Слезы уснувшей вечности

      Чонгука задевает непонятливое отношение Тэхена к нему. Демон поначалу злится, отталкивает, держит на удалении, а вчера он разрешал касаться его, давал углубиться в прошлое.       Юноша просыпается в больничной палате. Смотрит по сторонам. Монитор издает ритмичные звуки сердцебиения. В вены воткнуты иглы, — катетеры. Одежда сменилась на голое тело.       В помещение входит юная девушка в форме медсестры. Она держит в руках металлический поднос с чем-то на поверхности; поставила возле койки. — Что я здесь делаю? — узнает парень, ошарашено глядя на медсестру. — Долго я здесь буду?       Девушка с собранными волосами аккуратно развернулась на пациента и ответила, что не в курсе ни о чем. Чонгук снова осмотрел себя, место нахождения и на медсестру. — Позовите врача. — Хорошо.       Он остался наедине. Молодой человек поднял руку и разглядел свои татуировки. Вроде обычные, тогда зачем рассматривать? Глаза вне воли закрываются. В палату входят, но не человек в халате. Чонгук следит за мордой входящего. Все плывет перед глазами. Неизвестный подошел к капельнице. Он находился в полуметре от Чона, и только в этот момент Чонгук увидел своего одноклассника. — Шин… — выпаливает юноша в полуосознанном состоянии. — Шинрэ? Что ты делаешь?       Открыв крышку колбочки, он заливает в мешочек, из которой по трубке течет жидкость прямо в вены. — А ты слепой? Я отыскал для тебя дозу нитрацина. Этот наркотик создал один гениальный убийца прошлого времени. Нитрацин распространился по всей земле, и дошел до тебя.       Чонгук разглядел убийственную улыбку Шинрэ, пока тот заливал раствор. Брюнет схватил одноклассника за край рубашки, кулак сжался. Чонгук подтянулся к телу парня. Он подтягивался, однако, Шинрэ сбросил ослабевшую ручонку и пожелал покойной ночи. Чонгук упал головой на простынь и просто наблюдал за уходящим телом. Но он сумел разглядеть появление демона и смерть одноклассника. Тэхен встал перед дверью в палате, и как только Шинрэ подошел, дьявольские когти вонзились в глаза смертного. Кровь вытекала из орбит, заполняя демона энергией, но большинство алой жидкости пролилось на пол. Верхняя губа Тэхена содрогается, белые глаза пополнились венами. Пальцы высовываются из углублений черепа, и глазные яблоки засажены на когтях. Мужское тело падает замертво, а глаза следом. В палату врывается главный врач Чонгука, который уже валяется в постели без признаков жизни. Мужчина отправляет медсестру за стойку регистрации, чтобы доложить о самоубийстве в больнице.        Пока все мотаются туда-сюда, Тэхен бездыханно палит на Чонгука: его татуированная рука висит с кровати, голова почти на краю, а тело выкручено в сторону капельницы. А демон и не сообщит врачам, что сейчас по трубке течет не лекарство, а наркотик. От него никакой пользы. Он может только глазеть. Тем не менее, Тэхен знает только то, что Чонгук жив. Он не умрет до тех пор, пока демон не позволит.       Я лежу в больнице. Ничем не способен пошевелить. Я вижу, как этот тупоголовый заливает в капельницу нитрацин. Я настолько ослаб, что и пальцем не шевельну. Что я за ничтожество-то такое? Сам себя не могу спасти и уберечь, а что тут говорить о других…       Я все же собираюсь с силами. Тянусь к Шинрэ. Хватаю за край рубашки, пытаюсь отдернуть на себя, но тот отбрасывает мою руку и я уже не желаю что-либо делать, как-либо спасаться от смерти. Шинрэ выходит из палаты, а наркотик течет в мой организм — медленно и в больших количествах. Я теряю сознание. Умираю.       Просто я ощутил, как во мне до хуя наркоты. Это была передозировка. Я завязал. Очень давно. Но все рано или поздно возвращается. Причем опять-таки из-за этих собак беспозвоночных.       Чонгук моргает. Пытается отворить свои зрачки из заточения. Юноша перекатил черепную коробку к плечу, а перед койкой стоит Тэхен. Нет сил, чтобы вымолвить хоть слово, нет сил, чтобы отреагировать на приход своего любимого…       Тэхен разглядывает мину пациента. Он наклоняет голову то в одну сторону, то в другую, как кошка, пытающаяся понять, что перед ней.       Почему ты так разглядываешь меня?       Молчание.       Я же умер… Почему я снова жив? — Что значит «снова»? Ты еще не умирал. Это был первый раз.       Тэхен, пожалуйста, избавь меня от этих мучений. Я чувствую в себе наркотики. Я не хочу быть опять тем человеком, который употребляет их… — Я демон, забыл? Что я сделаю? Ты лежишь час после произошедшего. Как, по-твоему, я бы достучался до врача? Постучал бы по головке? Только по головке хуя разве что.       Я молю тебя. Убей меня. — Нет, — он отвел взор. — Не могу ослушаться Сатану, — снова примкнул зрачками на обессиленного Чонгука.       Раньше ты твердил, что тебе похуй. Говорил, что заглушишь все то, что происходит. И сейчас что ты делаешь на земле? Разве Сатана не будет зол? — Лучше веди свой образ жизни так, как хочешь. Неважно: будешь употреблять наркоту или нет, ты все равно сдохнешь.       Тэхен…       Демон скрылся в воздухе. Больше его образа Чонгук не видел за сегодня.       Его тело настолько не способно двигаться, будто оно онемело. Чонгук задыхался в нехватке с кислородом, из-за наступивших слез. Он боялся. Бросало в жар. Голова сильнее болела. Пальцы содрогались. По венам растекалась жидкость, и Чонгук это чувствовал.       Несколько часов он пролежал в неподвижном положении, глядя в одну и ту же точку, где был демон.       К вечеру в палату входят, и от голоса Чимина Чонгук пал в большее состояние нервного возбуждения. Брюнет перевел карие радужки на одноклассника, который замер у двери. Он то ли страшился, то ли задумал что-то неладное. Парни долго испепеляли друг друга истерзавшими очами. — Я слышал, что Шинрэ приходил. Вернее увидел по новостям, что его забирали из твоей палаты без глаз. Просто вопрос: ты это сделал?       Раз ты догадался, что Ино убил демон, так с чего ты в этот раз обвиняешь полусмертного, сволочь беспозвоночная? — Не ты, да? Тэхен? — Н… — Чонгук издал букву, но больше не хватило кислорода.       С какой целью приперся? Я лежу почти мертвый тут, а ты задаешь тупые вопросы и зовешь моего демона по имени. — Зачем он приходил? И… что случилось с тобой? Мне в компании не хотят докладывать. Я мельком услыхал, что тебя увезли со съемочной площадки.       Да закрой ты уже свою пасть и сгинь с моих глаз.       Чонгук кое-как перевернул голову к противоположному плечу. Он закрыл орбиты, дабы слезы не покатились струей.