Редкие явления

Рейген и Экубо уходили из офиса последними. Вернее сказать, убегали, сверкая пятками, и неслись наперегонки в объятия к долгожданному отдыху. Рейген ухитрился выскочить за порог первым и захлопнуть дверь прямо у Экубо перед носом, однако тот даже не притормозил. Над такими ерундовыми преградами он мог только посмеяться всем своим призрачным существом. — И чего ты добивался? — спросил он, просочившись сквозь металл. — Морального удовлетворения, — ухмыльнулся Рейген и повернулся к двери. Звякнули ключи, прогремел замок, рабочий день оказался заперт и оставлен за плечами. — Хорошо поработали, — вздохнул Рейген, спускаясь к выходу из здания. — Куда ты теперь? — Да не знаю, погоняю какую-нибудь шпану, — почесал в затылке Экубо и по привычке спросил: — А ты? Вопрос, конечно, был глупый, потому что Рейген всему офису уши прожужжал ответом на него. Ну не могла его болтливая натура удержать в тайне, что в этот вечер у него состоится свидание с некой прелестной леди с сайта знакомств. Экубо уже готовился принять шпильку в адрес своей невнимательности, как вдруг Рейген сказал коротко: — А я домой. Экубо вытаращил глаза и от удивления чуть не остался стоять у светофора, когда загорелся зелёный. А Рейген шустрым шагом добрался уже до середины перехода — пришлось догонять. — Ты разве не занят сегодня? — спросил Экубо. — Немного не сложилось, ей пришлось отменить, — пожал плечами Рейген. — Всякое бывает. — Что, нашла занятие поинтереснее? — усмехнулся Экубо. Порадоваться за девушку — благородное дело… — Наверное, — ответил Рейген. Экубо наконец-то нагнал его и посмотрел в лицо. И сразу подумал, что, возможно, немного поторопился с радостью. Рейген, конечно, был расстроен… А как тут не расстроиться, когда планы, которые лелеял несколько дней подряд, рушатся на глазах? Его лицо потускнело — на один короткий момент. На один короткий момент с него сошёл хрупкий слой ослепительной позолоты, но тут же оно вспыхнуло вновь, уверенно, самодовольно. Может, Экубо вообще почудилось… Каждый раз, глядя на Рейгена, он видел его будто сквозь мутное стекло: так очевидно, что там по другую сторону, но в то же время так неясно… И всё-таки Рейген был расстроен, хотя довольная полуулыбка быстро к нему вернулась. — Но девушка многое упускает, — заявил он. — Да ну? — хмыкнул Экубо. — Конечно, — ответил Рейген. Они свернули на безлюдную улицу: никто не мог их слышать, и Рейген окончательно спустил свою болтливость с поводка. — Я зрелый мужчина со стабильной и интересной работой. А ещё неплохо целуюсь. Экубо чуть не прыснул. — Неужели? — весело переспросил он. — Много отзывов было? — Ну разумеется! — воскликнул Рейген и хитро взглянул на него: — А тебе что, завидно? — Вот ещё! — фыркнул Экубо. Взгляд Рейгена из хитрого сделался ехидным и почти нахальным. Конечно, Рейген был уверен, что в любовных делах лихо обгоняет Экубо, да и сам Экубо глубоко в душе знал, что это правда… Но как он мог оставить эту уверенность безнаказанной?! — А ты знаешь, почему у меня красные кружочки на щеках? — выпалил он. — Потому что в прошлом их очень много целовали. И сам не успел до конца понять, что за идеи у него возникают и откуда берётся запал так смело их высказывать. Но нападение получилось чертовски удачным: Рейген встал посреди улицы и с ошалелой улыбкой спросил: — То есть у тебя на щеках засосы?! И Экубо гордо ответил: — Да! Случилось что-то небывалое. Что-то, что заставило Экубо снова вытаращиться и задержать дыхание, которого у него вообще не водилось. Рейген рассмеялся. Но не как обычно — ровно, механически, фальшиво, будто заученно… А как-то мелодично и гибко, не выдавливая смех из груди, а выпуская его искрящимся фонтаном. Один смех — пластиковый цветок с жёсткими навощёнными листьями, а другой — свежий, зелёный, живой, пропитанный кристально чистой росой… И улыбка нарисована не циркулем, а свободным штрихом. Даже захотелось спросить, всё ли в порядке, но вместо слов с губ сорвался смешок, и Экубо тоже расхохотался, воображая себя посреди плотного кольца белолицых девушек в традиционных шёлковых нарядах и томные вздохи по его щекам. — Какая гадость! — говорил Рейген сквозь смех. — И как тебе не стыдно? И зачарованный Экубо ничего не мог сделать. Ни закатить глаза в ответ, ни поморщиться, ни вмазать подзатыльник… Оставалось только любоваться, глядя сквозь стекло, разбитое неожиданно громкой и искренней эмоцией.