Чёртовы фанфики!

— Мммм, я чувствую запах кофе. – Намджун, потягиваясь зашёл на кухню, смешно поддёргивая носом. — А я чувствую запах приближающегося пиздеца, Ким Намджун! – Джин недовольно пыхтел около плиты. — Тебя совершенно нельзя оставлять одного. Как ты умудрился погнуть дно сковороды? — Нуууу, понимаешь, – запинался Джун. — Я решил пожарить блинчики, взял сковороду, и…Я не знаю, как так получилось, но когда я опустил сковородку на плиту, дно выгнулось в обратную сторону. Вот. — Господи, от тебя одни расходы! – Сокджин начал возмущаться, разливая кофе по чашкам. — Сначала кровать, теперь сковородка. Что дальше? Сломаешь дверь, вставляя ключ? — Прости, милый. – Джун попытался обнять Джина. — Тебе повезло, что я люблю тебя. — Джини, сегодня первая репетиция, и Шихёк по-любому захочет, чтобы вся команда собралась, и… — Намджуни, что ты мямлишь? — рассердился Ким старший. — Если ты так деликатно хочет подвести тему к разговору о моём братце, то я всё сказал вчера. Я отказываюсь с ним работать! — Милый, я переговорил с Шихёком вчера вечером. Его кандидатура утверждена, и спорить бессмысленно. — Это заговор! – сорвался на крик Сокджин. — Он принесёт нам несчастье, слышишь милый. Я знаю это, я чувствую. — Джини, это всего лишь на несколько месяцев. – Намджун пытался сохранять спокойствие. События последней недели его тоже слегка покачнули. Болезнь Чимина, приезд брата Джина, и его неожиданная работа в их команде. Юнги со своими закидонами. Как лидер, он имел невероятную выдержку, и спокойствие. Как партнёр Джина, с лёгкостью перенимал его настроение, и сейчас был на пределе. Ещё чуть-чуть, и он взорвётся. — Я хотел тебя попросить поговорить со своим братом. – Намджун вновь аккуратно продолжил разговор. — Узнай его получше. Может, он хороший парень. Почему ты так взъелся на него? — И не подумаю! — Джинииии. — Ким Намджун! — Мне очень льстит твоя забота, но я смог бы сам добраться. – Джи Хун садился на пассажирское сиденье машины Хоби. Хосок решил заехать за Джи Хуном по дороге в офис. — Брось! Мне не сложно, да и с тобой очень комфортно, и, признаться честно, хоть какое-то новое лицо в нашей компании. – ответил Хосок, повернув ключ зажигания. — Я так привык к ребятам, что иногда прихожу в уныние от одних и тех же разговоров, репетиций, монотонной работы. Ты появился так внезапно, с такой необычной энергией, крутыми идеями, да ещё и будешь работать с нами. До сих пор не могу в это поверить! Ой! – осёкся Хоби. — Я слишком много говорю, да? — Меня это абсолютно не смущает. – ответил Джи Хун. — У тебя приятный голос, и слушать тебя одно удовольствие. Хоби немного смутился. Ему и раньше делали комплименты, но в основном это всегда были девушки-фанатки, или девчонки из стаффа. От парня такое, явное проявление симпатии, Хоби слышал впервые. Он решил списать это на дружеский жест, а в голове сделал себе пометочку, что слышать похвалу и симпатию от этого парня ему ой как приятно. — Скажи, а какие у вас отношения в группе? – задал вопрос Джи Хун. — Раньше я никогда не работал в такой сфере, и уж тем более никогда не сталкивался. Верить жёлтым газетенкам я не имею привычки, но говорят, шоу-бизнес суровый мир. Хотелось бы узнать немного, непосредственно от самого главного источника. – Джи Хун улыбнулся, повернувшись к Хосоку. — Честно сказать, ты удивишься, но у нас нет каких-то грязных историй, или громких скандалов. Мы–семья. Самая настоящая, большая, дружная семья. И мне очень хотелось бы, чтобы ты смог влиться в наш большой коллектив. Думаю, так и будет, и ты со всеми подружишься! — А что насчёт отношений между вами семерыми? – не унимался Джи Хун. — Ты не подумай, просто наши отношения с Джином начали складываться не очень, и… он со всеми такой, или только я стал козлом отпущения? — Я и сам не могу понять его поведение. – Хоби уже подъезжал к главному офису. — Джин очень внимательный, понимающий и заботливый. Господи, да он наша мамочка! Не было и дня, чтобы он не узнавал у каждого из нас о нашем здоровье, и о том сколько мы покушали, как долго тренировались и хорошо ли отдыхали? У каждого из нас есть свои негласные предназначения или особенности в группе. Джин–наша мама. Он самый старший из нас, и когда сформировалась наша команда, взял на себя обязанность и ответственность следить за нами, кого-то воспитывать, кого-то наоборот гонять и учить. Он заботился о нас, и продолжает это делать каждый день. Джин стал для каждого из нас кем-то особенным. – Хосок заглушил мотор машины, но не спешил покидать салон. — Знаешь, вы с ним совсем не похожи, но в каждом из вас есть то, что притягивает с первой минуты. Уверен, вы найдёте общий язык. – Хоби положил ладонь Джи Хуну на плечо, в знак поддержки. — Спасибо. – Джи Хун накрыл тыльную сторону ладони Хосока своей, и улыбнулся. — Эм. Кажется, нам пора. – Хоби нервно сглотнул, взглядом намекая, что их посиделки в машине слегка затянулись. Выходя из машины, Джи Хун поднял взгляд на высокое здание, и шумно выдохнул. — Не бойся! – встал рядом Хосок. — На самом деле BTS не такие уж и страшные, а скорее наоборот. Ты ещё успеешь устать от нас, а через пару часов, я уверен, будешь просить закрыть нас в сумасшедшем доме! Тэхён проснулся от дикой головной боли, а ещё от того, что в квартире стоял божественный запах свежезаваренного кофе, а ещё какой-то выпечки. Неужели Чимин научился готовить что-то кроме рамёна? — Тэ! Скажи, что у тебя есть хоть что-нибудь от головной боли, или хотя бы топор, чтобы её совсем отрубить! – Чимин зашёл в комнату к Тэхёну, и упал рядом на кровать. — Боже, Чим! Ты слишком громко дышишь. – Ким схватился за голову, пытаясь унять пульсирующую боль. — Ты же уже приготовил завтрак, я думал ты нашёл аптечку на кухне. — Какой завтрак, Тэхён? Ты всё ещё спишь, или у тебя галлюцинации? – Чимин открыл один глаз, и приложил ладонь ко лбу друга. — Разве не ты кофе заварил, и что-то там напёк? – спросил Ким, зевая. — Рад, конечно, тебя побаловать своей стряпнёй, но ты же знаешь, что идеально я готовлю только рамён. – ответил Чимин. — Тогда… мы что забыли выключить плиту вчера? – рассуждал вслух хозяин квартиры. — Или… Умственную нагрузку, и без того, больной головы Кима, прервали чьи-то шаркающие шаги в коридоре. — Слышишь? Что это? – напрягся Тэхён. — Ёнтан? – предположил Чимин, тоже заметно нервничая. — Он лежит у тебя в ногах. – отрезал Ким. — Чимин-а, кажется, это воры! – Тэхён начал натягивать одеяло на лицо, одновременно пряча вместе с собой и Чимина. — Боже, воры. Воры в моей квартире! – паниковал Тэхён под одеялом. — Почему я? Почему не мой сосед? — У тебя нет соседей. Тэ! – пыхтел Чимин, пытаясь поглубже забраться под одеяло. — Вот именно! – шептал Тэхён. — Я не хочу умирать, не хочу умирать! — Господи, Тэхён! Заткнись! Если ты будешь так орать, мы точно помрём вместе под этим одеялом. — Чимин, пока мы ещё живы я хочу сказать, что ты мой самый лучший друг, и я сочту за честь умереть рядом с тобой. — Господи, ну и идиот! – Чимин приложил руку к лицу. Услышав очередные шаги, ребята затихли, и, приготовившись к самому страшному исходу, максимально прижались друг к другу. — Тэхён-а. – позвал мягкий голос. — Ты ещё спишь? — Чонгук? – переглянувшись, в голос сказали парни, и высунули глаза из под одеяла. — Чонгук! Это ты? – хлопал ресницами Тэхён, увидев парня, стоящего в проходе с подносом в руках. — Тэхён, когда-нибудь, ты проспишь собственную свадьбу! – ворчал Чон, опуская поднос на прикроватную тумбу. — Завтрак. – удовлетворённо проговорил Чонгук. — Тани я уже покормил, остался его хозяин. Ты чего такой бледный? — Чонгук, это правда ты? – Тэхён схватил руку парня, и агрессивно втянул воздух в районе запястья. — Гуки, я думал, что в квартире воры, убийцы. Господи, как хорошо, что это ты, Гуки. – Тэхён прижался щекой к запястью Чона, позволяя себе расслабиться, вдыхая, уже полюбившийся, запах парня. Пока Тэхён и Чонгук обменивались тёплыми взглядами и словами. За всем этим, со стороны через маленькую щелку в одеяле, наблюдал Пак Чимин, и делал соответствующие выводы. — Привет, Гук! – высунулся Пак из под одеяла. — Чимин? – Чонгук заметно напрягся, увидев в постели Кима одного из своих хёнов. — Эээ я, наверное, пойду. – начал Чонгук. — Не хотел вам мешать. — Гуки, брось! Мы не Джин-хён с Намджуном, чтобы так орать. – сказал Чимин. — И если уж быть до конца откровенным, то Тэ меня в этом плане совсем не привлекает. — Тебя больше привлекают ворчливые дедули. – буркнул Тэхён, и толкнул Чимина локтем. — Чонгук, мы просто прятались от грабителей. – произнёс Чимин, на что Ёнтан, до сих пор лежавший неподвижно, громко тявкнул. — Ааа. – начал Чон. — А я просто пришёл к Тэ спросить, где аптечка. – перебил его Чимин. — А потом мы услышали, как ты ходишь по квартире, и подумали, что это воры, и решили спрятаться под одеялом. – вставил Ким. — А потом… – протянул Чимин. — А потом завтрак? – несмело предложил Чонгук. — Раз уж я не вор, на которого вы рассчитывали. — Ты самый лучший, Гуки. – улыбнулся Ким, и набросился на кофе с пышным омлетом, блаженно прикрывая глаза. — Чимин, а ты? – спросил Чонгук, переводя взгляд с парня на поднос с едой. — Ты же знаешь, Гук, я на диете. — Хочу слышать тишину, и как каждый из вас дышит. – громко произнёс менеджер Минхо. — Расписание утверждено. Каждому из вас выдадут личный график занятий, а кое кому ещё и прописана диета, – Минхо перевёл взгляд на Чимина и Чонгука. — Впереди важный тур, и долгая, тяжёлая подготовка. Каждый день я хочу видеть уверенность, и горящие глаза, чтобы через несколько месяцев вся Япония знала, кто такие BTS! Сегодня первый прогон, проба хореографии, и примерка костюмов. – Минхо ещё раз кинул взгляд на, стоящих перед ним, парней. — Намджун, найди Юнги и приведи ко мне, я поговорю с ним отдельно! Ли Минхо был человеком серьёзным, и даже немного грубым, но в то же время самым милым одуванчиком. Что касается работы, ребята сравнивали Минхо с питбулем. Резкий, грубый, готовый броситься и разорвать тебя в любой момент, когда его что-то не устраивает. Но кто знал Минхо в обычной, от работы, жизни, говорили, что этот человек не может обидеть даже мухи, а уж о том чтобы повысить голос, не может идти речи. — Послушай, Чим. – шепнул Чонгук Паку. — Насчёт того, что было сегодня утром у Тэхёна, я правда не хотел вам мешать, и я никому не расскажу, можешь на меня положиться. — Гук, ты идиот, или притворяешься? – изогнул бровь Чимин. — Тэхён мой лучший друг, и уж поверь, я вряд ли бы выдержал этого тигрулю в постели. – улыбнулся Чимин. Чонгук смутился, закусывая губу. — Да я не о том! – вновь заговорил Пак. — Пока мы прятались под одеялом, этот монстр отдавил мне всего ноги, испинал локтями, и оставил яркий синяк под коленкой. — Ну вообще, Тэхён спит очень спокойно, даже не пинается, а если его мучают кошмары, или он бормочет во сне, то достаточно обнять со спины и чуть погладить по плечу. — У тебя очень интересные и подробные познания совместного сна с Тэхёном. – Чимин удивлённо посмотрел на Чонгука. — Я…я… ну мы же часто спали вместе во время стажёрства. – Чон начал краснеть, кусать губы, и старательно отводить взгляд. — Расслабься, Гук. – Чимин похлопал парня по плечу, показывая что он совершенно не пытается упрекнуть в чём-либо друга. — Чтобы окончательно развеять твои сомнения, встретимся в зале для практик вечером, после общей тренировки. — Шуга, открывай! – Джун ломился в студию Юнги. — Шуга! – за дверью была слышна слабая музыка, а значит Юнги должен быть там. Намджун достал из кармана собственный ключ от студии, и повернув его пару раз, стараясь не сломать дверь(вспоминая утренние слова Джина),вошёл внутрь. В нос тут же ударил неприятный запах сигаретного дыма, вперемешку с алкоголем. На кожаном диване, в окружении несметного количества бутылок от спиртного, спал хозяин данного помещения. Из колонок лилась спокойная музыка, очевидно клавиши. На столе возле компьютера стояла большая пепельница, внутри дотлевал короткий окурок. Шуга провёл тут всю ночь, это очевидно. Бухал и курил–более чем очевидно. В причинах Намджун разберётся позже, сейчас нужно растолкать эту "надежду музыкальной индустрии". — Шуга! Вставай! – Намджун толкал друга коленкой в бок. — Мин, чёртов ты алкоголик, Юнги, поднимай свой пьяный, корейский зад и дуй к Минхо, он ищет тебя! — Господи, Нам, заткнись! – Юнги разлепил один глаз. — От тебя слишком большой шум. — А от тебя за километр несёт позитивом. – отгрызнулся Джун. — Серьёзно? Именно сейчас ты решил так меня подставить? Я даже не хочу знать сколько ты выпил и как долго ты тут. Ты снова закурил! Прекрасно, блять! Шуга! Господи, да что ж такое, это какое-то проклятье! – Ким плюхнулся на стул, поднял, стоящую рядом, бутылку, в которой плескался недопитый алкоголь, и залпом выпил, слегка морщась. — Блядство! — Сигарету? – предложил Юнги, принявший сидячее положение, внимательно разглядывая друга. — Пистолет! – вставил Нам. — Или лучше яд. Хочу умирать долго и мучительно. — Поделишься? – осторожно спросил Юнги. — Ты всё ещё здесь, жертва пухлых губок Чимина? – Юнги растерянно посмотрел на Кима. — Не делай такое лицо. Мы оба знаем причину всего этого. – Джун обвёл взглядом студию. — Он здесь? – тихо спросил Мин. — Как и все. А вот тебя до сих пор ждёт Минхо. – ответил Намджун. — Если захочешь поговорить, ты знаешь, что я всегда… — Иди уже. – перебил Мина Намджун. Юнги открыл нижнюю дверцу, встроенного в стену, шкафа. Достал оттуда большую бутылку дорогого виски, и покинул студию, хлопнув дверью. Намджун ещё раз осмотрелся. Достал из тумбы пару мусорных пакетов, и принялся складывать пустые бутылки. Конечно, он понимал состояние друга. Когда он сам понял, что влюблён в Джина, ему также хотелось напиться, но было одно "но". Джун изначально знал о своей ориентации, и ему было проще. Юнги же совсем потерялся, и запутался. Кажется, Намджун тоже запутался. Впереди тяжёлая работа, а последние события, явно, двигают их группу не в ту сторону. Собрав мусор, тщательно перевязав петли пакета, он сел за рабочий стол, клацнул по последней открытой вкладке, и увидел незаконченную работу. Намджун включил трек, и добавил громкость. Из колонок доносились рваные, тяжёлые биты, вперемешку с нежными клавишными вставками. Ким внимательно слушал, и в голове уже рождались стихи. Новый трек был крут. Живой, насыщенный, не похожий ни на что, но в то же время, тяжёлый, пропитанный отчаянием и болью. Намджун слушал, и понимал, что Юнги пытался выплеснуть все свои чувства, в которых он сам ещё не разобрался. Ким решил, что обязательно поговорит с Юнги, а пока его ждёт работа. Их всех ждёт работа. — Вижу, выходные вам не на пользу. – кричал Сынги. — Валите на свою примерку. Встретимся завтра. Джин, поработай над перекидом. Хоби, всё отлично! Чимин, Гук, больше растяжки. Остальные без комментариев. Работайте, девочки. Завтра будем отрабатывать новые связки. Чимин на этот раз будет в паре с Шугой, у всех остальных положение не меняется. Всё. Освободите зал, не хочу вас видеть! Услышав слова о будущей танцевальной паре, пять человек начали бросать друг на друга нервные взгляды. Юнги сверлил глазами Чимина, тот уставился на Джина. Ким старший бросил уничтожающий взгляд на Шугу, Тэхён уставился на Чимина. Намджун встретился взглядом с Джином, и перевёл его на Юнги. Тэхён внимательно смотрел на Мина, и тут же на Чимина. Джин тяжело вздохнул, похлопал Чимина по плечу, и направился в сторону автомата с водой, цепляя Юнги взглядом. — Сынги, почему я в паре с хённимом? – осторожно спросил Чимин. — Перед сольным выступлением Тэхёна, как всегда будет небольшая пауза, и в этот раз мы решили заменить её на живое выступление. – ответил хореограф. — Всё утверждено. Через недельку я жду вас обоих на репетицию. — Но почему именно мы? – настаивал Чимин. — У вас очень сильная, живая химия друг между другом. – ответил Сынги. — Фанатам это понравится. – улыбнулся хореограф, и вышел из танцкласса. — "Фанатам это понравится!" Передразнил про себя Сынги, Чимин. А обо мне кто-нибудь подумал? Он поднял взгляд на Юнги, тот в свою очередь смотрел на него не мигая. По крайней мере, это не будет приносить нам удовольствия, думал Чимин. Хённим! Он назвал меня хённим, думал Юнги, не сводя взгляда с Чимина. Не Юнги, не хён, не Шуга, не даже Юнги-хён. Хённим! Кажется, это начало конца. Джун был прав, я его теряю. Да он никогда в жизни не называл меня хённим! — Если ты не хочешь, то я могу поговорить с Сынги, и мы сможем заменить наш танец на что-нибудь другое. Я могу станцевать с Гуком, например. – промямлил Чимин, стараясь не смотреть на Юнги. — Нет! – отрезал Мин. — Я хочу. Я хочу с тобой танцевать. Только если ты сам не… — Встретимся на репетиции. – бросил Пак, и выбежал из танцкласса. На глазах недоумевающих Хоби и Чонгука, к Юнги подошёл спокойный Джин. Положив руку на плечо, он шепнул парню. — Тебе дали шанс, не просри его! И не суй свой член в первую попавшуюся дырку. Восстановив дыхание и немного передохнув, ребята вышли из танцкласса, и отправились на примерку костюмов. Шагая не спеша по длинному коридору здания, Чонгук поравнялся с Тэхёном. С самого утра, как он увидел Кима в одной постели с Чимином, его одолевали странные мысли. Вроде Пак всё объяснил, и сомневаться в его рассказе не было причин, но почему-то неприятное чувство обиды и странной ревности, сосало под ложечкой. — Тэ, тебе не кажется, что Чимин и Шуга-хён ведут себя странно? – спросил Чонгук, пытаясь вывести парня на разговор о вчерашнем вечере. — Не кажется. – сухо ответил Ким. — Между ними что-то произошло? Может, Чим тебе что-то рассказывал вчера? Вы так быстро уехали. – Чон пытался звучать уверенно, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Ммгу. – протянул Тэхён. — Слушай, Тэхён. Я правда не хотел вам мешать… я не думал что… ну… В общем, я сегодня верну тебе ключи от квартиры и… — Что? – заявление Чона, застало Тэхёна врасплох. — Какие ключи? Нет, нет, нет! Никаких ключей! – от неожиданности Тэхён даже замер на месте, смотря на, стоящего рядом, Чонгука. Его заявление просто выбило почву из под ног Кима. В голове тут же пронеслись все совместные дни, проведённые вместе с Чоном. Тэхён понимал, что не готов от этого отказываться, не готов потерять из-за какого-то нелепого случая. А если бы ты был влюблён в Гука, например. Голос Чимина в голове снова запульсировал сильнее. — Гуки, – как можно тише произнёс Тэхён. — Пожалуйста, останься со мной. Не нужно возвращать мне ключи. Если хочешь, я отдам тебе свою пару, только не… не уходи от меня. — Тэхён, я… прости. — Эй, вы чего застряли? – крикнул Джин, отставшим от общей группы, парням. — Да! Уже идём. – ответил Чонгук. — Тэхён-и, я правда прошу прощения за то, что напридумывал себе, просто… просто. — Просто оставь у себя эти дурацкие ключи. Давай забудем об этом. – ответил Тэхён. В большом зале со множеством зеркал и бесконечным количеством макияжных столиков, на небольшом диване лежала целая скала одежды разных цветов, размеров, и форм. За одним из столиков сидел Чимин, пытаясь самостоятельно нанести консилер, вновь скрывая заплаканные, глаза. Рядом сидел Джи Хун и что-то увлечённо рассказывал Паку, показывая разные рисунки, явно с набросками моделей одежды. — Ох, улыбка, ты уже здесь. — улыбнулся Хоби, увидев Джи Хуна. — Я так устал. Надеюсь, ты приготовил что-то крутое. – он плюхнулся на стул рядом. — Ты уже здесь, брут! – буркнул Джин, взглянув на брата. — И тебе доброго дня, братишка. – как можно приветливее ответил Джи Хун. — Может сразу перейдём к делу? – проворчал Юнги. — Ты куда-то торопишься, Шуга? – спросил Хоби, разглядывая наброски, которые Джи Хун оставил на столе. — Забыл выключить утюг дома. – огрызнулся Мин. — А можно мне что-нибудь брутальное? – Чонгук уже рылся в вещах, выбрасывая оттуда рубашки с блестками. — Тебе как раз та белая рубашка с вырезом. – улыбнулся брат Джина. — Подчеркнём твою накаченную грудь. Тэхён внимательно изучал белую рубашку, с глубоким вырезом. Ему уже не нравилась эта идея. Отчего-то образ Чонгука в этой рубашке, с почти голой грудью, заставил Кима почувствовать внизу живота странный, закручивающийся узел, а в голове пронеслась мысль, что он не хочет, чтобы пол Японии пялились на голую грудь Чона. — Я уже очень хочу увидеть свой образ. – подскочил с места Хоби. — А я уже очень жду твоей реакции. – улыбнулся Джи Хун. Он подошёл к, стоявшей в центре, вешалке, тщательно перебрал несколько костюмов, а затем снял чёрный костюм с белыми вставками. Чёрная рубашка с белыми карманами на груди, и белым воротником–стойкой. Черные, обтягивающие штаны, с вырезами в очень интересных местах. Пара браслетов, массивная цепь на шею, и серьги в уши(изогнутый кафф на одно, и гвоздик с дополнением в виде креста, в другое). — Ты что спёр этот образ у ARMY? – выпучил глаза Юнги. — Учитывая вырезы на штанах. Пока Чон Хосок переодевался, Джин, делая вид, что очень увлечен перебиранием вещей, бросал взгляды в сторону брата. — Намджуни, ты тоже это видишь? – обратился Ким старший к Джуну. — Ты о чём? – Джун оторвался от телефона, где изучал новое расписание группы. — Кажется, ты прав, и мне нужно срочно поговорить со своим братцем! — Наконец-то, Джини! – улыбался Намджун. — Я знал, что ты у меня самый мудрый, и проницательный. — Уж я то проницательный! – ворчал Джин, не спуская глаз с брата. — Этот Иуда просто пожирает Хоби глазами! Тут что-то не то. — Что? О чём ты? – Джун оторвался от телефона, и внимательно посмотрел на Джи Хуна. Тот аккуратно поправлял складки на рубашке Хоби, помогал ему надевать украшения, а спустя минуту произошло то, что заставило Намджуна напрячься. Джи Хун опустился на колени, поправляя штаны на ногах Хосока, запуская руки в особенно явные вырезы. Те, что были под коленками, Джун не взял во внимание, но вот те, что располагались чуть ниже ягодиц, его слегла смутили. Джи Хун без зазрения совести, провёл по вырезам внутренней стороной ладони, и аккуратно начал поправлять, кажется, делая их ещё шире. — Я горячо смотрюсь? – спросил Хоби, совершенно не замечая манипуляций Джи Хуна. — У меня даже встал. — недовольно буркнул Юнги, чем заставил обратить на себя семь пар глаз. — Что? Выразил общие чувства фанатов. — А что насчёт меня? – спросил Чимин, пытаясь разрядить возникшее напряжение. — Ооо я слышал, что почти весь концерт, ты будешь в связке с Юнги. – брат Джина посмотрел на Чимина и Шугу. — Если позволите, то я хотел бы поприсутствовать на вашей совместной репетиции, чтобы окончательно продумать ваши образы. Приехали, думал Чимин. Мало того, что мне придётся репетировать с Юнги, дак ещё и несколько человек будут на нас пялиться. — Нууу дорогой братец, чем ты порадуешь меня? – Джин подошёл к брату, сверля его взглядом. — Хочу дать тебе свободу выбора. – ответил Джи Хун, выдерживая долгий взгляд. — Знаю, что ты очень креативен. Думаю, ты сам сможешь собрать свой образ. — Тогда я надену пижаму, и тёплые тапочки с ушками. – Джин был непоколебим. — У тебя очень хорошее телосложение. Даже пижама будет сидеть на тебе идеально. Шесть человек внимательно наблюдали за перепалкой ребят, и ждали в чью пользу закончится эта словесная игра. — Приглашаю тебя на пижамную вечеринку. – шепнул Джин на ухо брату, подойдя ближе. — Сегодня в семь, в кафе внизу. — Я тут нашёл незаконченный трек. – начал Намджун. — Давно ты над ним работаешь? — Копался в моих программах? – изогнул бровь Юнги. Ребята закрылись в студии, ссылаясь на доработку треков и музыкальных переходов между песнями, в новом шоу. — Не хочешь что-то мне рассказать? – спросил Нам, проверяя порядок песен в нужной папке на рабочем компьютере. — Что-то кроме того, что я в полном дерьме, и испытываю кризис ориентации? – Юнги поглядывал на свои пальцы, как будто видел их в первый раз. — Не хочешь для начала поговорить с ним? – предложил Ким. — Я пытался. – Юнги сглотнул, вспоминая случай в туалете. — Он дал понять, что не хочет со мной говорить. — Зная тебя, я бы тоже не захотел с тобой говорить. — Спасибо за поддержку, дружище. – усмехнулся Мин. — Я попросил у него прощение. — Шуга! Этого явно мало. – сказал Намджун. — Это же Чимин. — Без тебя знаю. – буркнул Юнги. — Нам, я хотел спросить. Когда ты… ну… когда ты понял, что тебе нравятся… — Мужские кадыки? – засмеялся Намджун. — Не смешно. – насупился Шуга. — Ну так когда ты понял это? — А что ты чувствуешь? – спросил Джун, пытаясь подвести Юнги к правильному ответу самостоятельно. — Это сложно. – Мин задумался. — Это же Чимин. Его невозможно не любить. Ну я имею ввиду, как младшего брата, или очень хорошего друга. — Все мы любим Чиму, как младшего брата, и как хорошего друга. – ответил Намджун. — Я и тебя люблю, как хорошего друга, и Хоби. Мелких Гука и Тэ, как младших братьев, а иногда как собственных детей. Но вот Джина. Джина я люблю, как… Ты когда-нибудь замечал какие у него глаза? В них словно тает горячий шоколад. – Ким сглотнул, вспоминая глаза Джина. — А его голос? Он точно в прошлой жизни был ангелом. Дело даже не в его красоте. Просто рядом с ним я могу быть самим собой, и не париться, что выгляжу как-то не так, или делаю что-то не то. О нём хочется заботиться, и защищать от всего мира. С ним мой покой. С ним моя удача, и с ним мне не страшно осуждение всего мира. С ним всё идеально. Он, словно та вторая половинка, с которой я расстался где-то далеко в космосе, и вот наконец-то встретился, чтобы чувствовать себя цельным, нужным, важным, особенным, любимым. С ним я дома. Где бы я не был, если он рядом, значит я дома, значит мне хорошо, и всё правильно. Юнги задумался. Всё что сказал Намджун попадало в точку. Он давно замечал за собой особое отношение именно к Чимину. Это всё получалось само собой, будто так было всегда. Он по-своему любил каждого участника группы, но почему-то именно Чимин вызывал другие, более трепетные чувства, а Юнги абсолютно не замечал все эти внутренние звоночки, потому что для него всё казалось правильным. Сколько ещё времени он бы не обращал внимание на их недоотношения с Чимином? Сколько ещё времени Юнги бы глушил в себе зарождающиеся чувства? Любить человека своего пола совсем не страшно и грязно. Причинить ему боль–гораздо страшнее. Вот оно! Вот что мучало Юнги. — Джун, ты бы простил измену? – вдруг нарушил молчание Юнги. — Измену мне, или измену с моей стороны? — Оба варианта. — Отвечая на первый вопрос, я бы сошёл с ума от боли и предательства, и, наверное, не смог бы простить. А ответ на второй вопрос, я не смог бы изменить. Не стал бы этого делать, потому что изменяя своему партнёру, я изменил бы себе самому. — Значит, я изменил себе самому. – прошептал Мин. — Что будешь делать? – спросил Ким. — Впервые в жизни воспользуюсь советом Джина. – ответил Юнги. — Чимин, между вами с Тэхёном правда ничего нет? – Чонгук упирался головой в одну из стен танцкласса. — Что за дикий интерес к отношениям Тэхёна? – лукаво улыбнулся Чимин. — Нуууу… нам ведь нельзя заводить отношения. – промямлил Чон. — Нам нельзя заводить отношения с девушками. – перебил его друг. — Про другие виды отношений в контракте ничего не сказано. — Ну я просто… — Давно у тебя ключи от его квартиры? – в лоб задал вопрос Чимин. — Почти полгода. – ответил Гук. — Ты осуждаешь меня? — Если только ты осудишь меня. – сказал Пак. — Что ты имеешь ввиду? – напрягся Чонгук. — Я видел ваши взгляды сегодня утром. – начал Чимин. — Видел вашу фотографию на самом видном месте, и видел, как Тэ ей дорожит. Заметил, как ты ловишь взгляды Тэхёна, и замираешь, когда он начинает говорить и петь. Я видел, как ты сегодня наблюдал за его танцем, и буквально задержал дыхание. Я видел, как он был рад видеть тебя сегодня утром, и позволил себе минутную слабость прижаться к твоей руке. Ты приехал рано утром, приготовил ему завтрак, а когда увидел меня в его постели напрягся, и весь оставшийся день спрашиваешь меня о наших отношениях. Чонгук, ты ревнуешь? Ты влюблён? — Я не… Чимин что ты такое говоришь? – глаза Чонгука забегали, а сам он начал нервно закусывать губу. — Когда ты так делаешь, значит что ты пытаешься скрыть правду. – сказал Чимин, совершенно не боясь своих слов. — Я вижу, что ты неравнодушен к Тэхёну, и поверь я не осуждаю. — Чимин? – Чонгук увидел, что в глазах Пака скапливаются слёзы. — Чимин ты чего? Ты влюблён? Влюблён в Тэ? — Хахахахахаха. – смех Чимина был таких громким, но в то же время каким-то странным, в нём будто сквозило отчаяние. — Уж лучше бы в Тэ. – продолжал смеяться Чимин. — Я не понимаю. – бормотал Чонгук. — Чимин, ты в порядке? – Чон видел, как смех друга переходит в слёзы, и тот начинается захлёбываться в истерике. — Чонгук, ты бы смог продолжать дружить со мой, если бы знал, что я влюблён в парня? – спросил Чимин, переводя дыхание, после внезапной истерики. — Чимин, ты… ты правда влюблён в Тэхёна? – растерялся Чонгук. — В Юнги. – прошептал Чимин. — В Юнги? – переспросил Чон. — В Юнги-хёна? Давно? — Давно. – сухо ответил Пак. — Я вижу Гуки, вижу как вы оба смотрите друг на друга. Пусть это очень глубокая дружба, но пожалуйста не упускайте это, не очерняйте. — Чимин-а, что произошло? – Чонгук подвинулся к другу, заключая его в объятия. — Хён сбежал от меня, чтобы… — Чимин, если не хочешь, не нужно говорить. Мне достаточно того, что я сейчас вижу. — Прости, Гук. Я слишком много плачу в последнее время. – Чимин выпутался из объятий друга. — Потанцуем? – неожиданно предложил он. — Ох Чимин-а, прости, но я ещё обещал Тэ довезти его до дома и… — Не оправдывайся, личный водитель. – улыбнулся Чимин. — Езжай. Посмотрев на часы, Чонгук вылетел из танцкласса, в поисках Тэхёна. Чимин подошёл к зеркалу, похлопал себя по щекам, чтобы придать немного румянца коже. Включил музыку с последней тренировки, и постарался забыться. — Нуууу. – протянул Джин, прокручивая в руках нож. — Ты меня позвал. – ответил Джи Хун. Братья сидели в кафе недалеко от здания офиса. Они заняли самый дальний столик, чтобы не светиться, и не привлекать лишнего внимания. — Ничего не хочешь мне сказать? – допытывался Джин. — А ты? – Джи Хун был настроен решительно. Раз уж его брат решил поговорить с ним один на один, то пора выяснить их отношения. — Хватит испытывать моё терпение! – Джин перешёл на крик. — Ты не так прост, каким хочешь казаться. Думаешь, я ничего не заметил? Уже начал плести свою паутину? Нашёл самого доверчивого и слабого? Что тебе нужно от Хоби? — А тебе от твоего громилы? – огрызнулся Джи Хун, ехидно улыбаясь. — Что, думаешь я такой глупый, и ничего не замечаю? Можете играть свою комедию перед родителями, но я в данном спектакле Станиславский. – "Не верю!" Так уж вышло, что мы братья, Джини, и похожи даже больше, чем ты думаешь. Я такой же как ты, а ты такой же как я. — Я не понимаю. – хлопал глазами Джин. — Ориентация, братик, ориентация. Знойным брюнеткам и блондинкам, я предпочту не менее знойных мужчин. — Это сон. Нет, этого не может быть. – Ким смотрел на брата, и не мог поверить в происходящее. — Я гей, Джини. И я сразу заметил ваши отношения с Намджуном, так же как и ты то, что я бросаю взгляды на Хоби. Наверное, это наш внутренний радар, или братско-гейская связь. – засмеялся Джи Хун. — Поверь Джин, я не хочу с тобой непонятной войны, и делёжки территории. Для меня намного важнее наладить с тобой отношения. Мы почти не знаем друг друга, а жаль. У нас ведь намного больше общего, по мимо родственных отношений, и мне очень жаль, что мы не познакомились с тобой раньше. — Ты сейчас серьёзно? – Джин переваривал, сказанное братом. — Не имею привычки врать. – ответил Джи Хун. — Просто хочу постараться быть твоим братом не только где-то в семейных реестрах. — Я… я.. Прости. – выдавил из себя Джин. — Я такой дурак. Ты так неожиданно появился в моей жизни, что я растерялся, не зная как себя вести. Не знаю почему, но я очень боялся, что ты навредишь моим отношениям с Джуни, а когда я узнал, что ты будешь работать с нами в команде, то мне просто сорвало крышу. — Лучшая защита–нападение? – спросил Джи Хун, улыбаясь. — Именно. – ответил Джин. — Хотя, нападающий из меня так себе, я больше блокирующий, а в лучшем случае–медик на поле. – засмеялся Сокджин. — Прости? – Джин поднял на брата виноватый взгляд. — В качестве извинений приму твою братскую дружбу. – Джи Хун протянул брату руку. — Обещаю, что твои отношения с громилой для твоих родителей останутся в секрете. — Пообещай мне ещё одно. – сказал Джин. — Не обижай Хоби. — Не в моих интересах. Джин посмотрел на брата, и протянул ему руку.