Вместо Отражения

Подготовка к Совету прошла в волнениях и переживаниях. Катерина понимала, что это глупо, но все равно не могла избавиться от этого странного тремора, что охватывал все ее тело, словно замораживающей волной. Она не знала, что ее пугало больше всего в этом выступлении - то, что ее мог не поддержать Жданов, тот который Андрей, ну вот просто так, чисто из вредности, или то, что ее мог не поддержать Александр, потому что ее План покажется ему слишком многокомпонентным и очень сложным. Она встряхнула руками и покосилась на стол, подготовленный для Совета - вода, ручки, карандаши, копии Плана… Что там еще должно быть? А, точно… люди. Вот людей сегодня Кате не хотелось видеть, ну разве что кроме Воропаева, его ей хотелось видеть постоянно, и это напрягало и пугало одновременно. После того, как она призналась себе в том, что она таки умудрилась втрескаться в этого странного мужчину, в ее душе поселился непроходящий страх - а вдруг он нет? А вдруг он НЕТ? А вдруг ОН нет? А ВДРУГ… Она вздохнула, тяжело и протяжно, и подскочила на месте, словно ужаленная, когда к ней обратилась вошедшая Кира: - Ты что, переживаешь? - она прошла так, чтобы встать рядом с Пушкаревой, - у меня такое ощущение, что ты дрожишь. Все хорошо? - Жданова протянула руку к плечу Катерины, легко касаясь. - Да, все нормально, - Катерина накрыла руку Киры своей и улыбнулась, - это просто… это немного привычка, наверное. Я всегда переживаю, перед тем как презентовать План выхода из кризиса, но в этот раз все… хуже. - Я уверена, что все поддержат тебя, - Жданова была в очень хорошем настроении, - я знаю, что у тебя все готово и все отлично. Так что это будет впервые на веку ЗимаЛетто, чтобы на Совете все проголосовали единогласно. - Мне бы твою уверенность, - вздохнула Катерина, закрывая глаза и переводя дыхание. Дрожь стала понемногу проходить, слова Киры согревали и расслабляли одновременно. Да, все они знали, ради чего они собрались - вывести компанию из кризиса, а это значит, что они будут прилагать все усилия вместе. Даже Андрей все это время вел себя просто… идеально, и Катя стала признаваться себе, что привыкла не оглядываться и перестала бояться приходить в кабинет Жданова с тем или иным вопросом. Это было… правильно, да именно правильно, такой и должна была быть работа кризисного менеджера с директором проблемной компании. Но где-то в глубине души Катя все еще чувствовала подвох, в особенности, когда она пересекалась в коридорах с Малиновским. Именно Роман Дмитриевич вызывал у нее тошноту и тугое, нервное напряжение, что собиралось комком на дне ее желудка. Рассасывалось оно разве что к вечеру, или если в ЗимаЛетто приходил Александр. Кате стоило только увидеть его высокую худую фигуру, как все внутри приятно теплело… Казалось, что лед, которым сковывало внутренности, буквально таял… Интересно, сработает ли с ней это и сейчас? - Я могу своей уверенностью поделиться, - лицо Киры озарила мягкая, немного игривая улыбка, - хочешь? - А и хочу! - кивнула Катя. Боже, кто бы мог подумать, что ее будет успокаивать Кира Юрьевна Воропаева… точнее, Жданова. Да, сейчас это казалось нереальным и немного безумным, но, тем не менее, приятным. Да, Катерина радовалась, что у нее ТАК наладились отношения с этой женщиной, и как она раньше была столь слепа? Или тогда у них не было ни единого шанса на взаимопонимание, - мне сейчас оно будет точно не лишним. - Тогда, я официально приглашаю тебя на семейный ужин семейства Воропаевых в субботу вечером, - Жданова смотрела на нее так пристально, словно ожидала вердикта от Кати, но при этом улыбалась так, словно даже не сомневалась в ее положительном ответе, - это будет совершенно ненапряжно. Кристина организует нам отличный вечер, она умеет это делать лучше всех нас. Обычно мы встречаемся так время от времени, когда Крис не торопится покинуть страну. Сейчас она не торопится, так что, - она пожала плечами, - у нас есть шанс посидеть в тесном семейном кругу. - Это… крайне милое предложение, - вместо того, чтобы поделиться некоторой уверенностью, Кира только повергла Катерину в дополнительный шок, - и я польщена, что вы… ты приглашаешь меня на семейный ужин, но я… это будет уместно? - не то чтобы Катя не хотела этого, нет. Конечно, она втайне мечтала, чтобы Саша пригласил ее на что-то подобное, чтобы… представить ее семье ну… немного официально. А тут, мечта ее практически сбывалась, правда, немного не так, как того ожидала Пушкарева, но… что думал об этом Александр? - А это может быть НЕуместно? - Кира нахмурилась на короткий миг, но потом морщинка между бровями разгладилась, но глаза продолжали смотреть серьезно и испытывающе, - Кать, давай начистоту, - она покосилась на дверь в Зал, а потом снова на нее, - я вижу, КАК ты смотришь на моего брата, вижу, КАК он смотрит на тебя. Я не буду использовать для этих ваших взглядов каких-либо определений, думаю, ты сама все понимаешь. И если ты отказываешься… - Я не отказываюсь, - вздохнула Катерина, - я просто не знаю, хочет ли этого Саша. Разве не он должен знакомить меня со своей семьей? - А разве ты уже не знаешь его семью? - этот вопрос Ждановой заставил Пушкареву нахмуриться. Ведь Кира была права! Она знала и общалась и с Кирой, и с Кристиной, и обе девушки относились к ней максимально радушно и доброжелательно, всем своим видом и своими словами стараясь ей показать, что ее союз с их братом они одобряют и поддерживают. - Да, - Катерина улыбнулась немного растерянно, - пожалуй, я знаю его семью, это с моей стороны все пока весьма таинственно. - Но, как я понимаю, ненадолго, - Кира тоже улыбнулась, - ведь Саша говорил, что вы собираетесь к твоим родителям? - У нас будет попытка знакомства на следующей неделе, - Пушкарева вздохнула, принимаясь перелистывать страницы в Антикризисном Плане, который она держала в руках, - так что, да, это можно будет засчитать… успехом. - Ну вот, - Жданова сделала вид, что не заметила неуверенности Катерины, и та была за это очень благодарна Кире. Сейчас ей не хотелось обсуждать своих родителей от слова совсем, - если Саша жаждет быть представленным твоей семье, как он может НЕ хотеть, чтобы ты общалась с его? Да, - она вздохнула, - сейчас у Саши с Кристиной не самые простые отношения… - она осеклась, словно подбирая слова, и Катерина решила облегчить Кире задачу. - Я знаю, почему Кристина с Сашей сейчас… почему между ними сейчас такое недопонимание, - Пушкарева пристально взглянула на Жданову. Кира распахнула глаза широко и снова покосилась на дверь. - Ты… знаешь? - в голосе ее звучала неуверенность, и это было вполне логично. В конце концов, та информация, которую открыл ей Александр, была не просто секретной, она была МАКСИМАЛЬНО взрывоопасной. Это был важный, просто невероятно опасный секрет в чужих руках, и Воропаев доверил его ей… да, Катерина вздохнула, и она еще смела сомневаться в этом мужчине? - Павел, - просто произнесла она, чтобы расставить все по своим местам. Жданова прикрыла рот рукой, но совладала с собой так же быстро, как и впала в шоковое состояние. Воистину сильный, буквально стальной характер, сразу видно, что закалена она была не хуже самой Катерины, если не сказать лучше. - Эта информация… - начала было Кира, теперь косясь на дверь постоянно, но Катя перебила ее, прекрасно понимая, о чем ей собиралась сказать Жданова. - Можешь даже не говорить мне ничего, я уже знаю несколько дней, и у меня не возникает желания с кем-то этим делиться или обсуждать, - заверила она Киру, - для меня это не меняет ничего, решительно ничего, поверь. - Катя, если ты не придешь к нам на ужин, я просто тебя задушу, - это были не те слова, которые Катерина ожидала услышать, - у тебя еще какие-то сомнения относительно моего брата? - Никаких, - покачала Пушкарева головой, и порадовалась, что не продолжила фразу, ведь дверь в Зал распахнулась, пропуская Андрея и Романа. Жданов сдержанно кивнул сперва ей, а потом и Кире, все потому, что они сегодня уже здоровались с ним на входе в ЗимаЛетто. Когда он успел повидаться с Кирой, Катя не знала, но сомнений в этом не имела. Супруги Ждановы хоть и близились к разводу, но сохранили между собой вполне дружеские и адекватные отношения. А вот с Малиновским Катерина увидеться еще не успела, и поэтому стойко приготовилась терпеть его “приветствие”, немного приподняв подбородок вверх. Роман, как обычно, не разочаровал. Он расплылся в сахарной улыбке, раскрывая руки так, словно собираясь ее обнять. - Катерина Валерьевна, у нас сегодня Совет просто как в старые добрые времена, - он оскалился еще сильнее, подталкивая Жданова, чтобы тот поддержал его шутку, - вы будете говорить - а мы все слушать. Просто… это такое ощущение дежа-вю… А у вас разве нет? - он обвел взглядом Андрея, что так и продолжал молчать, и Киру, что сидела теперь на своем привычном месте, на “Воропаевской” стороне. - Думаю, у всех нас есть ощущение, что мы активно топчемся по прошлому, - Катерина не хотела, чтобы кто-то ей помогал от него избавиться, она должна была научиться противостоять ему сама. В конце концов, Лиза советовала ей переступить не только злость и обиду, но и “двух козлов”, и Катя действительно старалась это сделать. - Но это позволяет нам лучше двигаться к настоящему, главное уметь разграничивать то, что было, то, что есть, и что будет в итоге. - О, я точно не смогу смешать прошлое с настоящим, - рассмеялся Роман, - я не могу не отметить такие, - он смерил ее оценивающим взглядом, - разительные изменения. - Рома, просто сядь, - вздохнула Кира, - мы уже все оценили твой юмор, он как всегда неприглядный и плоский. Катерина не удержалась и закашлялась, прикрывая ладонью рот, чтобы скрыть смешок, который вырвался против ее воли. Малиновский нахмурился и перевел взгляд на Киру, показывая ей язык. - Какая же ты злюка, Кира, вот как была Воропаевой, так и осталась, тебе даже замужество не помогло. - Замужество мало кого меняет, Рома, - Маргарита Рудольфовна прикрыла за собой дверь так, чтобы та не издала ни звука. Она сегодня выглядела великолепно, как и всегда, но Катерина отметила излишнюю бледность и красные белки. Мигрень? - все уже собрались? - Саши еще нет, - Кира встала, чтобы поприветствовать старшую Жданову, касаясь губами ее щеки, - как ты? Что-то ты выглядишь очень… неважно. - Саша уже здесь, - Маргарита повернулась так, что губы Киры чуть мазнули ее по скуле, - сейчас они зайдут, - часть вопроса о своем самочувствие она проигнорировала и отправилась на свое место, махнув Андрею с Романом, - мальчики, садитесь, не создавайте толпу на входе - раздражает. - Они? - младший Жданов направился к своему месту, подтолкнув в плечо Малиновского, чтобы тот тоже шевелился, - нас что, Кристина почтит своим присутствием? Или Милко посчитал необходимым нас сегодня развлечь? Вот уж кто оценит любые новшества, консерватор чертов. А еще творческая личность! Широкий взгляд на мир! - Ни первое, ни второе, - Марго опустилась в кресло, и принялась массировать виски, - у нас сегодня еще более особый Совет. - Ты о чем? - растерялась даже Кира. Она налила воду в стакан, и передала его Андрею, - у нас и так Совет особенный, куда уже больше. - Заходи, - дверь распахнулась, и Катерина услышала раздраженный голос Александра, - я понятия не имею, как тебя сюда отпустили, сумасшедший дом! - И ничего не сумасшедший, - Павел вошёл в Зал, довольно улыбаясь, - ЗимаЛетто это и моя компания, я хочу участвовать, кто-то собирается мне это запретить? - Никто тебе ничего не запрещает, - Воропаев вошел в Зал следом, закрывая за собой дверь, - но если ты свалишься, я тебя в больницу не повезу. Привет, - обратился он к Кате и, склонившись к ней, коснулся губами уголка ее губ. - Привет, - Катерина постаралась сделать вид, что ничего из происходящего ее не удивляло, - присаживайтесь, - она указала рукой на стол, - и начнем, нам есть что обсудить. Да… Совет обещал быть интересным. Прогулка по парку, это было самое странное, что она делала с Александром. Секс в его кабинете странностью считаться больше не мог. После того раза, когда она его буквально домогалась, они повторили это еще раз, и Катя призналась, что ей это нравилось просто невероятно. Правда, второй раз она порвала Воропаеву очень красивую рубашку, но его, казалось, это совершенно не беспокоило. Он только шутил о том, что никогда не думал, что докатится до чего-то подобного. Пушкарева с ним соглашалась. Ведь в первый раз ее привело не желание эксперимента, у нее состоялся сложный и весьма неприятный разговор с отцом, и таким способом она старалась перекрыть возмущение и отчаяние… вполне успешно. Следовало признать, что Александр умел забрать все страхи и волнения как никто другой. Поэтому когда Воропаев позвал ее погулять в парке, Катя сперва решила, что он так шутит, но Александр был вполне серьезен, так что они оказались… где оказались. Катерина уставилась на клубничное мороженое, что ей только что принес Воропаев, а потом на мужчину. - А у тебя какое? - она уставилась на зеленые с шоколадной крошкой шарики в вафельном стаканчике. Александр тут же протянул его ей. - У тебя клубника-базилик, а у меня мята-шоколад, - улыбнулся Воропаев, - пробуй, может, тебе понравится. - Да мне в целом все нравится, - призналась Катя, но мороженое откусила. Вкус был приятным, насыщенным и освежающим, она решила, что он очень подходит Александру, такой же необычный и строгий, но в то же время со своим шармом. - Это хорошо, если тебе нравится, - Воропаев был явно доволен, что и с угощением он угадал, да и место было просто прекрасным, - я вот любил сюда приходить с Кирой и Кристиной. Мы до сих пор приходим сюда время от времени, - они двигались вдоль аллеи, стараясь больше находиться в тени, - мороженое тут уже другое, но даже с ним все и вкусно, и… как когда-то. Иногда нужно напоминание о том, что возврата к прошлому нет. Согласна? - Ты знаешь, - Катерина вздохнула, пробуя и свой молочный десерт, - согласна. Мы все иногда забываем, что прошлое должно оставаться за спиной. Думаю, - она взмахнула мороженым, - есть такие вещи, которые мы бы неосознанно хотели продлить. - Такие вещи приносят больше всего боли, - кивнул Воропаев, и Катя покосилась на его сведенные брови. Да, говорили они сейчас о разном, но понимали друг друга они очень хорошо, иногда даже слишком, и это немного пугало… - Сегодня вечером не хочешь побыть дома? - она теснее прижалась к нему, стараясь держать руку с мороженым так, чтобы не вымазать рукав его пиджака, - ну… никаких ресторанов и всего этого, просто ты и я? - Я не против, - Александр покосился на нее, выгибая бровь, - но… с чего это ты так решила? Не хочется других людей вокруг? - Хочется только тебя вокруг, - не стала отрицать Катерина, - да и… ты какой-то сегодня расстроенный. Говорить, что происходит, ты не хочешь, а я не хочу, чтобы ты насиловал себя общением с другими людьми. У нас ведь не бывает так, чтобы мы пришли куда-то и тебя не отвлекали бы рабочими моментами. - Ты переживаешь о моем комфорте? - оскалился Александр, - как это мило, - протянул он, и Катерине захотелось его стукнуть, да посильнее. Но она вовремя остановила порыв, ведь прекрасно знала, что подобное прорывается в Воропаеве защитным механизмом. Пусть язвит, она его ядом все равно отравиться не сможет. - Это не мило, - она постаралась улыбнуться ему под стать, - это дальновидно, ведь довольный ты - это крайне довольная я в итоге. Так что у меня чистый расчет. - Конечно, считай, что я тебе поверил, - Воропаев остановился и заключил ее в объятия, наклоняясь, чтобы поцеловать, - ты же самая меркантильная женщина на Земле, как я об этом мог забыть. - Да, - она тряхнула волосами, - очень меркантильная, так что ты выучи это уже сейчас. Она подалась вверх, чтобы позволить поцелую случиться. Вот так на улице Александр не позволял себе слишком много, но это все равно было безумно приятно. Губы его были холодными и мятными, а еще чуть горькими от сигарет. Сердце забилось быстрее, и Катя решила, что сегодня она просто обязана оказаться с этим мужчиной в постели, потому как желание игнорировать было невозможно. Интересно, ее еще долго будет вот так… заводить простая близость? - Я виделся сегодня с Кристиной, - признался Воропаев, когда их поцелуй закончился, - мы поговорили, что… уже прогресс. Но да, на мое настроение это влияет. - Мне жаль, что у вас размолвка, - Катя коснулась кончиками пальцев щеки мужчины, - но… я уверена, что вы помиритесь, я знаю, что ты любишь ее, что бы ни было между вами, это не стоит того, чтобы… - Это из-за Павла, - видимо Александр решил быть максимально честным, Катерина кивнула, раздумывая, стоит ли спрашивать дальше, но… - Кристина была против, чтобы ты становился донором? Но ведь это такая невероятная удача и редкость, что ты так… максимально подошел на эту роль! Воропаев скривился, вздохнул, но все-таки ответил: - Кристина не была против, чтобы я был донором, она была одной из тех, кто буквально требовал от меня этого, - он откусил мороженое, и Катя показалось, что таким образом он пробовал снять раздражение. Они снова шли вперед, и смотреть в лицо Саше было сложнее, но Катя не хотела пропустить и тени эмоции, что сменяли одна другую. - Но разве ты сам не хотел помочь Павлу, - удивилась Пушкарева, - Фетушев говорил мне, что ты очень старательно готовился к донорству, все выполнял… ты почему улыбаешься? - на самом деле оскал, который появился на лице Александра, было сложно назвать улыбкой. Такое выражение лица пугало Катерину, ведь оно не предвещало ничего хорошего. - У меня не было выбора, я не мог отказать Павлу в помощи, на меня насели сверху все кому не лень - Кристина и Маргарита, Кира и даже Андрей, хотя стоит признать, что последний трогал меня меньше остальных. Думаю, они переживали, что если он будет на меня слишком сильно давить, то я соскочу, и просто укачу куда-нибудь… у меня тоже бывают командировки, знаешь ли, - хмыкнул он, снова откусывая от мороженого, - но, в итоге, я сдался, тоже сдал анализы и, отталкиваясь от полученных результатов, согласился на риск. Ну, точнее, на риск согласился Павел, я-то что. - Александр пожал плечами, - но сам факт… - А почему все так насели на тебя с этими анализами? - Катерина нахмурилась, немного теряясь в ситуации со всем этим донорством, - я думала, что ты сдал тест просто за компанию и случайно узнал, что ты можешь быть донором. Разве нет? - Красивое предание, - покачал головой Воропаев, - даже поверить легко, буду использовать это в качестве ответа на всякий случай, - он повернулся к Кате, глядя ей в глаза, - а вот тебе я врать не буду. Незачем. - Я… - Пушкарева не знала, что на это ответить, но Александру и не требовался ее ответ. Он продолжал пристально смотреть ей в глаза. - Ситуация с Павлом, точнее то, что я тебе скажу, вещь не слишком приятная и довольно опасная. Я даже мог бы сказать, что она опасна для всех нас - и для Воропаевых, и для Ждановых, - он снова дернул плечом, но на пожатие это не тянуло совершенно, - не знаю, кто в случае огласки пострадает сильнее, но, ты этого не допустишь, я знаю. - Я начинаю нервничать, - выдавила из себя Катерина, - что не так с Павлом? - Понятия не имею, что не так с Павлом, - оскалился Воропаев, - ну, разве что, кроме того, что он мой биологический отец. Катерина решила не тянуть с представлением Антикризисного Плана. Она сразу же начала с презентации, но немного сократила ее, чтобы Павел смог прослушать ее полностью. Он хоть и выглядел сегодня просто отлично, но кто знает, как может сказаться на нем нервное напряжение. Так что Пушкарева здраво рассудила, что если к ней будут дополнительные вопросы, каждый сможет задать их в порядке очереди. - Я понимаю, что результатов хочется уже сегодня и прямо сейчас, но компания, увы, сейчас вошла в состояние топи, когда тонуть она прекратила, но и на то чтобы выбраться потеряла шанс, - подводила итог своего выступления Катерина, - именно поэтому я предлагаю такой многоступенчатый Антикризисный План, который позволит сперва наладить производство, потом немного подтолкнет компанию к движению, чтобы снова вернуть к ней внимание большинства, и инвесторов в том числе. А уже потом совершить те несколько рывков, которые извлекут ЗимаЛетто из топи и постепенно начнут поднимать ее вверх. - Вы хотите сказать, что сперва мы не будем пытаться поднимать компанию со дна? - как для человека, который выглядел как привидение, Маргарита слушала поразительно внимательно. Она помассировала висок и продолжила, - мне казалось, что ВАША задача вытащить компанию из кризиса, а не научить нас работать в кризисной обстановке. Или это невозможно? - Маргарита Рудольфовна, я вынуждена еще раз повторить, что я кризисный менеджер, а не фея-крестная, которая способна по мановению волшебной палочки превратить тыкву в карету, - Катерина опустила на стол свою папку с планом, - если ЗимаЛетто сдвинуть с места сейчас, просто придав ускорения, то не подготовленная, практически остановленная система просто задымится и даст сбой. И компания, вместо того, чтобы подняться - утонет. А вы, я смею надеяться, пригласили меня не для этого? - она выгнула брови, выжидательно глядя на старшую Жданову. Маргарита не торопилась с ответом. Сперва она взглянула на Павла, но тот только пожал плечами, улыбаясь. Видимо, его как раз все в презентации устраивало. Затем она взглянула на Андрея, но младший Жданов поддержать мать тоже не мог, он как никто видел ситуацию изнутри. Да, Андрей, конечно, будет пробовать оспорить или смягчить некоторые предложенные Катериной позиции, но не более того. И только Роман решил выступить на стороне Маргариты. - Вас послушать, так ЗимаЛетто просто стоит, и ничего не делает, - начал он, демонстративно перебирая страницы своей копии Плана, - между прочим, мы продолжаем выпускать коллекции, и все еще собираем у себя полные залы на показах Милко. Я соглашусь, нам нужно ускорить или же увеличить производство, потому как ценовую политику на наряды нам пришлось снизить… - Уже третий раз за последние семь месяцев, - не утерпела Катерина, - то, где вы сейчас находитесь - топь, вы можете называть это как вам угодно, но вы должны осознать, что вы ЗАСТРЯЛИ на определенном уровне деградации компании. Да, я считаю, что вам повезло, ведь топь помогает вам не погибнуть. У вас все еще есть подушка безопасности, вы все еще можете работать, а кредиторы, - она покосилась на Александра, - сдержаны обещаниями и… - Запугиванием, - добавил Воропаев, - я не против, чтобы мы называли вещи своими именами. Но вот такая работа возможна только с небольшими банками, которые можно точно так же расшатать и уничтожить, как и нашу компанию, - он знал, о чем говорил, именно он и занимался вопросами кредитов и коллекторов, которые, волей-неволей начинали появляться вблизи компании. - Я понимаю, что у вас сейчас стадия отрицания, она бывает всегда, когда вам приходится лицом к лицу сталкиваться с правдой о своем детище, но я прошу, чтобы вы побыстрее постарались перейти от отрицания к торгу, а с принятием я поработаю сама, - Пушкарева перевела взгляд с Маргариты на Романа, а потом повернулась к поднявшей руку Кире, - слушаю? - Здесь в дополнении есть раздел о документах, которые пострадали от затопления подвального архива, - начала Кира, и получила несколько удивленных взглядов - от Романа, Павла и Маргариты. Сразу стало понятно, кто изучал План поверхностно, ведь Катерина рассылала его перед Советом для всех. Даже Павел получил свою копию лично в руки. Конечно, ехать к Ждановым домой Пушкарева не решилась, поэтому просто подобрала день, когда Павлу нужно было остаться в больнице. - А это тут при чем? - покачала головой Маргарита, - это же предание давно минувших дней! Ну случилось и случилось, что смогли, то спасли, почему к этому всему такой интерес? Тебя тоже это возмущает? - обратилась она к Кире, но та покачала головой. - Нет, меня не возмущает, - она потерла переносицу, а потом встретилась взглядом с Катериной, - я точно так же как и Катерина Валерьевна считаю, что как подозрительно… удачно были “утоплены” именно определенные отчеты. - Если они были утоплены, то откуда вы знаете, что это было? - выгнула брови старшая Жданова, - я готова признать, что этот ваш Антикризисный План не лишен логики, и я, учитывая то, что я в меньшинстве, не буду блокировать голосование или же срывать начало работ. Но зачем рыться в том, что утопло давно? - Я точно знаю, какие документы пропали, точнее, были утилизированы якобы потому, что не было возможности их восстановления, - начала Пушкарева, оглядывая всех в Зале, - когда была создана НикаМода, частью денег, которые и были на счету этой фиктивной фирмы-фокуса, заведовал Николай Зорькин, мой очень хороший знакомый и, могу сказать без лишней скромности, гениальный финансист. - Да, это мы знаем, Катя… Катерина Валерьевна, - тут же исправился Павел, - конечно, его вопросами занимались уже без меня, но он передал ВСЕ активы НикаМоды без сучка, без задоринки. Так что, даже если и пропали эти документы, то я могу уверить вас, что там все было отлично. - Там не было отлично, - встрял Александр, - еще тогда я говорил, что в отчетах со временем перестали сходиться цифры. Но вы, - он взглянул в сторону Ждановых, а потом покосился на сестру, сказали, что этим заниматься не стоит. А когда я все-таки решил провести дополнительный аудит - случился потоп. - А почему я не знал, что ты хотел проводить аудит? - нахмурился Павел, - почему мне никто об этом не сказал? - Даже не знаю, - покачал головой Андрей, начиная раздражаться, - может потому, что ты лежал под капельницами и умирал? - Андрей! - возмутился старший Жданов, но его прервал Воропаев. - Павел, спокойно, во-первых, тебе нельзя нервничать, а то снова поедешь в больницу, а этого тут не хочет никто, - он вздохнул и покосился на Катерину, а потом снова на Павла, - а во-вторых, Андрей прав. Тогда ты был вне игры, и держать тебя в курсе чего-либо было глупо и жестоко, ты не должен был стрессовать лишний раз. - Зато я теперь буду стрессовать за все время своей болезни, как я понимаю. Скопом, - нахмурился старший Жданов, - Катя… Катерина Валерьевна… ай, к черту, Катя, что там с этими документами? - С документами - я пока понятия не имею, - призналась Пушкарева, - хотя я, честно признаться, и пыталась разобраться. Но дело не в этом… - Я говорил тебе, что этот Совет пока слишком для тебя, нужно было подождать, - одновременно с Катериной заговорил Александр, но Павел демонстративно смотрел в сторону Пушкаревой, и Воропаев фыркнул, - упрямец чертов. - Катя, продолжай, - попросил старший Жданов, и Катерина собиралась уже было закончить мысль, но ее на этот раз перебила Маргарита. - А с чего ты, - она подалась немного вперед, обращаясь к Александру, - так обеспокоен? По доброте душевной? - Нет, по логике вещей, - оскалился Воропаев, - второй раз я помогать не буду, точка. - Давайте оставим разборки личного характера за дверью, - вздохнула Пушкарева, - иначе Совет этот затянется до бесконечности. Она подождала, пока Маргарита перестанет ворчать себе под нос, и снова повернулась к Павлу, - я считаю, и Кира, - Катерина специально опустила ее отчество, - со мной согласна, что произошло хищение. Довольно крупное, если судить по тому, что я смогла собрать из остатков. Пазлы моя сильная сторона, но для этого мне нужно больше времени. - Среди нас нет крыс, Катерина Валерьевна, - возмутилась Маргарита, - здесь НИКТО не будет воровать у своих! - Это просто отлично, что вы так уверены в совете директоров, Маргарита Рудольфовна, но тогда, когда произошло хищение, ЗимаЛетто была в ситуации более шаткой, чем сейчас. Происходила очередная рокировка главами компании, проценты по кредитам росли, коллекция Милко пусть и была успешной не получила того резонанса, на какой был расчет. Компания выглядела умирающей, это могла быть не кража, Маргарита Рудольфовна, а… защита финансов, попытка сохранить хоть что-то для того, чтобы можно было начать сначала, - она перевела взгляд на Андрея, и тот улыбнулся. Криво, кисло, но улыбнулся. - Ты сразу решила, что это я? - он сплел руки на груди, глядя Катерине в глаза, - и даже сомнений не было? - он обращался на “ты”, но говорил спокойно и не нападал. - Документы были уничтожены, когда у Александра возникло желание провести проверку. Тот, кто занялся этим, и тот, кто увел деньги - это разные люди, но действовали они изначально заодно, - Пушкарева бросила быстрый взгляд в сторону Киры, и та кивнула, вздыхая, - я обратилась к Николаю, чтобы он попробовал отследить эти деньги… - Прошло слишком много времени, Катя, - Павел покачал головой, - это будет нереально… - Паша, ты о чем? - Маргарита едва не подскочила на своем месте, совершенно позабыв, что у нее еще недавно буквально раскалывалась голова, или что там было ее утренним недугом, - она, - старшая Жданова указала на Катю, - назвала нашего сына вором! Ты слышал? - Нет, - Жданов повернулся к ней, отвечая совершенно серьезно, - не слышал. Катерина не назвала того, что это сделал. Ни тут, при нас, ни, как я понимаю, в Плане. И пока у нее не будет никаких доказательств, она не позволит себе ничего подобного. - Но Андрей же сказал… - она повернулась к сыну, - почему ты это сказал? - Потому, что деньги, правда, взял он, - хмыкнул Александр, пожимая плечами, - а я на тебя даже не подумал, - обратился он к Андрею, - не ожидал, что ты можешь. Мне казалось, что ты был заинтересован в спасении компании, а не наоборот. - Я собирался вернуть их, - вздохнул младший Жданов, потирая переносицу, - но уже после того, как мы сможем вывести компанию из кризиса. - Вы хотите сказать, ЕСЛИ сможем, - поправила его Катерина, - я не могу осудить такое решение… средства эти теперь не учтены, и на них не сможет претендовать ни один из банков. А учитывая то, что документы для свода окончательно уничтожены… - Андрей… - Маргарита была не просто растеряна, она была поражена. Катерина понимала ее, хотя, в отличие от Ждановой, делала ставку именно на Андрея. Ее больше удивляло, что Александр не устроил младшему Жданову показательный разнос. Выжидает? Сконцентрирован на другом? Она встретилась взглядом с Воропаевым, и тот ей… подмигнул. Неужели он не скандалил ради нее? Так сильно поцеловать ей его не хотелось еще ни разу! - Что, мам? - Андрей выгнул брови, глядя на Марго пристально, с легкой улыбкой, - ты хочешь спросить, как я мог, или как я это сделал? - Нет, - сглотнула она, - я хочу спросить, если ты собирался вернуть деньги, то зачем ты уничтожил документы? Чтобы Саша не докопался до правды? - А я документы и не уничтожал, - пожал плечами Андрей. И все повернулись в сторону Романа.