Интерлюдия 4
11 июля 2023 г., 08:00
Встреча в ЗимаЛетто была хорошей идеей - Юрий свое рабочее место игнорировал очень стойко, просто передавая или запрашивая документы. Даже звонки проводил из дома и с Павлом лично не контактировал ни разу. Жданов даже задумался над тем, что было бы хорошо решить вопрос с Воропаевым раз и навсегда. Пусть даже это все вылилось бы в драку, но они бы высказали друг к другу свои претензии, и, возможно, все встало бы на свои места. Ну… хоть частично. Но сейчас было важно не это. Сейчас все внимание Павла было сконцентрировано на Каролине, которая вот-вот должна явиться к нему. Что он должен был ей сказать? О чем просить? Рука засаднила, и Жданов погладил повязку, которую ему сегодня утром сменила Маргарита.
Пришлось признаться, что произошло и почему, ведь его супруга никогда глупой не слыла, и с лёгкостью бы заметила разницу между укусом мнимой собаки и детскими зубами. Да и то, вранья было более чем достаточно, куда было его множить ещё? Ну, куда? Вот и Павел решил сказать правду. Маргарита, конечно, отреагировала на это возмущением и даже пообещала, что если он будет продолжать творить подобное, то она его, идиота, просто бросит. Так что пришлось ей пообещать, что эти глупости он закончит… скоро. Правда, тут Павел сомневался, как скоро, но, он хоть не врал. Маргарита вздохнула и предложила найти способ разделить работу так, чтобы Павел не пересекался с Юрием совсем. А семейные встречи… о них и так можно было забыть. Жданову пришлось признаться, что с этим Воропаев справился сам - отстранившись по максимуму. Марго это одобрила, она, мол, никогда в Юрии и не сомневалась. Проблема в том, что Павел тоже в нем… не сомневался, но вот эта беременность… Жданов размышлял, мог ли он оставить идею завоевать Каролину, отбить ее у мужа, если бы не знание, что она носит под сердцем ЕГО ребенка. Как Юрий переживает эту информацию? Что он собирается делать? А еще Павел не мог представить себе, чтобы такая женщина как Каролина могла сделать аборт. Ее к этому могло подтолкнуть только что-то по-настоящему серьезное. Но было ли таким серьезным ее желание быть с Юрием? Была ли она готова убить новую жизнь для того, чтобы вернуть себе старую?
Все это мучило его, буквально выворачивало наизнанку… он поглядывал то на дверь, то на стену, где висели, громко тикая, часы. Еще немного… осталось еще совсем немного… и… Стук в дверь заставил Жданова подскочить на своем кресле, а голос словно пропал, и только после того, как в дверь постучали второй раз, он сумел выдавить, что-то похожее на:
- Да, войдите…
Весь сжатый в пружину организм подсказывал ему правильно - это была Каролина. На ней было лимонное свободное платье-рубашка, по подолу которого были разбросаны мелкие голубые незабудки. Тончайшая шелковая вышивка, восхитительная изысканность… все это выглядело просто прекрасно, подчеркивало ее распущенные локоны и довольную улыбку. А еще Павлу казалось, что у нее стало еще больше веснушек, но, возможно, она просто чаще стала бывать на свежем воздухе.
- Лина, - Павел встал навстречу, он не знал, стоит ли подать ей руку, подойти, или, возможно, стоит просто пододвинуть для нее кресло, - как добралась, как себя чувствуешь?
- Хорошо, Паш, - она позволила себе улыбку, проходя вглубь кабинета, - сегодня гораздо лучше.
Она двинулась к его столу, но не закрыла за собой дверь. Обычно Каролина не отличалась забывчивостью или невнимательностью к таким вещам. Но просить ее вернуться и запереть дверь было бы странно, поэтому Павел встал сам, чтобы устроить им приватность, но отойти от своего стола ему не пришлось. Дверь закрылась. Правда, за спиной Юрия Воропаева.
Мужчина был хмурым, но спокойным, он кивнул Павлу, и молчаливым изваянием встал за спиной законной супруги, а она села в кресло напротив Жданова. Павел тоже занял свое место, язык словно прирос к небу и он не мог ни сказать, ни вздохнуть, но тянуть дальше не имело смысла. Он взглянул в глаза Юрию…да, с ним он тоже планировал поговорить, но… немного не так. А та ситуация, что он хотел обсудить с Каролиной, была… личной. Только между Линой и им самим, и Юрий, пусть и будучи пострадавшей стороной, не имел никаких прав на присутствие. Но, видимо сама Каролина решила иначе. Ведь он сам не рассказывал Маргарите об этой встрече, а больше никто… Перед глазами вспыхнул и пропал образ заплаканной Кристины. Черт, ну как он мог забыть об этом ребенке? Ей же не два года, и она способна отлично запоминать информацию, и не просто запоминать, а еще и передавать ее по назначению. Кристина ведь не хотела, чтобы Павел виделся с Линой - вот, пожалуйста.
- Мы не можем тут стоять целый день, - Юрий все-таки заговорил первым, - давайте уже обсудим то, зачем ты пригласил нас сюда. У меня еще есть дела, и они, как ты знаешь, безотлагательны.
Павел покосился на календарь на столе, сегодняшняя дата была обведена зеленым кружком, это был цвет Воропаева и значил его запланированные встречи. Какие конкретно, конечно, в этом крохотном квадратике уместить было нельзя, но цвета было достаточно. Юрий не просто пытался сократить время их пребывания в кабинете, он, правда, торопился. Жаль только, что время встречи там тоже не было указано, а то можно было бы попробовать потянуть время…
- Если уж мы говорим о приглашении, то я договаривался только с Линой, - несмотря ни на что, Павел не собирался пасовать перед Юрием. Да, Жданов мог согласиться с тем, что он испытывал чувство вины, но это совершенно не значило, что теперь он был обязан уступать Воропаеву во всем остальном.
- С Каролиной ты наедине встречаться больше не будешь. Никогда, - это прозвучало довольно резко, хотя лицо Юрия все также оставалось спокойным. Вот за это Жданов Воропаева всегда уважал - непоколебимость, холодная решимость… Сейчас это тоже было не так уж плохо, Павлу меньше всего хотелось, чтобы они начали личный скандал в стенах ЗимаЛетто.
- Юра, я все понимаю, но ты не можешь приказывать своей жене, с кем видеться, а с кем нет, - Павел сплел пальцы на столе, чуть вздергивая подбородок, - у нас давным-давно отменили крепостное право.
- Юра, - Каролина повернулась к супругу, осторожно касаясь его руки, - присядь, пожалуйста, ты же сам сказал, что нам нужно все решить. Если мы не поговорим - решения не будет. Ты ведь как никто это понимаешь.
Воропаев сел. Послушался супругу и сел, продолжая держать ее за руку, поглаживая пальцы, словно успокаивая или успокаиваясь. И в то же время он не торопился отвечать Павлу на его выпад, словно позволял…
- Я все-таки рассчитывал, что мы сможем поговорить вдвоем, - Павел повернулся к Каролине, - ты не рассказала мне о своем состоянии, хотя я имею право знать.
- Понимаю, - Лина сжала пальцы мужа, и Жданов не мог понять этот жест. То ли она сдерживала его от необдуманных слов или жестов, то ли она набиралась сил в этом прикосновении, - но этого вообще не должно было случиться. Так что результат всего этого стал… моей проблемой и моей ответственностью. Только моей, - она повернулась в сторону Юрия, чтобы встретиться с ним взглядом. Воропаев смотрел на супругу… с любовью, с нежностью и болью, и Павел решил, что теперь Юрий всегда будет смотреть на нее именно так. Он сам знал этот взгляд, он видел его каждый день, когда Маргарита просто смотрела на него. Не в ответ, не глаза в глаза, когда она смотрела на него, пока он сам не видел, был занят, занимался чем-то другим. Павел умудрялся перехватывать его несколько раз, и точно знал, что в нем была боль. Да, пополам с любовью и надеждой, но…
- Она твоя точно так же как и моя Лина, и я тоже имею право принимать решение…
- Не имеешь, - Воропаев сверкнул глазами в его сторону, - больше не имеешь. Каролина сказала тебе один раз, что не хочет тебя видеть, не хочет, чтобы ты к ней приближался. И я бы советовал тебе прислушаться к ней, чтобы проблемы прекратили множиться в геометрической прогрессии.
- Юра, я прекрасно понимаю, что ты хочешь мне сказать, - Жданов старательно подбирал слова, - я сам не знаю, как бы я чувствовал себя на твоем месте…
- Зато я знаю, - Маргарита вошла в кабинет неслышно, и даже дверь за собой умудрилась запереть без щелчка. Лина бросила в ее сторону короткий взгляд и тут же потупилась. Павлу показалось, что если бы она могла, то со своего места, она пересела бы на руки к супругу, словно в поисках защиты. Юрий же обменялся с Марго коротким взглядом и кивнул в знак приветствия. Теперь все становилось на свои места - это он пригласил Маргариту сюда, на этот разговор. Жданов вздохнул - да, эта беседа должна была стать важной, но он даже не представлял, что она может оказаться буквально судьбоносной.
Марго взяла одно из кресел и принялась толкать его ближе к Павлу. Но Жданов не шелохнулся, чтобы ей помочь, только когда она села рядом, до него дошло, что это было, по меньшей мере, некрасиво, но он признавался себе, что он попросту не додумался. Но ее это не уязвило совершенно. Маргарита сегодня выглядела просто прекрасно - яркая фиолетовая блузка, узкая юбка-карандаш, собранные в высоком пучке волосы - от нее веяло холодностью, профессионализмом и здравомыслием. Но Павлу этого здравомыслия почему-то не хотелось. Это должен был быть диалог между двумя запутавшимися наворотившими дел людьми, а не полилог между… всеми и вся. Он давно прекратил ощущать вину перед Маргаритой за свои похождения, и от этого ему было странно хорошо - загул и возврат стали для него чем-то обычным и понятным. Сама Марго прощала его, и он был благодарен, потому как ему не приходилось прилагать усилий для того, чтобы вернуться к ней. Но сейчас… сейчас он забрал у нее то, чего ей еще не подарил - ребенка. Павел знал, что Маргарита хотела забеременеть. У них не получалось, и она очень страдала. Две беременности у нее сорвались еще в начале их попыток, а потом и такие минуты радости, что получилось, их не посещали - а тут такое.
Он не обсуждал с ней то, что Лина беременна, не обсуждал с ней то, что этот ребенок может быть рожден, и что она будет видеть его ребенка от другой женщины чаще чем должна - то есть, никогда, но…
- Я теперь все понимаю еще меньше, - нахмурился Жданов, - мы все тут собрались для чего? Или это попытка избежать моего с Линой сближения? Ты же не думаешь, что я бы делал это в кабинете? - он резко обратился к Маргарите, но она просто вскинула руку вверх, останавливая подхватившегося со своего места Юрия.
- Не нужно, - она сейчас выглядела королевой, - мы же обо всем уже договорились, и ты согласился, что я права, ведь так?
- Если он не закроет рот, я сломаю ему челюсть, - бросил Воропаев и рухнул на свое место. Павел покосился на Юрия, впервые ощущая, что вся эта ситуация может выйти из-под контроля. Нет, нужно было осторожнее подбирать слова. Гораздо осторожнее, раз уж шанс поговорить с Линой наедине был потерян.
- Юра, не нужно, ты же понимаешь, что мы все переживаем, - Каролина снова вцепилась в руку супруга, - это… нелегко.
- Да уж, - Марго позволила себе короткую улыбку, - вы усложнили нам жизнь прилично, но с этим нужно что-то делать, пока все это, - она взмахнула рукой, - не пошло к чертям. И в этом должны участвовать все, чтобы решить это все раз и навсегда.
- И что же МЫ тут будем решать? - выгнул брови Павел, - мне просто интересно.
- Мы будем решать, Паша, как сделать так, чтобы построенная вами компания осталась на плаву. Отдельно друг от друга вы, возможно, сможете быть успешными, но вместе вы начали быть такими уже сейчас. И тебе, и тебе, Юра, есть что терять, - она покосилась в сторону Лины, но тут же отвела взгляд. - Мы все понимаем, что ситуация сложна, тяжела и…
- Здесь нет ничего сложного, - возмутился Павел, - Лина носит моего ребенка, и я хочу быть уверен, что она его выносит и родит. Он мой, и я имею право…
- Ты ни на что права не имеешь, - оборвал его Юрий, - и здесь нет твоего права, и твоего ребенка тоже нет. Каролина беременна от меня. Точка.
- Юра, не будь идиотом, неужели ты не понимаешь, что… - начал было Павел, но тут до него дошло, - нет, нет, нет, нет и еще раз нет. Так не будет. Я хочу… я не позволю… я живой, настоящий и я хочу принимать участие в воспитании. Это…
- Конечно, хочешь, - согласно кивнула Маргарита, - но этого не будет, Паша, и я тебе сейчас объясню почему…
Жданов даже не представлял, что все может быть таким… сложным и простым одновременно. Оказалось, что простить Лину для Юрия не составило труда, и даже то, что она носила ребенка от Павла, для него не стало проблемой. Хотя… судя по тому, что они до сих пор не жили в одном доме, Воропаев с этой мыслью свыкался. Но… когда дело дошло до этого самого принятия, Юрий решил, что жить в одном городе со Ждановыми они не могут, а это могло значить только одно - бизнес продать, деньги разделить, семью забрать. Все просто. Просто, но глупо, недальновидно и излишне эмоционально. И тогда на сцену вышла Маргарита. Ей не нужно было биться за Павла, ей не нужно было биться за семью или счастье - она и так видела, что Каролина больше никогда… Она решила, что будет биться за то, к чему стремилась бок о бок с Павлом - за хорошую, безбедную успешную жизнь.
Юрий и Маргарита договорились - Лина родит ребенка, и они укажут Юрия отцом, и он будет отцом этого ребенка ВО ВСЕХ смыслах этого слова. ВО ВСЕХ, и Павел никогда, НИКОГДА не приблизиться к этому ребенку, никогда не заговорит с ним о прошлом или о его рождении. Павел забудет, что ночь с Каролиной имела плоды. А Юрий в свою очередь не будет забирать деньги из компании, продолжит развитие ЗимаЛетто и даже вернется на работу. Для всех остальных они будут продолжать играть успешных партнеров по бизнесу - идеальное решение.
- Отлично, - оскалился Павел, - вот только вы не уточнили, согласен ли я. Вы предлагаете мне просто забыть, что у меня есть сын или дочь? Я буду видеть его или ее каждый день и…
- Ты не будешь, - Каролина покачала головой, и улыбка ее была уверенной, пусть и грустной, - если будешь настаивать, ты даже видеть не будешь… кто бы у меня… у меня с Юрой ни родился. Наша ошибка… она стоила всем слишком дорого, и я НЕ ХОЧУ втягивать в это еще и ребенка. Я не желаю, чтобы его разрывало между семьями, чтобы у него не было покоя, что он рожден… Если тебе будет проще - то считай, что я сделала… что я… - договорить она не смогла, осеклась на слове, которое пугало ее больше всего, и Павлу стало стыдно за то, что он даже на миг мог подумать, что Лина может…
- Думаю, достаточно, - Юрий погладил руку Каролины, успокаивая и поддерживая, - он все понял, - Воропаев повернулся к Жданову, - ты же понял? Это не твой ребенок. Он мой и Каролины, и об этом будут знать все, говорить все, и я тебе не советую даже словом обмолвиться о том, что это не так.
- И ты будешь с легкостью воспитывать чужого ребенка? - Павел попытался поймать взгляд Каролины, обращаясь при этом к Юрию, - и тебя это ни капли не волнует?
- Ты сейчас не помогаешь, - Маргарита пихнула его в бок, - просто закрой рот и согласись с тем, что тебе предлагают. Если ты думаешь, что все что сейчас происходит, дается нам легко, то ты глубоко ошибаешься.
- Я хочу, чтобы мне ответили, не более того, - Павел повернулся к супруге, - от меня требуют отказаться от моего ребенка, но при этом все хотят, чтобы я молчал? Это наглость, я бы сказал, запредельная.
- Наглость запредельная, это сделать ребенка жене друга, - отрезала Марго, и она наверняка продолжила бы дальше, но окрик Юрия заставил ее замолчать.
- Подбирай слова! Мы с тобой об этом говорили.
- Да, прошу прощения, - Маргарита потерла переносицу, - я просто… злюсь. Очень.
Павел выгнул брови, глядя на супругу, по ней было совершенно незаметно, злилась она или нет, это было так… странно. Он никогда не задумывался над тем, как же Марго удавалось оставаться такой спокойной. Может, она какие-то пилюли принимает?
- Паш, - на этот раз к Жданову обратилась Каролина, - я ПРОШУ тебя об этом. Я не требую, не угрожаю, не… я прошу. Если у нас, у нас у всех есть хоть малейший шанс на нормальную жизнь, хоть на минимальное ее подобие - согласись. Этот шанс нужен всем нам.
Каролина вздохнула и отвернулась к Юрию, и когда он коснулся ее щеки, она тут же прижалась к его ладони. Именно это прикосновение причиняло боль. То, с какой лаской, с какой нежностью она это сделала…
- Ну, - тишину решила прервать Маргарита, - кому-то нужен шанс, а кому-то здравый смысл. Я голосую за последний. У тебя, Паша, если ты выберешь здравый смысл, появится ШАНС видеть, как твой ребенок растет в достатке и любви. И если тебе так сильно хочется участвовать в его воспитании - вперед, сделай эту компанию еще успешнее. Поверь - хорошие деньги для будущего куда лучше, чем твоя сомнительная любовь и информация, что он или она - плод супружеской измены.
Юрий обжег Маргариту взглядом, но она не отреагировала, продолжая смотреть на Павла. Жданов же в свою очередь продолжал смотреть на Лину. Маргарита была права, она говорила разумно, четко, здраво. Но мог ли он с этим согласиться - вопрос.
![Дары, достойные почестей [Том 2]](https://assets.teinon.net/fanfic-covers/d_kEPdEzDnboYahYDofgwEc8hjfwvtjit5.webp)
