S.T.A.Y ПРОТИВОСТОЯНИЕ

Лазер со свистом рассёк воздух и, задев обшивку авиамобиля, со всей силы ударил в скалу. Машину резко дёрнуло влево. Сработала сирена тревоги, женский голос оповестил об угрозе аварийной ситуации. – Чёрт, – прорычал Феликс, перелезая на водительское кресло. Сидящий на спинке Лорд тревожно зарокотал. – Что за?.. – прошипел Минхо, схватившись рукой за ушибленную при атаке голову: из ссадины на лбу выступила кровь. Усевшись на переднем сидении, солдат VENOM в скором порядке оглядел панель управления авиамобиля и выдохнул: ему уже доводилось водить подобную модель, а значит – у них есть шанс.  – За нами два дрона, – бросил Феликс, переводя машину в ручной режим управления. Руки солдата VENOM с силой сжали руль, машина со скоростью рванула вперёд. – S.T.A.Y, – скомандовал Феликс системе, – включи защиту от дронов. – Защита невозможна, послан запрос о помощи, – сообщила система. – Чёрт, – снова рыкнул солдат VENOM. Погода начинала портиться. Ветер кидал авиамобиль из стороны в сторону. Небо полоснула молния, вдали отозвался гром.  От упоминания имени ИИ, Джинни почувствовал, как внутри него всё сжалось. S.T.A.Y – умная система автопилотирования и помощи водителю в пути. Вот с чего изначально начинало своё существование S.T.A.Y. Умная машина. Умный дом. Умные линзы. Джинни сглотнул. Как же это было гениально страшно зациклить всю жизнь человека на услугах S.T.A.Y. А самое жуткое так это то, что отголоски уничтоженного ИИ всё ещё существовали в жизни нового мира. – S.T.A.Y, решение проблемы преследования, – запросил солдат VENOM оценку ситуации у системы. – Запросить помощь у главного управления аварийных ситуаций, – проскрежетала система, прерываясь. Системные датчики давали сбой. Непогода усиливалась. – Защита невозможна. Запросить помощь у главного управления аварийных ситуаций, – повторила система. Феликс холодно усмехнулся: будто эту помощь мог кто-нибудь на самом деле предоставить. Отключив системного помощника, который безрезультатно пытался связаться с управлением, солдат VENOM бросил взгляд на окутанные туманом горы: единственная на кого они могли сейчас уповать – это Мать Природа. Авиамобиль, надрывно свистя двигателями, нёсся сквозь непогоду, приближаясь к столице Тибета. На затянутом тёмными тучами горизонте появилось белое пятно величественного дворца Поталы. Внезапная серебристая ветвь молнии озарила совсем потемневшее небо, вдали вторил гром, и с серых холодных туч полетели мокрые хлопья снега. Уходя от новых атак, авиамобиль пронёсся над узкими улочками расстилающегося перед дворцом приземистого городка. – Это… – лишь смог выдавить Джинни. – Трупы, – закончил за него Минхо. Заметаемые снежной непогодой улицы обычно шумной и многолюдной Лхаса, сейчас были усыпаны безмолвными трупами: здесь повсюду пахло смертью и энергией Инь. Феликс резко взял влево, беря курс на запад.       – Хочешь оторваться в горах? – вцепившись в ручку, Джинни еле удержался на крутом вираже. – Там же… – было возразил Минхо. – Знаю, – прервал доктора солдат VENOM, – но это единственный шанс оторваться. Феликс выжимал из машины всё, что можно. Ещё чуть-чуть, ещё немного. Мимо просвистел ещё один лазерный выстрел. Дроны гнали их с бешеной скоростью. Видимость изрядно ухудшилась. Мокрый снег бил в лобовое стекло. Единственный снежный за зиму день в Лхаса – единственный шанс попасть в Шамбалу. Они должны, просто обязаны! туда попасть. Пропустят день, и придётся ждать год, а может и больше. У них не было столько времени. Нырнув в плотный туман величественных гор, Феликс притормозил и выключил фары.  – Ты чего творишь? – бросил Джинни, – мы так разобьёмся. – Гасители тепловизора в рюкзаке, – прорычал солдат VENOM, и хмурый взгляд на друга: – Живо! Айдол залез в сумку и вытащил три чёрных браслета. – Надевайте, – приказал Феликс и, закрыв глаза, сделал глубокий вдох и выдохнул: – пойдём вслепую. Минхо, как способности? – На это сил хватит, – кивнул ветеринар. Они затеряются в тумане, пройдут путь, лишь полагаясь на чувства и инстинкты детей природы. Тонко ощущая энергетические поля, они обойдут невидимые взору преграды и ловушки, расставленные по всему пути. Затерянное в горах сакральное место, словно росянка , затаилось в ожидании заблудших жертв, ловко расставив свои энергетические ловушки. Ли Ян предупреждал, стоит только угодить в одну из таких – и они, потеряв всю свою жизненную энергию,  замёрзнут насмерть во льдах Тибетских гор. Именно так и заканчивали все экспедиции представителей Низовья, что решались бросить вызов Тибету и отправиться на поиски секретной Шамбалы.  В кабине повисла напряжённая тишина. Джинни наблюдал, как дети природы осторожно ведут машину сквозь плотный туман и снегопад. Практически наощупь солдат VENOM петлял из стороны в сторону, будто обходя невидимые преграды. – Слева, – прошептал Минхо. – Чувствую. Ловко увернувшись от дрона, авиамобиль продолжил свой путь, как вдруг внезапная вспышка молнии разрезала густой туман. – Чёрт, – прорычал Феликс. Их местоположение было обнаружено. Гулко свистя двигателем, дрон устремился в их сторону, выпустив пару предупреждающих выстрелов. Солдат VENOM ловко ушёл от него влево и почти завернул за скалу. – Феликс, стой! – вдруг закричал Джинни. Всё это время айдолу не давало покоя поведение дронов. И только сейчас до Джинни дошло – их выстрелы, будто направляли, загоняли, но не нападали по-настоящему. Солдат VENOM резко затормозил, но было уже поздно. Машину словно огромным магнитом потащило вниз на покрытые вечными снегами горы. **** Холодный ветер выбивал воздух из лёгких. Снег лип мокрыми прядями к лицу. Тёмные тени, словно призраки, бесшумно скользили в сумрачной пелене непогоды. Плечом к плечу они втроём против неизвестной силы. Взгляд солдата VENOM безотрывно следил за медленно подступающим врагом. Подпустить поближе, разгадать манеру движений, выждать подходящий момент. – Есть идеи? – прокричал сквозь ветер Джинни, сощурившись, пытаясь разглядеть снующих туда-сюда фантомов. – Минхо, – позвал Феликс, вытаскивая лазерную пушку. Ответом ему был протяжный звериный рык. Солдат VENOM хищно усмехнулся: слава Матери Природе, режим хищника активирован – когти Минхо готовы рвать любого, кто преградит им дорогу. – Держись ближе ко мне, – скомандовал солдат VENOM стоящему плечом к плечу к нему Джинни. – Предлагаешь мне спрятаться за твою юбку? – раскрывая лазерный лук, усмехнулся айдол, – уж прости, один за всех и как там его… – От тебя в ближнем бою помощи ноль, – прошипел Феликс, сосредоточенно следя за тенями, витающими в пелене снежной бури. – Ну, так прикрой, – хмыкнул Джинни и, кивнув в сторону небольшого утёса неподалёку, бросился в белый хаос непогоды. – Чёрт, – прорычал солдат VENOM. Достав вторую пушку, он вытянул руки и нажал на курки. Яркие вспышки лазеров – понеслось. Тени нападали внезапно, появляясь в совершенно неожиданных местах. Закрыв глаза, Феликс прислушался – слева! Вытянув руку, лазерным выстрелом сквозь воздух – мимо. Словно бестелесные духи Тибетских гор, воины невесомо парили в воздухе, бесшумно преследуя их в непогоде. Чей-то меч, со свистом рассекающий воздух стремительно нёсся прямо на него. Увернувшись, солдат VENOM пустил лазерный луч почти вплотную. Воин дёрнулся и растворился чёрным туманом.   – Что за?... – Феликс тряхнул головой. Неподалёку холодящее душу звериное рычание Минхо. Хищник – не человек выпрыгнул из непогоды перед солдатом VENOM: тяжело дышащий, растрёпанный, лицо в ссадинах, с огромных когтей алая кровь. Звериный взгляд в глаза соратника. – Ты это видел? – прокричал сквозь непогоду Феликс, оглядываясь по сторонам в поисках угрозы. Взгляд Минхо сузился до подозрительных хищных щёлочек: – Гаси тех, кто с красным датчиком на груди, остальные пустышки. Сказал и бросился с разбегу на появившегося из непогоды воина. С изяществом кошки он с лёгкостью ушёл от выстрела и, перепрыгнув солдата, полоснул того когтями сзади, раздирая на куски. Алая кровь брызнула на снег. Чёрная груда тяжело повалилась в медленно расплывающуюся лужу крови. Взмах острых когтей – и ещё одна голова по заснеженной земле кровавой дорожкой. Враг наступал, кольцо окружения сжималось. Сил оставалось всё меньше. Раненная лопатка горела адской болью. Всполох лазера совсем рядом. Поскользнувшись, Феликс пролетел по ледяной поверхности глыбы, затормозив лишь у самого обрыва. Тяжело дыша, он упал на колени в холодный сугроб. Передохнуть бы, всего немного, чтоб отдышаться, как мимо него алая стрела со свистом за спину. Солдат VENOM молниеносно обернулся, наставив пушку и выдохнул: чёрная груда в амуниции бездыханно с обрыва. Феликс поднял взгляд к утёсу и на его лице застыл ужас. Там, на вершине, крепко держа в руках лук, стоял Джинни. И он был не один. Феликс закричал что есть мочи сквозь непогоду, пытаясь предупредить. Позади кто-то был, и этот кто-то был отнюдь не союзником. Айдол медленно повернулся и невольно отступил назад. – Ну, здравствуй, Джинни. **** Сложив руки на груди, Крис стоял в стеклянном переходе, задумчиво наблюдая за играющими в снежки детьми. Снег тихо оседал на крышах трёхъярусных строений, возвышавшихся по обе стороны дорожки, падал под ноги резвящихся детей. Кристофер невольно улыбнулся. Раскрасневшиеся от лёгкого мороза щёки, детские улыбки и смех – этот редкий момент искренней детской радости в суровых реалиях нового мира стоил того, чтобы за него бороться. Но далеко не все были способны на подобное веселье. Новые реалии жизни, грядущая неизвестность, потеря близких людей – это не то, с чем можно было справиться за один день. Ещё совсем недавно Крис собственноручно успокаивал разбушевавшегося подростка, который требовал его немедленно отпустить к больной матери и, как бы Крис не пытался ему объяснить, как не пытался успокоить и вразумить, призывая парня  к здравому смыслу, понять подросток всё же смог лишь медикаментозный сон. И сколько ещё подобного их ждёт впереди? Да, в голове лидера был полный раздрай. Справиться с семью бродячими детьми это одно. Теперь же на его плечах был целый детский «табор». И Крис понимал, что просто – не будет. – С отоплением всё решено, – прервал его ход мыслей, подошедший Сынмин, – запустили вторую котельную, она хоть и старая, но со своим предназначением справится. Достав из кармана пачку сигарет, Мин, подкурив, бросил на измочаленного лидера задумчивый взгляд: – Ты как? – Не спрашивай, – устало выдохнул лидер, – дети – это… – Сложно, – помог подобрать ответ Сынмин, выдохнув дым. – Точно, – заключил Крис, – ума не приложу, как с этим всем быть. – Заставь их написать план на пятилетку, – усмехнулся появившийся из-за угла Чонин. Кристофер перевёл взгляд на парня: – Думаешь, стоит?.. Прыснув, Чонин положил свою ладонь Крису на плечо:                                                          – Хён, делай то, в чём хорош – руководи, а детей… Нини замер на полуслове, его взгляд помрачнел. Из дома напротив на крыльцо вышел Бин. Он привёз Руби пару часов назад.  – Ты с ним ещё не говорил? Крис покачал головой и перевёл вопрошающий взгляд на Мина. – Я с ним встречался, – в подтверждении догадок лидера, кивнул Сынмин. – И что? – приподнял бровь лидер. – Не думаю, что у тебя выйдет, – затянувшись, выпустил в воздух клуб дыма военный, – не в этот раз. **** – Дядя Бин, Суни всем понравился! – восторженно заявила Руби, таща взъерошенного рыжего кота на плече. – Замечательно, – улыбнулся Бин, помогая Руби спустить животное на дорожку, – а теперь пусть Суни отдохнёт, а то дядя Минхо нам с тобой глаз на жо… – Дядя Бин!, – возмутилась Руби, – так говорить нельзя! Это плохо. – Ну, уж прости за правду. Бин печально улыбнулся. Дети в условиях суровых реалий взрослели быстро. И Руби – прямой тому пример. Смышлёная не по годам девчушка понимала многое, порой даже больше, чем некоторые взрослые. Слишком уж много пережила Руби за свои небольшие годы. Слишком много выпало на её детскую судьбу. Взгляд Бина зацепился за остановившиеся возле Суни берцы, он медленно поднял взор и выдохнул: – Крис. Собираясь в зону отчуждения, Бин понимал, что разговора ему не избежать. Как бы сильно этого не хотелось, но говорить придётся, и озвучить задуманное будет нелегко.   Завидев Криса, девчушка бросилась к Бину. Обняв ручками ногу дяди, она из надёжного укрытия уставилась на Кристофера. Лидер усмехнулся: да, можно было официально признать – за своего Криса в мире детей точно не держали. – Привет, – приподнял уголок губ в приветствии лидер, помахав Руби рукой. Та лишь ещё сильнее спряталась за своего защитника. – Получили сообщение, – перевёл на Бина взгляд Кристофер. – М, – кивнул парень, – думаю, что после всего случившего, Руби здесь, – он оглядел взглядом тихую улочку, – действительно будет лучше. – Пройдёмся? – предложил Крис, кивая в сторону заснеженной дорожки. Чуть помешкав, Бин всё же отцепил руки девочки и присев на корточки, проговорил: – Руби, детка, возьми Суни и идите-ка в дом к дедушке Со, дядя Бин скоро вернётся. Смерив исподлобья суровым взглядом Криса, Руби отрицательно помотала головой. Будто чувствуя, что грядёт что-то плохое, девочка, ни в какую, не желала отпускать своего защитника. – Будешь хорошей девочкой, я угощу тебя и твоих друзей Pepero.  Волшебное слово «Pepero» перевесило недовольство Руби. И девчушка, схватив Суни на руки, направилась в дом, рассказывая коту про то, какой у них крутой дядя Бин. – Она к тебе привязалась, – заметил Кристофер, медленно направляясь по дорожке вдоль жилых домов. – Надеюсь с опытами покончено, и Руби сможет жить спокойной жизнью, – выдохнул в морозный воздух Бин, – насколько это вообще возможно. Проведённый в заботах, суматошный день клонил к вечеру. В домах тёплым светом тускло зажигались окна. Их небольшой казарменный лагерь наконец-то затихал. В домах стоял детский хохот, плач и споры за лучшую кровать. Учителя загоняли оставшихся на темнеющей улице непосед домой. Снег тихо оседал под ногами. Кристофер натянул воротник на покрасневшие от лёгкого морозца уши. – Как у тебя это выходит? – он нарушил тишину первым. – Ты о чём? – шмыгнул носом Бин. – Дети, как у тебя такого большого и страшного выходит с ними так легко?.. – Не знаю, – пожал плечами Бин и тускло улыбнулся: – Наверное, всё дело в Pepero?... – А у меня вот совсем не выходит, – неловко почесав затылок, признался Крис. – Тебе и не надо, – выдохнул Бин, – руководи. Нянчиться с детьми – не твоя забота. – Говоришь, как Нини. Бин напрягся. – Как он? – изучая взором снег под ногами, тихо спросил парень, – что с родителями? –  Неизвестно, – пожал плечами Кристофер, – но он держится молодцом. Сейчас в лагере много дел. Кстати, как твой отец? – вдруг решился лидер. – В порядке, – выдохнул Бин, – вакцина сработала. При случае поблагодари за меня Хана. На улице зажглись тусклые огни фонарных столбов, отбросив таинственные тени на поблёскивающий в сумерках снег. – Сам поблагодаришь, – печально отметил Крис, – когда он… – Я уезжаю,  – поспешил опередить лидера Бин, озвучив то самое, о чём было даже думать тяжело, не то, что произнести в слух. Кристофер замедлил шаг. Он представлял, что разговор будет нелёгким, и морально был готов, понимая всю ситуацию, в которой оказался друг из-за недавних событий, но всё же. – Я привёз Руби и кое-какие тёплые вещи, – пробурчал Бин, – мы по дороге прихватили в магазине, подумал там уже точно никому не нужно, а вам не будет лишним. – Подожди, – попытался остановить друга Кристофер, – если причина в… – Мы с отцом решили жить особняком, – не дав договорить, опять оборвал лидера Бин. Вот значит, что имел в виду Сынмин, когда говорил, что у Криса ничего не выйдет. Он попытался поймать взгляд Бина, но тот мастерски его избегал. Похоже, что Бин уже давно принял решение и отступать не собирался.   – Послушай, – начал новую попытку после недолгого молчания Кристофер, –  в том, что произошло – нет твоей вины.   – Есть моя вина или нет – позволь решать мне, Крис, – безоговорочно прорычал Бин, и с надрывом: – я не могу… понимаешь? Он, наконец, поднял на Криса взгляд, а в нём столько боли и сожалений. Сердце лидера защемило – он понимал, как никто другой понимал, что творилось на душе у друга. Произошедшее в зоне отчуждения не могло не оставить свой болезненный след. И Бин себя наказывал. Он знал, что друзья простят, что скажут – не его вина, всё знал. Да вот только сам себя простить, увы, не мог. Поэтому-то и изгонял себя из стаи. Рвал наживую, причиняя в первую очередь невыносимую боль себе. Потому что только так становилось легче, потому что причинённая ещё бо́льшая боль могла заглушить старую, что никак не желала утихать.  Крис с силой сжал кулаки. Этот жестокий мир не оставил ни одного из бродячих детей без собственной трагедии, он искалечил душу каждого.   Если бы только отмотать всё назад, если бы только дать понять Бину – насколько важным он был в жизни лидера, насколько важен он был для остальных ребят. Но сейчас… Глядя в лицо друга, Кристофер понимал – не выйдет. Сынмин был прав. Говори не говори – Бин уже всё для себя решил, он не услышит. Нынешний Бин был затравлен и агрессивен. И начни лидер сейчас уговоры, получит лишь злобный протест. Словно раненый зверь Бин лишь желал скрыться в безлюдной пещере и зализывать, зализывать никак не успокаивающиеся душевные раны. Кристофер отвёл взгляд от друга. Запрокинув голову, он уставился на тусклый фонарь, делая вид, что глаза слезятся от света и мокрого снега. Бину нужно время, и Крис его даст, как бы это ни было больно, он отпустит от себя одного из членов своей небольшой, но дорогой сердцу семьи, несмотря на то, что так сильно в нём сейчас нуждается. – Понимаю, – наконец, глухо выдохнул Крис, после долгого молчания в тишину, – это твоё законное право. Он ещё долго смотрел на одинокую широкоплечую фигуру друга, удаляющуюся по заснеженной улице в темноту. Друга, без которого никогда не было бы их маленькой, но отважной группы борцов за справедливость. Друга, не будь которого, они с Нини были бы уже давным-давно мертвы, там, ещё в самом начале их истории. **** Пребывая в сумбурных мыслях, Бин не заметил, как спешно дошёл до дома. Он почти уже открыл входную дверь, как: – Хён, – кто-то позвал его, заставив обернуться. – Чонин?.. – выдохнул Бин, ловя лисий взгляд болезненно улыбающегося ему парня.