красные галстуки

      Каждый бы удивился, когда понял, что попал в прошлое, но для Чонина окружение совершенно не изменилось. Ну кроме того, что вокруг лес, а не разбитые дороги и побитые жизнью детские площадки (никто не знает для чего они, ведь если тут и будут дети, то только по чистой случайности). Но надо признать, что обстановка ему нравится. Тут спокойно, красиво, а тишину прерывает лишь пение зябликов и шелест листьев. Ну и звонкий голос его товарища за углом их столовой. А где ему ещё быть? Дети завтракают, а сам он быстро перекусил куском хлеба, запив всё «кофейным напитком».       — Ёб твою мать, Минхо, я тебе сказал.. - Чан встал с колена и повернул голову в сторону чужого дыхания за спиной, когда закончил завязывать шнурки, - А, Чонин… Уже позавтракал? Смотри мне, в обед будет некогда сесть, там тарелку с супом отнёс, а уже второе им подавай! А ты у нас вон какой тощий!       — Минхо? И почему мы должны накрывать всё? - Ян явно не ожидал услышать мат из уст такого доброго парня. Должно быть, та девушка правду сказала, что он грубый.       — Ты мне таких глупых вопросов-то не задавай, - светловолосый усмехнулся с наивности его совожатого, - Ты сюда отдыхать что-ли приехал? Я понимаю, что тебя взяли со скамейки запасных, но будь добр, работай на благо Родины!       — С какой скамейки запасных?       Глаза Чана явно расширились от вопроса. Кажется он сказанул лишнего.       — А! Минхо один из вожатых. Достал меня уже со своими сигаретами, честное пионерское! - нервно заговорил Чан, чтоб избежать следующих вопросов по «скамейке запасных». Видимо ему есть, что скрывать или он просто не хочет тратить сейчас свое время на пустую болтовню, - А знаешь.. Пойди купи сигареты и заодно себе чего-нибудь. Ну мороженое там.. - осматриваясь вокруг, парень быстро положил несколько монет в карман брюк Чонина, видимо, чтоб никто не видел, - Хотя вряд ли такому молодому-то продадут… Ну ты скажи, что отец попросил! И галстук сними, не позорь пионеров! - крепкие руки одним движением сняли с чониновского воротника галстук.       — А как же…       — Всё! Шуруй! Потом поговорим… А ларёк.. Ну ты как выйдешь из лагеря, потом направо и по дороге иди. Там издалека тётку увидишь, - он махнул рукой, убегая в столовую, потому что отряды уже начали выходить, - И смотри долго там не гуляй, я один не справлюсь! - крикнул он вслед и пролетел по ступеням в здание.       Спустя пару недолгих разговоров, доказывающих охраннику, что он не ребенок, а вожатый, его отпустили. Стоило только отчаянно сказать, что теперь ему не поздоровится от Чана, как старенький мужчина произнес «А, так тебя Чан послал?» и пропустил его. Видимо, он тут авторитет.       Чонин чуть ли не бежал, ведь слова «долго там не гуляй» из уст Чана звучали как «не прибежишь через 5 минут с сигаретами сюда — я из тебя эти сигареты сделаю». А ещё ему скорее хотелось узнать предысторию своего нахождения здесь и что это за скамейка запасных? Его радости не было предела, когда он, кажется, за минуты две добежал до ларька и уже, перебив дыхание, стал просить сигареты.       — Тридцать копеек, - женщина в синем фартуке протянула ему красную коробку, на которой был нарисован пёс, - Уже детей бегать заставляют за сигаретами, - закатив глаза, цокнула продавщица.       — Тридцать? - Чонин удивился и стал пересчитывать копейки, которые дал ему Чан. Он дал ему ровно 48 копеек.       — Тридцать, мальчик, тридцать.       — Тогда давайте мороженое, - Ян заулыбался, представляя, как впервые попробует то самое мороженое, которое нахваливают все взрослые, говоря «А вот раньше пломбир…». Тем более он заслужил. Зря сюда бежал что ли? Да Чан и сам сказал, чтоб он купил чего-нибудь себе. Поэтому высыпал все свои монеты и стал ждать.       — Тебе какое? Есть фруктовое за девять копеек, есть пломбир за восемнадцать, - открыла морозильник женщина. - Пока думать будешь, растает всё. У тебя выбор-то… Либо берешь два фруктовых, либо один пломбир.       Чонин и правда не мог выбрать. Он любил фруктовое мороженое и его мама постоянно покупала именно его, но так хотелось попробовать «тот самый пломбир».       — Бери два фруктовых уже. У меня смена заканчивается! - женщина протянула ему два стаканчика и, забрав все деньги, поспешила снимать с себя этот ненавистный фартук.       Видимо тут все были такими. Не то чтобы грубыми, но никто сюсюкаться с тобой не собирается. Надо уметь постоять за себя. Ян это понимает. Хотя его всё устраивает.       Сейчас он идет и наслаждается охлаждающим фруктовым вкусом. Возможно Чан ему дал деньги не для того, чтобы тот потратил их полностью и ему хорошенько влетит, но сейчас он наслаждается жизнью. Впервые.

*

      — Ты кому два мороженых-то купил? Или не наелся завтраком? - удивленно встречает его товарищ. Сейчас все дети и некоторые вожатые заняты кружками и секциями, а значит у оставшихся есть немного свободного времени. И Чан видимо один из них.       — Да мне их сунули… Ну ты возьми одно, твои же деньги, - Ян протянул холодный стаканчик и шарахнулся от голоса сзади.       — Нового мальчишку уже себе нашел, Чан?       Чонин обернулся и увидел ухмыляющегося парня с… фиолетовыми волосами?       — А вот и чёрт собственной персоны явился, - блондин, улыбаясь, оттолкнул Яна и подошёл чуть ли не вплотную к недавно явившемуся лицу, - Ещё хоть слово скажешь — я тебе язык в жопу засуну.       — Не думал, что тебе стоило пойти работать в тюрьму какую-нибудь, а не в детский лагерь?       — А ты не думал, что тебе стоит засунуть свою вонючую сигарету в свой поганый рот и катиться к чертям собачим?       — Ох, какие мы злые сегодня. Давай пачку уже.       Чан отошёл от него и, развернувшись к Чонину, с какой-то злостью посмотрел в его глаза.       — Отдай ему пачку и пошли. Нам есть чем заняться, в отличие от некоторых.       — Ты Минхо? - спросил Ян протягивая красную коробочку, которую только что нервно вытащил из кармана.       — Я Минхо, да, - осматривая пачку, ответил он, - Тоже куришь что ли? Мои любимые выбрал, - в его глазах теперь явно появился интерес в юноше. Неужто он наконец сокурильщика нашёл? - Ли Минхо меня звать, а тебя мальчик?       — Нет, не курю… Я Чонин.. Ян Чонин - он протянул руку в надежде, что нашел нового друга.       — А жаль. Может попробуешь? - Ли протянул ему сигарету, которую только что достал из новой пачки и усмехнулся с неловкости младшего, - Такой стеснительный ты, мне нравится.       — Ты мне других тут не подсаживай на эту гадость, - Чан взял Яна за худощавое запястье и потянул за собой, - Ещё раз увижу…       — Понял-понял, иди уже, - закуривая произнес Минхо и двинулся куда-то подальше ото всех.       — Понял он… А ты чего там с ним залялякал? Тоже хочешь эту гадость попробовать? - он настолько разозлился, что тянул парня как мешок за собой, даже не оглядываясь.       — Да нет же! И какая тебе разница и вообще куда ты меня тащ.. А! - Чонин крикнул от боли и выдернул свою руку из крепкой хватки, - Больно же!       — А ты чего такой неженка, я понять не могу. Тебя тронь, так ты уже весь рассыпаешься, - Чан повернулся и увидел лицо, наполненное яростью (будто он был готов убить его), со слезинками на глазах и краснеющее запястье, - Ладно, я погорячился, извини.       Чонин лишь так же стоял и с ненавистью молча смотрел на него. По его виду было видно, что он был готов начать драку сейчас: ладони были собраны в кулак, по рукам чуть выступили вены, брови нахмурены, глаза с яростью смотрели исподлобья. Чан будто понял, что одним «извини» тут не отделаешься.       — Если ты хочешь подраться, я думаю ты понимаешь, что я твое худощавое тело могу одной рукой уложить, - сглотнул Чан. Хоть он и имел такую прекрасную форму, он не любил драться. Особенно с теми, кто имеет такой жалостный вид.       — Ну попробуй, - выпалил Ян, походя ближе к нему. Теперь кто и выглядел тут жалостным, так это Чан, - Чего стоишь? Бей.       — Я сказал не буду! Вообще ненормальный что ли? Какой здоровый человек будет просить его ударить… - капли пота стали выступать на его лбу.       — Я так и знал, что за таким крепким телом стоит маленький котенок, - захохотал Ян и отошел от него, - Ну, куда мы там шли?       — Чего… Да я.. Да ты… Слышь, шутник! - парень начал возмущаться, что его непробиваемое холодное отношение к людям, которое он так долго выстраивал, только что разрушил какой-то мальчишка, - В столовку иди. Картошку чистить.       — А повара?       — Кто не работает — тот не ест! А поварихам не помешала бы помощь. А от тебя как раз толку нету.       — А ты?       — Что уже без меня жить не можешь?       — Не могу, - съязвил младший и расхохотался.       Чан лишь закатил глаза и согласился пойти помочь. Всё равно не знал куда себя деть, а Чонина отправил в столовую лишь для того, чтобы избавиться на время от пустых разговоров, от которых избавиться и не получится, как думал Чан. Но на его удивление Ян всё время молчал, видимо увлекаясь процессом чистки картошки, что показалось ему очень забавным.       Так они провели весь оставшийся день, не разговаривая друг с другом. Чан уже подумал, что обидел своего товарища, но младший лишь молчал, потому что разные мысли и вопросы не покидали его голову. Всё-таки не каждый день он оказывается в пионерском лагере, так ещё и по чистой случайности, без своего ведома.       Но за это время он успел познакомиться и с другими вожатыми, надеясь, что теперь они считают друг-друга как минимум друзьями.       Минхо оказался не таким недружелюбным, каким увидел его Чон при их первой встрече. Он показал ему весь лагерь (в котором оказывается есть даже небольшое озеро), обойдя всю территорию до боли в ногах и познакомил с его другом, который по идее должен быть его совожатым, но постоянно пропадает, рисуя плакаты. К счастью, сегодня он был более свободен и согласился прогуляться с ними. Его звали Хван Хёнджин. Он также был знаком с Чаном, даже более чем. Раньше они учились в одной школе и даже жили рядом, поэтому Хван его довольно часто видел и хорошо знал.       Все с кем встретился Чонин отзывались о старшем довольно хорошо, кроме той девушки, которая встретила Яна утром. Либо ему повезло встретить ребят, которые дружили с ним.

*

      На самом деле у Чонина уже скопилось достаточно вопросов (как и глупых, так и по-настоящему волнующих его) и на ответы потребуется немало свободного времени, которого, как оказалось, тут очень мало. Конечно, он мог бы спрашивать по одному между делом, но вряд ли над его вопросом задумаются и дадут точный развернутый ответ.       Так вышло, что вожатые жили по двое, отдельно от своих отрядов, в одном маленьком домике. Домиком эта постройка называлась только из-за наличия крыши. В целом это была комната с двумя кроватями по разные стороны и тумбами возле них. Вечером комнату освещала только керосиновая лампа, и то не каждый ей пользовался, ведь вожатые приходят сюда только для того, чтобы поспать.       Ян не хотел ложиться спать, так как думал, что после того, как он заснёт, он проснётся опять в своей комнате, которую так ненавидит. Он уже приспособился к жизни в этом лагере и признаёт, что ему тут нравится.       От одной только мысли о том, что ему придется попрощаться со всеми этими людьми, которые стали ему как друзья, хотелось плакать.       — Почему не спим? Эй, ты чего там? Ноешь что ли? - светловолосый подбежал к Чонину и схватил его за плечи.       Чан только что вернулся из душевой и его волосы были мокрыми и вьющимися. Он переоделся в пижамные штаны и рубашку, которую застегнул лишь на одну пуговицу, а от него самого пахло чистотой.       — Что случилось-то? - старший тряс его и пытался взглянуть в заплаканные глаза.       — Я не могу лечь спать, - Чонин захлебываясь в своих же слезах опустил голову, чтобы его никто не видел.       — И всё? Я-то думал гадюка какая-нибудь укусила! - Чан расслабился, поняв, что ничего плохого не произошло и присел рядом на кровать, облокотившись на стену.       — Гадюка? - Чонин встрепенулся и схватил парня рядом двумя руками, - Тут есть гадюки?       В комнате воцарилось молчание ровно до того момента, как Чан захохотал.       — А что боишься? - Чан похлопал по плечу младшего, который сидел уже чуть ли не на его коленях, вцепившись как кот.       — Конечно боюсь!       — Да пошутил я!       Чонин посмотрел в глаза, которые находились так близко и, кажется, забыл как моргать.       — Так, что ты там.. Уснуть не можешь? - Чан отвёл взгляд и откашлялся, - Может тебе в медпункт сходить? Хотя и там, наверное, все спят уже.       — Можно задать тебе несколько вопросов? - почти шёпотом спросил Ян. Если это его последний день (хоть и первый тоже), когда он будет здесь, то было бы неплохо получить ответы на все интересующие его вопросы.       — Хочешь спросить почему у Минхо волосы фиолетовые? - Чан почти засмеялся то ли от своей шутки, то ли от предстоящей истории. - Ему на голову банка краски упала, а он как не пытался ее отмыть, теперь ходит тут выделяется. Ну неплохо смотрится..       Чонин застыл в шоке, уже забыв, что хотел спросить. С другой стороны он не надеялся на то, что ему сейчас расскажут, как Минхо сходил в парикмахерскую и покрасил волосы в 1954 году.       — Я не это хотел спросить. Ну и это, конечно, тоже, но… не важно, - Ян решил оставить при себе все вопросы, ведь какая разница, если завтра он проснется уже в своей кровати и снова будет жить свою скучную жизнь. - Я был рад со всеми познакомиться, у вас тут весело.       — Говоришь так, будто завтра уже уедешь, - Чан с презрением посмотрел на него.       — Не то что бы уеду, но пропасть могу, - он отшутился с болью в глазах, хотя им обоим было не смешно.       — А ты у нас юморист, конечно. Чтобы завтра я проснулся и видел тебя здесь и нигде больше, понял? - он встал с кровати, похлопав младшего по плечу, и потушив лампу, лег на свою кровать. - Доброй ночи.       Оба были со слезами на глазах. Один надеялся, что товарищ его не бросит, пока другой надеялся, что сам не исчезнет без следа.