Чёртовы фанфики!

— Намджуни, мне нужно расслабиться. – пыхтел Сокджин, открывая входную дверь квартиры. — Милый, всё что пожелаешь. – ответил Намджун, обнимая Джина, нежно целуя за ухом. — Даже не думай, извращенец ты эдакий! – пискнул Джин, и с лёгкостью выпутался из объятий Намджуна. — Сегодня мой стресс способен снять лишь "Доктор Хаус" и ведро мороженного. Пока Ким старший нежился в душе, Намджун застелил диван–единственное спальное место, которое осталось в их квартире, благодаря личному богу разрушений Сокджина — Намджуну. Достал из холодильника большое ведро шоколадного мороженного, и отыскал, в настройках телевизора, последний сезон "Доктора Хауса". — Никогда бы не подумал, но горячая вода–отличный катализатор продолжения жизни, и полнейшего расслабления. – сказал Сокджин, выходя из ванной в одном полотенце. — Я присоединюсь к тебе через пять минут. – бросил Джун, скрываясь в ванной. — И не надейся! – крикнул Джин. — Мороженное всё равно не получишь. Пока в доме Кимов разгорался не шуточный бой, за последнюю ложку шоколадного мороженного, на другом конце Сеула, в большой комфортабельной квартире на два этажа, Ким Тэхён пытался делать несколько дел одновременно: слушать Чимина, поить витаминами своего пёсика, нарезать остатки пиццы, и судорожно набирать сообщение Чонгуку. — Я устал Тэхён. – всхлипывал Пак. Он думал, что за последние сутки выжал из себя все слёзы, но каждый раз где-то внутри, словно, открывали невидимый кран, и Чимин снова размазывал соль по щекам. — Подожди, дай переварить. То есть хён сбежал, чтобы…– Ким не успел договорить, увидев красноречивый взгляд Пака. — Я просто хочу спросить как давно? – Тэхён отпустил на пол Ёнтана, и тот устроился в ногах Чимина. — После первого дэсана. – прошептал Чимин. Если честно, он уже начинал ненавидеть эту, их первую, значимую награду. — И ты всё это время ничего не рассказывал мне? – возмутился Тэхён. — Даже ни разу не намекнул. А Джин-хёну всё выложил при первой возможности! – он наполнил рюмку соджу, и резко опрокинул в себя. — Это попахивает предательством, Пак Чимин! — Тэээ! Перестань! — Чимин-а, я немного обижен на тебя. – Тэхён слегка морщиться от выпитого. — Ты столько скрывал от меня, как будто мы не друзья. — Тэхён-а! Мне страшно. Я боялся, что ты меня не поймёшь, отвернёшься от меня. – Чимин последовал примеру друга, и агрессивно приложился к рюмке с соджу. — Я не хотел потерять тебя. Нашу дружбу. Джин-хён, он просто… он ведь старший, и ещё он ну… знаешь, он… — Сам любит одну конкретную мужскую попку? – вставил Ким. —Тэ! – Чимин покрылся лёгким румянцем. — Просто, да. Джин-хён и Намджун-хён они вместе, и ну… я подумал, что Джин не осудит меня, потому что сам…ну ты понимаешь. – сказал Чимин. — То есть, если я не залипаю на мужские попки, то я тебя не пойму. – снова надул губы Тэхён. — А то что я твой друг, и приму тебя любым, и никогда не предам нашу дружбу – это для тебя просто так! — Да нет же! Тэхён! – Пак кинулся в объятия друга, сжимая его, словно подушку. — Я ведь именно поэтому и боялся. Представь, если бы ты был влюблён в Гука, например. Что бы ты чувствовал? Ты бы решился рассказать мне, что влюблён в друга, заранее зная, что твои чувства останутся невзаимными? Ты готов был пожертвовать дружбой? Не боялся бы моего, или чужого осуждения? Это ведь не отношения втайне с девушкой, которые нам запрещены. Это другое, неправильное, и заранее осуждаемое, чувство. Чувство, от которого больно всем. — Неужели ты думаешь, если тебя осудит пол Кореи, то в этой половине обязательно буду я? – спросил Тэхён, обнимая Чимина в ответ. — Эй, Чим. Даже если бы ты влюбился в жабу, с кучей бородавок, с выпученными глазами, я бы всё равно остался с тобой, и поддерживал бы тебя, регулярно помогая убирать бородавки с твоих губ, после жарких, жабьих поцелуев. — Ты как всегда, умеешь создать нужный эффект. – Чимин расцепил объятия. — Ты правда меня не осуждаешь? — Я правда хочу знать подробности. – ответил Ким. — И даже не думай что-то скрывать. — Нуууу, это началось после первого дэсана. – Чимин блуждал взглядом по комнате, в надежде за что-нибудь зацепиться. Ему от чего-то не хотелось смотреть в глаза другу, как будто тот сможет просканировать его, одним лишь взглядом. — Я тогда долго пропадал в танцклассе. — Ты всегда пропадаешь в танцклассе. – перебил друга Тэхён. — В один из дней, я столкнулся с Юнги в коридоре. – продолжил сой рассказ Чимин. — Он понял, что я провёл в зале почти всю ночь, и очень сильно и грубо меня отчитал. Сказал, что будет следить когда я прихожу и ухожу. Тогда я подумал, что хён шутит, но буквально на следующий день, он поймал меня в зале, и силком вытолкал от туда, приказывая идти домой. Он как будто специально ждал моего прихода в танцкласс, а когда моя тренировка заканчивалась, стоял у дверей, поглядывая на часы. Так продолжалось несколько месяцев, пока я не задал ему вопрос, почему он постоянно рядом? — "Потому что я хён.", ответил он. Честно, по началу я очень раздражался. Как будто я маленький ребёнок. Потом я просто решил не обращать внимание, но дальше это вошло в привычку. Я сам засекал время, и даже раньше положенного выходил из танцзала, чтобы встретить, идущего на встречу, хёна. Мне начинали нравится наши ежедневные встречи. Я перестал замечать его грубость и резкость. И, наоборот, стал замечать его внимательность к деталям, мягкость и теплоту к определённым вещам. Мне стало с ним очень комфортно, и я поймал себя на мысли, что очень жду наших встреч и общения. – Чимин нервно сглотнул, от воспоминаний. — Как-то, мы были у него в студии, и Юнги колдовал над очередным треком, миксуя, и переключая что-то в своих программах. Была уже глубокая ночь, и я уснул на его диване, под клацающие звуки компьютерной мышки. Наверное, хён решил чем-то меня укрыть, и прикоснулся ко мне. Тогда я первый раз ощутил мурашки, от его прикосновений. Я списал это на холод, и нервы, перед предстоящим выступлением, но это повторилось. Юнги стал чаще ко мне прикасаться. Обнимал просто так, и гладил по спине. Перебирал мои пальцы, скрещивая со своими, и сжимал крепко ладони. Каждый раз, его прикосновения вызывали новые мурашки, и какие-то микротоки по всему телу. Потом, ко всему этому, добавился голос. – Чимин вытер вспотевшие ладони об внешнюю часть футболки. — Я буквально чувствовал, как отряд мурашек пробегает по телу, когда Юнги прикасался ко мне и говорил — "Чимин-а." Тэхён, это сложно объяснить, но с ним я понимаю, что кроме него мне больше никто не нужен. Понимаю, что его руки и голос, не заменят ни чьи другие. Никто не сможет также грубить, при этом проявляя вселенскую заботу. Понимаю, что только с ним мне будет тепло, смешно, уютно, и даже грустить и молчать будет комфортно. Он ведь такой… такой… — Как будто только с ним всё идеально? Так, как ты хочешь. – вполголоса сказал Тэхён. — А? – Чимин уставился на друга. — Что ты сказал? — С Юнги-хёном твоё сердце бьётся по-другому. – ответил Тэхён. — Тэ, ты… что ты? Чимин пытался переварить слова друга. Ким Тэхён бы человеком загадкой, или как называл его сам Пак "Тэ перевёртыш". Никогда не узнаешь, что твориться в голове этого парня. Он как будто с другой планеты. Временами Ким мог сморозить абсолютную глупость, но потом приводил всех в дикий восторг своими философскими мыслями и высказываниями. Он то дурачок, то гений. Казалось, всё зависело от его настроения. Тэхён, будто читал твои мысли, или видел тебя насквозь. Вот и сейчас, он сказал так, как будто прочитал это красной, бегущей строкой в голове Чимина, или как будто сам… — Тэхён, а что между тобой и Гуком? – вдруг задал вопрос Чимин. — Что? – переспросил Ким. Вопрос Чимина был таким неожиданным и громким, что Тэхён растерял всю свою уверенность. Стоило Паку спросить о Чонгуке, как уши Тэхёна стали нагреваться, выдавая его с потрохами. — Всё как обычно. – промямлил Ким. — А, по-моему, в кафе вы прощались не как обычно. – Чимин сузил глаза, как будто в чём-то подозревал друга. — Давно он к тебе переехал? — Что? Ничего он ко мне не переезжал! – возмутился Тэхён, пытаясь оправдаться. — Ну да. – спокойно проговорил Чимин, улыбаясь. — Так не переехал, что на кресле валяются его любимые спортивки, и толстовка. Его маска и шапочка лежали на тумбе в прихожей. В офис вы приехали на его машине. Он так беспокоился за тебя, и Тани, когда мы уезжали, и… Это что? Где это вы? Судя по дате, сделана несколько дней назад. – Чимин взял в руки фотографию, сделанную в парке аттракционов. На ней Тэхён и Чонгук на огромной высоте, улыбаются глядя друг другу в глаза. — Это просто фотография! – Ким выхватил снимок из рук Чимина, и аккуратно поставил на место. Почему-то ему не хотелось, чтобы кто-то брал в руки это фото, даже Чимин. — Ну, просто Гуку ближе от меня добираться до офиса и тренажёрного зала. – начал Тэхён. — Ага. Я бы поверил. – сказал Чимин. — Если бы не знал, что твой дом находится на другом конце Сеула от здания нашего офиса, и уж тем более от тренажёрки Гука. Ким почувствовал себя провинившимся ребёнком, который пытается придумать убедительную историю, чтобы рассказать родителям. От чего-то ему захотелось вновь оказаться в том парке аттракционов, и снова ощутить чувство полёта. Он нежно погладил рамку с фотографией, и посмотрел на Чимина. — Почти полгода. – сказал Тэхён. — Когда вопрос с жильём был решён, и каждый из нас разъехался по собственным квартирам, мы с Гуком часто приезжали друг к другу. Я помогал ему выбирать мебель и технику, он приезжал к моему большому телеку и караоке. Каждый из нас мог остаться с ночевой. Мы ничего не делали особенного. Смотрели фильмы и сериалы, заказывали курочку и соджу, играли в приставку, Гук даже пытался учить меня готовить. Когда я окончательно забрал Ёнтана от родителей, то уже не смог часто ездить к Чонгуку, и тогда он перебрался ко мне. Всё как-то само собой получилось. Он без лишних вопросов остался, а я не возражал. Это же Гук. – пожал плечами Ким, как будто всё, что он сказал само собой разумеющееся, и не терпит споров и возражений. — Чимин-а, насчёт Юнги-хёна. Я думаю, он это… ну всем ведь нужно расслабляться и… — Тэхён. Я ведь понимаю, что не имею право на него обижаться, но он ведь мог просто сказать мне, как другу, понимаешь? Я бы постарался его понять, и к тому же, я переживал за него. Он ведь болеет, и опять же, из-за меня. — Пак Чимин – ты просто святой человек.– Тэхён поднял стопку с соджу, произнося это, как тост, и залпом выпил содержимое. — Где ты прячешь свои крылья? – Ким демонстративно заглянул за спину Чимину. — И кстати, что произошло сегодня в туалете кафе? Это всё из-за хённима, да? — Я слишком очевиден. – усмехнулся Пак. — Эта неделя с хёном была, наверное, самой лучшей. Юнги был рядом, и мы всё делали вместе. Было так тепло, уютно, по-домашнему, не смотря на дурацкую болезнь. Честно, в какой-то момент, я даже представил, что мы с хёном живём вместе по-настоящему, что мы пара, семья, что мои чувства взаимны, а потом его внезапный уход и…– Чимин поднял голову вверх, чтобы задержать, вновь выступившие в уголках глаз, слёзы. — Я случайно узнал про Сонми. Подслушал разговор Джин-хёна, когда он был у меня. Может быть, это и к лучшему. Пора перестать жить в мечтах, и принимать реальность такой, какая она есть. Да, это было из-за Юнги, но об этом знаешь, только ты и Джин. Для остальных, я на очередной диете. – немного помедлив, Пак продолжил. — Я, наверное, уйду из группы. – вдруг произнёс Чимин. — Не смогу больше выдавливать из себя улыбки, когда внутри всё обрывается. — Чим, ты серьёзно? А как же остальные? А как же… — Я понимаю, что подвожу вас, но я устал терпеть. – оборвал друга Пак. — Честно, раньше я ещё мог надеяться. Даже в самых смелых фантазиях, я мог представить нас с Юнги вместе, но этот случай с Сонми оборвал внутри всё. Я не задумывался, что когда-нибудь хён, может вступить в отношения. Это так эгоистично с моей стороны, но я всегда думал, что Юнги будет только со всеми нами, со мной… Это так глупо, но я ведь даже не имею право на него злиться, или ненавидеть. Я просто понимаю, что больше не смогу его видеть, и общаться так же, как раньше. — Чимин-а, ты хорошо подумал? Ребята знают? – спросил Тэхён, не веря своим ушам. — Тур по Японии будет моим последним. Когда последняя бутылка, в которой был намёк на алкоголь, была опустошена, а языки друзей еле ворочались, от безграничных разговоров, смеха, и песен в караоке, действующие звёзды k-pop решили донести свои пьяные тушки до ближайшей, горизонтальной поверхности. Едва устроившись поудобней, и прикрыв глаза, Тэхён поморщился от противного звука мобильного телефона, что навязчиво напоминал о своём существовании. — Ммм. – Ким пытался звучать очень серьёзно. — Тэхён-а. – послышалось на том конце шёпотом. — Чонгук? – Тэхён резко вскочил на кровати, и принял сидячее положение. — Ты чего звонишь? — Я… я… хотел узнать, как Тани. – запинался Чон. — Он выпил лекарства? — Да. — А ты нашёл его любимую подушку? — Да. — А… а сам ты покушал? — Да. — Ну тогда я…я… Спокойной ночи, Тэхён-и. — Спокойно ночи, Гуки. Ещё несколько минут, Тэхён, словно эхом, слышал звуки телефонных гудков, когда Чонгук отключился. Сон попрощался с Кимом, как будто и не заходил вовсе. Кровать, вдруг, стала слишком большой. Тэхён, ворочался из стороны в сторону, раскрывался и вновь укрывался. Подушка казалась то холодной, то через чур горячей. Спокойной ночи, Тэхён-и. Тэхён крутил эту фразу в голове, смакуя, словно самую вкусную сладость. Чонгук раньше никогда его так не называл. Тэхён-и. Так по-особому, ласково и тепло. А этот звонок, поздней ночью, и его шёпот… всё это было так интимно. Ким почувствовал острое желание оказаться в больших, медвежьих объятиях Чонгука, и заснуть, чувствуя его горячее дыхание на шее. В голове, вдруг, резко всплыли слова Чимина — "А если бы ты был влюблён в Гука, например." Влюблён в Гука… Какого это, любить парня? Друга? Тэхён крутил в голове слова Чимина, и весь сегодняшний вечер. Откровения друга стали для него внезапны, и даже немного пугающими. Ким задумался, как бы он поступил на месте Чимина. Смог бы он продолжать скрывать свои чувства, и жить и работать дальше, или так же решил бы всё оборвать, не желая больше мучать себя и остальных. Какого это? Смог бы он так же полюбить? Смог бы он полюбить Чонгука? Ушёл бы он из группы из-за него, смог бы спокойно реагировать на его отношения с девушкой? Смог бы… Стоп! Почему он вообще думает об этом, и представляет именно Чонгука? Влюбиться в Чонгука? — "Чёртов Пак Чимин, чтоб тебя!" Спокойно ночи, Тэхён-и. Свернув одеяло в кокон, Тэхён обнял его, вдыхая, еле уловимый, запах Чонгука, оставшийся с прошлой ночи. — Спокойной ночи, Гуки. – прошептал Тэхён в подушку.