Снова вместе

«Хороший сон, хороший сон..и как блять?!- снова мысленно возмущался Бакуго, поворачиваясь на другой бок, лицом к стене.- Я же видел его! И слышал! Мне не показалось! Или я уже с ума сходить начинаю?». Легкий смешок вырвался из уст блондина, после чего он сжался и поправил на себе тонкое одеяло, снова стараясь уснуть. *** - Вау, Каччан,у тебя такая крутая причуда!- со всех сторон слышался чей-то тонкий, восхищённый голосок, пока Кацуки демонстрировал свою взрывную причуду. Вскоре зелёная макушка остановилась напротив, с огоньком интереса продолжив разглядывать причуду друга.- Ты наверняка станешь лучшим героем! - А?- не ожидав такого, блондин слегка наклонил голову, уставившись красными глазками на Изуку.- ты так думаешь? - Да! Каччан ведь лучший! С такой причудой ты точно должен стать героем!- смеялся тот, забавно дергая кулачками вверх-вниз.- Это просто невероятно! Надеюсь у меня тоже будет крутая причуда, чтобы мы вместе стали героями! Прямо как Всемогущий! - Героем? Было бы круто!- сразу подхватив настрой мальчишки, Кацуки будто загорелся этой идеей, пока его искры в руках медленно гасли.- Тогда я и правда стану героем! Таким же сильным, как Всемогущий! - Давай постараемся!- продолжил тот, вскоре снова начиная прыгать вокруг Бакуго.- А покажи ещё раз! Изуку был первым, кто сказал, что Кацуки станет героем, это было так приятно, он ведь и правда очень долго повторял это, пока не подхватили другие дети, а после и взрослые, стараясь поддержать мечту и первый смысл жизни малыша. Тогда и Бакуго поверил в себя, поверил, что должен стать героем и стремился к этому вместе с Изуку, как соперники и друзья. Только вот, похоже, забылось значение слова «дружба». Внезапно это стало просто соперничеством, ещё в младших классах, затем всё стало приобретать более агрессивные оттенки, мягко переходя в простые издевательства над Изуку ради лучшего результата Кацуки. И вроде он чувствовал, что поступает не правильно, но продолжал смеяться над ним, унижать и повторять, что героем он не станет. И ведь Бакуго как никто другой знал, насколько Деку было больно слышать это, но он так и не остановился. - Я и правда это заслужил, Каччан?- отдавался эхом его голос, так близко, что казалось, будто прямо в комнате. Резкое пробуждение в холодном поту, сжимая футболку на груди, он усаживался на постеле с тяжелым дыханием пытаясь прийти в себя. На часах без пятнадцати шесть. Посчитав это прогрессом и «хорошим» сном, блондин понемногу восстанавливал дыхание, с трудом заставляя себя спустить ноги на пол и спустится на кухню. Хочет он или нет — не важно, главное сделать хоть что-то, что бы вытащить себя из этого дерьма, и лучший способ для начала, это лёгкий завтрак, приготовленный самостоятельно. Устанет за день — сразу уснёт, как только ляжет в постель, а если повезет, вовсе не будет видеть сны. Кацуки спокойно достал сковороду с нижней полки, включил плиту, взял масло, яйца и вчерашний острый соус матери, оставив всё на столе. Для начала Бакуго поставил посуду на огонь, отрезал небольшой кусочек масла и держа его на ноже, оставил плавится в сковородке. Вскоре масло начало шипеть, растекаться по всей поверхности и даже темнеть. Тогда то Кацуки приступил к яйцам. В левой руке нож, в правой яйцо и опустив пониже руку, прямо над посудой, тот ударил ровно посередине. Белок, а затем и желток, растеклись в одной части, постепенно подходя к полной готовности. Так же было с ещё двумя яйцами, у которых так же намеренно остались целыми желтки. Прошла минута, затем вторая, третья и четвёртая. Еда уже была готова и выключив плиту, к шести утра блондин поливал завтрак острым соусом, добавляя и другие специи для вкуса. Это и правда помогло поднять настроение, а так же и настрой на продуктивный день. Жидкий желток вперемешку с острым соусом Мицуки, а так же хорошо поджаренным белком — просто лучший завтрак, который пусть и не в больших количествах, но было приятно съесть. После этого Бакуго хорошенько помыл посуду, в этот раз более аккуратно её вытер, и наконец вернулся в свою комнату, пока родители ещё не проснулись. И вот, на часах почти восемь утра, Кацуки пришёл к тому, что стоило бы заняться учёбой, хотя бы что бы отвлечся. Он был погружён в домашнее задание и лишь изредка на шум шум сборов на работу. Отец спешит, а мама возмущается, торопя его и попутно помогая, дабы поскорее выпроводить. У неё стало куда больше дел, и забывчивость мужа ей мешала. Как никак, но теперь помимо собственного дома она ухаживала и за домом Мидории, ведь та просто не справлялась больше. И это был ещё один повод винить себя. Не сболтнул бы он ту глупость, всё было бы в порядке. Дверь захлопнулась и мамины шаги вскоре стали отдаляться, а спустя минут десять послышался и второй хлопок двери — Мицуки тоже ушла, оставив Кацуки одного, в полной тишине. И пусть он чувствовал лёгкое напряжение, но продолжил свои занятия, стараясь уловить хоть какой-то смысл текста перед глазами. Десятый круг, попытки решить хоть одну задачу тщетны и парень бросает свои попытки, вновь чувствуя, как тревога наполняет голову. Не получилось с учёбой — возьмись за уборку. И пусть это не самое лучшее, но хоть что-то, что может быть полезным и вполне выполнимым. Пара вещичек в стирку, остальное в шкаф, за ними протирание пыли, попытки пропылесосить и случайно задетая полка. - Чёрт..- слыша треск, Кацуки обернулся и взглянул на пол. Не смотря на то, что это был сам всемогущий, внутри он все равно хрупкий, падение не пережил. - Ох, Каччан! Надо быть осторожней, это же всемогущий!- Изуку явно был расстроен этим больше Кацуки, он надул щеки и нахмурился, словно капризный ребёнок, пока с его щёк стекали струйки крови. Они плавно сходились в одну каплю на подбородке, а спустя считанные секунды падали на пол. Сразу всё внутри сжалось, его присутствие прекрасно ощущалось, все звуки хорошо слышны, Кацуки всё понимал и чувствовал, ошибки быть не могло. Это не была простая галлюцинация, Изуку и правда был тут. - Каччан? Эй! Я же с тобой разговариваю!- продолжил тот, пока руки блондина постепенно начинали трястись. Он не верил в то, что происходит, не хотел верить. - Каччан! Не молчи! Тихий грохот от пяток, скрип постели и холодок прошёлся по спине блондина. Стуки капель крови с лица зеленоволосого стали громче, а это значило лишь одно — он совсем близко. Наконец Кацуки перестал дышать, как только бледное лицо со стеклянными глазами и надутыми губами оказалось совсем близко. Бакуго хотел бы закричать, но не мог даже двигаться, лишь рухнул на землю от ватных ног, ощущая, как каждая конечность содрогается от вида этого..духа? Трупа? Впрочем, это было не важно, ведь Изуку подобное лишь позабавило. - Ой! Ты испугался! Ха-ха!- послышался уже смех парня, после чего на его лице появилась до ужаса мерзкая улыбка, но подходить он не стал.- Не ожидал? - Ч-что ты хочешь?- наконец сорвалось с уст Бакуго, когда он понял, что Деку никуда не исчезнет. Это и вправду не была галлюцинация от усталости или голода, он был рядом. - Много чего, на самом деле..- будто издеваясь, Изуку отвёл взгляд от парня, так и создавая впечатление размышлений.- я хотел бы стать героем, Каччан. Жаль, что я больше не могу, хотя тебе наверняка все так же плевать.. - Из-за тебя я больше не имею шанса.- губы парня оголили его оскал, можно ли назвать такое выражение лица улыбкой? Едва ли. - и я заслужил этого? За что? Скрип калитки, отвлёк не только Бакуго, но и Изуку. Кудрявый первым развернулся в сторону окна, за ним и Кацуки. Последняя капля крови упала на пол, отдаваясь эхом о стены комнаты, но хлопок входной двери быстро затмил этот шум. Деку больше не было рядом, холод прошёл, беспокойство тоже, но страх, дрожь в теле и ужас на лице — нет. Кацуки даже не мог понять, что же произошло, просто смотрел в одну точку, ожидая пока всё пройдёт, и пытался понять, что же это было. *** Первые пару дней всё повторялось, разве что лишь содержание диалога менялось. Мицуки и Масару уходили, Кацуки пытался найти себе дело, занимаясь домашней работой, уборкой, готовкой, всем чем только можно, лишь бы забыться и отвлечься, но в определённый момент появлялся он. Иногда Изуку ругал за отношение к родителям, помогал с домашней работой, указывая на ошибки и насмехаясь над страхом Бакуго. И не смотря на возможную доброту, заканчивалось одинаково: «Почему же ты поступил со мной так? Где я провинился, Каччан?», «Каччан, я так хотел стать героем..», «Мне ведь было больно, очень больно. Разве я заслужил этого, Каччан?». Изуку просто не оставлял шанса, каждый раз напоминал блондину, что он виноват в его смерти. Со временем Изуку стал всё чаще появляться и во снах, именно таким, уже мертвым. Он мелькал в воспоминаниях из детского сада, младшей и средней школы, мелькал в воспоминаниях с прогулок, посиделок дома, когда мама звала Инко поболтать, а та брала маленького Изуку с собой, чтобы не скучал. Вроде бы он был жив в тех снах, но каждый разговор выдавал все. Он вновь и вновь винил Кацуки, напоминал, что мертв, хотя они могли бы как раньше вот так собраться и играть в героем. И чем дальше заходил Изуку, тем меньше понимал происходящее Бакуго. Предметы казались другими, не такими, как Кацуки их помнил, слова и голос матери — не настоящими, совсем чужими, будто они принадлежали не ей. Иногда казалось, что и лица были не их, хотя что уж говорить о родителях? Он перестал узнавать даже себя. В зеркале был другой человек, уставший, готовый вот вот расплакаться. Разве он такой? Он ведь был другим, вроде бы. Живой, активный и дерзкий, все время чем-нибудь да занят. А что сейчас? Не может найти себе место даже в собственной комнате, будто бы в гостях у почти незнакомого человека. Боится заговорить с матерью, лишь бы не узнать, что это сон, в котором его вновь и вновь будут винить. Он уже и не помнил, когда это началось, все в отрывках каких-то, как чужие воспоминания, не его мысли, не его действия, вообще чужая жизнь. Хотя где-то приходило осознание, что все на своих местах, ничего не изменилось, никто новый не пришел и он все так же в своем теле. Только вот это не спасало, лишь добило мальчишку, что и так перестал понимать происходящее с ним. *** - Кацуки, Кацуки!- повышая тон с каждым словом, Мицуки пыталась привлечь внимание сына, пока тот снова засовывал пустую вилку в рот.- Что с тобой? Всё хорошо? Тебе снова плохо? - А..я..- ответ вроде бы был готов, но ничего сказать тот не мог. Лишь глаза бегали то по лицу матери, то по столу с разнообразной едой и по своей тарелке.- задумался просто.. - Задумался?- беспокойство и недоверие чувствовалось, но почему-то Бакуго никак на это не реагировал. Его не злило это, не расстраивало и вовсе не волновало. Он всё ещё не мог понять, что происходит, спал ли он в это время, спит ли сейчас или это вправду происходит? - Да, да..- вновь сказал тот, приступая вновь к рису. Всё же это была реальность, чувствовался вкус, а значит нужно придумать, что сказать.- я просто подумал, может пора в школу вернутся? - Ох..милый.- кажется женщину устроил такой расклад, несмотря на то, что её сын до сих пор выглядел потерянным. - Поэтому ты всю неделю ходил такой..задумчивый?- послышался голос отца, что явно был не так рад этой новости.- ты уверен, что готов? Знаешь, это тяжело пережить, всё таки Изуку.. - Я уверен.- твёрдо сказал парень, оставляя вилку. Нет, он не хотел слышать его имя, не хотел вспоминать, что произошло тогда. Хотя..что именно там произошло? - Тогда ладно. Аппетит пропал довольно быстро, чувствовалась скорее лёгкая тошнота, из-за чего Бакуго поторопился уйти, бубня что-то вроде «я наелся», а после запираясь в своей комнате и быстро открывая окно. Свежий воздух, быстро наполнил комнату, прохлада помогала справится с наступающей рвотой, освобождала голову от неприятных воспоминаний и просто была приятна. Кацуки не хотел больше слышать ничего, не хотел вспоминать или видеть это снова. Просто отдых, обычная прогулка по улице и покой от Деку. Он не прекращал свои издёвки и теперь возникал даже тогда, когда родители были в доме. - Каччан, тебе плохо?- снова он сидел на кровати, так же пусто глядел на друга и будто пытался воссоздать обычные для человека эмоции, сводил брови, поджимал губы, но глаза выдавали всё.- и ты собрался возвращаться в школу в таком состоянии? Знаешь, это так глупо.. - Я справлюсь.- твёрдо сказал тот, стараясь не смотреть на ходячий труп, лишь больше высовывая голову в окно. - Нет, ты не справишься, Каччан. Ты ведь говорил дяде Масару, что будешь в порядке, а сейчас что?- наигранная грусть. Прямо чувствовалось, что он лишь хотел поиздеваться над Кацуки и вновь исчезнуть.- лжец ты..даже для них не стараешься, хоть бы делал вид, что в порядке - Я в порядке, просто..- уже с трудом говорил Кацуки, уже привычно хватаясь за рубашку в области груди. Ему было больно и противно от этих слов, он ведь пытается, изо всех сил старается.- просто заткнись уже! - Хорошо. Он и вправду ушел, просто замолчал и исчез, оставив дрожащего Кацуки с пустой головой. Наконец стало тихо и спокойно, парень остался один и впервые смог ощутить, что все хорошо. Его не тошнило, глядя на что-то ещё, кроме пола. Всё теперь на своих местах и он вправду дома. Как же давно он не чувствовал этого, не чувствовал, что все реально и существует. *** - Я ушёл.- строго, но устало проговорил подросток, поправляя обувь у входной двери. - Ох, Кацуки, ты такой молодец.- женщина всё не могла перестать сюсюкаться с юношей, но он и не был против. Ей куда тяжелее и если так он может облегчить её жизнь — пусть говорит с ним как хочет, он всё равно до сих пор не может прийти в себя.- так быстро возвращаешься в школу. Знаешь, Изуку бы.. - Мне пора, пока.- грубо, но если бы он задержался, ему стало бы лишь хуже. И без этого..парня ему хватает проблем. Вдох, выдох. И Бакуго медленно направился вперёд, поправляя воротник школьной формы и вспоминая путь до учебного заведения и всё то, что проходил дома. Это давалось тяжело, каждая мысль сводилась к воспоминанию о зеленоволосой макушке, одному мучительному вопросу и к тысячи мелких, потерявших свой смысл. Где же тот? Его не видать с того самого разговора у окна, нет снов с ним, лишь спокойная тишина, не видать этой жуткой морды в зеркале, и даже в комнате он больше не появлялся, его не было нигде. «Оно и к лучшему.»- проскочила последняя мысль, перед тем как Кацуки вошёл в кабинет. Мысли поглотили его настолько, что он не заметил, как добрался, а теперь просто стоял у двери и ощущал чужие взгляды на себе. Гробовая тишина возникла ещё когда открылась дверь, переглядки — когда он прошёл к своей парте, а перешёптывания, когда закончил готовится к уроку. И вроде ничего не изменилось, все такие же, как и были: неприятные, ненастоящие и пустые. Только одно было другим и угнетало больше, чем перешептывания, косые взгляды и смешки на уроке. Пустая парта сзади и красивые, почти свежие цветы. Раньше Бакуго ставил их Изуку в шутку, но теперь уже не смешно. - Кацуки Бакуго!- послышался строгий голос учителя, на что блондин лишь медленно поднял голову. - Ты там спишь что ли? Я задал вопрос. - Можете повторить?- спросил тот, слыша тихие смешки одноклассников, пока учитель тяжело вздыхал. - Ты тратишь моё время. Можешь решить это пример?- слегка грубый тон напрягал, но реагировать Бакуго не стал. Поднявшись с места, блондин прошёл к доске, молча решил пример и взглянул на учителя. Покачивая головой, тот указал ошибкой отсутствие объяснения, после чего отправил парня за парту, говоря, что Кацуки мог бы и постараться. Похоже, холить и лелеять блондина больше никто не будет, справедливо, но оценки же не должны из-за этого страдать. Это как-то неправильно со стороны учителя — по детски, правда? Вскоре наступил перерыв, на котором парень думал спокойно посидеть. В столовой на него косо смотрели все, кто-то специально толкал, кто-то смеялся, и лишь отдалённо парень слышал, как его оскарбляют, придумывая разные слухи. Каждый ведь знал, какие отношения были между Кацуки и Изуку, не удивительно. Впрочем, поесть парню не дали, прогнали, как была его очередь, говоря, мол «всё закончилось». И даже в классе спокойно посидеть он так и не смог, перешептывания были и тут, более грубые, но напуганные. Неужели они думали, что Бакуго сделал это с "бедным" Деку? Из-за этого они такие настороженные рядом с ним? Какой же бредятиной казалась блондину их болтовня. Здесь даже видеть призрака этого ботаника не так стыдно, как слышать то, что говорят одноклассники. Впрочем, настороженность то не спроста. Бывшие «друзья» явно распустили языки за отсутствие блондина, что он убил Изуку, подтолкнул на путь самоубийства или вовсе подговорил кого-то скинуть того с крыши. Версий было много, всего за две недели тот слышал три, хотя возможно, что их было больше из-за отличий в деталях. Но одно было общим — виновен Кацуки. Учителя стали строже, намного строже, чем можно представить. Они занижали оценки по глупым причинам, но чем дольше оставался в школе блондин — тем меньше стало отмазок. Баллы снижали просто так, очень заметно и буквально всегда, насколько бы хороший ответ Кацуки не дал. Он не станет героем, раз смог довести человека до самоубийства, и зачем тогда заботиться о таком ученике? Лучше просто относится наплевательски, вымещать все своё недовольство на нем, ведь никто никому ничего не сделает. *** - Я теперь понял, каково тебе было..- тихо проговорил Бакуго, глядя в белый потолок. День выдался слишком тяжелым. Пара тетрадей с важными конспектами — уничтожены, но Кацуки не смог их выбросить, всё ещё надеясь, что сможет восстановить хоть пару записей. Как никак, но контрольные не за горами. - Мне жаль. Слёзы снова навернулись на щеки Кацуки. Он всё ещё не мог отпустить это, жалел с каждым днём всё сильнее, но больше этого, убеждался что виноват лишь он, что именно он — убийца Деку. И это убивало его самого. Срывы, крики от собственных истерик и взрывы посреди ночи. Все стало повторяться, а Изуку, похоже, получал удовольствие от страданий своего друга детства и хотел лишь большего, чтобы блондин гнил изнутри от чувства вины. Эта зелёная макушка, стоило появиться ему вновь, стала каждый раз, каждую ночь прокручивать слова в классе, иногда удавалось дойти до смерти Деку. И вопросы к нему вновь стали возвращаться. Чего он хочет? Отомстить и так же довести до суицида, как это сделал с ним Кацуки? Но почему тогда уходит, стоит Бакуго упасть в самые низы, до мыслей о лучшем своем конце? И если бы Деку наконец ответил на эти вопросы..что-то бы изменилось? *** Капли быстро падали на землю, образовывая грязные лужи, ветер бушевал, качая кроны мощных деревьев. Возвращение домой сегодня было особенно неприятным. Не только потому, что лил дождь, но и потому, что на пороге его встретили родители, а также почти полностью порваный, исписанный оскарблениями и изрисованный конспект. Бакуго прятал его надёжно, в шкафу, под зимними вещами, куда мама точно не должна была соваться. Уж очень нужна была эта тетрадка для скорого экзамена, поэтому расставаться с ней совсем не хотелось. - Кацуки, нам надо поговорить.- сказал отец, пока мама стыдливо отводила глаза в пол. Она помнила, сколько раз Бакуго просил не рыться в его вещах, но она его не слушала. И вот сейчас ей действительно стоило послушать, это именно то, чего никто не должен видеть. - Я просил.- скрепя зубами говорил тот, бросая мокрую сумку на пол. - Но Кацуки..- начала женщина, когда подросток её перебил. - Я же, блять, просил не трогать мои вещи!- впервые за долгое время он сорвался на крик,а так же резко выхватил тетрадь из рук матери.- Что ты там забыла, старуха?! - Я просто волновалась! Что мне было делать, если ты ходишь как зомби изо дня в день!- Мицуки так же сорвалась на крик, оправдывая свой поступок.- думаешь мы не волнуемся?! А если бы ты сделал с собой что-то?! Ты думаешь мы не видели, что происходит? Не догадывались? Мы на идиотов похожи?! - Милая..- Масару надеялся уладить всё, мягко поглаживал жену по спине и так же, с надеждой, смотрел на сына.- Кацуки, послушай.. - Нет! Всё, хватит!- снимая обувь, тот растолкал родню и направился наверх.- мне не нужны ваши тупые оправдания! Я просил лишь об одном, но вы даже этого сделать не можете! - Кацуки, прости..- продолжал отец, но Мицуки говорить больше не стала, она пошла за сыном, схватила за руку и повела на кухню. - Пусти, старуха! Я уже всё сказал! Не нужна мне ваша помощь и жалость!- продолжал кричать и вырываться парень, чувствуя не простую боль от сжатия запястья, но и дискомфорт от касания в общем.- Я, блять, в порядке! Справлюсь без вас! - Нет, ты не справишься!- говорила женщина, усаживая сына за стол.- Когда же ты начнёшь думать о нас?! Кацуки, это блять не нормально! А если они..а если ты потом.. Женщина наконец не выдержала. Слёзы полились по её щекам, заставляя Бакуго наконец успокоится, пока отец нервно ходил рядом, волнуясь не только о сыне, но и о состоянии жены. - Милый, как ты не поймёшь, мы волнуемся за тебя..ты нам слишком дорог.- продолжила Мицуки дрожащим голосом.- я не хочу потерять тебя, Кацуки. Эти слова оказались ударом в самое сердце. Вроде ничего такого, мама волнуется, как и любой другой родитель — это ведь нормально переживать за своё дитя. Но Бакуго и вправду стал задумываться, что поступок Изуку может быть единственным выходом. От того и было так больно. - Вы об этом хотели поговорить?- н аконец подал более спокойный голос блондин, когда мама отстранилась, вытирая слёзы. - Не совсем...- голос Мицуки всё ещё дрожал, напоминая Кацуки о своей «проблемности».