Лекарство от тоски.

За окном снег кружился крупными белыми хлопьями и медленно опускался на чистые сугробы. Серые тучи держались на небе вот уже несколько дней, чем вызывали у жителей города лишь скучающее настроение и нежелание что-либо делать. Единственной причиной радости был приближающийся праздник, которого большинство ожидало с огромным нетерпением. Звонок раздражающей трелью раздался по всему зданию, предупреждая учителей и учеников об окончании урока. Школьники поспешно запихнули учебники с тетрадями в рюкзаки и выскочили из классов, торопясь занять очередь за куртками. — Слушай, Юль, у тебя же родителей сегодня не будет, да? Снег под ногами приятно скрипел, снежинки застревали на ресницах, иногда пробирались за шиворот пуховика, оставляя безболезненные холодные укольчики на коже шеи. Красные пряди на ветру беспорядочно путались, а их обладательница нервно игралась с пирсингом на языке и ожидающе поглядывала на подругу. Но Юлю беседа не сильно интересовала, гораздо важнее было правильно завязать шарф, чтобы не оставалось открытых участков, и натянуть шапку посильнее. К собственному организму и здоровью она относилась бережно, а потому на улице в холодную погоду всегда тепло куталась, несмотря на то, что вся школа привыкла видеть её в коротких юбочках, еле доходящих до середины бедра — Сходи со мной на вечеринку к Шевцову — так и не дождавшись ответа, продолжила Лёля, дёргая темноволосую за край куртки — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Максим Шевцов — главный двоечник, рискующий остаться на второй год в одиннадцатом классе, невоспитанный упрямец, часто пропадающий в полицейском участке за мелкие хулиганства, и, по совместительству, любовь всей жизни для Лёли. Воплощение влажных фантазий школьниц, но ходячий ужас для адекватных людей, в число которых входила Юля. Брюнетка наконец отвлеклась от своего занятия и перевела взгляд на умоляющую девочку напротив с блестящими щенячьими глазками. — Лааадно, — закатив глаза, протянула она — но я соглашаюсь только из-за того, что ты по нему сохнешь. Счастливая улыбка растянулась на покрасневших от мороза щеках, а Лёля счастливо запрыгала на месте, хлопая в ладоши. Чужой радости не было предела. В этот момент в красную взъерошенную макушку прилетел снежок, застревая мелкими крупицами в волосах. Девушка всегда была противницей шапок и капюшонов, ей было легче морозить голову и уши, чем казаться «смешной» в тёплых головных украшениях. А сейчас, распрощавшись с недавней радостью, пришлось отряхиваться от снега. — Детство в жопе заиграло, придурки? — гневно зашипела Юля, поворачиваясь в сторону шкодников. Недалеко от подруг стояли двое парней. Высокие, плечистые, оба смазливо-красивые до тошноты и наглые до несдерживаемой грубости. И одним из них был тот самый Макс, что являлся инициатором всех возмутительных проделок. — Юлька, придёшь сегодня ко мне на вечеринку? — спросил Шевцов с самоуверенной ухмылкой на лице, когда оказался ближе к девушкам. Парень, стоящий рядом с ним, молча подкурил сигарету, показывая всем своим видом, что происходящее вокруг не было достойно его императорского внимания. Олег, по сравнению со своим другом, хоть и казался более спокойным, но тоже имел отрицательную черту, которая отталкивала окружающих не меньше чувства вседозволенности Шевы. Шепс общался достаточно грубо, говорил правду прямо в лицо, не подбирал выражения, а ещё любил смерять всех взглядом полным брезгливости и ненависти. Только начистить ему лицо никто не решался. Во-первых он друг Макса, а во-вторых, имел очень необычное хобби, связанное с эзотерикой. Стать жертвой мага и накликать на себя порчу было бы ужасной перспективой. — Придёт, — отвечала Лёля — и я тоже приду. Шевцов расцвёл на глазах, пораспрашивал о излюбленных напитках и музыке, а потом скрылся с брюнетом за углом первого попавшегося дома.

******

— Всё таки нужно было джинсы надевать, а то ноги мёрзнут. — переминалась Лёля с ноги на ногу и одновременно поправляла накрученную прядку у лица. Она пару часов перебирала шкаф в поисках нужного наряда, ломала голову с выбором причёски, несколько раз переделывала макияж, и в итоге добилась от подруги нужной реакции: та при виде Лёльки не сдержала громкого «вау» и невольно сравнила её с девицей лёгкого поведения. В хорошем смысле, конечно, как бы это странно не звучало. — Куртку длинней и хоть голая ходи — брюнетка выдохнула морозный пар и облокотилась о подъездную дверь. Наконец раздался противный писк домофона. Чужая квартира хоть и была большой, но свободное место удалось найти с трудом. Резкий запах табака бил по носу, заставляя морщиться, по всему периметру потолка были расклеены неоновые ленты, а из колонки долбил попсовый хит. — Опоздали, девчата — рядом оказался Макс. Первым делом он пихнул в руку каждой по пластиковому стаканчику с тёмной жидкостью. — Не опоздали, а задержались. — проговорила Юля, перекрикивая громкую музыку. В отличии от подруги, пить она сразу не решилась, сначала понюхала содержимое. Ничего необычного не было. Всем известная кола, намешанная с чем-то спиртным и крепким. А пока брюнетка разбиралась с мешаниной в своём стакане, Лёля времени не теряла и уже пыталась найти с Шевцовым общие темы для разговора. Тянулась к его уху каждый раз, когда говорила что-то, смеялась с каждой его шутки и счастливо улыбалась во все зубы. Юля девочка не глупая, мешать не собиралась, а счастью подруги только порадовалась бы. В комнате она заметила пустующее место на диване и поспешила туда. Девушка удобно устроилась, поджав под себя ноги, и стала осматривать радостную толпу. Знакомых людей было много, но взгляд почему-то зацепился за одиноко сидящего парня в другом углу комнаты. Он попивал алкоголь и с усталым видом смотрел куда-то в окно. За всё время обучения они могли перекинуться парой тройкой фраз и то вечно подкусывали друг друга, хамили и никогда не сходились мнениями. Юля терпеть не могла его вечно недовольное лицо, громко цокающий язык и интонацию, с которой он говорил о её глупости. Олег, кажется, почувствовал на себе чужой взгляд и посмотрел в сторону девушки. А та лишь гордо подняла подбородок и отвернула голову, чем только позабавила парня. Прошло уже около часа времени. Алкоголь в стакане давно закончился, но добавки и не хотелось. Юля всё это время просидела в кресле. Она не танцевала, ни с кем не общалась, изредка следила за Лёлей, но позже забила и на это, думая, что подруга сама посчитает нужным предупредить её, если что-то случится. Диван рядом прогнулся. Шевцов закинул руку за спину девушки и по-хозяйски обнял её, крепко прижимая к себе. Темноволосая невольно стала искать взглядом Лёлю, но её во всём этом скопище видно не было. — Чё тухлая такая сидишь? — прокричал он на ухо — Не нравится вечеринка? — Не люблю такие шумные места, к тому же душно. Мужская ладонь легла на чужое бедро, чуть поглаживая и слегка забираясь под ткань джинсовой юбки. — Ну так мы можем уединиться в родительской комнате. Тебе понравится. Юля, возмущенная такой фривольностью, отшвырнула его руку в сторону и попыталась встать, но парень грубо удержал её. Ей хотелось плюнуть ему в лицо или выцарапать глаза, чтобы научить рассчитывать меру, вовремя останавливаться и понимать слово «нет». Слишком уж Макс был уверен в себе, раз думал, что у них могло бы что-то получиться. — Шева, руки убери, пока я тебя их не выдернула. — рычит она в его лицо. Парень с алкоголем явно перебрал, потому что в ту же секунду со свирепой жестокостью схватил чёрную копну на затылке и с особой силой сжал их, натягивая. Тихий писк боли потерялся в звонкой дурацкой песне. Его не услышал никто. — Да какого хуя ты ломаешься? Чё тебе не нравится? И накатывающий страх силой заставил прикусить нижнюю губу до крови. В голове крутился только один вопрос. Что теперь делать? Но неожиданно по чужому лицу прошелся кулак. Хватка на волосах исчезла и Юля, не теряя возможности, быстро подскочила на ноги. Парни сцепились в яростной схватке, словно два льва. Олег бил сильно, совсем не жалел друга, но и Шевцов не уступал: на каждый удар отвечал не менее зверским ударом, хоть и был совсем не трезвый. Вокруг переполох: некоторые девчонки в ужасе кричат, парни подначивающе улюлюкают, и всё это смешивается с музыкой, ударяя по вискам металлическим молотом. Когда разбилась ваза и перевернулся стол с закусками, этих двоих наконец разняли по разным сторонам. — Чё за хуйня, Олег? Тоже Юльку трахнуть захотел? — он ядовито усмехнулся, сплёвывая кровь на белый ковёр — Так она уже мне дать пообещала. Шепс вырвался из чужой хватки, проигнорировал уже бывшего друга и поспешил на выход из квартиры. Последнее, что Юля заметила — это всё ещё сжимающиеся кулаки и ходячие желваки на острых углах лица. Она уже было рванула вслед за парнем, только вспотевшая рука, коснувшаяся локтя, заставила её остановиться. — Ты чего наделала? — Лёля злостно щурила глаза, смотря на брюнетку в упор. Юля в удивлении раскрыла рот. Обвинений в свою сторону, да ещё и от лучшей подруги она точно не ожидала. — Ничего. — отрицательно махнула головой — Я ничего не делала. Красноволосая отстранилась. Разочарованно вздохнула и с огромной жалостью в глазах посмотрела на Шевцова. И Юля всё поняла. Чувство любви на гвозди прибило розовые очки к карим глазам. Бесполезно было ждать поддержку и содействие, сегодня Лёля ни за что не встала бы на её сторону. — Нужно быть скромнее, Юль. И после этого с пухлых губ слетели пара нецензурных фраз, брюнетка не смогла больше сдерживаться, выскочила в коридор, впопыхах натянула свои ботинки и убежала из квартиры, напрочь забывая про куртку. Сейчас ей жизненно необходимо было найти Шепса. Поблагодарить и, может быть, попросить прощения. В эту ночь они вдвоём лишились своих единственных друзей.