Вместо Отражения

Этот дом, точнее… вот это начало восстановления дома, Катя должна была увидеть не только после того, как он сделает ей предложение. А после того, как произнесет такое заветное и долгожданное “ДА”! Но… вышло, как вышло. И, что самое интересное, Воропаев совершенно не переживал, что все пошло не по плану. Александр всегда любил, чтобы все происходило так, как он наметил - секунда в секунду, минута в минуту. А с этой женщиной все это планирование стало совершенно неважным. Воропаев попытался объяснить себе, что же это все-таки происходит. И оно, это самое объяснение, нашлось - Катерина была с ним открыта, откровенна, она была готова не просто разделить с ним ЕГО жизнь, но и впустить его в СВОЮ. А это было крайне важно! Пушкарева проявила высочайший уровень доверия, когда решилась говорить с ним о своих страхах. Своем прошлом. И не только о боли, что причинил ей Жданов, но и о своей неудачной попытке новых отношений. Денис Хвощев - это имя теперь буквально выжглось на скрижалях памяти Воропаева. Был ли Александр ревнивцем - безусловно, был ли он идиотом - никогда! Именно поэтому Воропаев решил запомнить имя этого человека и, если тому вдруг понадобится помощь, он ему ее окажет. Ведь он искренне считал, что в свое время Пушкаревой с этим мужчиной действительно повезло. Она встретила его вовремя, и еще более вовремя он сумел ее отпустить. Черт… мороз проходил по коже от мысли, что Катя могла принадлежать этому Хвощеву, а не ему. Да… ревность… или это страх? Но признаваться себе пока не хотелось, ведь эти признания могли тяготить его только сильнее. Так что Александр решил сконцентрироваться на удовольствии от дороги и Катиной компании. А еще… у него закралась одна шальная мысль, но получится ее провернуть или нет, можно будет увидеть только на месте… Он не был в доме около недели, позволяя работникам выполнять план без постоянного надзора. Ведь ему без конца хотелось влезать в их дела, постоянно что-то подсказывать или просить изменить… Те ребята, которых нанял Воропаев, были отличными профессионалами, так что следовало просто выдохнуть и… дать им время. А последнего как раз у них было достаточно… И вот сейчас он впервые ехал туда не для того, чтобы портить настроение прорабу и строителям своими сомнениями, вопросами и цепким взглядом, а для того, чтобы… хвастаться. И это ему нравилось буквально до жути! - Саша, ты выглядишь таким довольным, что я начинаю подозревать тебя во всех преступлениях на Белом Свете, - рассмеялась Катерина. На ней был простой спортивный мятный костюм. И он так шел к ее светлым волосам, которые она завязала в хвост, открывая ушки и линию шеи. - Да, правильно делаешь, что подозреваешь меня во всем, - закивал Александр, - я тот еще прохиндей, я серьезно тебе говорю, так что… - он поиграл бровями, - бойся своих желаний. Хотя… возможно, ты не просила себе такую проблему? - Вот любишь ты выслушивать от меня комплименты, да? - Пушкарева тоже улыбалась, и явно была готова дразниться в ответ. - Конечно, - согласно кивнул Александр, - я люблю, когда ты меня хвалишь, как такое может надоесть, я вот не понимаю. - Саша, ты специально, да? - Катя с легкостью уловила его дразнящий тон, - вот дай мы только остановимся и я тут же тебя укушу. - Мне очень нравится твой настрой, - улыбнулся Воропаев, - но там, куда мы едем, будет много народу, так что я не думаю, что ты так уж бросишься меня кусать. Но, - он повернулся и подмигнул Пушкаревой, - ты эту мысль запомни, она мне нравится. Катерина буквально зарычала от бессилия, а потом расхохоталась. Явно получая не меньше удовольствия от этого общения, чем сам Александр. - Значит, ты мне так и не скажешь, куда мы едем? - Катя уселась так, чтобы смотреть на профиль Воропаева. - Нет, не скажу, потому, как мы почти приехали, - заверил ее Александр, - гораздо интереснее увидеть, чем услышать, ты же согласна? - Мне кажется, что тебе просто доставляет удовольствие напускать эту таинственность, - Катерина покачала головой, - я знала, что ты любишь держать людей в неведении, но чтобы меня… - А чем ты хуже других? Удовольствия едва ли не больше, - заверил ее Воропаев, и заметив, как нахмурилась Катя, рассмеялся, - ну все, не дуйся, лучше смотри, - они как раз повернули на нужную улицу, - через два дома то место, куда я тебя везу. - Дом… - Катя настолько сильно подалась вперед, что буквально забралась на Александра, чтобы лучше взглянуть в окно, - ты строишь дом? - эта новость поразила ее, и она взглянула на своего попутчика широко открытыми глазами, - ты… - кажется, в ее сознании вся информация стала сходиться в единую линию, - ты строишь дом для нас? - она снова покосилась в окно, - а мы можем посмотреть? - Мы как раз для этого сюда и приехали, поэтому, да, мы можем, - Александр быстро коснулся ее губ своими, - пошли. Он только успел выйти из машины, как Катерина уже оказалась рядом с ним - сразу видно мотивированного человека. Воропаев согнул руку в локте, предлагая Пушкаревой принять его помощь. Катя тут же с удовольствием взяла его под локоть. - Веди меня, я, - она вздохнула, - очень хочу посмотреть то, что ты собираешься мне показать, - Катя взглянула ему в глаза и улыбнулась довольно и словно бы несмело. Но Александр понял, что это скорее как предвкушение и нетерпение. - Это не просто приобретенный участок, и не просто так себе дом который я решил построить, - начал рассказывать Воропаев, открывая калитку, - здесь есть своя крайне особенная история, - он сделал короткую паузу, позволяя Кате полюбоваться на внутренний двор. Приводить его в порядок пока было рано, ведь тут и там лежали стройматериалы, но даже так просматривалась его красота. - А я смогу услышать историю этого места? - Пушкарева произнесла это полушепотом, даже не глядя на Александра, продолжая крутить головой, - здесь… здорово. Это может прозвучать глупо, но, несмотря на то, что тут толком ничего нет, все… понятно. Такое ощущение, что я… знаю, как это все будет выглядеть. - Это из-за узнаваемого вида усадьбы, если хочешь, - кивнул Александр, - у меня мама в свое время именно поэтому и выбрала это место. А дом, к слову, мама проектировала вместе с архитектором самолично. Отец очень хотел, чтобы этот дом был именно таким, как она себе представляла. Они начали строительство, и все это шло довольно активно, но потом авария… - Воропаев разглядывал дом. Сейчас внутри него шли активные ремонтные работы, а потом уже должны были заняться фасадом. Так что сейчас дом напоминал собой нечто сошедшее со страниц готических страшилок. Каролина Воропаева очень любила шпили и пики, бойницы и острые углы крыши, а еще витражные окна. Несколько из них до сих пор были в подвале, подготовленные к тому, чтобы можно было их вставить в рамы. - Понимаешь, я просто не смог продолжить строительство, и дом потихоньку приходил в негодность. А вот сейчас… я понял, что я готов. Правда, мамин план дома пришлось пересмотреть. - А… почему ты решил пересмотреть план? Я же вижу, что он… практически готов? - Катя немного нахмурилась, - тебе не кажется, что было бы правильным, если этот дом был бы сделан так, как этого хотела твоя мама? - Нет, - покачал головой Воропаев, - я тоже думал над этим вопросом, и решил, что я не восстанавливаю дом в ее честь. Я любил маму и просто обожал отца. Они были для меня невероятно близкими людьми, и я хочу сделать многое, чтобы увековечить их память. Но этот дом не был бы построен, чтобы просто можно было бы воплотить в жизнь мамины идеи. Она хотела для себя прекрасный замок. Знаешь, сколько бы ей ни было лет, она продолжала верить в некое чудо, магию, и создавала ее вокруг себя. Она передала это и Кристине… Возможно Крис могла бы отстроить дом маминой мечты, но она точно не будет этим заниматься. А когда я решил, что хочу наш дом, то я понял, что было бы кощунством просто продать этот участок и купить новый. Но дом… дом будет НАШ. Бесспорно, я оставлю некоторые элементы, о которых мама мечтала - это логично и красиво, и будет хорошей памятью, но я не буду строить замок дракона, где будет заперта принцесса, - он довольно улыбнулся Катерине, - я хочу построить дом, где будут жить реальные, неидеальные люди. - А мы в сам дом сможем войти? - Катя проследила, как несколько работников выносили из здания мешки со строительным мусором. Они остановились, покосились в их сторону, потом кивнули, явно приветствуя, и снова заторопились по своим делам. - Да, мы пойдем внутрь, но там сейчас ремонт идет полным ходом, так что мы можем посмотреть только каминный зал и кухню на первом этаже - они готовы. Даже камин полностью функционирует. А остальное… можно подняться на второй, если нас пустит туда Егор Николаевич. - Я так понимаю, что Егор Николаевич сейчас тут начальник? - Катерина улыбнулась, и прижалась к Александру теснее, - даже не знаю, как ты позволяешь кому-то что-то тебе позволять или нет. - Ну, я в первую очередь тут начальник, - наморщил нос Воропаев, он знал, что Катя просто дразнится, но велся на это, привычно защищаясь, - но я стараюсь не мешать Егору Николаевичу в его работе. Он просто отлично справляется, да и, как ты знаешь, я всегда выбираю лучших. - О! В этом я совершенно не сомневаюсь, - покачала головой Пушкарева, - просто… ты прости, но у тебя колоссальный уровень упрямства! Думаю, что этому Егору Николаевичу с тобой не так уж просто. - Вот ты сейчас мне пытаешься сказать, что я деспот, да? - Александр выгнул брови, глядя на довольно улыбающуюся Катерину. - Ну… да, - она закивала, и тут же поправила прядку, что выпала из ее хвоста, и теперь красиво обрамляла ее лицо. Воропаев погладил эту самую прядку, принимаясь ее накручивать на указательный палец. - Могу сказать, что ты права, - улыбнулся Александр, снова, как в первый раз удивляясь гладкости и шелковистости ее волос, - но… и им, - он кивнул в сторону дома, имея в виду работников, - и тебе придется мириться с этим. Они-то точно будут, я им плачу за это очень хорошие деньги. А ты готова? - Я? Готова, но со мной тебе тоже предстоит расплачиваться, - Катерина довольно улыбнулась, и Воропаев склонился к ней чуть ниже, касаясь ее носа своим. - И что же ты хочешь от меня в качестве платы? - ему хотелось ее поцеловать, но еще больше ему хотелось услышать ответ. - Любовь, - она облизнула губы, а потом чуть повела своим носом вдоль носа Александра, - это самая дорогая валюта. Ты сможешь? - Если тебя она устраивает, то я буду с огромным удовольствием платить тебе именно этим, - на этот раз он все-таки вовлек ее в поцелуй, правда, максимально целомудренный и короткий, просто потому, что это не самое лучшее место, чтобы слишком открыто демонстрировать свою привязанность. Они же не шоу приехали устраивать в самом деле. Воропаев уже собрался было отпустить Катерину из своих объятий, но не тут-то было. Руки девушки сжались сильнее, и она вовлекла в его очередной поцелуй. Иногда Александру казалось, что эта близость Катерине нужна даже больше чем ему самому, хотя именно себя он считал совершенно зависимым от этой просто невероятной женщины. Он прижал ее к себе, на этот раз, целуя ее глубоко и страстно, заставляя ее немного прогнуться назад. И это было настолько восхитительно, что… - Катюша, - Воропаев немного отстранился от Пушкаревой, продолжая упираться своим лбом в ее, - у меня тут небольшая проблема, кгм… так что нам нужно… совсем немного прерваться. - А что… а что не так? - немного растерянно захлопала ресницами Катя, глядя на Александра, - во дворе же сейчас кроме нас никого нет. - И это хорошо, - рассмеялся Воропаев, - я бы не хотел прослыть несдержанным подростком, - но Катерина все еще не понимала. Тогда он прижался к ней еще теснее, позволяя ей ощутить свое возбуждение, - у меня на тебя стояк. И это минутный поцелуй. Я не против, в конце концов, это здоровая реакция, но как-то неприлично так разгуливать. А затащить тебя в укромный угол я не могу. Точнее, он тут есть, но… - Это просто, потому что я тебя поцеловала? - Катя все еще выглядела удивленной, и попыталась… нащупать рукой… - Катя, боже, ты мне совершенно не помогаешь. - Александру пришлось перехватить ее руку, - мы так с тобой до дома не дойдем. Точнее дойдем, но не до этого. А тебе же все еще интересно? - А? Да, конечно, - Пушкарева покосилась на дом, на этот раз уже не так уверенно, а потом взглянула на Александра снова, - я люблю тебя. - Как интересно, - покачал головой Воропаев, - я иногда не понимаю, что может спровоцировать тебя на эти слова, но… я тебя тоже люблю. Но тебе придется… меня немного прикрыть, - он сбросил спортивную кофту, оставаясь в футболке, а потом перебросил ее через руку, чтобы можно было создать подобие “ширмы”. -Конечно, - кивнула Катя, - в конце концов, я виновата в этом, - она стала немного впереди, но в то же время так, чтобы ей было легко на него оглядываться, пошли? Но зайти им в дом не удалось и на этот раз. К ним навстречу вышел высокий худой мужчина с окладистой, смолисто-черной бородой и такими же усами, но при этом… совершенно лысый. - Александр Юрьевич, - у него был приятный мягкий голос, но Воропаев знал, что он мог в любую минуту измениться на резкий окрик, если кто-то из его подчиненных выкинет что-то из ряда вон, - решили проверить как наши дела на втором этаже? - Я так понимаю, это Егор Николаевич? - зашептала Катерина, немного повернувшись к Александру, и он кивнул. - Да, сейчас у тебя будет шанс с ним познакомиться, - Воропаев протянул руку Гурскому, - добрый день, решил показать будущей хозяйке ее дом. - Даже так? - в голосе Егора была приличная доля удивления, и он, после рукопожатия с Александром, тут же протянул руку Кате, - Егор Николаевич, занимаюсь тем, что создаю это место практически заново. - Екатерина Валерьевна, - Катя пожала протянутую руку Гурского, - я наслышана, что вы просто лучший из лучших. Так что мне приятно познакомиться. Очень. - Пока вы не увидели мою работу, не следует петь мне дифирамбы, - улыбнулся Егор Николаевич, - но мне лестно слышать эти слова от вас. - Так, все, поздоровались и хватит, - Александр нахмурился и потянул Катю за капюшон спортивной кофты поближе к себе, - как продвигается реставрация? - Довольно неплохо, - кивнул Гурский, откашлявшись, явно пряча за этим кашлем смешок, - нас немного тормозит именно потолок, но, в общем и целом, все очень даже… стабильно. После того как мы заменили несколько балок дело пошло быстрее. Коробка-то, по сути, была добротной. - Отлично, - кивнул Воропаев, втайне радуясь, что всплеск недовольства, и даже… ревности, заставил его немного остыть, так что прикрываться уже было не нужно. Он подтащил Катю к себе под руку, чтобы довольно по-хозяйски ее обнять, - мы что-то можем посмотреть? - Конечно, - Гурский махнул рукой, прекрасно понимая, что Воропаев в любом случае войдет в дом, так что проще было разрешить и самому провести “экскурсию”, - хотите посмотреть все или что-то конкретное? - Сперва мы хотим посмотреть то, что уже готово, - кивнул Александр, - а потом то, что сейчас посмотреть безопасно. - Если мы вам, конечно, не помешаем, - Катерина мило улыбнулась Егору, и пискнула, когда Воропаев прижал ее еще ближе, - я просто пытаюсь быть милой. - Не нужно пытаться, - вздохнул Александр, - ты и так достаточно милая, твоей улыбки вполне достаточно. - Знаете, Катерина Валерьевна, вы мне лучше даже не улыбайтесь, - Гурский улыбнулся Пушкаревой, - а то я не хочу лишиться работы из-за улыбки, пусть даже и такой прекрасной. Катерина тут же продемонстрировала, как она “запирает губы на замок” стараясь сделать максимально серьезное выражение лица. - Так мы идем? - выгнул бровь Воропаев, а Егор махнул рукой в сторону дома. - Прошу, начнем с самого интересного… И экскурсия началась.

* * *

Кира перебирала в руках резные деревянные бусы, которые подарила ей Кристина. Они были сделаны из рудракши, и Кира носила их в виде браслета на левой руке. Они много раз были обернуты вокруг запястья, но “хвостик” все равно оставался достаточно длинным, чтобы она могла с ними играть и поглаживать их. Александр покосился на ее тарелку, не без удовольствия замечая, что там было более чем достаточно разнообразной еды - мясо, овощи, сыр, несколько соусов и зерновой хлеб. С того момента как его младшая сестра узнала, что она беременна, она стала гораздо лучше заботиться о себе. Хотя Катя все еще считала, что каждые три-четыре дня Кира была просто обязана ночевать в квартире Александра. Сам Воропаев был совершенно не против, его только удивлял такой задор Катерины. Но расспросами он не донимал ни сестру, ни любимую женщину - пусть делают как хотят, лишь бы все были в мире. - И что, Кристина сказала, что это твой… так сказать, амулет? - Александр взглядом указал на бусы, и Кира довольно кивнула. - Ага, и ты знаешь… это так глупо, но мне кажется, что когда я стала его носить, то меня тошнить стало куда как меньше, - призналась Кира, - но, думаю, во многом это все-таки эффект плацебо. - Да пусть и так, если тебе легче - я не против, - Воропаев сделал глоток сока, - Кирюш, ты же знаешь, что я тебя просто обожаю, и время с тобой для меня счастье, но сегодня у меня просто ОЧЕНЬ много работы. Ты мне скажи - ты просто увидеться или это что-то срочное? - Да, прости, - Кира покачала головой, - я не просто так тут с тобой заседать планировала, у меня правда очень важный и серьезный разговор. Так еще и тема, которая тебе совершенно точно понравится… ну… нет, возможно, немного и не понравится. Но в целом я думаю, что ты будешь не против… - Кирюш, ты меня сейчас запутаешь вконец, - потряс головой Воропаев, - поэтому давай ты мне все расскажешь по порядку, а я уже потом решу, радоваться мне или нет, - он протянул руку, чтобы коснуться пальцев сестры, что теребили деревянные бусины, - только не переживай. - Да я не слишком-то и собиралась, - призналась Кира, - просто… я хотела поговорить с тобой о хорошем адвокате, который мог бы заняться моим вопросом… моим разводом. Просто, - она пожала плечами, - мне нужно развестись с ним до того, как живот станет заметным, иначе потом нас могут еще год после рождения ребенка не развести. А учитывая то, что Маргарита перестала меня поддерживать… мне нужно ускорить этот процесс. - Ну, это определенно хорошие новости, - признался Александр, - ведь когда я узнал, что ты в положении, я был практически уверен, что ты с разводом наоборот притормозишь. - И ты бы меня даже не отговаривал? - Кира выгнула брови и улыбнулась, - могу сказать, что у меня даже мысли такой не проскочило… ну, не дольше чем на пару минут, так что не все так со мной плохо следует признать. - С тобой в принципе все хорошо, - хмыкнул Воропаев, - я тобой горжусь, что бы ты ни выбрала, я всегда буду на твоей стороне. Да, я признаюсь, что мне Андрей как зять не симпатичен, и я считаю, что голову ему оторвать мало. Но я видел, как вы переживали прошлый раз, и судя по всему, сейчас он… рад? - Рад, - кивнула Кира, - и еще рад, что я не собираюсь останавливаться с разводом. Вышло так, что он сейчас не может быть инициатором. Если раньше я… это было искренне моим решением, то сейчас Маргарита ему просто голову откусит, если узнает, что Андрей поддакивает мне. Она… это вторая часть новости, которая тебе не понравится. - Кира вздохнула и снова стала играть с деревянными бусинами, - Маргарита была ЗА мой с Андреем развод потому, что она решила… - Да не мнись ты, - улыбнулся сестре Александр, - я знаю, что Марго видела, что у тебя с Андреем все равно не клеится. Вы уже и жили отдельно, так что внуков она дождаться отчаялась. А тут она воочию смогла узреть Катерину. Объект воздыханий ее сына оказался просто отличным, так что она решила, что его можно с тобой разводить, а с Катей сводить. Я же не слепой, я вижу все ее попытки и замашки. То, что ее клинит на тебе теперь - исключительно потому, что ты беременна. Я знаю, что у тебя не было выхода, и ты желала быть честна, но теперь тебя из рук Маргариты нужно буквально выдирать. А о Кате не переживай, она сама может себя защитить, и это я молчу о том, что у меня на Екатерину Валерьевну далеко идущие планы, так что ничего не будет. А Маргарите придется остаться с носом во всех смыслах. Тебя я ей не отдам, тем более что ты готова дать ребенку фамилию Ждановых без вопросов. На большее Марго рассчитывать не может - рабство твое подошло к концу. Ну а с Катериной ситуация и того проще - мы поговорим с ней и наша дорогая Пушкарева походит в моих невестах, пока не решится на нечто большее. Так что так. - Это… это все здорово, - кивнула Кира, - но… я не хочу, чтобы ты ругался с Маргаритой, ни по моему, ни по Катиному поводу. Знаешь, она тоже живой человек, и все чего она хочет - это счастье для своего сына, и обвинять ее в этом я не могу. - Тебе нужно перестать думать об этом, - покачал головой Александр, - иначе ты поддашься ее влиянию. Я отношусь к Марго… ровно, настолько ровно насколько позволяет вся наша ситуация, но я не могу отрицать, что манипулирует она ничем не хуже чем сам Андрей. У них это если не семейная черта, то совершенно точно умение, которое он у нее скопировал. Но в отличие от своего сына Маргарита способна действовать куда мягче, я бы сказал исподтишка. Глазом не успеешь моргнуть, как ты в ее сетях. - Ну, Маргариту я знаю едва ли не лучше тебя, - пожала плечами Кира, - и все это я тоже и вижу и знаю, и… понимаю, если уж быть честной. Поэтому я минимизировала общение с ней. Но, как ты понимаешь, это ненадолго. Так что мне нужен адвокат буквально… на вчера. Чтобы в дальнейшем я могла говорить с Марго… не то чтобы с позиции силы, но совершенно точно через букву закона. А то ее непонимание слова “нет” перестало мне казаться милым. - А что, раньше казалось? - Воропаев выгнул брови в притворном удивлении. Он отлично помнил, как в свое время Кира на Маргариту едва ли не молилась и соответственно все, что делала госпожа Жданова, тогда единственная в своем роде, казалось ей верхом гениальности и продуманности. - Прекрати меня дразнить, - нахмурилась Кира, а потом почесала нос, - ты же знаешь мой ответ. Или тебе нравится, когда я признаюсь в своих ошибках? - Ну как тебе сказать, - оскалился Александр, но потом покачал головой, - да, я бы хотел дразнить тебя… и делал бы это с удовольствием, но твое положение рушит мне все планы. Так что, не нужно мне ничего говорить. И да, твою просьбу я услышал, завтра я к тебе пришлю хорошего человека. Я так понимаю, Андрей руками и ногами “за”? - ему не хотелось, чтобы Кира встряла в какие-либо разборки с пока еще мужем. На крайний случай всем этим мог заняться и сам Воропаев, но это только в том случае, если все это должно было перерасти в проблемы. - Андрей рассуждает примерно, как и я, - Кира прекратила тиранить браслет, и на этот раз ее руки переключились на стакан. Она чуть покачала его в руках, словно намекая, чтобы Александр наполнил его водой. Воропаев тут же взялся за графин, стараясь налить так, чтобы в него не попало слишком много кубиков льда, с замороженными в них тоненькими ломтиками лимона и крохотными цветами ромашки. - Он считает, что Маргарита думает в первую очередь о себе, что она боится, что я не буду позволять ей и Павлу, ну и Андрею тоже видеть ребенка. - Ну и с чего она может такое решить? - Воропаев нахмурился, наливая воды и себе, - если бы ты хотела, то могла просто промолчать, ведь так? А ты этого не сделала, так что у них уже есть шанс активно становиться частью новой жизни, а вместо этого… - Так, мне кажется, что ты начинаешь злиться, - вздохнула Кира, - пока еще это просто предположения… и мои, и Андрея. Просто… мне не нужен адвокат, чтобы защититься от него, мне нужно в первую очередь защититься от Марго. Точнее, от того, что она может выкинуть, чтобы не дать мне той свободы, которая мне сейчас так нужна. - Если ты хочешь, то я могу сам поговорить с Маргаритой, чтобы она тебя не трогала, - Александру не нравилось, что Кира находилась в напряжении из-за Марго, но сестра только головой покачала. - Нет, не нужно, я уверена, что адвоката мне будет более чем достаточно. Мне ведь, по сути, нужно только развестись, и чтобы никто палки в колеса не ставил, а то… ну, чтобы не ставил… ты же понимаешь. А вот относительно реально серьезных моментов, ну, как дележ имущества, то у нас с Андреем все отлично. Да и тебе ли не знать, - она довольно улыбнулась, - ты же сам участвовал в создании этого нетленного брачного контракта. - Он, конечно, не идеальный, - хмыкнул Воропаев, - меня тогда интересовало только одно, чтобы ты осталась при своем. Чтобы не было никаких объединений активов и прочей ереси, которую так хотела провести Маргарита. - Павел ведь тебя тогда поддержал, - Кира улыбнулась… странно мечтательно, - могу сказать, что Маргариту это тогда расстроило. Она долго потом ему вспоминала, что он не встал на ее сторону. А для нее, хочу сказать, это было очень важно. - Чтобы ты и Андрей объединили ваши активы? - выгнул брови Александр, но Кира только отмахнулась. - Да нет, чтобы Павел ее поддержал. Ты же знаешь, как сильно Маргарита не любит, когда ей перечат, да тем более кто? Муж! Родной и самый близкий человек, - Кира сделала глоток воды, - иногда мне казалось, что еще пара лет, и я стану как она. А это, знаешь ли, печально и даже страшно. Хотя я ОЧЕНЬ люблю Маргариту, правда. Но вот эта ее паранойя… даже не знаю… Ее совершенно точно повернуло на информации о внуке. Мне даже кажется, что первый раз она не была так счастлива. Хотя, я думаю, что это у меня такие… искаженные воспоминания. - У тебя точно искаженные воспоминания, - кивнул Александр, - потому как я помню, что Маргарита была просто на седьмом небе. Так что я сейчас могу только представить, как она там сходит с ума, да и Павла сводит… - Переживаешь за него? - Кира моментально сменила тему, пытливо глядя на Александра, и тот поморщился. Ну и зачем он вообще начал об этом говорить! - Так, давай ты не будешь начинать даже, - он уткнулся в стакан с водой, чтобы не добавить что-то излишне резкое. Его все еще крайне задевала эта тема, и это раздражало. Воропаев предпочитал контролировать свои эмоции, а не срываться вот так… и пусть сейчас ему удалось сдержаться, но… - Все-все, - вскинула руки вверх Кира, - я не буду, я просто подумала, что, возможно, ты бы хотел об этом поговорить. А то Павел говорит, что сейчас вы с ним очень редко видитесь. Говорю тебе, такими темпами он скоро снова вернется в больницу. Только чтобы тебя чаще видеть. - Я не нанимался быть ему нянькой, - буркнул Александр, - и я предупреждал - как только он окажется дома, то я умываю руки. Я знаю, чего он хочет, но я не могу ему этого дать. Так что давай лучше о тебе и адвокате. - Не вопрос, - с легкостью согласилась Кира, - но знай, что в случае чего я открыта для таких бесед. - Спасибо, это я знаю, - он улыбнулся сестре, принимаясь за еду и размышляя о том, что если бы ему было нужно поговорить, он бы пришел к Кристине, ведь она, в отличие от Киры, ситуацию знала куда глубже. Но пока делать этого он не собирался. Пока.