Культурные недоразумения

      Это была феерия.       Буйство красок (как в эмоциональном, так и буквальном смысле).       Праздник.       Торжество.       А так же аневризма и эпилептический удар (как в эмоциональном, так и буквальном смысле) для одного конкретного Джедая.       Не то чтобы происходящие сейчас было совсем уж плохим — бывали ситуации и похуже, чем званый ужин очередного зазнавшегося чиновника — но, скажем так, Джедай все равно бы предпочел оказаться… где-нибудь не здесь.       (Он также предпочитал избегать такое словосочитание как «где угодно», потому что — словно насмешка Силы — сразу после этих слов он почти сразу оказывался… в не лучших ситуациях.)       (А, если быть более конкретными, поблизости от золотоглазого раздражителя.)       (Чаще всего, к великому раздражению Джедая).       (Джедай до сих пор не понимал, когда он перестал видеть в Ситхе угрозу.)       (Может быть, когда тот перестал убивать?..)       В общем, политические встречи хотя и являются необходимостью, не прекращают быть менее напряженными сами по себе.       Особенно, когда на лицах всех присутствующих находятся эти маски.       …       На самом деле данный факт тоже не был слишком большой проблемой для такого развитого пользователя Силы, как он — у каждого живого существа в этой галактике есть свой собственный ментальный отпечаток, который, если приложить усилия, можно было запомнить так же легко, как открытое лицо — но…       Джедай не выпил свой утренний кофе сегодня, ясно? Он имеет право быть немного раздражительным по этому поводу.       Судя по всему, именно из-за этой самой раздражительности Джедай заметил приближение одного из гостей слишком поздно, чтобы появилась удобная возможность затеряться в толпе, как одному их тех убийц, которые приходят «поздороваться» каждые полтора месяца.       (Иногда Джедай поил их чаем (предварительно связав, конечно же, для их собственной безопасности — на кухне и в оружейной довольно много травмоопасных предметов), иногда просто вышвыривал их из окна десятого этажа (предварительно убедившись, чтобы внизу было что-то, что могло смягчить падение) — в зависимости от настроения.)       Ах, да — еще один минус такого максимально раздражающего мероприятия, как бал-маскарад.       Другие присутствующие и не подозревали, кто находится под маской, и, следовательно, теряли всякую разумную бдительность по отношению к джедаям.       И даже самая уродливая маска — так получилось, что Джедай действительно знал в этом толк — какую только он смог смастерить за такой короткий срок, не спасла его от нежелательного внимания.       Уточнение: это была — специально окровавленная и обмазанная «слизью», которая выглядела почти по настоящему — маска хатта.       Никакой «темной» элегантности или соблазнительности — только гротеск и соответствующие ему отвращение.       И теперь, когда этот самый гость легонько коснулся его плеча, прежде чем быстро отдернуть руку, и заставил ощутить на себе чужие эмоции доброжелательности и легкой привязанности — Джедай мог задать только один вопрос:       Какого ситха?       Эмоции, конечно, были положительной направленности — что само по себе является редкостью в политическом кругу — но в сочетании взывающей отвращение маски и вульгарного вида в целом (особо с точки зрения аристократии) это оставляло смутное беспокойство на счет психического здоровья новоприбывшего.       Который, как заметил Джедай, когда неохотно обернулся, был одет в белый, отливающий дорогими украшениями, костюм и элегантная вуаль, которая, хотя и казалась полупрозрачной, на самом деле надежно скрывала личность новоприбывшего. Такая же белая длинная накидка, подбитая таким же белым мехом, свисала с его плеч, и лишь миллиметра не хватало, чтобы коснуться пола или каблуков белых сапог с золотыми бляшками.       Выглядел незнакомец весьма презентабельно и, вероятнее всего, по местной моде, за которой Джедай, если честно, вообще не следит.       Хах.       Джедай волей-неволей был вынужден признать, что сложившиеся ситуация была… немного забавной.       — Разрешите пригласить Вас на танец, привлекательный незнакомец?       И протянул руку в белой перчатке ладонью вперед, в ожидании решения Джедая.       Хм.       Джедай мог поклясться, что услышал легкое потрескиванье, когда незнакомец заговорил.       Голосовой модулятор?       Довольно продуманных ход, который позволяет сохранить и стиль, и истинную личность.       Ради уважения к такой предусмотрительности Джедай был даже готов уровнять игровое поле и не смотреть слишком пристально на ментальный отпечаток.       Джедай задумчиво склонил голову за бок, мысленно рассматривая предложение незнакомца.       Во-первых, скоро должен был начаться довольно неприятный в своей сложности танцевальный этап, который требовал внимательного и умелого партнера.       Гость в белом выглядел так, как будто подходил по всем пунктам.       Во-вторых, у Джедая закончились варианты, благодаря которым он мог избегать все предыдущие раунды.       (К сожалению после третьего случая официанты убрали чашу с пуншем и теперь разносили напитки только с помощью подносов и, завидев Джедая, резко разворачивались и почти убегали в противоположном направлении.)       (Джедай едва сдержал себя от того, чтобы погнаться за разумным вслед — частые встречи с Ситхом явно плохо на него влияют — он еще не настолько опустился, чтобы запугивать кто-то только по той причине, что у него не сложились отношения с танцами.)       В-третьих, когда Джедай представил, как он, одетый в это, и незнакомец, одетый в это, танцуют рука об руку на глазах у местных — тем не менее, все еще раздражающих в своей высокомерии — аристократов…       А потом, когда представил как ту же самую картину по местным каналам…       Джедай улыбнулся, все еще скрывая лицо под маской.       После такого его и близко не подпустят к политическим мероприятиям, по крайней мере, на полгода точно.       Этого времени должно быть достаточно, чтобы продумать свой следующий «подарок» для следующего политического деятеля, который осмелится прислать ему приглашение, на которое он будет вынужден согласится.       Предчувствую пустоту своего электронного почтового ящика, Джедай, тем не менее не теряя миролюбивого настроя (не хотелось бы, чтобы «жертва» перед ним что-то заподозрила и убежала как и все остальные), вложил свою руку в гостеприимно распахнутую ладонь и…       … резко вдохнул воздух, почувствовав невероятно сильный накал почти непереводимых в своей полноте эмоций даже сквозь двойной слой ткани.       Это — еще одна причина, из-за которой джедаев считают странными и из-за которой их опасаются.       За какой бы маской не скрывался разумный — одного прикосновения кожи к коже будет достаточно, чтобы сорвать ее, узнать истинные намерения, эмоции, планы.       У некоторых джедаев этот талант выражен меньше, у других — больше.       Наш Джедай относился к последним.       Незнакомец в белом, пользуясь рассеянностью своего новоявленного партнера по танцам, медленно наклонился к уродливой руке (Джедай был настроен создать такой костюм, который вызывал был отвращением каждым своим сантиметром) и оставила горячий поцелуй на запястье, прямо там, где пульсировала жилка.       — Ваше снисхождение не будет потрачено впустую, уверяю Вас.       (*счастливое щенячье поскуливание*)       Трижды звонко пробил колокольчик, прежде чем заиграла увертюра и незнакомец в белом повел его в сторону строящегося народа.       Когда прозвучал первый аккорд и толпа сделала свой первый синхронный шаг, Джедай пришел в себя и кое-как, наконец, отстранился от нескончаемого буйства эмоций.       Незнакомец уверенными движениями повел Джедая вместе с остальным потоком, никак не показывая, что на самом деле было у него на сердце.       Джедай едва заметно наклонил голову на бок.       Хм.       Похоже, его с кем-то перепутали — эмоции были слишком сильными, чтобы быть направленными в сторону незнакомца, одетого как монстр из кошмара.       Такая полнота эмоций больше подходит для... любовника.       Возлюбленного.       Джедай неловко прикусил нижнюю губу под маской, когда, следуя этапу танца, ему пришлось сделать плавный жест рукой, а потом снова быть схваченным его партнером.       Да, он любил — можно даже сказать, что был этим слегка одержим — издеваться над различными аристократическими фигурами…       Но никогда в таком смысле.       Это недоразумение обещало стать тяжестью на его совести, а потом — препятствием во время следующей вечерней медитации.       Он должен был исправить это.       Сейчас же.       — Я думаю, Вы меня с кем-то перепутали, — мягко, но с настойчивой уверенностью заявил Джедай, позволяя повернуть себя по вокруг своей оси, а потом прижать к груди.       Очередной смехотворный по своей яркости прилив эмоций все равно не позволил пропустить игривую улыбку в голосе его партнера:       — Разве мы знакомы?       Джедай мысленно вздохнул.       Похоже, на этот раз ему попался тот самый непереубеждаемый тип разумных, которые слишком самоуверенны, чтобы даже допустить мысль об ошибке.       По крайней мере, Джедай пытался.       Убедившись, что его совесть чиста, Джедай решил просто переждать всю эту неловкую ситуацию, а потом уйти.       Он все равно не собирался дожидаться этапа «снимите свою маску, чтобы удивить всех присутствующих и себя самого, а потом сгореть от стыда или смущения от понимания того, с кем ты провел этот бал».       Джедай едва слышно прищелкнул языком, пытаясь отвлечь себя от беспощадных эмоций своего партнера, которые, казалось, становились все сильнее с каждым шагом.       Ему определенно следовало подсократить название для этого конкретного этапа.       Например…       Джедай не успевает закончить мысль, когда его внезапно хватают за талию и сильнее прижимают к телу своего партнера, а потом наклоняют почти параллельно полу.       Джедай: ?       Нет, это, конечно, был следующий этап танца, Джедай не забыл об этом, но это было как-то резко по сравнению со всем этим нежным отношением пять секунд тому назад.       Тихий шепот коснулся ушей Джедая:       — Какие-то проблемы, прекрасный незнакомец?       (Обрати на меня внимание.)       Да, ты обознавшийся и высокомерный аристократ, который обманывает сам себя и который решил сделать это проблемой всех остальных, включая самого Джедая.       Удовольствие ниже среднего, Джедай не рекомендует.       Его партнер по танцу, не получив ответа на свой вопрос, тихо усмехнулся…       (Видимо, я недостаточно стараюсь. Нужно приложить больше усилий)       … и продолжил танцевать.       Что-то меняется.       Джедай пытается игнорировать происходящие, обратится к Силе — что угодно, на самом деле, но…       Когда его уверенно вели в танце…       Когда свет ламп падает на колыхающиеся полупрозрачную вуаль…       Когда руки раз за разом подхватывали его в те рискованные моменты танца…       Когда белая накидка его партнера колыхалась, скрывая его от удивленных и любопытных, скользящих, словно тысяча паразитов на коже (одна из причин, из-за которой он терпеть не мог политические мероприятия), взглядов других гостей…       Когда его разум атаковали эти глубокие, чужеродные, но такие искренние эмоции привязанности и счастья ты-здесь-ты-рядом-я-так-тебя-люблю…       Когда происходило все вышеперечисленное, он не мог это игнорировать, даже если, по факту, это было не для него, а для кого-то другого…       Джедай почувствовал, что погружается все глубже, не смотря на то, что его ноги все время были на полу.       Джедай не заметил, как прозвучал последний аккорд.       Он стоят друг перед другом и не размыкают рук, тяжело дыша одним воздухом, так близко друг к другу, глядя глаза в глаза, насколько было возможно со всеми этими маской и вуалью.       В голове Джедая было на удивление пусто, но почему-то он был на сто процентов уверен, что их сердцебиение резонировало друг с другом, их сердца бились вместе, не отставая друг от друга ни на такт...       И это было самое замечательное, несравнимое ни с чем ощущение за последнее время – настолько, что Джедай почти позавидовал тому, на кого всë это было направлено на самом деле.       А потом...       Вдруг крепление, которое поддерживает вуаль незнакомца, с громким — особенно в тишине, когда музыка замолчала — треском рвется.       Вуаль внезапно падает и на свет появилось… до боли в печенках знакомое лицо.       Ситх замирает.       Джедай моргает.       Забудьте, что он сказал ранее.       Ситх — угроза для здоровья Джедая.       С этими мыслями Джедай совершил прицельный удар прямо между ног своего оппонента.