S.T.A.Y ПРОТИВОСТОЯНИЕ

– Хан?.. Фигура в неприглядном сером плаще с накинутым на голову капюшоном безмолвно скользнула за поворот. Минхо ускорил шаг и вскоре во весь опор бросился за ускользающим от него по окутанным болотным полем улочкам учёным. Хоть лицо юноши скрывал капюшон, энергию друга Минхо уловил сразу. Кошачье чутьё его не подводило. Сомнений быть не могло. Это точно был Хан. Только вот как он мог тут оказаться? Хрупкая фигура учёного тенью скользила из поворота за поворот, заставляя Минхо следовать за ним. Они бежали вверх по бесчисленным лестницам и путаным переходам. Всё выше прямо к пикам башен забарьерного города. От беспрерывной погони в лёгких практически не осталось воздуха. Колотящееся от бега сердце безудержно билось в груди. Набрав воздух в лёгкие, Минхо из последних сил прокричал: – Хан! Я больше не могу! Постой! Это ведь ты! Фигура затормозила на повороте, капюшон чуть съехал. И Минхо увидел бледное почти безжизненное лицо друга. Его круглые глаза пристально смотрели на ветеринара всего несколько секунд, после чего он опять скользнул за поворот. Собрав последние силы, Минхо бросился за ним и, завернув за угол, наконец, наткнулся на тяжело дышащего Хана. Не теряя ни минуты, Минхо схватил учёного за плечи и придавил к стене. – Почему ты здесь? – пытаясь утихомирить после долгого преследования дыхание, спросил Минхо, – ты разве не… – он сглотнул, – разве не ранен? Разве не в зоне отчуждения? Ты… ты выздоровел? – поспешил озвучить самую нереальную, но очень желанную версию Минхо. Пристально смотря в глаза друга, Хан отрицательно покачал головой. – Тогда… Я должно быть схожу с ума, – досадливо выдохнул Минхо. После того, как он попал в этот странный город, на всём пути его преследовали восторженные взгляды жителей. Одни тихо перешёптывались, другие лишь провожали его, почтенно склонив головы, а кто-то и вовсе падал на колени. Это место было странным. Сопровождающий его Дуни, следуя вместе с ним по блестящему звёздной энергией пути, лишь протянул что-то про кошачьи гены и то, что Минхо для здешних жителей проявление чуда, и как только они доберутся до читателя трафика, то Минхо обязательно сразу всё поймёт. А потом он увидел Хана, здесь, в этом городе! Но как? Он перевёл взгляд на пойманного друга. Учёный грустно улыбнулся, его глаза наполнились печалью. И тогда Минхо всё понял: Ханни, у него совсем не осталось времени… Лекарские свойства его слюны ослабевали. То, что он держит в руках, это не Хан, это лишь проекция, энергия, что нашла Минхо сквозь время и пространство, чтобы… попрощаться?.. – Нет! – сокрушённо покачал головой ветеринар, встряхнув Хана за плечи, – не смей! Слышишь?! Не смей! Я отыщу лекарство, я успею. Ты только держись, понимаешь меня? Он крепче сжал плечи друга. Закусив потрескавшуюся губу, Хан неопределённо кивнул в ответ. Сглотнув вставший в горле ком, Минхо в отчаянии притянул друга к себе: – Хан, я поспешу, ты только держись. Я обязательно… Слышишь? По бледному лицу учёного скользнула слеза. Он устало прикрыл глаза, и его силуэт стал таять в крепких объятьях друга. Минхо из последних сил пытался уцепиться за растворяющийся в воздухе силуэт, но этого было недостаточно. Хан исчез. Исчез так же внезапно, как и появился. Закрыв лицо ладонями, Минхо несколько минут судорожно соображал, пытаясь прийти в себя. Хан умирает, а он застрял в этом чёртовом городе, и понятия не имеет, где достать лекарство. Дуни лишь продолжает настаивать на встрече с этим, как его… Выдохнув, он опустил руки и устремил потемневший взор на крутящегося возле ног рыжего кота: – Говоришь, читатель трафика в помощь? Дуни протяжно замяукал и бросился за поворот по снова открывшемуся звёздному пути.       

***

Среди возвышающихся холодными глыбами небоскрёбов на мокрые дороги тихо падал снег. Пушистые белые хлопья бесшумно оседали на крыши и яркие навесы безлюдных кафе и магазинов. Мягким ковром снег стелился на чёрный асфальт, с безмолвной скорбью покрывая окоченелые тела людей. Вдали возле недостроенного здания поскрипывал кран. Нацелив свой АК, Сынмин, тяжело дыша, замер на месте. Его взгляд неотрывно следил за застывшей перед ним молодой женщиной. Снег оседал на её длинные чёрные волосы, которые безжалостно трепал ветер, нос покраснел от лёгкого мороза. Она кривила губы в красной помаде и с дерзким прищуром смотрела на военного. Сынмин крепче сжал в руках АК. Как так вышло, что пережив апокалипсис, в котором погибла большая часть человечества, он вдруг стоит в пяти метрах от молодой женщины, которая была так похожа на неё? Сощурив глаза, он напряжённо вглядывался в знакомые, но в то же время такие чужие черты лица. Быть не может. Он тряхнул головой, отгоняя от себя видение из далёкого прошлого. Прошлого, где когда-то лишился всего. – Док! – послышался откуда-то издалека приближающийся голос Коршуна, – эй! Чего медлишь? Стреляй! И Сынмин выстрелил. Лазерный луч пролетел в нескольких сантиметрах от девушки. Она усмехнулась и, опустив пушку, бегством скрылась в станции метрополитена. Шум борьбы снова накрыл военного с головой. Вокруг шла перестрелка. С помощью Нини они, наконец, нашли группу наёмников, что рыскала последние несколько дней поблизости их зоны отчуждения. Всё завертелось вокруг с новой силой. Сынмин вовремя увернулся от прилетевшего в него лазера и выстрелил в ответ. Обидчик, издав стон боли, повалился на землю. – Возле станции Мёндо раненный, взять, – скомандовал он по рации и бросился на помощь Коршуну. – Впереди поворот направо! – сквозь шипение рации раздался звонкий голос Чонина, – фургон. Залетев за поворот, Коршун дал знак другу обойти фургон слева, сам тихой поступью поспешил в окружение. Добравшись до двери, Сынмин взведя оружие, было дёрнул дверь, как над ним откуда ни возьмись навис вражеский дрон.

***

За окном электричеством потрескивал старый столб освещения. В сумраке комнаты тускло светили рябью мониторы городских камер слежения. – Я запретил приближаться к S.T.A.Y, – в гневе прохрипел Кристофер, зайдясь приступом кашля. – Крис, – поспешил встать на защиту Нини Коршун, – не усердствуй, если бы не Чонин Сынмин бы… – он бросил на военного хмурый взгляд. Тот задумчиво глядя в окно, мыслями, похоже, был далеко, и в споре участвовать совсем не собирался. – Всё равно, – сделав пару глотков горячего имбирного напитка, заключил лидер, – это не повод, воспользовавшись моей болезнью, обойти мой приказ. Система не стабильна. В помещении повисла тишина. Кристофер был зол. Нет, не просто зол, он был в бешенстве. Пока он лежал в беспамятстве из-за свалившей его лихорадки, эти трое за его спиной провернули подобное. А ведь он ясно дал понять, чтобы Чонин не смел! подключать сознание к программе. После того, как Кристофер недавно поймал своего макнэ корчившегося в приступе головной боли, выяснилось, что тот, оказывается, после таких вот подключений начал страдать мигренями. Программа его не слушала, часто выбрасывая из системы, и эти рандомные выбросы явно не шли на пользу здоровью Нини. Недолго думая Крис принял решение отказаться от проекта. Не стоило это того. Обходились как-то без неё раньше. Эта система и после уничтожения ИИ вызывала у Криса сомнения. Изначально угрожающая опасностью программа, не могла принести ничего хорошего. Но этот непослушный мальчишка всё настаивал. И вот результат. Он бросил недовольно хмурый взгляд на Чонина. Тот присев на край стола, пытался делать вид, что у него всё в порядке. Лишь кривил в обиде губы и сверлил холодным взглядом стену. Но Крис то знал, что Чонин вовсе не в порядке. Это его бледное лицо, лоб в испарине, его наверняка опять мучали головные боли. Так какого чёрта?! Смачно выругавшись про себя, он перевёл тяжёлый взгляд на Коршуна: – Что выяснили? – Наёмник, которого мы захватили, сказал, что их нанял совет, – глотнув из железной кружки местного пойла, поморщился Коршун. – Какой совет? – наморщил в раздумьях лоб Кристофер, – имеешь в виду Земной? Коршун согласно кивнул. – Поговаривают, что Виктор мёртв. Крис неверяще вскинул взгляд на командира. – Да, пытался скрыться от совета и не успел. Они вышли на Артура. И по всей вероятности… – Что? – нетерпеливо переспросил Крис. – По всей вероятности, они ищут тебя, – наконец, очнувшись от своих размышлений, протянул Сынмин, и для пущей уверенности добавил: – кто-то же должен ответить за провал операции. – Чушь, – возмутился Кристофер, опять зайдясь в приступе кашля. – Считай, как хочешь, – опираясь бёдрами о подоконник, выдохнул Сынмин и, сложив руки на груди: – но факт остаётся фактом. У них есть дроны и полчище биороботов. Нам удалось уйти лишь благодаря тому, что Нини смог перепрограммировать ближайшие к нам дроны, но это лишь временно. За этими ребятами стоит сильный противник, Крис. Ни сегодня, завтра они окажутся у наших дверей, – он устремил свой потемневший взор на лидера: – Нам нужен план. – …Сколько их, выяснить удалось? – после недолгого молчания затребовал Кристофер. Коршун покачал головой: – Тот, кого мы взяли, чёрт его за ногу, сам толком не знает. Они действуют группами, каждой группе отдельный приказ. – Ясно, – хрипло выдохнул Кристофер, и устало осел обратно на армейскую койку. Старые пружины скрипнули ржавым железом. Его всё ещё лихорадило. Чёртова простуда. – Вернусь в допросную, – протянул Сынмин, – может, удастся выяснить, где у них база. Провожая взглядом проходящего мимо друга, Коршун залпом допил своё пойло, поставил кружку на железную тумбу и поспешил вслед за Мином, буркнув под нос: – Опрошу своих ребят, может кто, что заметил. Явно не желающий оставаться с мрачным, словно грозовая туча лидером один на один, Чонин шумно выдохнул и, оттолкнувшись бёдрами от стола, последовал примеру военных. Но был остановлен у самых дверей. – Чонин, – хмуро окликнул его Кристофер, – с тобой разговор не закончен.

***

– Ему удалось, – произнёс Лука, отпуская ворона с руки. Чёрная лоснящаяся птица взмыла в серое небо и скрылась за заснеженными верхушками елей. Ли Ян стоял у окна и задумчиво глядел вдаль. – Феликс не был бы Феликсом, не исполни он задуманное, – наконец, выдохнул Шанши, уголок его губ дёрнулся в холодной усмешке. – Этим он и ценен, – подтвердил Лука. – … Ценен, – со вздохом кивнул говорящий с матерью-природой, янтарные глаза Шанши сузились: – как и всегда.       

***

Снег тихими хлопьями ложился на зелёные ветки елей. Там высоко в верхушках деревьев шумел ветер. Здесь, в горах, вдали от разрухи и смерти, обманом царили умиротворение и покой. Но это лишь видимость, иллюзия, за которой таилось нечто опасное, коварное, неизбежное. Сердце из последних сил трепетало загнанной в клетку птицей, понимая, что пора смириться. Смирение – единственное спасение, единственно правильное решение. Потому что выбор – это лишь мираж, обман, который туманит разум, ложно даря человеку надежду собственной значимости. Но всё-таки… Всё-таки смирение – это ведь тоже какой-никакой, а выбор. Он всё же пришёл, зная, что ждёт его здесь в заснеженных горах организации VENOM. Но он не мог иначе, другого пути и быть не могло. Джинни вдохнул морозный воздух полной грудью и почувствовал резкую боль под рёбрами. Что-то было не так. Это странное чувство скорби и одиночества. Схватившись за бок, айдол почувствовал что-то тёплое, мокрое. Он опустил взгляд на припорошенную снегом землю. Кровь. Алые капли свежей крови повсюду. Его кровь, он ранен. А чутьё безжалостно подсказывало: безнадёжно. Чья-то когтистая рука полоснула его по лицу. Схватившись за щёку, он упал на колени в лужу собственной крови. А сердце защемило тоской. Пусть так, но он шёл на это умышленно, всё ради спасения, а его судьба всё равно уже решена и по-другому быть не может. Смирение, только смирение. – Ты сам виноват, – послышался голос откуда-то сверху, – и я солгу, если скажу, что мне не жаль, Феликс… Ты был одним из лучших, но ты… Джинни поднял глаза и поймал звериный взгляд Шанши. Ли Ян был взбешён, но непреклонен. Стоп. Подождите. Феликс? Это был Феликс? Не его кровь?.. Могучие ели закружились вокруг него, вызывая тошноту. И Джинни увидел: там, на заснеженной поляне посреди лужи крови лежал его друг. Лицо изуродовано глубокими царапинами, изо рта на снег капала тягучая густая кровь. – Нет-нет, – в отчаянии проскулил Джинни и бросился к распростёртому на снегу телу, – нет! Он упал на колени в мокрый перепачканный кровью снег. Боль. Ужасная боль безысходности. Нет-нет-нет. Не может быть! Придурок! Так вот почему ты врал, вот почему отталкивал, грубил и ненавидел! Вот почему я помеха. По замёрзшему лицу айдола ручьём катились горячие слёзы безвозвратной потери. Эгоист! До конца всё по-своему! Никогда не считался с его, Джинни, мнением! Прижав ладони к ране Феликса, он пытался остановить кровотечение, но всё тщетно. Лишь перемазался в горячей густой крови по самые локти. Так не должно было быть. Это неправильно! Он поднял заплаканный взгляд к небу. Заснеженный вокруг него лес начал таять, исчез силуэт Ли Яна. Тёплое тело солдата VENOM стало холодеть. – Джин! – кто-то тряс за плечи, – тшшш, что с тобой? А следом несколько пощёчин по лицу, и опять холод камня за спиной. – Чёрт! Сейчас не время… Слышишь? – прорычал на ухо знакомый голос. Звук борьбы, приглушённый стон от боли.       

***

– Попался, – прошипел солдат VENOM на ухо прижатому грудью к каменной стене парню. – Уверен? – усмехнулся юноша, – уж кто тут попался, так это вы, – и прислушавшись, приподнял тонкую бровь: – Слышишь? Городской набат по вашу энергию бьёт. Феликс настороженно огляделся по сторонам. На улице царила таинственная тишина, но слух солдата VENOM уловил странные вибрации в соседнем переулке. Там точно кто-то был, кто-то с кем им лучше не встречаться. – Кто ты? – крепче прижав пленника, прошипел солдат VENOM. – Мы уже знакомы с твоим другом, – обронил парень, кивнув на сидящего возле стены в бессознательном состоянии Джинни, – у него и спроси, ах… он же не может. – Ты знаешь, что с ним? – прорычал Феликс, поворачивая преследователя лицом к себе. Он уже давно заподозрил, что за ними кто-то следит. Кками всю дорогу принюхивался и даже пару раз пытался подать голос, но солдат VENOM его остановил. Этот кто-то был крайне осторожен, словно тень скользил он за своей целью и, похоже, что цели у него от остальных преследователей отличались, а иначе бы давно их сдал. А когда, Джинни свалился без сознания, Феликс изловчился и вывел сталкера из тени. Он отдёрнул капюшон преследователя. В полумраке переулка на солдата VENOM смотрел темноволосый юноша. Раскосые серые глаза с вызовом поблёскивали в ответ. Дерзко, так, словно это не он был пойман, а он заманил в свою ловушку парочку чужаков. Юноша опустил взгляд на сидящего Джинни, его уголок губ дёрнулся в усмешке: – Старая Лаома опоила его зельем созидания, – и презрительно хмыкнул: – Эта старуха горазда вмешиваться туда, куда её не просят. И прислушавшись: – Так и будем стоять? – безэмоционально, словно это его совсем не беспокоило, спросил пленник, – у них поисковик энергии, скрыться бегством у вас не выйдет. Бросив взгляд на подрагивающего в беспамятстве Джинни, солдат VENOM скрежетнув зубами, ослабил хватку. – Есть предложение? – вопросительно приподняв бровь, прорычал Феликс. Юноша расплылся в хитрой ухмылке.       

***

Двери лифта раскрылись. Минхо застыл в оцепенении, не смея сделать и шага. Вместо комнаты, всё пространство заполонило переливающееся вязкое болотисто-синее поле, в котором он уловил, тягучие, словно в замедленной съёмке, движения силуэтов. – Дуни, – охрипло прошептал он коту, – что это ещё за фигня?..