weeping heaven

– Расскажи! Расскажи мне ещё, Тэ-и! Наён всё никак не успокоится, лбом утыкаясь в колено парня и громко завывая что-то на непонятном ему языке. – Но я ведь рассказывал уже тебе её раньше. Я знаю ещё очень много других сказок, например, про принцев и принцесс. Хочешь такую? - Тэхён ласково, почти с родительским трепетом касается её головы, укладывая ладонь прямо на пробор волос для двух хвостиков, один из которых чуть съехал ближе к уху, а непослушные короткие волоски у лица липли к влаге у уголков глаз девочки, что старательно мычала протесты в плед на его ногах. – Нет, я хочу именно её! Хочу сейчас! - она всё никак не перестанет хныкать, поднимая голову лишь для того, чтобы Тэхён точно смог её услышать. Ким вздыхает и тянется вперёд, подхватывая девочку за руки и усаживая наконец на свои колени, пока та спешно утирает слёзы и счастливо выдыхает, понимая, что уговорила. Истерики поощрять - плохо, но Ким не может ей отказать, потому что это его Наён. – Ладно.. Это сказка про лесного эльфа на ночь для одной невероятно послушной девочки, верно? Наён часто кивает головой, как смешные собачки на панелях машин во время поездки, и усаживается максимально близко к парню, своими большими глазами уставившись на него и ожидая начало любимой истории, на что Тэхён расслабленно улыбается. И кто он такой, чтобы отказывать? – Итак, было это в далёких и волшебных лесах, скрытых от посторонних глаз высоко-высоко в горах. Жили в этом лесу большие мохнатые пчёлы, белые львы с пушистыми гривами и милые зайчики с розовыми хвостами. А еще в этом лесу жил маленький эльф по имени.. – Талул! - Наён не выдерживает, взбудоражено хлопая несколько раз в ладони. – Верно. Этот эльф был хранителем леса, животные уважали его и находили в этом маленьком человечке спасение, заботу и любовь, ведь Талул всю свою жизнь помогал жителям леса, лечил их и оберегал, - на этом моменте девочка начинает улыбаться во все несколько зубов, потому что её любимый хён всегда очень смешно описывает внешность главного героя, но вдруг прикрывает рот рукой, что не уходит от внимания парня и он немного хмурится, замолкая на пару секунд. Наён никогда не прятала своё хихиканье ладонью. Мгновенье на раздумия и появляется отличная идея. - Ох, ты знаешь.. а ведь у Талула есть маленький брат! – Брат? - девочка вдруг оживляется и её глаза смешно расширяются. И сердце Тэхёна когда-нибудь точно не выдержит перед этой малышкой. – Да, совсем такой же кроха, как и ты! И ещё, мне кажется, он бы тоже хотел побывать в моей сказке, ты не против? Она несколько раз моргает, задумчиво стучит пальчиком по его руке и наконец решительно кивает, небрежно убирая прядь волос за ухо. Сегодня счастливый день, раз Наён вдруг так послушна и уступчива, можно прямо сейчас бежать и покупать лотерейные билеты, пока Тэхёну так везёт. Но сказка есть сказка, так что он продолжает: – Итак, маленького брата звали.. Ладно, возможно, гениальный план был продуман не особо гениально, так что будем выкручиваться как получится. –...Чонгук? Ты идиот, Ким Тэхён. Ну почему именно это имя? Если Наён полюбится этот герой, то парню придётся наспех собрать чемодан и переезжать в лес, подальше от цивилизации, чтоб там она его точно не нашла и не стала выпрашивать эту чёртову сказку. Вдох и выдох, Ким Тэхён. А Наён лишь внимательным взглядом охватывает его лицо, почти не моргая. Чонгук и Чонгук, это ведь не для неё он почти как Тот-чьё-имя-нельзя-называть. Сравнение Чона с Волан де Мортом придумал Чимин и по началу это раздражало, но сейчас воспринимается легче. Девочка напоминает о себе, нетерпеливо поёрзав, когда её любимый сказочник непозволительно долго молчит. – Чонгук? Он готов голодным волком выть от того, как нежно это имя произносит его любимая девочка, но приходится взять себя в руки и просто коротко выдохнуть. Ни в коем случае не стоит забывать зачем мы тут собрались. – Да... А ещё он был такого же возраста, как и ты, - губы девочки смешно вытягиваются трубочкой и Тэхён улыбается. – Оппа... а у него... - она пальчиком касается собственных губ и на секунду замолкает. - У него тоже зубы исчезали? Итак, дело начинает движение с мёртвой точки. Молодец, Ким Тэхён, так держать. – Конечно! Исчезали быстрее твоих, но вылезали новые. Синие, красные, зелёные, всякие-всякие. Наён громко хохочет и утыкается лбом в ключицы парня, смеша тем самым и его самого. Возможно, она не поверила в эту часть сказки и теперь станет называть Тэхёна наглым врунишкой, но сейчас, не переставая хихикать, она поднимает голову и не прикрывает рот ладонью, сверкая несколькими светлыми зубами на пару с одним ещё только виднеющимся. – Наён, посмотри на меня, - Ким вдруг останавливает девочку и берёт её маленькое личико в свои руки, подмечая слезинки веселья в уголках глаз. - Неважно, сколько у тебя во рту зубов и какого они цвета, это всё ещё ты, моя маленькая девочка. У бабули Ёк вообще зубов нет, но её любят дети и внуки, а ты не перестаёшь к ней бегать гладить цыплят. Никогда не думай о том, что какие-то изменения в тебе могут быть некрасивыми, ладно? Малышка кивает так, словно даже в этом юном возрасте прекрасно поняла о чём ей говорил Тэхён, но, может быть, так случится, что, уже став чуть старше, она всё же вспомнит этот их разговор и ей будет не так тяжело, как большинству подростков в будущем. Девочка больше не надеется на сказку, нетерпеливо дёргает ногами и слезает с его колен как желе с тарелки, тут же набирая скорость и убегая в сторону поля, на котором остальные дети играли в догонялки с гусями. Бедные птички. Тэхён перестаёт улыбаться, когда вдали замечает внушительных размеров красный авто, что буквально никак не вписывается в перечень типичных транспортов их деревушки. Он старательно подталкивает коляску через дорогу ближе к дому, когда машина не проезжает, а вдруг останавливается прямо перед ним. Сердце бьётся где-то в горле от страха неизвестности и Киму приходится набраться смелости, прежде чем он поднимает взгляд после звука опускающегося стекла. Это точно не закончится хорошо. – Привет. Тэхён, да? Прости, полное имя не запомнил. Я Сокджин, кстати! Парень теряется, когда на него вдруг с интересом устремляются два круглых глаза, а интонация и подача вовсе не выдают в незнакомце серийного убийцу или безжалостного киллера. И с чего вдруг вообще такие мысли? – Ким, - с трудом отмирает Тэхён. – Да, Ким Сокджин, верно. – Ким Тэхён. Водитель вдруг охает и неловко улыбается, рукой касаясь собственных губ. – А, боже, прости, я не совсем правильно понял. Тэхён, конечно, Ким Тэхён, ага.. – Так чем я могу помочь вам, Ким Сокджин? - уже без особо страха, но с чувством тревоги всё же уточняет парень, чуть ёжась от порыва холодного вечернего ветра, от которого не спасает даже бабулин домашний джемпер. Если его убьют прямо здесь, то остается надеяться, что похоронят не в нём. – Помочь? - незваный гость чуть ли не во всю улыбается и Тэхён может поклясться, что даже услышал какой-то хихик, когда собеседник чуть опустил голову. – Тэхён, как раз помочь приехал я. Подождёшь, пока я припаркуюсь? В другой раз и с другим человеком появилось бы желание закатить глаза и съязвить что-то вроде «Подождать? Ох, а я как раз планировал сейчас дать дёру на вот этих двух», крепче ухватившись за колёса своей коляски. Но именно в этот момент Тэхён остаётся спокоен, действительно с тенью волнения на лице наблюдает за тем, как незнакомец паркуется прямо напротив дома бабули с дедулей, и пытается разглядеть в Сокджине кого-то, с кем он мог пересечься... где-то. В бассейне? В школе? В больнице? – Было бы здорово посидеть где-нибудь... Ну, кафе какое может или закусочная? - Джин неловко проводит рукой по задней части шеи, когда возвращается к сидящему в коляске парню, что выглядит вполне готовым к разговору, а самому ему присесть негде. Тэхён не думает долго, когда снимает с себя верхнюю одежду и без тени сожаления на лице кидает вещь на траву рядом с собой. «Прости, бабуля, но твой джемпер уже давно не вписывается в стиль современной молодёжи.» – Садитесь. – Сюда? - изумлённо тянет Джин. – Нет, на голову мне, а это я для атмосферы расстелил, - парень сдерживает себя изо всех сил, чтобы его глаза не совершили переворот от недовольства. - Садитесь говорю. Сокджин старается как можно аккуратнее присесть на землю, по итогу его пожизненная потеря координации в пространстве берет верх и он с глухим шлепком приземляется причинным местом на траву чуть левее джемпера. Он жалобно охает, но что сделано, то сделано, так что приходится всё же стряхнуть крупные камешки с ладоней, которые прилипли к коже в момент тщетной попытки спастись и удержаться на руках, не упав в грязь лицом. Или жопой в траву. Тэхён громко вздыхает, пока наблюдает за этим представлением, но подмечает, что молодой человек не выглядит как кто-то из его круга общения: наличие прав и уж точно своя машина, а не купленный родителями мопед; дорогие часы на левой руке и более спокойный аутфит, как если бы они были в одном кругу общения. Наряду с этим нельзя не отметить чистоту во взгляде и детскую наивность, с которой Сокджин так открыто начинал диалог. – Сколько вам лет? Джин наконец усаживается так, как ему удобно, всё же крайне скромно расположившись на чьей-то одежде. Крупные красные стразы на грудках джемпера – вряд ли эта вещь принадлежит Тэхёну, а тот в свою очередь показательно кашляет, напоминая задумчивому собеседнику о вопросе. – Меньше, чем Чонгуку, но ты можешь звать меня хёном. Без «вы». Тэхён стремительно опускает голову вниз при упоминании чужого имени и старается затолкать эмоции поглубже. Туда, где он надёжно запер их на тысячи замков. Сокджин был бы дураком, если бы смог оставить это без внимания. – Я приехал сюда, назвал тебя по имени и сказал, что хочу помочь, а ты спросил о моём возрасте. Тебя часто называют странным? Тэхён хмурится. Что? – Что? Действительно. – Так много слышать о человеке, называть это глупостью и высмеивать чужое помешательство. Казалось, что так нельзя – любить красные свитера и книги про фей, - голос незнакомца звучит очень тихо и кажется, что вечерний ветер помогает звукам добраться до ушей парня, потоками воздуха щекоча лёгкие волны у лица. - Мне казалось, что увидев тебя я смогу рассмеяться в лицо этому дураку, но ты абсолютно не такой, каким я тебя представлял. Ты странный, Ким Тэхён. Сокджин смотрит куда-то в огород маленького дворика фермы и прижимает колени к груди, больше не выглядя таким взрослым и решительным. Тэхён уже не отрывает от него взгляда, внимательно вслушиваясь в чужие слова и всё ещё стараясь понять что происходит, но не перебивает. Умеет слушать, гордится этим. – Он всё время рассказывал о тебе что-то, но совсем не как врач. Я долгое время пытался понять, почему мне всегда недостаточно информации для определения диагноза, но всё оказалось куда проще, потому что я знаю по каким дням ты ходишь в бассейн и как вкусно печёшь блинчики. Он не поможет тебе, потому что для него ты никогда не был просто пациентом, но я смогу и я здесь для этого. На словах о бассейне и блинчиках Ким улыбается и Сокджин делает то же самое, окончательно убивая этим любое напряжение между ними. До У напрягается, когда видит внука в компании незнакомца, который ещё и не выглядит как кто-то из их деревни, но лишь спокойно подходит ближе, потому что Тэхён улыбается. Измученно, но будто благодарно, впервые за долгое время. – Мальчики, холодно, зайдёте в дом? Тэхён, это ещё один твой друг со школы? Тэхён всё ещё улыбается, когда пожилой мужчина подходит ближе и взглядом изучает незнакомца, а затем внук неуверенно качает головой и обещает объяснить всё дома, намекая оставить их наедине. – Проще было бы и правда представить меня твоим школьным дружком, - смеётся Джин и парень понимает, что с ним, вероятнее всего, ему не придётся скучать ближайшее время. – Так... сколько тебе там лет говоришь? - Тэ немного щурится, желая придать своей реплике как можно больше загадки и хитрости, но собеседник снова хихикает и поднимается с земли, стряхнув джемпер пару раз и направляясь в сторону забора фермы. Уже в доме Джин вежливо опускает голову перед бабушкой и дедушкой и представляется ординатором лечащий больницы Тэхёна, а тот добавляет, что они с Сокджином ещё и приятели, так что он останется на ужин. Ким смущённо улыбается. – Так вы вместе работаете? Они сидят в комнате парня уже добрые пару минут, новый знакомый успел переодеться в любезно предоставленный Кимом новый аутфит и покрутиться перед зеркалом, выдохнув «Ладно, сойдёт». – Я закончил учёбу этим летом и по распределению попал в клинику, где Намджун познакомил нас и попросил его быть моим наставником, чтобы, я цитирую «не болтался тут сам по себе, как неприкаянный», а в один из вечеров я нашёл твою карту. Он тогда долго смотрел на папку в моих руках и после рабочего дня мы поехали в кафе, где он всё рассказал. – Всё? - Ким чувствует, как тяжело уточнять этот момент. – Всё о тебе, как о человеке. О ком-то, кто в груди или левее, к сердцу. И снова эта дрожь по телу, стоим им заговорить о чём-то таком. Разве это не должно было остаться в каком-то глупом сериале? Все эти недосказанности и умалчивания, страдания и копания в себе. Разве нельзя было просто поговорить? И если можно, то что сказать? Об этом никогда не пишут в книгах и дрожащим голосом не повествуют в фильмах. А как теперь быть? – Я так много времени потерял здесь, утирая слёзы одеялом и стараясь запереть себя в этой деревне в надежде унять это чувство в какой-нибудь день. Мне казалось, что это всё какая-то глупость... Ну, знаешь, влюбился в маминого парня и вот страдаю, но если я вдруг исчезну с горизонта, то всем станет легче. Они... И тишина. Ком сдавливает горло, не даёт произнести и слова, а голос неприятно дёргается на последнем произнесённом слове, обещая разрушить душевный монолог. Когда-то он решил промолчать, но больше так не поступит с самим собой. Шмыгает носом и продолжает: – Они должны были обсудить это и я бы больше никогда не стал мешать им. Казалось, что так просто будет самым лучшим вариантом, даже если я просто оставлю себя вот в этом состоянии. Губы Сокджина сжаты в тонкую полоску, а рука касается чужой, стараясь поддержать и успокоить. – А ты знал о том, что он чувствует? Вы обсуждали это? Вы говорили друг другу хотя бы о части своих чувств? Ким младший шмыгает носом снова и снова, периодически проводя рукавом домашнего свитера по верхней губе. Не плачет, но уже совсем немного до этого осталось. – Он очень много делал, а не говорил. Я видел это, но списывал на большое и доброе сердце, которым он может любить меня как отчим, например. Но люди лгут, когда говорят, что не замечают на себе этот взгляд. Такой, как если бы ты был центром вселенной, солнцем и луной, радугой в небе и звездой в темноте. Сокджин улыбается и чуть крепче сжимает его руку. – А ты сам? Чувствуешь так же красиво, как говоришь? Тэхён задумывается. Успокаивается. Он уехал из города, сбросил с себя груз ответственности за чужие чувства, окутал человека в непонимания и переживания, стараясь отстраниться. И тогда как он может сказать, что чувствует так же, как говорит? А что он вообще чувствует? Это не может быть то самое слово, не вот так, в разных частях огромного мира и с разбитыми чувствами. Не вот так, без уважения к любимому близкому человеку и без долгих разговоров. Это точно не то самое слово. – Я не знаю, Сокджин. Это может звучать не очень красиво, но честно. «Он просил быть честным.» Сокджин остаётся ровно на три дня. Закидывает свой костюм на заднее сиденье и не стесняется таскать вещи Тэхёна, в которых гораздо легче стричь овец и помогать бабуле доить озлобленных коров под смех мальчика. По утрам он вежливо интересуется чем закончилась вчерашняя глава, ведь из-за бессонницы Тэхён не может уснуть в положенное время и проводит свидания с книгами, и по вечерам они смотрят ужасный клишированный сериал, где Джин спорит с его родителями о современных ценностях у молодёжи, чем вызывается у старика До У громкий и заразительный смех. В последний вечер Ким старший уже по традиции проводит Тэхёну небольшой опрос и вписывает что-то в свой бордовый блокнот снова. – Что ж, я думаю, я закончил. Завтра утром мне нужно будет отправиться в город, а иначе свирепые крики Намджуна мне скоро будут в кошмарах сниться, - Сокджин хихикает от собственных слов и неспешно массирует чужие стопы, взглядом охраняя собственные действия. – Ты никому не сказал, что поехал ко мне? - Джин отрицательно качает головой и Тэхён посмеивается следом за ним. - Ты — самоубийца. – Чонгук не дал бы мне и на километр приблизиться к тебе. Ты думаешь, я по собственной воле ни разу не встречался с тобой всё время в больнице? Наш Чонгук-и с приветом. – Не разрешал со мной видеться? Он так сказал? Почему? - Тэхён иногда напоминает ребёнка в возрасте пяти лет, когда вопросов примерно столько же, сколько вздохов. Джин осторожно ощупывает какие-то участки мышц на его ногах и поглядывает на Тэхёна, но с тяжёлым вдохом вновь принимается за массаж и наконец отвечает. – Ты для него как хрустальная ваза, а я молот. Он думает, что раз я так резок и прямолинеен, то могу навредить тебе, когда он так кропотливо уговаривал тебя на терапию. Вероятнее всего, он боялся, что я мог что-то испортить в восприятии тобой лечения и ты мигом закрылся бы, - мужчина натягивает на голые ступни носки и Тэхён на это еле слышно недовольно цокает. - Но он, как мы видим, всю работу за меня сделал, так что мне пришлось быть хорошеньким. – Он не виноват. – Не мне решать. И за это Сокджина действительно стоило уважать. Следующим утром мужчина последний раз потискал Собаку и пожал руку Тэхёна на прощания, обещая ещё увидеться. Ким младший не спрашивал, что там его новый друг назаписывал себе в блокнотик, ведь разве это вообще имело хоть какое-то значение сейчас? Джин всё повторял и повторял, что поможет, что со всем разобрался и нужно лишь немного времени. Время. Как много уже прошло с момента его переезда? Как долго он уже не слышал голос матери через открытую дверь ранним утром? Давно ли они с Хосоком плыли до разваленной плитки бассейна на перегонки по вторникам? Когда последний раз он делал блинчики сам с добавлением любимого малинового варенья? Глупые одноклассники, забор соседей и длинный зелёный шланг у входа в дом, чтобы мыть колёса. Скучает, тоскует, нуждается. Чимин пишет каждый день, звонит, они с Хосоком приезжают каждые выходные и сидят по вечерам у самодельного небольшого костра во дворе фермы. Рассказывают о делах в школе, о погоде, о красавице Кьюри из параллели и о фотографиях её подаренного щенка на фейсбуке, Хосок же включает свои новые демки и пересказывает их последнюю поездку с Юной на отдых в деталях. Если кто-то вам скажет, что пустоту можно заполнить чем-нибудь, кроме того самого желанного, то это точно можно считать враньём. Хочется попросить перестать говорить обо всём и поведать Тэхёну как у него дела. Выспался ли, как обстоят дела с работой и выписался ли мистер Чанг, как поживает тот самый пёс Бам у его родителей и не завяла ли роза в горшке, которую он скромно пытается вырастить у себя дома. И единственное, что перебивает навязчивые голоса в голове – дождь, крупными каплями безжалостно отплясывающий по окнам и крыше. Становится громче собственной грусти и позволяет крепко уснуть с книгой в руке, даже не выключив свет.