафе. Завтра Лина придет к нему в ЗимаЛетто, скорее всего потому, что туда точно не заявится Юрий, вот завтра они и поговорят. А пока, он покосился на свою руку, нужно было заехать в аптеку, и как-то объяснить Маргарите где же его укусила… собака.
