Возрождение Водоворота

— И что все это значит?! — Злобно прорычал ниндзя, скрывающий свое лицо за одноглазой маской, уставившись этим самым единственным глазом на странного, даже по меркам шиноби, человека. — Что значит пришла и убила мизукаге?! — То и значит. — Абсолютно невозмутимо произнес его собеседник, точнее одна его половина, тогда как вторая вообще никак не выражала то, что разговаривает вторая половина. — В стране Воды погибло несколько шпионов и координаторов, которые занимались поддержанием войны в государстве. Это вызвало подрыв в поставках и привлечение к этому факту внимания руководства других селений, которые уже самостоятельно выдрали агентуру из страны по кускам. Вся сеть, которую мы собирали из лоскутов чужих деревень, обрушилась. — Это и так понятно, я был занят в стране Ветра и Земли, у меня не было возможности корректировать работы всех тех, кого ввел в гендзюцу. — Говоря это, он поморщился. На то, чтобы собрать это лоскутное одеяло ушло очень много времени и сил, особенно для того, чтобы заставить эту систему работать. — Однако биджу с ней, с самого начала было понятно, что она не продержится слишком долго, это простая временная мера, просто рухнувшая в неподходящий момент. Меня интересует, как повстанцы умудрились убить Ягуру? — Мизукаге собрал все свои основные силы для того, чтобы добить остатки восставших сил кланов. — На это заявление масочник только характерно фыркнул. Если бы не его поддержка, то это восстание задохнулось и издохло бы всего за несколько недель, а не как сейчас, пару лет держались. — Основные силы кланов были окружены и постепенно уничтожались не считаясь с потерями. Ягура решил окончательно и за один удар решить проблему восстания. Однако прямо на финальном этапе его планов в битву вмешалась Узумаки Акане. Она, совместно с Теруми Мей, вступила в битву с мизукаге. А после Узумаки применила какую-то неизвестную технику, схожую по своему принципу с «Сусано». От последнего слова одноглазый мгновенно встал как вкопанный и всмотрелся в лицо собеседника, против воли сканируя его своим шаринганом с характерным рисунком мангеко. Одно это слово, название его клановой техники высшего порядка, которую Учиха даруют шаринганы в момент их высшей ступени развития, выбило его из колеи сильнее, чем что бы то ни было до этого. Хотя нет, всего одно событие повлияло на него сильнее, чем эти слова. Точнее смерть одного конкретного человека. — Что ты сказал? — Тихо спросил тот, ставшим внезапно таким сухим голосом. — Повтори, что ты только что сказал. — Эта техника была похожа на твое сусано, однако ей не являлась. — Все тем же спокойным голосом произнес траваподобный шиноби, смотря немигающим взглядом своих пустых глаз на собеседника. — Точно также из чакры создавался и материализовывался доспех, однако он выступал не как гигантская конструкция, а максимально уплотненный доспех, покрывающий тело шиноби. Больше деталей нет, никто из присутствующих там не смог нормально описать технику. — Понятно… — Снова тихо, едва слышно, произнес одноглазый, раскладывая в мыслях ситуацию на составляющие и то, что придется менять в планах. От первичного шока он избавился довольно быстро когда понял, что неизвестная техника была всего лишь мощным доспехом чакры вроде того, который использует райкаге или джинчурики. — Есть еще что-то по данному вопросу? Хвостатый, как я понял, отправился на перерождение и теперь придется еще и выжидать, когда он вернется? — Да, биджу погиб вместе с бывшим мизукаге. Сейчас в стране Воды, при Теруми Мей, крутится ученик Акане. Учитывая то, что пост мизукаге Теруми получила считай из рук Узумаки он там сейчас представляет ее интересы. Вполне возможно, что она решила подмять страну Воды под себя. — А как же другие Узумаки? Ты же говорил, что она перетащила их куда-то на остров и сейчас пытается восстановить клан? И не ты ли говорил, что Узумаки угроза для плана? — Узумаки мастера в техниках запечатывания и были угрозой, сейчас, без своих знаний, они для нас не страшны. — Сообщила белая половина Зецу, однако ее очень быстро дополнила другая, черная половина. — Но на всякий случай лучше их всех перебить. Тем более, что для быстрой эвакуации после битвы Узумаки использовала опасную для нас пространственную технику. — Что за технику? — Мгновенно насторожился Обито, который лучше многих знал, насколько могут быть опасны техники, которые изменяют пространство. — Летящего Бога Грома. — Насмешливо, и даже слегка хихикая, сообщила черная половина Зецу. — Вот как… — Снова недовольно поморщился Учиха, вспоминая прошлое. Как битву с четвертым хокаге, так и то, что было до нее. Воспоминания, которые он гнал прочь, против воли возвращались вновь и вновь, превращая его редкие минуты отдыха сначала в сладкие сны, а после в кошмары. — Значит, Намикадзе где-то хранил записи по этой технике. Не могли старики из Конохи отдать ее на сторону. Слишком она опасна для них, особенно учитывая то, что освоить ее так и не смог больше никто из Конохи.

* * *

— И что же, мы так и будем это просто терпеть?! — Злобно произнес молодой глава клана Юки, если четырнадцать человек самого разного возраста и уровня подготовки, можно назвать кланом шиноби. — Мизукаге-сама вы должны… — Я тебе ничего не должна! — Властно заявила Мей, давя на новоиспеченного главу клана ее деревни, который занял место почившего в последней битве отца. — Союзный договор с ними подписан, а его детали тебя не касаются! Говоря это, новая мизукаге придавила молодого Юки выплеском своей чакры смешанной с жаждой крови. Того буквально затрясло и он только и смог, что замолчать и опустить глаза к земле, выражая тем самым свое поражение и слабость перед ней. А после еще нескольких минут напряженного молчания и вовсе удалился из кабинета мизукаге ни с чем. На самом деле, сама Мей была недовольна, что ей приходится силой и страхом контролировать собственных шиноби, уж больно становилась похожа на Ягуру в эти моменты, но другого выхода у нее просто не было. Для Теруми было жизненно важно удержать в узде шиноби и не позволить окончательно развалиться некогда великой скрытой деревне Тумана. И для этого ей была нужна сильная и властная рука, железно держащая дисциплину. Основной проблемой было то, что в восстанавливаемом Тумане не было большого количества сильных шиноби. Конечно, за счет этого никто не посмел оспорить ее место каге, но проблем с этим связанных было куда больше. Все военная и политическая элита восстания погибла в последней битве, да и те, кого с собой привел Ягура, потеряли тоже огромное количество сильных и, что самое поганое, грамотных шиноби. Всех клановых шиноби в ее подчинении, от детей до стариков, было немногим больше двух сотен. Некоторые кланы и вовсе можно смело считать уничтоженными или стоящими на грани вымирания. С этой стороны ей не получится получить сильных шиноби и квалифицированных узкоспециализированных людей для налаживания работы деревни. А бесклановые, зачастую, были либо слишком слабы, либо не имели соответствующей подготовки. В текущих условиях практически разрушенной и разоренной деревни ей было никак нельзя терять союзников в лице клана Узумаки, чей представитель сейчас находится на территории Тумана и проворачивает свои дела. В будущем ей определенно выйдет боком ее бездействие в этом вопросе, но если она разругается и с этим кланом, чья глава фактически в одиночку убила Ягуру в режиме биджу, то само будущее вообще будет под вопросом. Изао Курама, что интересно из клана Конохи и непонятно как прибившийся к Узумаки, ведет свою игру и, откровенно говоря, принуждает подписывать ряд весьма неприятных договоренностей. Можно было бы на них и наплевать, но опять же опасно для деревни. Даже если сама Акане и не будет участвовать в бою, то и сам ее клан однозначно имеет своих бойцов и к тому же в состоянии нанять наемников. Туман, конечно, отобьется и победит, но тогда деревня Тумана окончательно развалится. Все договоренности, на первый взгляд, были не слишком обременительные и в целом непосредственно Туману не угрожали. Но укрепляли позиции Узумаки в стране Воды, что было куда хуже в перспективе. Выгодные Узумаки договоренности по поставкам через подконтрольные им компании, переманивание ценных и редких специалистов, покупка ими считай что за даром немногочисленных плантаций и рудников на островах да и много чего еще. Непосредственно от Тумана требовались гарантии мира и того факта, что никто не захочет наложить руку на собственность Узумаки в пределах островов страны Воды. Ну и торговый договор между деревнями на поставки некоторого снаряжения Туману через посредничество Узумаки и некоторой их собственной продукции. Что, в принципе, тоже было неплохо, но лишь в краткосрочной перспективе. Когда Туман встанет на ноги после разрушительной гражданской войны ему придется еще долго выкорчевывать Узумаки с островов. А они, в свою очередь, не отдадут так просто все то, во что явно собираются вложиться и получать с этого доход. Все это, до безобразия похоже на то, как страны большой пятерки экономически пытаются подмять под себя малые страны. Причем в некоторых даже получается устранить мешающие им скрытые селения, как это было в стране Горячих Источников, когда ее прибрала к рукам страна Огня и Коноха в частности. И именно над тем, как бы поделикатнее отвадить Узумаки с территории страны Воды сейчас и ломала голову новоиспеченная Мизукаге. Бросать этот вопрос на потом было нельзя, так Узумаки уже будут невдалеке от того, чтобы восстановить свое селение, а не просто считаться отдельным кланом шиноби. А это две просто таки огромные разницы. Как в статусе, так и в возможностях. — Ками, как бы все было просто, если бы они просто согласились войти в состав Тумана. — Глухо произнесла Мей, в очередной раз пересматривая свои гласные и негласные соглашения, которые ей принес представитель Узумаки. — Пусть даже они и стали бы главной политической силой, плевать. Но на эту тему нужно говорить непосредственно с Акане, а она пока только очухивается после той бойни, что они с Ягурой устроили… Проговорив последние слова скорее для самой себя, та только еще раз протяжно вздохнула. Этот вариант решения проблемы казался на первый, да и на второй тоже, взгляд идеальным для всех сторон. Но увы, на него не были готовы пойти Узумаки, пошедшие за Акане. Как и она сама, впрочем. Да и шиноби Тумана тоже не захотели бы делиться своей силой и властью. Хотя, какая сейчас сила и власть, тут бы выжить. — Еще бы это понимал кто-то кроме меня… — Уже совсем тихо пробормотала себе под нос пятая мизукаге.