Don't Let Me Love You

      Четверг       7:05       По всей квартире с самого утра раздавался громкий крик о том, что в шкафу нет одежды, хотя он был забит ею полностью. Когда лучи солнца начали проникать в столь просторную комнату, где на мягком ковре пола лежал парень, время было только раннее утро, так что торопиться было некуда. Его истошный крик был слышан в каждой следующей комнате, особенно в ванной, где сейчас умывался Сынмин…       Сегодняшняя ночь прошла намного громче прошлых, потому что вернулись они только пару часов назад. Где они были? В общежитие Джисона и Чонина, читали лекции друг другу, как лучше всего поступить в той или иной ситуации с преподавателями.       Вернувшись, практически, под утро, парни сразу завалились в спальню и уснули, не раздеваясь. Недостаток сна, возможно, сыграет плохую шутку. — Ну чего ты кричишь? — выдохнул Сынмин, выходя из ванной в одних джинсах и с полотенцем на плече. — Что? Прыщик на лбу вылез? Волос на голове на один больше выпал? Ноготь сломал? — Мне нечего надеть на сегодняшние лекции! — простонал блондин, прижимаясь к зеркалу лицом, из-за чего его отражение немного скривилось. — Мои любимые джинсы сейчас сушатся, потому что ты их не вытащил из стиральной машины. — Я их не вытащил?! — Сынмин изогнул вопросительно бровь и сложил руки на груди. — Почему я должен вытаскивать из стиральной машины твои вещи? — Потому что я забываю об этом… — Феликс поднялся с пола, натягивая на тело одну белую футболку, которую нашёл на самой верхней полке.       Когда-то уже упоминалось, что Феликсу важно выглядеть опрятно, красиво и стильно, но чаще всего происходит так, что он забывает о той или иной вещи, которой не может воспользоваться, перед этим уже составив себе идеальный образ в голове. В нашем мире, не важно какой год и век: мода уходит, но стиль остаётся. Человек, который лишëн вкуса стиля, даже в самой модной одежде будет выглядеть безвкусно. В детсве своей манерой одеваться Феликс вызывал насмешки окружающих, но в этом и состоял секрет его успеха. Он выглядел не так, как все.       Стиль может заменять красоту… Во всех пустяковых делах важен стиль, а не искренность. Во всех серьëзных делах — тоже. Если посмотреть на то, как Феликс входит в комнату, притягивающий все взгляды. Как он идёт, как он садится, какие жесты он делает в разговоре. По классическим меркам он может считаться вполне обычным, но, несмотря на это, в его фигуре, его поведении, его жестах есть что-то, что составляет стиль и что очень важно именно потому, что всё это не какие-то внешние украшения, а принадлежит самому его существу.       Феликс стал смотреть на Сынмина, не отрывая взгляда, от чего брюнету становилось не по себе от этого… Феликс словно пожирал его взглядом, проходился по самым красивым рельефам, самым интимным местам, пока не выдохнул громко и не произнёс: — Снимай джинсы.       Глаза Сынмина расширились и вот грозились выпасть из орбит. Он, конечно, знал, что его друзья с приветом, но не настолько, чтобы так сразу предлагать нечто такое. — Что…? — тихо произнёс Сынмин, наблюдая, как Феликс снова отходит к шкафу с одеждой. — Снимай джинсы, — повторил блондин, доставая из коробки свои новые ботинки с ремнями и металлической цепочкой. — Мне нужны твои джинсы, потому что они прекрасно заменят в моём образе те джинсы, что сейчас мокрые.       Сынмин посмотрел на парня и тяжело выдохнул, закатывая глаза. За пару секунд парень расстегнул ремень и освободил тело от узкой ткани, кидая джинсы прямо в Феликса. — А я в чëм пойду? — спросил Сынмин, стоя перед блондином в нижнем белье. — Надень мои, — улыбнулся Феликс, натягивая на ноги очень узкие джинсы. — Ты как в них вообще влезаешь, если я даже не могу? — Магия, Феликс, магия, — выдохнул Сынмин, доставая из своего шкафа первые попавшие джинсы и надевая их. — Что только не сделаешь ради тебя. — Поверь, я тоже ради тебя на многое готов, — улыбнулся Феликс и застегнул кожаный ремень на бёдрах. — Я не знаю, зачем мне нужно всё это, но раз мы начали игру, то я не хочу проигрывать…

***

      8:30       Четверо парней шли по коридору высшего учебного заведения, переодически здороваясь с преподавателями естественных наук, наставниками направлений искусств, со знакомыми студентами, но в основном они обсуждали свой план действий, как скрасить этот день в стенах академии.       Парни держали свой путь к расписанию занятий, так как оно снова понесло некоторые изменения, о которых их не предупредили. Но как только они увидели название первой лекции, как их не оказалось в коридоре… Они бежали, как ненормальные, только бы вовремя прийти. Но как бы они не спешили, понимали, что пара уже началась. Но им всё равно, возможность попать на лекцию литературы сильнее всех наказаний… Они помнили слова Хван Хёнджина о том, что опаздывать на его лекции нельзя…       Буквально через две минуты они поднимались на нужный этаж, смеясь от очередных рассказов Джисона. Так же бурно влетели в коридор, и как ошпаренные, встали у двери. — Оставьте меня, — восстанавливая дыхание, прошептал Сынмин, садясь на пол, чтобы передохнуть от бега. — Прошу, оставьте… Идите без меня. — Вставай! — прошептал Джисон, поднимая парня за плечи. — А вот если бы ты ходил на хореографию, то давно бы уже прокачал физическую нагрузку. — Оставь меня, Джисон, — продолжал разыгрывать спектакль Сынмин, но в этот момент из угла коридора вышли двое преподавателей, из-за чего Сынмин и Джисон одновременно выпрямились и сжали кулаки, начиная испепелять взглядом.       По коридору, медленными шагами шли БанЧан и Минхо, что-то тихо обсуждая и улыбаясь. По их лицам было видно, что тема для разговора у них весьма увлекательная. Когда они проходили мимо, Джисон заметил, как Минхо ему подмигнул, но стоило Джисону прийти в себя, как он заметил, что Сынмин, сжав кулаки, идёт за БанЧаном. — Стоять! — прошипел Джисон, хватая друга за руку и останавливая его. — Изобьëм его за пределами академии.       Феликс посмотрел на них и аккуратно отошёл от двери, не имея ни малейшего желания заходить туда первым. — Прошу вас, мои дорогие, — произнёс блондин, но в следующую минуту у них произошла дискуссия по поводу того, кто же всё же первым должен зайти.       Они не думали о том, что препираясь около двери в аудиторию, только тянут и теряют время… В итоге схватив Феликса за руки и толкая в спину, Джисон открыл дверь, а Сынмин толкнул их обоих в аудиторию.       Перед ними стоял молодой парень всё с тем же загадочным взглядом и приятным голосом. Высокий блондин с атлетическим телосложением. Одет он в тёмные джинсы, белую рубашку, рукава которой подвëрнуты под самый локоть, верхние пуговицы он решил расстегнуть, открывая свою жилистую шею. На руках виднеются вены. Они как полноводные реки. Его лицо ровным счётом ничего не выражает, но в глаза бросаются впалые скулы и чёткий подбородок, он словно лезвие ножа, под который Феликс боялся порезаться.       Блондин стоял и ничего не замечал вокруг, и даже то, что пялится как ненормальный. Джисон пихает его в бок, но Феликс не ощущает, продолжая смотреть на парня. После вчерашнего разговора, разум словно стал играть по-своему…       Парень всё же приходит в себя и смотрит на вопросительное лицо Джисона. Наконец замечает, что все, кто пришёл сегодня, смотрят на него, как на идиота. Он перевëл взгляд снова на Хёнджина и видит едва заметную ухмылку. — Ну что, надеюсь вы больше опаздывать не будете, а теперь позвольте мне посмотреть на ваши знания. Прошу вас занять места, — он жестом приглашает ребят сесть на места, при этом вальяжно садится на угол стола.       Феликс тянет Сынмина за самую дальнюю парту, на сколько это возможно. Ему жутко неловко, готов сквозь землю провалиться, он мечтает поскорее спрятаться за спинами и перевести уже дыхание. Они сели и достали тетради, но только для вида, и ждали, что же сегодня будет. — Ну, возможно, кто хотел тот пришёл, — он посмотрел на часы и кивнул своим мыслям. — Напомню, что я не люблю, когда на мои лекции опаздывают. И если у кого-то нет стимула учить литературу, то спешу сообщить, что в конце семестра вас ждёт зачёт. В следующем — экзамен, — по аудитории пошёл неодобрительный гул.       Джисон, который сел на первую парту, чего раньше никогда не делал, долго с наступлением не тянул. Феликс, конечно, знал, что сегодня друг создаёт свои правила, но не знал, что это расспространится не только на Ли Минхо… — А, может, договоримся? Ну какой экзамен, Хёнджин? — он складывает руки перед собой и смотрит каким-то недовольным взглядом. — Хван Хёнджин — это раз, — быстро осекает его вольное обращение, — А на счёт договоримся не думаю, хотя бы на средний балл должны же знать что-нибудь, — криво улыбается и идёт к доске.       Феликс в очередной раз смотрит на его движения, как они грациозны и просты. Немеет от его одного приглаживания волос на голове. Преподаватель вышагивал по аудитории, рассказывая тему, словно слова рождаются в его голове. Иногда он смотрел на группу, бегло просил прочесть или высказать своё мнение…       Его голос — это вообще отдельная тема. Музыка для сердца. Записать на диктофон и умирать от импульсов, которые он сотворяет. Проникает в самую душу, оставляя там след, как лучами солнца всё выжигает. Феликс всё смотрел на него и даже не понимал, что за тема, собственно. — Что с тобой происходит? — спросил Сынмин, беря лицо парня в свои руки. — Я начинаю понимать, почему хочу пойти на художественное искусство, — прошептал Феликс.       До него не сразу доходит, что он встречается с Хёнджином взглядом и уже минуту смотрит прямо в глаза. Сынмин снова пихает в бок. Феликс мотает головой, прогоняя пелену. Ещё раз поднимает на него глаза, на что он, одаривает его огнём в глазах и всё той же ухмылкой, продолжая рассказ. Сынмин: «Мы потеряли Феликса» Чонин: «Чего…?» Джисон: «Он, похоже, влюбился»       Вскоре рассказ Хëнджина медленно подошёл к концу и за полчаса до конца лекции он объявляет тест. — Ну вот и всё, что вы должны знать на эту тему. Сейчас маленький тест и все свободны, — опять все начинают гудеть и возмущаться. — Напишите его на отлично, больше не дам… А кто напишет плохо, — его взгляд останавливается ровно на Джисоне, перебегая к Сынмину и заканчивая на глазах Феликса. — Будут переписывать до тех пор, пока я не решу, что они знают эту тему…       Хëнджин сам раздаёт чистые листы, вынутые из ящика стола и распечатки с вопросами. Преподаватель доходит до ребят, и словно случайно касается руки Феликса… Он запускает разряд в тысячу вольт по парню. Миллион мурашек до дрожи в ногах. Такой невинный жест, даже ничего не значащий, возможно абсолютно случайный, но заставляющий попросить ещё, чтобы снова было чем дышать… — Феликс, не вовремя ты влюбился, — выдохнул Сынмин. — Походу, переписывать мы будем вечно… Хотя я могу договариваться с ЧанБином… — А мне вот не с кем договариваться, — выдохнул Феликс. — Джисону тем более…       Феликс пытается отогнать эти непрошенные мысли, внушая себе, что всё это не больше чем случайность и принимается за тест. Вопросов всего десять, на какие-то есть варианты ответа, на какие-то нужно ответить самому. В школе он дружил с литературой, так что это не показалось ему невыполнимым… В отличии от Джисона, который то и дело подзывал его к себе, явно решая вывести Хёнджина из себя. — Сдаём работы и все свободны, — звонок прозвенел, казалось, слишком быстро. Сложив всё в рюкзак, Феликс ждал пока все разойдутся, чтобы не толпиться у стола, ожидая очереди бросить свою работу на проверку.       В аудитории остаются только пара заучек, интересующиеся какими-то подробностями теста и лекции. Феликс поднялся из-за парты и подошёл к столу, опуская листок поверх остальных работ. Распечатку с заданиями он отдаëт ему прямо в руки, так же случайно коснувшись его руки… Глаза в глаза, в которых всё ещё был тот огонь. — До встречи, — кидает Феликс это банальное прощание и двигается на следующую пару. Оборачивается, чтобы закрыть дверь, встречаясь с его прощальным взглядом, но останавливается, когда слышит голос. — Убегать от мыслей не получится, как и от краски, которой случайно задел холст, — вдруг прошептал Хёнджин, прожигая взглядом спину. — Как чашка кофе, что оставляет след на белом полотне… — Я выпью с Вами кофе, сэр Хван, — прошептал Феликс, не оборачиваясь. — Только… Только лишь бы чашка не разбилась…       Выбегает из аудитории и врезается в грудь Джисону, приходя в себя. — Что ты так долго? Свидание назначал что ли? — парень уже в курсе этого инцидента. — Тебе же было всё равно? — с прищуром смотрит он. — Так и есть, мне плевать, — отмахнулся Феликс. — Ну молодой, ну да привлекательный, ну и что? — Ох… Ну как знаешь. Как созреешь, сообщи, — Сынмин махнул на них рукой и двинулся в аудиторию вокала, у которой его ждал Чонин. Возможно Феликс и врëт себе, но уверен, что это временное помутнение.       Весь оставшийся путь до хореографического корпуса, он как в тумане: то пытаясь выкинуть из головы случившееся, то определиться, что же он пробуждает внутри. Джисон то и дело не упускает возможности подшутить, хоть и не со зла. Он не обижается на его, зная же, что может помочь в случае чего…

***

      Джисон сидел в приглушённом свете комнаты для практик на полу, облокотившись на стену и изредка поглядывая на дверь. Минхо должен уже прийти, но порядком задерживается, хотя время для проведения хореографии уже скоро заканчивается…       Просто сидеть у Джисона откровенно сил уже нет. Поэтому он начинает сочинять новенькую хореографию без него, используя Феликса для большего эффекта.       В зеркале можно было увидеть тех, кто заходит в зал. Благо дизайнеры интерьера продумали всё, даже до этой маленькой, но такой значимой детали. — Ну и где он? — выдохнул Джисон, снова садясь на пол, когда в зал очередной раз зашли студенты, но не преподаватель. — Если он не придёт, то мой план провалился! — Не беспокойся, — усмехнулся Феликс, показывая Джисону сообщения. — У тебя большие проблемы.       Джисон хмурится и начинает смотреть на экран телефона Феликса, изгибая бровь. Чонин: «Мы ходили в буфет за водой и услышали, как Хёнджин рассказывает о том, что Джисон его чуть не довёл на литературе» Сынмин: «Минхо в радости, кстати, от этой новости»       И следующее сообщение пришло в эту же минуту, как в зал открылась дверь: Чонин: «Он направляется к вам» — Добрый день, мои дорогие и Хан Джисон, — усмехнулся Минхо, кидая бутылки с водой на свою кофту на полу. — Могли бы разминку и без меня провести, но я сегодня в хорошем настроении, поэтому выгоню только Джисона, — брюнет выпрямляется и складывает руки на груди. — Почему в джинсах? — Потому что мне понравилось мыть пол, — усмехнулся Джисон, вызывая приступ смеха у остальных. — Но, скорее всего, кое-что другое мне понравилось ещё больше…       Минхо усмехается и на секунду отводит взгляд… Было видно, что он злится, но чувствует, что Джисон играется с ним, с его нервами и телом. — Раз тебе понравилось мыть пол, то я позволю тебе это сделать, — произнёс Минхо. — Приступаем к разминке.       Все разошлись по залу и стали повторять всё то, что делал их преподаватель.       Прошло полтора часа, а Минхо вымотал их до состояния, когда не хотелось ничего, кроме как сомкнуть губы у горлышка бутылки с холодной водой. За всё это время они только размялись. Впереди было ещё полчаса занятия и ещё два часа хореографии, но сил уже не хватало…       Сказать, что Минхо в этой чëрной футболке выглядит чертовски, нет, даже дьявольски сексуально — не сказать ничего. Хотя, Джисон вполне уверен, что он без неё ещё лучше. Ах, да, ответ уже успел сформироваться, почему же Джисон так хочет быть наедине с Минхо. Так вот, причина в том, что Джисон невыносит его, как семиклассница в мини-юбке.       Не может найти для себя что-то более интересное, чем Минхо. Даже ночной просмотр порно так не гонит кровь по жилам, как этот дьявол. Когда Минхо начинает танцевать, его крыша успешно самосносится. На лекциях, может быть, он и терпит… Но сейчас Джисон снова с ним один на один. Он в зоне риска, и его это не радует и радует одновременно.       Они, ориентируясь по музыке, запустили фристайл. Понравившиеся интересные движения брали на заметку. К слову, музыка звучит сексуально… Она идеально подходит под их стили, но из-за взгляда Минхо, Джисон чувствует себя неуютно. — Вам нужно на этом моменте отдать сексуальностью. На этом бите, — Минхо перемотал немного назад. — Что-то примерно такое, — движение бёдрами вперёд и вверх.       Такое резкое и грубое, но такое плавное в его исполнении. Какое-то покалывание в кончиках пальцев Джисону не даёт откинуться насовсем, и собственное тело понемногу перестаёт слушаться мозг. — Или что-то на подобии. Именно таких битов за песню три, поэтому толчка должно быть тоже три. Или это может быть что-то иное, и каждый раз разное. Эй, ты меня слушаешь? Ты сейчас у меня начнёшь мыть пол своими джинсами!       Кажется, Джисон совершенно не слушал его. Конечно, как тут сконцентрироваться, если его только что чуть не вынесло. — Да, давайте оставим это, — ответил Феликс, повернулся к Джисону и прошептал ему на ухо. — Не благодари…       Все любят немного секса в танце. Но в том-то и дело, что немного. Когда Минхо подходит к Джисону, то пахнет каким-то страстным безудержным сексом. Или это только для него так? — Хорошо, дальше идут низкие частоты, я думаю нам нужно сделать тут движения на полу. Вот в этот промежуток, — он снова что-то перематывает.       А Джисон смотрит на пальцы… На его чëртовы пальцы… Стоит только прикрыть глаза, как эти пальцы уже жгут шею своей холодностью. От этого хочется тихо простонать. — Джисон, сконцентрируйся, — с лёгким упрёком сказал он, а у парня мурашки по рукам бегут.       Как Джисон танцевал — загадка. Он просто не помнил, просто повторял эти движения, иногда спотыкаясь, иногда чувствуя скованность… В один момент, когда Минхо очередной раз стал объяснять им, меняя некоторых ребят позициями, он задел бëдра Джисона руками, останавливаясь на несколько секунд позади, сладко шепча и обжигая горячим дыханием ухо: — Если ты не перестанешь, то тогда все узнают, — прошептал он. — Но если ты, конечно, хочешь, то я буду ждать тебя в этом зале… Но не забудь ведро и тряпку…